Глава 51
28 мая 2023 г., 03:00
– Да как бы идея-то не такая плохая, – задумчиво протянул Стайлз, растрепав начавшие заново отрастать волосы.
Лидия, в автодоме которой собрался урезанный состав стаи, подхватила почти без раздумий:
– Согласна, почему бы и нет. Из Дерека выйдет прекрасный третейский судья, как раз потому, что он не любит ввязываться в чужие споры. Я могу стать его секретарём на случай официального выхода к народным массам, мама с превеликим удовольствием изобразит из себя пиар-отдел. Зато мы всегда будем держать руку на пульсе и, если правильно разыграем свои карты, получим максимальную свободу манёвра.
Кора, презрительно фыркнув, обвиняюще ткнула в Лидию пальцем:
– Ты просто хочешь быть первой леди города.
– Первой леди будет жена Дерека, – снисходительно улыбнулась банши и подхватила на руки радостную Праду. Собака была счастлива, что хозяйка в кои-то веки сидела дома и никуда не собиралась. – Когда она у него появится.
– Так это ещё когда будет! За это время все привыкнут именно к тебе.
– К прекрасному привыкнуть несложно, – энергично кивнул Стайлз. Он до сих пор не понимал, почему… Ладно, всё он понимал. Кому ещё-то обсуждать, пристраивать Дерека на трон или нет. Тут разве что Питера не хватало для полного комплекта, так дядюшку Хейла, вот сюрприз, услали сторожем на ферму. Видать, что-то не то он сказанул грозному альфе, который с самого собрания ходил взвинченный.
– И вообще, Дерек не любит публичности, – заявила Кора.
Стайлз с Лидией синхронно хмыкнули и понимающе переглянулись.
– Эй, какого хрена?!
Лидия положила той-спаниеля рядом с собой, покопалась в устроившейся посреди стола коробке и добыла из неё нежно-розовый флакон.
– Мы это к тому, дорогая моя Кора Хейл, – поведала Лидия, начиная покрывать удручающе короткие ноготки аккуратными слоями лака, – что в коридоре старшей школы нашего города до сих пор висит фотография баскетбольной команды, в центре которой позирует наш альфа, образец… 2005го или 2006го года, Стайлз, не помнишь?
– Их там было несколько, – с удовольствием ответил парень. – 2004го тоже висело. Если инфы всё не посшибали, должно висеть до сих пор.
Кора фыркнула, но сказать ей было нечего: во времена старшей школы Дерек был тем ещё заносчивым засранцем, любившим кичиться своими спортивными победами.
От такого расстройства волчица выцепила радикально-чёрный лак и тоже принялась красить ногти – три на левой руке, два на правой. Через несколько минут тишины, сменив чёрный лак на белый и докрашивая те ногти, которые недокрасила в первый раз, Кора вынужденно признала:
– Дерек не смог бы подчиняться посторонним людям, а с тем, что творится в этом чёртовом мире…
– Да, стае пришлось бы уходить из города, – вздохнул Стайлз. – Это хорошо, что Дерек сразу попал в правление, иначе вышло бы печально.
– Тебе пришлось бы работать буфером между стаей и шерифом, – с фальшивым сочувствием протянула Лидия, не отводя изучающего взгляда от ногтей. Их длина её категорически не устраивала, но что поделать! На данном этапе жизни приличный маникюр оказался непозволительной роскошью. Даже при том, как осознавала разумная мисс Мартин, что она устроилась лучше подавляющего большинства нынешних горожан.
– Молчи, грусть, – Стайлза аж передёрнуло от подобной перспективы.
– То есть быть Дереку номинальным главой города, – сделала вывод Кора.
Стайлз откинулся на спинку кресла, сплетая пальцы на затылке.
– Малый совет стаи постановил? – риторически спросил он.
Девушки дружно подули на свои ногти, переглянулись и продемонстрировали друг другу результат: розовые ноготки у Лидии, очень девичьего оттенка, и неформальный чёрно-белый пешеходный переход у Коры.
– Мы всегда можем отказаться, – задумчиво проговорила Лидия. Встала, подошла к зеркальной дверце на кухне и принялась придирчиво себя рассматривать. Прада следила за хозяйкой с диванчика. – В городе слишком много преимуществ, а в позиции Дерека очень мало ограничений. В основном благодаря скромной численности населения. Думаю, девяносто процентов времени наш альфа будет представлять из себя талисман Совета. – Лидия собрала волосы, прикидывая перед отражением хвост, пучок и другие актуально-удобные причёски. – Я бы скорее задумалась, в какую сторону это всё развернётся в будущем. Дерек может окончательно уйти в статус декоративного украшения Совета, а может со временем взять власть в свои руки и стать не номинальным, а фактическим хозяином города.
