Кошмар в городе

И вот мы втроём сидим в машине. Мой напарник нервно постукивал по рулю… — Почему ты взяла его с нами? — вознегодовал Жак. — Потому что он может нам пригодиться, тем более он наш подозреваемый.

***

Меня остановили, когда я выходила из дома. — Подождите! Можно с вами проехаться, я не смогу вам помочь пока нахожусь здесь — я обернулась и увидела радостное лицо психолога. — И чем же вы можете нам помочь? — Ну, во-первых: я знаю, где могут быть другие ваши подозреваемые, а во-вторых: лучше мне с вами проехаться к лаборатории чем… — Константэн, попрошу вас успокоиться и рассказать мне, откуда вы знаете о других подозреваемых? — Ну, я всё-таки не дурень, а логика это моя как бы фишка. — Понятно… тогда пойдёмте со мной в машину.

***

— Ладно, но если он что-то утворит… в общем, ты поняла что будет. — Он не такой глупый, каким кажется — успокоила я своего партнёра — тем более, почему бы и не помочь человеку добраться на работу. Последние слова я проговорила с уклоном на то, что буду следить за этим человеком лично. — Спасибо вам, что следуете моему совету. Мы поехали к городскому научному центру. По дороге я успела расспросить об устройстве лаборатории и о коллегах подозреваемого. Их отдел находиться на тринадцатом этаже, что немного проблематично, так как нам придётся использовать пропуск, хотя это нам на руку, если у нашего «друга» её нет. У него есть трое коллег: Амадоер, Бенезет и Госс, каждый из них тоже занимается исследованием человеческого мозга, поэтому нам будет сложнее вытащить из них информацию, но я не зря в свои ранние годы пыталась доказать, что девушки тоже умеют думать. Когда мы проезжали мимо какого-то переулка то увидели, как парочка парней гнались за маленькой девочкой лет десяти. — Нужно помочь ей! — додумались мы втроём. Выйдя из машини втроём мы направились за этим взбродом. Пока бежали, то не задумались о том, почему выпустили уважаемого Константэна. Мы добежали до какого-то тупика и увидели следующую картину — преступники стояли в ступоре перед человеком в балахоне, что держит перед их лицами свои руки. — Стоять! — прокричала я — у вас есть право на… Этот человек просто посмотрел на нас, а мы не смогли даже и пошевелиться. Почему-то у него горели глаза, что чем-то заставляли нас стоять в страхе. Но что самое странное, это ребёнок, что держался за этого человека с надеждой на спасение. Я попыталась двинуться, но не смогла даже думать правильно. Человек в балахоне погладил девочку по голове, поднял на руки и прошептал что-то, от чего та улыбнулась и подбежала к нам, обняв меня и тем самым освободив от страха. Он исчез во вспышке огня. — Похоже, он не очень то и хочет, чтобы мы ему мешали — пробубнил Константэн, пока мы приходили в себя — дайте мне оглядеть этих людей, может быть смогу помочь. Я только кивнула и начала говорить с ребёнком. Эта девочка начала что-то радостно лепетать о «дракончике» что спасает людей. Константэн достал фонарик и начал оглядывать преступников. — Невроз, — поставил свой вердикт тот — с ними сейчас бесполезно говорить, они в панике от всего, что есть перед ними, от чего начинается ступор и у них перехватывает дыхание. Позвольте взять одного из них с собой. — Ладно, но тебе придётся сидеть между ним и… — Я понимаю — ответил тот, не дав Жаку договорить. Пока они загружали преступника в машину, я попыталась привести к благоразумию эту малышку, но… она продолжала бубнить о «дракошке». В итоге мне не осталось ничего, кроме как провести её домой. — Ребят! Я проведу её домой, а вы вызовите скорую! — отдав приказ, мы направились по указаниям ребёнка — ну, давай показывай мне путь. Пока мы двигались к её дому, я попыталась узнать о драконе но, похоже, он что-то точно сделал с ней, поэтому при первом упоминании она захихикала и сказала «Дракошка не хочет, чтобы его секретики были раскрыты, это сюрприз». Да что вообще происходит в этом городе! И вот мы уже пришли к её дому, вся дорога заняла где-то десять минут. Когда же мы прибыли, то я увидела следующее: родители вышли, обняли своего ребёнка и пригласили меня внутрь. Боком я заметила некоторые игрушки и зеркало, с очень чёрным ящером прикреплённым сверху. Я отказалась и пошла к машине. Мимо проехала скорая. Когда я пришла, то в машине уже сидели преступник, Константэн и Жак. Я села внутрь и меня встретили странные взгляды. Мой напарник смотрел на меня со странным подозрением, а психолог с каким-то… обожанием? Ну и конечно преступник был в ступоре, как они его запихнули в машину? И мы наконец-то поехали к научному центру… — Слушайте, когда мы зайдём в лабораторию, то не беспокойтесь о моих коллегах, они немного… адекватней меня, а если честно, то я единственный во всём центре, с таким характером. — А другие очень спокойные? — спросила его, я. — Ну, можно и так сказать, но Амадоер не очень хороший человек, так что будьте с ним осторожны. — Это он вас закрыл в кладовке? — Нет, не он, но