Boy Meets What

— Будь здоров! — ЮнГи раздраженно рыкнул в ответ. Чихал он уже третий день, начиная подозревать, что все неспроста и в условиях отсутствия в их квартире отопления он все-таки простыл. — Подай еще одно одеяло, будь добр, — попросил блондин, не поднимаясь с дивана и чувствуя, что его начинает морозить. — Может, пора признать, что ты заболел и начать лечиться, м? — ХоСок укрыл его и навис сверху, изучая недовольного парня. С происшествия в парке прошло больше недели, но они не вспоминали об этом, избегая темы. Не желая знать о том, что ЮнГи считает все ошибкой, он просто ждал. Ждал и ни на шаг не отходил от парня, постоянно поддерживая. — В аптеку по морозу кто пойдет? Ты? — проворчал ЮнГи, кутаясь, — если это все же простуда, то само пройдет. Надо только как-нибудь согреться. И не мешало бы лечь спать. Вечер уже. — С этими словами парень отвернулся, но, почувствовав, как чужие пальцы коснулись лба, снова открыл глаза и вопросительно уставился на своего призрака. — Чай хочешь? Горячее лишним не будет, — ХоСок казался уставшим, и вдруг до ЮнГи дошло, что в последние дни он только и делает, что ворчит, срывая свое недовольство на единственном близком человеке. Задумавшись, он пропустил момент, когда ХоСок отошел и вернулся уже с чаем, приятно пахнущим медом. Потянув носом он снова бросил взгляд на призрака. — Не против меда? — Блондин смущенно прошептал слова благодарности, и, выпутавшись из одеял, сел, с удовольствием обхватывая руками теплую чашку. — Неужели ты никогда не мерзнешь? ХоСок качнул головой и присел на краешек его дивана. — Это то, по чему я совершенно не скучаю. Не то, чтобы я не любил холод. Но удобнее жить, не заморачиваясь о том, какая за окном погода… ЮнГи! Он пропустил момент, когда чашка выскользнула из рук парня на пол, а сам он мягко простонал, опускаясь на подушку. — Ничего… Голова закружилась. Прости. — За что? За то, что заболел? — ХоСок снова укрыл подопечного, — чего-нибудь еще хочешь? Ответом ему стало неровное дыхание уснувшего ЮнГи. Бестелесный искал в кладовке половую тряпку, когда услышал болезненные стоны в комнате. ЮнГи, сбросив одеяла, метался по дивану, на лбу его выступила испарина. Подскочив, ХоСок коснулся рукой лба парня и с ужасом отметил, что кожа блондина горит. Отнять ладонь помешала слабая хватка на запястье. — ХоСок… холодно. — У тебя жар. Я принесу прохладную воду, подожди… — Нет. Останься. — Тут он осознал, что второй рукой парень сжимал кончик его крыла. — Прохладные. — Что? Перья? — Да. Понимание пришло не сразу. Чистилище. Точно. Крылья же тоже из его материи, и тоже кажутся холодными в живом мире. — ЮнГи. Отпусти. На минутку, потом я останусь рядом, правда. — Бледная рука соскользнула с перьев, и он, не теряя времени, осторожно разложил спинку дивана, делая его двухместным. Устроившись рядом с больным, он притянул того к себе и обнял, поправив прежде одеяло. Крыло он устроил сверху, как третье одеяло, и с улыбкой наблюдал, как его подопечный во сне перебирает пальцами темные перья. ЮнГи больше не лихорадило. Убаюканный спокойным дыханием и приятным покалыванием от прикосновения к живой душе, ХоСок позволил себе тоже задремать, безразлично думая, что лужа сладкого чая к утру превратится в липкое пятно. *** Из тепла «медитации» его плавно выдернул ЮнГи, пытающийся спрятаться в тепле одеял от прохлады его крыла. Ухмыльнувшись, он убрал его за спину, с каплей умиления наблюдая, как блондин пытается приоткрыть глаза и выпутать руки из-под одеяла. — Как ты себя чувствуешь? — На лоб снова легла тонкая ладонь. — Жара уже нет. — С такой грелкой любая простуда испугается, — с