Strange guy

Дальнейшие действия я видела будто со стороны. А как иначе? Ведь я была в отключке. Похоже мое сознание покинуло мое бренное тело и вылезло наружу. Такое бывает, я видела в фильмах. Вот Джагхед бежит ко мне. Его лицо очень сосредоточенное. Он отталкивает от меня СвитПи и наклоняется к моему лицу, начинает бить меня по щекам. Глупенький, думает, что таким образом приведет меня в чувства. Но увы… — Вызывайте скорую! Живо! — кричит СвитПи своим собратьям. Змеи стушевались, забегали, один из них побежал в мотель, видимо, чтобы найти телефон и позвонить в скорую. — Джозефина, милая, все будет хорошо, — слышу я, но не слышит никто другой. Джагхед шепчет мне эти слова на ухо. Я смотрю на себя: на земле лежит побитая, маленькая и худощавая девушка. Мое лицо было покрыто ссадинами, нос был в уже засохшей крови. — Скорая на подходе, Джонс! — крикнул какой-то парень, Джагги обернулся на его слова и благодарственно кивнул. Джагхед же продолжал держать меня за голову, а я все еще была без сознания. — Зачем ты полезла в это, дура, — шептал парень, в его голосе были сожаление и вина. Да, он винил себя. Винил за то, что не смог отговорить меня. Глупый, глупый Джонс. Ты не виноват в этом. В этом виновата лишь я и только я. Вдруг слышу вой сирены. Скорая! Джагхед незамедлительно берет меня в охапку и бежит на выход из мотеля, где уже припарковалась машина скорой помощи. — Что случилось? — кричит один из врачей, вышедший из машины. Женщина с ужасом смотрит на мое состояние и понимает, что дело худо… — Она… — Джаг пытается связать пару слов в предложение, но запинается, — она потеряла сознание, — наконец, сказал он. — Удар в грудь, — говорит не пойми откуда появившийся СвитПи, — ее ударили в грудную клетку, от удара она упала, стала задыхаться и потеряла сознание. Джагхед со свирепостью смотрит на СвитПи. — Кто? Кто это сделал? — кричит мой брюнет. Слава богу, что он уже передал меня врачам и я преспокойно лежала на кушетке в машине скорой. Я же, ну или мое сознание, или душа… Не знаю, как назвать мое состояние в данный момент. В общем, я тоже залезла в машину скоро и села рядом со своим телом, наблюдая, что происходило около машины. Джагхед кричал на бедного Свит Пи, не зная куда себя деть. Он был готов сейчас же разорвать на куски того парня, что ударил меня. Вот, что делает любовь с людьми. Она делает их безумными и жестокими. Мой брюнет продолжал кидаться с вопросами на СвитПи. Тот лишь отвечал ему: «Успокойся, Джонс!». Нет, сейчас Джонса ты не успокоишь. Его девушка находится без сознания из-за удара какого-то парня в ее грудную клетку. Он обезумил и сейчас готов лишь до смерти избить виновника. В это время врачи начинают раздевать меня и осматривать. Мы уже едем в городскую больницу. Парни остались около мотеля дальше выяснять свои отношения, ну или же просто кричать друг на друга. Вот женщина-врач надевает на меня кислородную маску, по которой в мои легкие должен поступать желаемый воздух. Я чувствую, как сложно это дается. — Смещение грудной клетки! Перелом нескольких ребер! — кричит еще один врач, только уже мужчина. — Господи, и как тебя угораздило так покалечиться, — причитает женщина-врач. Я сама себя на это нарекла, тетенька. Я усмехаюсь своим же словам. Спустя пару минут мы уже подъезжаем к больнице. Врачи с невероятной скоростью и четкостью движений открывают двери машины и достают меня с каталкой. Везут в больницу, люди расступаются, увидев кучку врачей и каталку с обездвиженным телом. — В операционную! — кричит та женщина-врач. — Перелом и смещение грудной клетки! Нехватка кислорода! — вновь кричит она. Одна медсестра кивает и кидается в ординаторскую. Видимо, там сейчас находится хирург. Меня везут в палату с надписью: «Операционная», логично, да? Затем перекладывают на кушетку и раздевают, накрывают больничной простыней. Хирург влетает в операционную уже в боевой готовности: одетый в халат, в перчатках и маске. Врачи продолжают хлопотать над моим телом, прицепляя какие-то проводки везде. Кислородная маска заменяется на другую. Чувствую, как сильный поток кислорода начинает потихоньку поступать в мои легкие. Да, эта маска помощнее будет. Дальше я ничего не поняла. Видимо, мне ввели анестезию, и я заново потеряла сознание, только уже полностью. Я не могла видеть себя со стороны, я не видела уже ничего. Только лишь темноту, окутавшую меня всю и полностью.