– Дерек взбрыкнёт, как только осознает свою декоративность, – авторитетно заявила Кора, следя за манипуляциями Лидии.
– Дерек может уйти из Совета, когда ситуация более-менее наладится, – предложил Стайлз свой вариант развития событий. – Будет примерно как при прошлой стае Хейл, только каждая собака в городе окажется в курсе существования оборотней. Не то чтобы я знал, как было при твоей матери, Кора.
– Прямо море возможностей, – поморщилась та.
– Так не будем же от них отказываться, – тонко улыбнулась Лидия. В итоге она всё же остановилась на низком пучке, выпустив пару прядок, очень выгодно подчеркнувших овал лица и красивую шею.
– Если Дерек захочет, а остальной Совет так и будет перекладывать с больной головы на здоровую, брат реально может стать вожаком города, – признала Кора. – Лидия, ты что вообще делаешь?
– У меня свидание в одиннадцать вечера. И не смотри так, ничего предосудительного. И он, и я – рабочие люди, встречаемся, когда можем.
– Ты серьёзно? – Кора поверить не могла. – Тут столько проблем, а ты по мальчикам бегаешь?
– Как говорит Анжелика, – вставил единственный присутствующий мальчик, – конец света – не повод забывать о личной жизни.
– Мне нравятся твои друзья, Стайлз, – Лидия ослепительно улыбнулась зеркалу и вернулась за столик, потеснив собачку, которая снова радостно завиляла хвостиком.
– Анжелика – это кто? – подозрительно уточнила Кора.
– А, это Эндрю. Ну, тот, который занимается техническим ремонтом.
– Не думаю, что хочу знать эту историю.
– Тогда давайте о приятном, – хлопнула в ладоши Лидия. Подхватила с полочки большой планшет и открыла схему. – Вот план отеля. Вот фотографии, которые я сделала, когда была там в последний раз. Что нужно изменить?
– Выкинуть хлам, – посмотрев несколько фотографий, уверилась Кора.
Стайлз возмутился:
– Эй, мне нравятся эти автоматы! Только их надо перенастроить, чтобы всё выдавали бесплатно.
– Мечты детства? – снисходительно улыбнулась Лидия.
– Вот давай ты мне сейчас соврёшь, что никогда о таком не мечтала.
Лидия не стала развивать тему. Вместо этого она постучала свежепокрашенным ноготком по рамке планшета.
– Мусор, конечно, необходимо вынести. Предлагаю отнести в категорию мусора установленные кровати.
– Согласна, они слишком отельные, – кивнула Кора. – И я не хочу знать, кто спал на этих матрасах, а тем более чем ещё на них занимались. Не хочу, но точно буду, так что сразу на помойку.
– Или в пользу бедных. Я бы ещё свой ковёр постелил, – добавил Стайлз. – Палас пусть остаётся, не сдирать же, но свой ковёр – это основа индивидуальности!
– Ты ещё скажи: покрасить стены, – младшая Хейл явно проснулась сегодня с желанием придираться ко всему подряд.
– И скажу! Эта белизна, конечно, делает комнаты светлее… а ещё создаёт у меня ощущение больнички, и на ней видна грязь.
– Предпочитаю моющиеся обои, – у Лидии было своё мнение.
– Вот да, обои – прекрасный вариант. И разболотить бассейн. У меня на него, между прочим, балкон выходит.
– То есть ремонт от и до, – сказала Лидия таким тоном, что стало ясно: она даже не сомневалась в полученном результате.
– Зачем мы вообще голосовали за эту домину? – риторически вопросила Кора.
– Потому что нам нужно было отдельно стоящее, большое, прочное, жилое здание со всеми удобствами, а такой отель в Бейкон Хиллз один. Всё остальное – ненадёжные одноэтажные мотели или требующие глобальной перестройки таунхаусы, – отозвалась Лидия, рассматривая неприглядную фотографию бассейна, мысленно меняя в нём воду и расставляя вокруг шезлонги. – Стайлз, как у тебя с друидской магией?
– Смотря в каком смысле, – с интересом заглянул в планшет парень.
– Мне не нравится этот забор, – Лидия ткнула пальцем в фотографию решётки, довольно условно окружавшей зону террасы и бассейна. – Я хочу приватности, комфорта и природной эстетики.
– Ммм, то есть высокую живую изгородь?
– Можно пышные вьющиеся растения, я не особо привередлива в этом вопросе.
– И, конечно же, чтобы там не водились насекомые.
– Конечно.
– Я с вас хренею, – сообщила Кора. – Вы не пробовали общаться телепатически? Клык даю, у вас может получиться.
– Обязательно попробую, – кивнул Стайлз. – И изгородь, и телепатию. Только не прямо вот сейчас.
– Я обязательно уговорю Дерека уступить тебе гараж, – пообещала Лидия.