это был один из моих коллег. К сожалению, я не умею смотреть на сто восемьдесят градусов назад. Эх, жаль мне уже не девять… Не знаю, к чему была последняя фраза, но мы как раз подъехали к центру. Это здание по высоте было на четырнадцать этажей и довольно широкая конструкция. На каждом этаже был свой отдел. Нас интересовал отдел человеческого разума. Мы подошли к рецепции, на которой была красивая блондинка, лет двадцати. — Добрый де… — Привет Селеста! Как дела на этой работе? — перебил Жака, Константэн. — Нормально, спасибо за поддержку. А что хотели твои друзья? — Мы хотели бы поговорить насчёт недавних убийств — реабилитовал себя мой напарник — сюда никто не приходил без пропуска сегодня? — Эм, — она посмотрела на монитор — нет, все имеют свой пропуск. — Ладно, а из психологов, кто-то сегодня приходил? — Пришли все, вот только кексик не пришел. — Ну, прости, что я так задержался. И не называй меня больше кексиком, у тебя парень есть, между прочим. — Ну, хорошо-хорошо, можете проходить, только осторожно с Амадоером, он сегодня не в духе. — Он всё время не в духе — ответил ей Константэн и оставил ей записку. Мы минули вахту и направились к лифту. — Кстати, как вы собираетесь достать из машины того контуженного? — спросила я, пока была не очень напряженная атмосфера в лифте. — Я уже позаботился об этом — сказал тот. Еще некоторое время мы стояли в лифте, каждый занимался своими делами… хотя нет, забудьте что я только что сказала. Константэн пытался смотреть на меня, пока Жак преграждал ему угол обзора (благо он выше нашего подозреваемого), поэтому на меня смотрел, только один глаз и это было жуть как страшно. Хорошо, что он быстро понял мою нелёгкость и отвернулся с видом сожаления на лице. — Забыла спросить, — вспомнила я — это линзы или у вас серьёзно красные зрачки? — Эх, ну, да — вздохнул он — это естественный цвет. Я опять забыл линзы. Вот, кстати, и нужный этаж. Мы вышли из лифта. На этаже было не очень просторно (учитывая ширину самого здания), стены комнат были стеклянными, предположительно с пуленепробиваемыми стёклами, комнат было четверо и еще одна подсобка. Каждая комната была не очень маленькой и не очень большой, примерно на четыре квадратных метра, в троих были по человеку, двое из которых оглянулись в нашу сторону и помахали нам. Похоже им очень скучно. — Пройдёмте в мой кабинет, пожалуйста — подшутил наш «гид». Мы пошли в дальний кабинет, где не было никого, кроме охраны перед дверью, точнее машины, в которую нужно вставить пропуск. Вот мы уже подошли к двери и Константэн вытянул пропуск и вставил его в сканер. — Ну, что же, давайте говорите, кто вас сейчас интересует! — Для начала, попрошу разговора с Джервесом, проверим вашу историю — попросила я. — Ладно. Джервес! — прокричал он. — Что! — Можешь зайти сейчас ко мне! — Сейчас зайду! По окончанию этого представления, к нам в комнату зашел мужчина лет тридцати — тридцати пяти с серьёзным, скучающим лицом. — Что-то нужно, Конст? — Отвечай на вопросы детективов, им очень нужна твоя помощь. — Ладно… что вы хотели? — Нам нужно с вами поговорить насчёт убийств, преступников. Вы же слышали об этом, не так ли? — Да, я наслышан, так где в этом деле мы? — Мы нашли карту пропуска в эту лабораторию, скажите, кто-то еще имеет доступ в эти комнаты? — Нет. Больше никто кроме нас четверых не имеет допуск в эти комнаты. В подсобку у нас у каждого свой ключ — я посмотрела на Константэна с подозрением, «Если у каждого есть ключ, то он мог быстро выбраться оттуда и направиться на место преступления» — но вчера они куда-то исчезли и я, кажется, знаю, кто их упрятал. — Ладно, верна ли информация о том, что ваш коллега вчера был заперт в подсобке? — Да это верно, его закрыл другой человек, а ключей у нас четверых уже не было. — Но откуда сейчас у вас ключи? — поставил резонный вопрос, Жак. — В одиннадцать часов, они появились возле подсобки, поэтому мы смогли спасти нашего друга, который не ел с самого утра и выглядел просто ужасно. — Хорошо, значит вы находились здесь во время убийства? — Да, как и Амадоер. — А как насчёт вашего коллеги Джеймса? — Он был внизу на рецепции, хотя мы уже не сможем это подтвердить. — Ладно, спасибо вам за содействие, вы можете возвращаться на своё рабочее ме… — Константэн! Так ты наконец-то пришел! — услышали мы женский голос позади нас и похоже эта женщина была очень зла. — Привет, Амадоер. — Никаких, привет, ты должен был прийти сюда еще четыре часа назад. Какого чёрта все эти люди здесь делают. — Ама, пожалуйста успокойся, это детективы и твоя болезнь это не причина быть такой грубой. — Никаких болезней у меня нет, а ты сейчас пойдёшь со мной и расскажешь… стоп, детективы? — успокоилась она. — Да, они пришли сюда из-за вчерашних убийств. — Ах ну тогда можете дальше работать, а я пойду по своим делам. — Стойте, вы как раз были следующей на очереди по допросу. — Ладно, можете спрашивать. — Во-первых: вы девушка?..