***

Сколько я блуждала в этой темноте? День? Два дня? Или, может быть, целый месяц? Или всего час? Сколько длилась эта операция мне неизвестно, но очнулась я вполне безболезненно. Зудело лишь в районе грудной клетке, над которой «издевались» или «трудились» врачи городской больницы. Я благодарна им, что осталась жива! Слава медицине и добросовестным хирургам больницы Ривердейла! Я распахнула глаза, немного пощурившись от светлого тона больничной палаты. Я оглянулась. Сначала вправо. Белая дверь, душевая кабина и тумбочка, над которой была расположена кнопка вызова врача. Затем влево. Небольшое окно с белой рамой, шторы светло-голубого цвета и еще одна тумбочка, на которой стояла лампа такого-же светло-голубого цвета. Милый интерьерчик. Я захотела приподняться на локтях, но трубки с иглами в моих венах не дали мне этого сделать, поэтому я легла обратно. Шея сильно ныла, видимо, я долго провела в таком неподвижном лежачем положении. В палате кроме меня никого не было, никаких посетителей, ни мамы, ни отца, ни Джагхеда… Обычно в американских фильмах пациенты просыпаются, и около них в палате спит на неудобном кресле их родственник или любимый человек. Но я не в американском фильме… Поэтому, чтобы понять, сколько я здесь нахожусь, какой сегодня день и сколько время, я попыталась дотянуться до кнопки вызова медсестры. Получилось! Она загорелась красным, значит, вызов они получат. Браво! Хоть какое-то достижение на данный момент. Спустя минуту или две ко мне в палату зашел солидный мужчина средних лет, он был одет как типичный доктор: халат, рубашка, брюки. — Здравствуй, Джозефина, — поздоровался он со мной, я лишь кивнула в ответ. Сил не разговоры у меня не было. А можно было устать, если я все время лежала? — Как ты себя чувствуешь? — спросил он, взяв стул, чтобы сесть рядом с моей койкой. — Вроде все нормально, — тихо ответила я. — Что-то болит? — спросил он, записав что-то на бумаге, которую он притащил с собой. Видимо, мой больничный лист или типа того. — Область грудной клетки ноет, — также тихо сказала я, — и чешется, — добавила я, немного улыбнувшись. Доктор улыбнулся мне в ответ, вновь записав что-то на листке. — Хорошо, — как-то ободряюще произнес врач и встал со стула, — ты перенесла операцию на грудной клетке, ноют швы, наложенные хирургами, а чешется кожа в той области из-за повязки, скорее всего, просто вспотела, я попрошу медсестру поменять тебе повязку, — с улыбкой говорил доктор. — Ах да! Забыл представиться. Я — твой лечащий врач, мистер Клифф! — доктор протянул свою руку и неловко пожал мою неподвижно лежащую правую руку. — Приятно познакомиться, мистер Клифф, — попыталась улыбнуться я. — Сколько я была в отключке? — наконец, спросила я. — Не больше суток, операцию ты перенесла, как настоящий боец! — радостно сказал мистер Клифф. — Вскоре поправишься, через месяца три все станет прежним и заживет, — успокоил меня доктор. — Спасибо, — лишь ответила я, — могу я увидеться с родными? Кто-нибудь заходил ко мне? — Твоя мать приехала, как только узнала, что ты попала сюда, — начал мистер Клифф, — за скорой также ехали какие-то парни на мотоциклах, они на перебой говорили, что они твои друзья и должны пройти сюда, но ты была уже в операционной, и их никто не пустил. — А сейчас они где? Мои друзья? — спросила я. Скорее всего это был Джагхед, он не смог бы оставить меня без присмотра, а с ним и СвитПи… — Они сидели в приемном покое все