улыбкой пробормотал Мин и попытался прижаться мерзнущим носом к своему призраку. Оказалось, что от того исходят волны тепла и прижиматься вовсе необязательно, но все равно, освобожденной из-под одеяла рукой он обхватил ХоСока за талию, чтобы тот не отстранялся. — Почему ты спал тут? — Ты не помнишь? Ты вчера вцепился в меня, чуть перья не повыдирал, умолял с тобой лечь… Мин иронично хмыкнул и осторожно поднялся, отмахиваясь от легкого головокружения. — Ну-ну… — Следующие слова дались с трудом, но ему уже надоело сдерживаться, — может, будешь всегда спать здесь? Ну, просто, холодно ведь! А что, если я снова заболею? А учебу пропускать нельзя! ХоСок обнял за талию стоящего спиной к нему парня и улыбнулся, легко прикасаясь губами к уху: — Только ради учебы. Ему показалось, что он почувствовал, как ЮнГи задрожал перед тем, как вывернуться из кольца его рук и скрыться в ванной. Следующей ночью ЮнГи не мог уснуть. Было до боли уютно чувствовать чужое тепло за спиной, лежать в тепле, однако сон ни в какую не шел. Он осторожно, надеясь, что диван под ним не скрипнет, повернулся и нашел глазами лицо своего призрака. ХоСок лежал с закрытыми глазами, легко улыбаясь и дыша совсем слабо. Мин мягко усмехнулся. — Хорошо, что он рассказал о том, что ему не нужно дыхание. Вряд ли реанимация приехала бы к привидению, — про себя заметил он. Закрыв глаза, он снова попытался провалиться в сон, но снова безрезультатно. В голове тысячами роились мысли, лениво перетекая одна в другую и мешая уснуть. Вздохнув, ЮнГи отодвинул одеяло и тихо встал. Босые ноги неприятно обожгло холодом, он осторожно натянул теплые носки и накинул теплую кофту на пижаму, бесшумно открывая балконную дверь. Морозный воздух и терпкий дым сигареты в момент избавили от лишних мыслей, которые, однако, вернулись, стоило за спиной прозвучать знакомому голосу. — Не спится? — Я разбудил? Извини, — прошептал Мин, не желая нарушать звенящую тишину. Еще одна затяжка, на талию ложатся горячие ладони. — Мне не нужен сон, но извинения приняты, — спину обдавало приятным теплом. — Так зачем тебя на мороз-то потянуло? Понравилось лежать с жаром? Или снова решил попытаться проснуться? ЮнГи старался дышать глубоко и размеренно, чтобы собрать все мысли воедино и… решиться. — Я не хочу… — Что? — Руки на талии дрогнули и ХоСок попытался отстраниться, но блондин перехватил его ладони. — Я не хочу пытаться проснуться. Даже если это все сон, — ЮнГи бросил еще тлеющую сигарету в пепельницу и развернулся к ХоСоку. Руки все еще обнимали его за талию. Мин отвел взгляд от шоколадных глаз, наблюдая за собственными руками, которые будто жили собственной жизнью, сжимая в пальцах ткань рубашки на груди ХоСока. Последний вдох, как перед падением в глубокое озеро. Накрыть горячие губы своими и утонуть в этом тепле, наплевав на все. ХоСок, замешкавшись было, прижал блондина крепче и ответил на этот отчаянный поцелуй. В голове не было ни единой мысли, оставались только холодные губы с привкусом сигаретного дыма и тонкое подрагивающее тело в руках. Он отстранился, с улыбкой смотря, как парень хмурится и тянется к нему. Пальцы скользнули по чужой пояснице и… — Ты как ледышка. Все-таки хочешь снова заболеть? Он не ожидал, что блондин на это только фыркнет и резко толкнет его к двери внутрь, снова впиваясь в его губы поцелуем. В следующий момент он уже лежал на диване, изучая нависшего над ним ЮнГи. В темных глазах плескалась растерянность. Воспользовавшись замешательством, ХоСок снова скользнул руками по телу парня, задирая рубашку с кофтой. Мин прикусил губу, заглядывая в глаза, в которых яркими искорками плясало