Утонуть в своих мечтах.

Открываю дверь и застываю на пороге. Не знаю почему, просто задумалась о чем-то своем. Так захотелось позвонить родителям, спросить, как у них дела, или увидеть и прогуляться по парку. Поэтому медленно достаю мобильник из кармана и набираю номер Фелекса, снимая обувь и направляясь к себе в комнату. — Алло? Привет. Ты можешь придти ко мне? — спрашиваю у перевозчика и сажусь на стул рядом с рабочим столом.  — А что? Уже надоело общаться с л… — Я хочу спросить у тебя кое-что, — нагло перебиваю и удивленно смотрю в экран телефона. Сбросил…? Пф, больно надо было. — Ну и о чем спросить хотела? — Вздрагиваю и лечу вниз со стула на итак больную спину, громко матерясь на родном, русском языке. Фелекс, как ни в чем не бывало, сидит на кровати и пристально за мной наблюдает. — Ты…! Ты больной?! Ау… Чего так резко-то?.. — Пытаюсь неуклюже подняться и вскоре мне это удается. Морщась от внезапной дополнительной порцией боли, наконец спрашиваю парня о своем мире. — Ладно… Кстати, я могу узнать, что происходит в моем мире? — Можешь, но зачем тебе? — Как зачем? Он что, не понимает? — Эм… Мне интересно. Да и к тому же, я скучаю по родным, — удивленно смотрю на Фелекса, который с великим энтузиазмом разглядывает потолок. — Знаешь, живя в этом мире, ты мертва в своем… — Замираю, словно оцепенев, и глупо переспрашиваю. — Чего?! — То-есть, я мертва?! Все-таки тот автобус перевернулся… Шикарно, что уж и сказать. — В своем мире ты без души, можно сказать, практически умерла. Просто выполняешь обычные, рутинные дела и не испытываешь эмоций, словно тряпичная кукла. — Он так спокойно это говорит, продолжая пялиться в белоснежный потолок, а во мне постепенно вспыхивают искры злости, разжигая пламя. — А?! Мы так не договаривались! — возмущенно вскрикиваю и хочу дополнить, но мою тираду перебивают. — Это все, что ты хотела спросить? Если да, то я пошел. У меня дел итак по горло. — И исчез, оставив после себя пустоту. И что это было? Он странно ведет себя. О господи, я запуталась… Надо бы водички попить и успокоится, заодно и поем чего-нибудь. Дохожу до кухни и достаю чашку с странными синими узорами, а потом наливаю в нее прозрачную воду. Значит, что я в своем мире бесчувственный овощ? Весело, очень весело и круто. Ладно, потом об этом поразмышляю и если смогу, то Фелекса расспрошу побольше. Живот ни хило просит еды, и я, крепко сжимая чашку, иду к холодильнику на другой стороне. Знаете, а сегодня мог бы быть вполне нормальный день, если бы не мои кривые ноги, об которые я сейчас споткнулась, если бы не Карма, который так удачно зашел, и если бы не вода в кружке, которая захотела отправиться в полет. По-моему, пора валить. Бегом. Сейчас же. Ну, да, я же с больной лодыжкой убегу хоть на край света!.. — Прости, прости, прости, прости… — Бесконечно повторяю одно и тоже, медленно отходя назад, а потом упираюсь о кухонную тумбу. — О боже, криворукая… — Он что-то еще обидное сказал в мою сторону и пошел, наверное, переодеваться, под мое удивление. А что я ожидала? Что он меня убьет? Ах-ха-ха… Это незаконно!.. Я нервно улыбнулась и выдохнула, оставляя чашку на тумбе. Окей, просто забудем про этот инцидент… на время. Но лучше запирать комнату на ключ или хотя бы подпирать стулом. Я подхожу к холодильнику и открываю его, при этом посматривая в коридор. Ну, не знаю даже, что и делать. Холодильник пустой, абсолютно. А я не ела ничего толком. — И да, кстати, как долго ты будешь у меня жить? — спрашивает пришедший обратно Карма, опираясь о косяк двери, и смотрит на меня. Быстро, однако, переоделся. — Эм, я… не знаю… возможно… — Неуверенно мямлю, хоть и не люблю, когда так делают, отпускаю дверцу холодильника и отхожу от него. — Как я понимаю, у тебя нет ни денег, ни одежды, ни своего дома. — Он скептически смотрит на меня, и заметив полное недоумение на моем лице, вместе с глубокой растерянностью, вздыхает, закатывая глаза. — Собирайся. — К-куда? — спрашиваю я у парня, который опять ушел куда-то. «Весело». Меня сейчас еще и выгонят от сюда нафиг. Я готова уже разрыдаться на месте и проклинать судьбу. — Ты, вроде как, есть хочешь, нет? Ну, если нет, то можешь не собираться. — Сначала стою на месте, ничего не понимая, а потом срываюсь с места и бегу обуваться. — И… ничего взамен не попросишь? — выхожу из дома, недоверчиво поглядывая на Карму, но организм явно намекает, «что плевать, пусть просит, чего душе угодно, желудку нужна еда!» и замалкиваю, не убирая с лица счастливую улыбку. Карма закрывает дверь и направляется куда-то по тротуару. — Попрошу, — хоть мне и не нравится его ответ, все равно следую за ним, представляя, как буду наедаться. Ох, жду не дождусь. Кафе оказалось недалеко от нашего с каких это пор «нашего» — не знаю дома, и дошли мы за несколько минут. И эти минуты я грезила о огромном столе с кучей вкусностей, попутно доставая Карму расспросами. Дойдя до небольшого здания, похожего на аккуратный деревянный домик, мы зашли внутрь. Теплая, уютная атмосфера, словно, как описывают дачу бабушки; миниатюрные столики, рассчитанные на четверо человек, а некоторые, стоящие подальше ото всех, около стены, на шестеро; все сделано в шоколадных, коричневых тонах и много зеленой, яркой растительности. Я и замерла у входа и не до конца слышала Карму, пытавшегося до меня достучаться. — Алло, Рина-чан, проснись! — все-таки, я резко вернулась в реальность, как только Карма взял меня за руку. Резко отдергнув конечность и протирая ее, я испуганно посмотрела на красноволосого. — Ну, неужели! Идем уже. Мы сели за стол рядом с огромным, чистым окном, и мне дали возможность заказать все, что душе угодно. Что вызвало у меня кучу за и против. — Сразу скажи, что я должна сделать. Мне страшно что-то. — Но Карма лишь рассмеялся и посмотрел в окно. Ну ладно, дают — бери, бьют — беги. Верно же…?