это время, — спокойно ответил доктор. — Могу я увидеть их? — поинтересовалась я. — Не сейчас, сначала медсестра поменяет тебе повязку, чтобы тебе ничего не мешало, — доктор указал в область грудной клетки. — Но я сообщу им, что ты пришла в себя, я пущу их после того, как медсестра сделает свое дело, — улыбнулся доктор. — Хорошо, я готова, — согласилась я. Мистер Клифф кивнул и вышел из палаты. Спустя минут 10 ко мне зашла молоденькая медсестра. На вид ей было лет 20. — Здравствуйте, Джозефина, — поздоровалась со мной медсестричка. — Можно просто Джо, к чему эти формальности, ты не намного старше меня, — ответила я с улыбкой. — Хорошо, Джо, как скажешь, — девушка улыбнулась мне в ответ. — Теперь сможешь привстать? Мне нужно поменять твою повязку. Я еле-еле привстала на локтях, трубки с капельницей не дали мне сделать это с легкостью. Медсестра подошла ко мне, откинула одеяло и развязала больничную сорочку. На мне не было нижнего белья, поэтому мне стало неловко и я покраснела. — Не стесняйся, — спокойно ответила девушка, увидев мое смятение. Я немного расслабилась и стала наблюдать за ее движениями. Девушка аккуратно снимала повязку с моей груди, бинт был красный. Когда она сняла его полностью, я ужаснулась от того, что увидела: огромный свежий шрам, он был красный, виднелись даже маленькие стежки от шва. К моим глазам подступили слезы. Она слезинка скатилась с моей щеки и упала прямо на руку медсестры. Я поспешила вытереть остальные слезы. — Простите, — хлюпнула я. — О, милая, — спохватилась девушка, — мне стоило сказать тебе, чтобы ты закрыла глаза. — Но я не боюсь, — прохрипела я, — я просто не понимаю, что это на моем теле, что это случилось со мной, — я заплакала еще сильнее, не успевая утирать появляющиеся слезы. — Ну, тише-тише, — девушка пыталась успокоить меня, она аккуратно сделала свежую повязку и закрыла этот ужасный шрам. Я наспех завязала сорочку и укрылась одеялом. — Как тебя зовут? — вдруг спросила я девушку, она выкидывала грязную повязку в урну. — Кесседи, — ответила она с улыбкой. — Приятно познакомиться, Кесседи, — я протянула ей свою руку, насколько это позволяли трубки. — И прости за слезы, — я опустила взгляд вниз. — Ох, не извиняйся, Джо, — она приняла приветственный жест и пожала мне руку. — Можешь сказать, чтобы мои друзья пока не заходили? — попросила я. Я безумно хотела увидеть Джагхеда и остальных. Но на данный момент я была не в форме, я не хотела, чтобы они видели меня в таком состоянии. — Да, конечно, я зайду через полчаса, — ответила Кесседи и вышла из палаты. Я плюхнулась обратно на подушку. Я осталась одна лежать в этой тишине, слышались лишь капли в капельнице. От иголок в моих венах чесалась кожа, мне уже хотелось вынуть их, но нельзя. Я глубоко вздохнула и попыталась смириться с моим прежним положением: я перенесла операцию на грудной клетке, теперь у меня есть шрам посередине моей груди, уродливый шрам, который будет напоминать мне этот день до конца моей жизни. Через некоторое время ко мне зашла Кесседи, я согласилась пустить моих друзей в палату. Я достаточно успокоилась, но смогу ли я сдержать себя при них? Мне не хотелось плакать при моем Джагхеде и остальных, кто бы там не зашел. В палату постучали. Ответив краткое: «Войдите», ко мне зашел Джагхед. Он взглянул на меня своими грустными глазами, поставил стул рядом с кроватью и присел. Больше никого не было, видимо, он не разрешил другим войти или там был