желание. Может, стоит остановиться? И мучиться снова? И тут он окончательно решил, что не собирается останавливаться, убегать, прятаться, и плевать, что люди могут подумать. Горячие руки тем временем уже избавили его от пижамной рубашки, лаская кожу, создавая контраст с потоками холодного воздуха, врывающегося в незакрытую балконную дверь. ЮнГи оседлал бедра ХоСока и вновь наклонился за поцелуем, скользнул языком по губам призрака, сцеловывая первый стон. Тонкие пальцы зарылись в светлые волосы, путаясь. ХоСок скользнул второй рукой по кромке штанов парня, приподнялся, вынуждая того оказаться под ним. Он чувствовал его возбуждение через тонкую ткань пижамы, и сам уже был на взводе, но в темных глазах еще мелькало сомнение, поэтому бестелесный заставлял себя притормаживать. Он накрыл рукой пах ЮнГи и от несдержанного хриплого стона ему почти снесло крышу. Блондин неосознанно приподнял бедра, вжимаясь в чужую ладонь. Страх и сомнения были окончательно стерты волной желания. — ХоСок… — Его руки блуждали по телу призрака, который уже давно избавился от одежды, и, когда его члена коснулась горячая ладонь, он неосознанно сжал пальцы в кулак. Раздался щелчок и тихое шипение ХоСока. ЮнГи распахнул глаза, натыкаясь на гримасу боли. — Прости! Бестелесный только улыбнулся и прижался губами к его шее, касаясь ладонью его щеки. — Ничего. Я забыл убрать крылья. Пером больше, пером меньше. Наплевать. — Он осторожно прижал зубами мочку, — не отвлекайся. ЮнГи снова приподнял бедра и застонал, почувствовав, что ХоСок убрал руку и отстранился. Однако в следующий момент по его бедрам скользнули ладони, стягивая штаны. Когда чужие губы коснулись внутренней стороны бедра, по его телу побежали разряды тока. Он покраснел, представив, как сейчас выглядит. «Еще и с парнем… к черту!» — Отмел он случайную мысль, а ХоСок в тот момент прикусил кожу на бедренной косточке, и лукаво покосился на него, когда на светлой коже расцвел яркий засос. Зрелище завораживало, но ЮнГи надоело лежать, ничего не делая. Он провел руками по шее призрака, притягивая к себе и целуя. ХоСок не возражал, только поудобнее устроился между бедрами и толкнулся вперед, ловя очередной стон, порыкивая в ответ. ЮнГи исступленно метался под ним, стройные ноги обхватили его талию, пытаясь подтянуть ближе, на светлой коже выступила испарина. Бестелесный продолжал в одной руке сжимать высветленные пряди, а второй снова скользнул по телу парня под ним, легко царапая ногтями тонкую кожу и чувствуя, как блондин вздрагивает и напрягает ноги, шепотом просит большего. Пальцы коснулись головки члена ЮнГи, раздался очередной громкий стон, утонув в поцелуе. ХоСок обхватил рукой оба члена и двинул бедрами. По телу прошла горячая волна, с губ сорвался стон, когда в плечи особенно ощутимо впились пальцы ЮнГи. Продолжая толкаться в руку, он покусывал мягкие губы парня. Оргазм накрыл их одновременно, блондин с хрипом выгнулся, пачкая руку призрака и теснее прижимая того к себе, хотя он и так не сильно сопротивлялся, бессильно заваливаясь на парня и просто стараясь сдвинуться чуть в сторону. По телу разливалась тягучая нега, ЮнГи с улыбкой прикрыл глаза и повернулся на бок, вынуждая ХоСока все же приподняться и лечь лицом к нему. Бестелесный прижался губами ко лбу парня, перемещаясь на щеку, легко прокладывая дорожку поцелуев по груди и ниже, но в волосы, дергая, вплелись пальцы, заставляя снова лечь на подушку и встретиться взглядом с темными глазами. Он начал было подниматься, чтобы сходить в ванную и помыть руки, однако то, что произошло дальше, заставило его судорожно сглотнуть и сделать глубокий вдох в