только СвитПи, которого теперь Джагхед ненавидел. — Прости, — я смогла выговорить это слово. Джаг поднял свою голову и посмотрел прямо в мои глаза, затем робко улыбнулся и привстал. Он подошел ближе ко мне и наклонился к моему лицу. Я сглотнула. Он хочет поцеловать меня? Я не была к этому готова. Я думала, что он ненавидит меня. Джаг молча поцеловал меня в лоб и присел рядом со мной на койку, он взял мою руку и крепко сжал ее. — За что, дурочка? — усмехнулся парень. — Прости, что ослушалась тебя и замутила все это за твоей спиной, — извинялась я. Зачем? Я хотела его успокоить. Нет, я не жалею, что сделала это, я теперь Змей, если мой проход через тропу признается посвящением. — Замутила? Что за словечко, Фибис, — парень вновь усмехнулся. — Это сленг, Джонс, — я мягко улыбнулась парню, наложив поверх его руки свою. — Зачем, Джо? Зачем ты сделала это? — этих вопросов я боялась больше всего. Ведь его не переубедить моим ответом «я хотела стать одной из вас», ведь парень против. — Что случилось, того не вернуть, — лишь ответила я. — Верно, — согласился парень, — СвитПи рассказал мне что именно случилось, — Джаг открыл одеяло и посмотрел на мою грудь. Нет, не в пошлом смысле. Он увидел повязку, которая просвечивалась сквозь тонкую ткань сорочки. Я поспешила закрыться одеялом. — Со мной все в порядке, — успокаивала я Джага, — теперь, — добавила я. — Я выбью из того, кто сделал это, всю дурь, — злобно проговорил парень. — И чем ты этим добьешься? Вернешь время назад? — я схватила его за плечи и приподнялась. Парень отвернулся от меня и посмотрел на свои руки, которые сжались в кулаки. — Джаг, посмотри на меня, — попросила я и тряхнула его за плечи. Парень не послушался. Тогда я взяла его за подбородок и взглянула в его карие глаза. — Не трогай того парня, — попросила я. — Еще чего?! — возмущенно проговорил брюнет и убрал мою руку с его подбородка, он вновь опустил свой взгляд вниз. Тогда я схватила его за щеки и снова заставила посмотреть в мои глаза. — Ты не станешь никого избивать из-за этого, понял? — умоляюще спросила я. — Но! — было возмутился парень. — Тшш, — я приложила свой палец к его губам. Затем приблизилась и также поцеловала в лоб. — Он должен ответить за то, что причинил тебе вред! — не отступал Джагхед. — Нет! — крикнула я. — Успокойся! Ты не станешь никого трогать! Я сама выбрала себе эту тропу! — кричала я. Джаг встал с кровати. Быстро приблизился и поцеловал в губы, пытаясь передать всю ту боль, которую он испытывал сейчас, он целовал рвано, прикусив мне нижнюю губу. Я скучала по его губам, признаюсь. Затем парень отошел и вышел из палаты. Что только что было? Куда он ушел? От мысли, что он хочет за меня отомстить всем Змеям, я заплакала от своей беспомощности. Я пыталась переубедить его, я пыталась остановить, но все тщетно! Я упала на кровать и плакала, что есть мощи. Слезы стекали по бокам на подушку. Мне было плевать. Я вырвала иголки из своих вен, начала течь кровь, мне и на это стало плевать, я хотела вернуть Джагхеда. Я сделала пару шагов к двери, голова закружилась от резкого перепада обстановки, я посмотрела на свои руки, кровь не останавливалась, голова закружилась сильнее, неужели я боюсь вида крови? Оказалось, что да. Я стала падать в обморок. Поняв это за доли секунды, я успела нажать кнопку. Вокруг меня закружилась палата, все стало одним белым пятном. Я падаю и ударяюсь о ножку кровати. Стало еще хуже. Снова темнота.