попытке побороть вновь нахлынувшее возбуждение. ЮнГи скользнул пальцами по запястью его испачканной руки и притянул ее к себе, пошло проводя языком по каждому пальцу, при этом не отводя глаз от своего призрака. В голове ХоСока что-то сломалось. А в ванную все же надо. Но затем Мин свернулся клубочком и обнял бестелесного, прижимаясь как можно ближе к горячему телу. Сон пришел сразу же. А ХоСок еще какое-то время лежал, изумленно уткнувшись взглядом в растрепанную макушку и слушая тихое сопение. Сил хватило только на то, чтобы осторожно натянуть на них одеяло, а потом и он погрузился в привычное тепло медитации, продолжая мягко поглаживать худое плечо. *** ЮнГи привычно открыл глаза под первый звук будильника. Мышцы приятно тянуло, от тела под ним шло тепло. Он слегка потянулся, стараясь не ерзать и приподнял голову. Оказалось, что за ночь крепкого сна, он забрался на ХоСока, а руки самого призрака удобно покоились на его спине, придерживая. Мин скатился на свое место и положил ладонь на грудь бестелесного. ХоСок не был слишком смуглым, однако, в сравнении с его бледностью, его кожа казалась золотистой. Он провел рукой вниз, оглаживая слегка заметные кубики пресса. Серебро на золоте. Красиво. — Пронеслось в голове, на губы наползла улыбка. Однако что-то было не так. Что-то едва заметное… — ХоСок? — Получилось как-то жалобно, и призрак сразу открыл глаза, инстинктивно прижимая парня к себе. — Почему я вижу связь и почему она… изменилась? ХоСок тоже опустил взгляд на поток энергий и нахмурился. Связь больше не мерцала золотыми и серебристыми искорками. Вместо них было два переплетающихся белоснежных потока. Он отметил, что белый свет не резал глаза, как это было со Смотрителем. Он больше был похож на что-то другое. — Быть не может, — встретившись с вопросительным взглядом ЮнГи, он помотал головой. — Видишь, как светится? А помнишь, я рассказывал, что погружаюсь в глубину собственной души вместо сна? Так вот… души светятся именно так. Когда мысль была высказана вслух, волнение слегка утихло. Он присмотрелся. Да, не смотря на белоснежное сияние, у потоков все еще были разные оттенки. ХоСок вздохнул и поцеловал ЮнГи в висок. — Тебе же на пары. Не волнуйся, все будет хорошо, — рука невзначай скользнула по светлой коже, мягко оглаживая ягодицу. — Иди в душ. Только носки надень. Кое-кто вчера на меня накинулся и забыл закрыть балкон. Квартира окончательно промерзла. Блондин ойкнул и покраснел, утыкаясь лбом в плечо призрака. Действительно, в их доме было очень холодно, однако он не заметил этого сразу, прижимаясь к собственному источнику тепла. Выйдя из душа, кутаясь с головой в махровый халат, ЮнГи заглянул на кухню, и, не обнаружив там никого, кроме чавкающего у миски Холли, вернулся в гостиную. ХоСок уже оделся и вернул свои крылья. Услышав его шаги за спиной, призрак на мгновение обернулся, тут же поворачиваясь назад. Мину показалось, что в его комнате кто-то чужой — из глаз цвета растопленного шоколада исчезло все тепло. Тут по лицу резанул знакомый мороз, зрение затуманилось, а когда он снова мог ясно видеть, в центре комнаты напротив его призрака стояла какая-то светящаяся фигура. Почувствовав напряжение, ЮнГи сделал шаг назад, продолжая с волнением наблюдать за происходящим. Зазвучавший в голове громкий, приносящий физическую боль, голос оказался неожиданностью. Ты нарушил все правила. — Я не знал ни о каких правилах. Когда я просил совета, ты, надоедающий без толку все четыре года, просто исчез! А сейчас… Незнание не освобождает от ответственности. Это человеческий закон, ты должен об этом знать. — И что теперь? Изгонишь меня в Чистилище? Да я спас гребаную одинокую душу! — ХоСок неосознанно расправил черные крылья и тряхнул ими, делая больше. Какой-то животный инстинкт где-то в глубине разума вопил о необходимости казаться крупнее заведомо сильного противника. Вместо ответа фигура повернулась к ЮнГи. Что ты сделал? — Голос стал тише, и теперь странно журчал в голове, все еще не похожий на речь обычного человека. ХоСок замешкался с ответом. — Я… спас… Капюшон качнулся в знак отрицания. Нет, душа, случилось большее. Ваши души переплелись. И переплелись очень тесно. ЮнГи, поддавшись любопытству, подошел к призраку и, легко отведя напряженное крыло, встал рядом, лицом к лицу с силуэтом из света. — И что теперь? — Ожидание ответа затянулось, заставляя двоих занервничать и взяться за руки, переплетая пальцы. Родное тепло немного успокоило. Душа, нарушившая правила, должна вернуться в Чистилище. Тем более, что связи, которая привела ее сюда, больше не существует. — Нет, — шепотом вымолвил Мин, еще сильнее стискивая в пальцах ладонь призрака. Я ведь только привязался! Так нельзя! Есть другой выход. Душа… вернется в Живой мир. В своей прежней оболочке. Будет принадлежать миру живых. Однако память о нем должна быть стерта. У всех. Любое упоминание, будто его никогда раньше не существовало. — Но… ты говорил, что я тогда перерожусь ребенком. Мне придется заново взрослеть, и… — Они поняли, что тогда. Ему, в любом случае, не быть с ЮнГи. Нет. Это не тот вариант. Другой. Ты вернешься таким, каким умер. Тебе отдадут твою личность, а платой станет память. Память всех, кто когда-то знал тебя. Всех, кто скорбил после твоей глупой смерти. — Мою память тоже сотрут? — Тихо уточнил блондин, сверля взглядом пол. Да. ХоСок крепче сжал руку парня, который вдруг повернулся к нему, приковывая к месту взглядом, полным чувств. Вторая рука легла на скулу призрака, нежно поглаживая. — Я не смогу тебя забыть. Не после всего, что произошло. И… я прошу тебя согласиться на второе предложение. — ЮнГи… — но парень снова отвернулся к Смотрителю. Глаза уже невыносимо жгло холодом. — Его память о… загробной жизни тоже будет стерта? Нет. Нет смысла возвращать его, если он не будет знать, почему живет. Блондин задумчиво кивнул и с ожиданием посмотрел на ХоСока. — ЮнГи, — жалобно застонал бестелесный. — ХоСок, — он легко коснулся губ призрака. — Ты спас меня. Осветил мою жизнь. Согрел. Как я могу забыть собственное солнце? ХоСок прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Поцеловал ЮнГи в ответ и без малейшего сомнения повернулся к Смотрителю. — Я согласен. Согласен снова вернуться в Живой мир и быть забытым. Ты сделала выбор, душа. В следующее мгновение тело ЮнГи сковала невыносимая боль, в глазах потемнело и он упал на колени. Прежде, чем потерять сознание, он успел заметить тонкую розоватую ниточку связи, тянущуюся к светящейся фигуре, и по этой связи в обратную от фигуры сторону редкими электрическими всполохами пробегали холодно-белые искры. *** ЮнГи очнулся от холода. Рядом поскуливала собака. Открыв глаза, он понял, что лежит на ледяном полу и, простонав, медленно поднялся. Голова кружилась, тело сковывала слабость, поэтому блондин доковылял до мобильника и набрал номер старосты группы, предупреждая, что не появится на парах в ближайшие пару-тройку дней. Обернувшись, он окинул взглядом свой диван. Идея спать на полностью разложенном диване показалась идиотской, а один только взгляд на сваленные в беспорядке простыни и одеяла вызывал желание просто все сжечь — это проще, чем привести все это в порядок. Парень уныло вздохнул и отбросил подушки, подхватил одеяло, собираясь снять пододеяльник и бросить его в стирку. Внимание привлекло что-то выскользнувшее и плавно опустившееся на пол. Нагнувшись, ЮнГи подобрал длинное иссиня-черное перо и задумчиво покрутил его в пальцах. — Перо? Откуда?.. — Закончить вопрос не дала обрушившаяся тяжелой волной головная боль. Блондин обхватил голову руками и со стоном опустился на край дивана, когда в голове начали мелькать разрозненные обрывки, через какое-то время сложившиеся в отчетливые воспоминания. Открыв глаза, ЮнГи нашел себя по-прежнему сидящим на диване, по лицу струились слезы, жалкие всхлипы рвались сами по себе. Он снова взглянул на перо в руке, мягко проведя по нему пальцем. — ХоСок… Вскочив, он начал одеваться, наплевав на бардак. Он уже обувался на пороге, когда раздался стук в дверь…

---

ХоСок позволил себе широко улыбнуться и полной грудью вдохнуть городской воздух. На мгновение боль воспоминаний отступила, уступая место эйфории. Снова живой. И забытый. ЮнГи… наверняка, он тоже забыл. А Смотритель оказался не очень изобретательным. Парень стоял посреди игровой площадки в квартале от дома своего бывшего подопечного. Грустно усмехнувшись, он дернул плечами, не ощущая уютной тяжести крыльев, и пошагал к знакомому дому. Сначала подтвердит свое мнение о том, что он совершенно забыт, а потом отправится… жить. На плече висел рюкзак с его документами и кошельком. А заработал перед смертью он достаточно. Железная дверь. Теперь ему нужно вводить код, насквозь ведь не пройти. Знакомый подъезд. Восьмой этаж. Отвыкшие мышцы горят огнем — не сравнить с тем чувством, что он ощутил, будучи бестелесным. Но на это все уже плевать. Все его внимание обращено к родной двери. Стук. Радостный визг Холли. Открывшаяся дверь и до боли родной парень за ней.

---

Открыв дверь, ЮнГи понял, каким идиотом он был, собираясь бежать на поиски ХоСока. А теперь он стоял на пороге, смотрел в эти шоколадные глаза и нежился в родном тепле. Все разом навалилось. Бесконечное счастье, усталость после приятной, но бессонной ночи, отголоски боли, которой его наградил странный балахон — все смешалось в искрящееся игривое настроение. Он спрятал эмоции. — Да? — Боль в глазах напротив была отзеркалена его душой. Сердце сжалось. — Эм… Извините… Я по объявлению. Было сказано, что тут комнату сдают. — Ничего страшного, но, думаю, вы ошиблись, — свет в теплых глазах померк, но не полностью. Такой взгляд бросал на него Холли, когда он его ругал. ХоСок понурился и отвернулся, собираясь уйти. ЮнГи встрепенулся. — Подождите! Вы выглядите уставшим. Не зайдете на чашку чая? Кофе тоже есть. Брюнет слабо улыбнулся. — Спасибо. Но, кажется, вы куда-то собирались. Не хочу вас задерживать, — он бросил красноречивый взгляд на наполовину зашнурованный ботинок. ЮнГи махнул рукой. — Не важно. Всего лишь в магазин за овощами. Подождет. Так как? Зайдете? — От желания прикоснуться к парню уже сводило пальцы. ХоСок снова осветил его мир улыбкой и кивнул. — Спасибо. ЮнГи с улыбкой смотрел на макушку гостя, пока тот разувался, а когда он выпрямился, улыбнулся еще шире. — Ну привет. В глазах ХоСока загорелась радость, вперемешку с недоверием. — Я не понимаю… Он прервал его поцелуем, жадно впиваясь в любимые губы и обвивая руками шею. Когда ХоСок, осмелев, начал отвечать на поцелуй, а его руки легли на талию, крепко прижимая, ЮнГи слегка отстранился и лукаво улыбнулся. — Я же говорил, что не забуду тебя, мое солнце. ХоСок только радостно засмеялся и снова накрыл податливые губы своими, однако блондин снова отстранился. — Я люблю тебя. Он прижался лбом ко лбу ЮнГи и нежно провел рукой по его бедру. — Я тоже люблю тебя, Мин ЮнГи.