Стайлз машинально улыбнулся, просчитывая в голове варианты ускорения роста растений и заодно припоминая, есть ли сорта, изначально непривлекательные для всяких мошек, или придётся выдумывать что-то дополнительное. В том, что Дерек без чьего-либо вмешательства отдаст ему под лабораторию садовый склад, который Лидия обозвала гаражом, парень не сомневался.
– Хорошо, – вспомнил он, – что в отеле нормальные ванные комнаты с закрывающимися дверями, а не вид на унитаз с кровати. Маленький личный холодильник тоже в тему. И у меня в будущей комнате два таких прикольных кожаных кресла с круглым столиком, – Стайлз ткнул в фотографию номера бизнес-класса. – Может, их кто-нибудь заберёт? Поставлю нормальный стол. Или диван. На место нынешнего стола с неизвестно зачем нужным большим зеркалом поместится два-три книжных стеллажа. Кстати! Пуленепробиваемое стекло не нашли, зато пару месяцев назад обнесли склад ударопрочной плёнки. Надо бы зарезервировать. Я смотрел инструкцию по установке, там всё просто. Надо только сначала поменять выбитые окна.
– У меня над кроватью балдахин, – ткнула пальцем Лидия. – Чёртов уродливый пылесборник входит в комплектацию люкса. Да, Кора, если хочешь экзотики – забирай, – кивнула девушка. Помассировала виски и сообщила: – Я осознала масштабы трагедии. Признаю, была не права. В таком составе обсуждать ремонт нашего будущего дома бесполезно. Для переделки зон общего пользования нам нужен Питер Хейл, как самый просвещённый по заскокам оборотней, а насчёт личных комнат каждый должен подумать сам.
– И желательно в ближайшее время, – согласилась Кора. – Никогда не видела стремительного ремонта.
Стайлз прекрасно её понимал.
– Да уж, с окончанием строительства жить в Колизее станет странно, – подтвердил он. – Лидс, давай распечатаем фотографии стандартных номеров, их планировку, раздадим стае, а потом соберём результат?
– Отсутствие профессионального дизайнера интерьеров налицо, – сокрушённо покачала головой Лидия. – Что же, будем творить отсебятину.
– Но покраска в первую очередь, – вставила Кора. – Эта вонь…
– Не для оборотней, мы поняли, – отозвалась Лидия.
– Мне интересно, как люди воспримут время, выделенное на переезд и обустройство, – поделился Стайлз мыслью, пришедшей в голову благодаря несложной логической цепочке. – За всё время – один выходной в десять дней и дважды праздничные отпуска по два дня. Ведь ещё и на работу будут ходить не общей толпой, как сейчас, а по одному в разные места из собственных квартир. Или вот, вернётся ли дело к обычной пятидневной рабочей неделе с двумя выходными или так и продолжится ритм десять на один? Это же календарь менять придётся.
Кора в этом вопросе была категорична:
– Разберутся без нас.
– Да, – согласилась Лидия, – это не наша проблема.
– Ну да, у стаи рабочие дни один чёрт ненормированные, – признал Стайлз. – А я ещё, скорее всего, со временем съеду. Только пока не знаю, куда именно.
Девушки заинтересованно уставились на потенциального ренегата. Стайлз развёл руками:
– Комната в доме стаи мне маловата. У меня уже сейчас куча стеллажей с книгами, коробки под кроватью и резервация на складе Колизея. Гаража мне не хватит, потому что я не хочу проводить опыты рядом с книгами. Нужен нормальный стационарный алтарь на все случаи, чтобы не собирать каждый раз времянку из чего попало, которую потом приходится утилизировать по всем канонам. Ещё подумываю над делянкой со всякими травками. И собираюсь поискать падаванов.
– Почему не сразу юнлингов? – от удивления улыбка Лидии выглядела совершенно пластиковой.
– Ни за что! Юнлинги – это же младшая школа, а мне нужны взрослые разумные люди, получившие базовое образование. Вот миссис МакКолл и Джинни, например, уже очень успешно занялись лекарствами и лекарственными травами. И других планов у меня до… В общем, много, я это всё не осилю, даже если буду вкалывать как раб ближайшие пару веков. Как по мне, гораздо быстрее будет обучить несколько человек с талантами к магии, и пусть каждый копает интересную ему тему.
– Ты думаешь, найти потенциального мага так просто? – спросила Кора, всеми порами источая скепсис.
Стайлз развёл руками, чуть не попав не вовремя воспрявшей над столом Праде по лохматым локаторам.
– Я не думаю, что я весь из себя такой уникальный. По моим предположениям, тут как с грамотностью в средние века: если не учить, то у всех будет антиталант.
– Но это не точно.
– Да, Лидс, не точно. Но проверить-то стоит.
– Среднее магическое образование… – протянула Кора. – Друиды закопали бы тебя за попрание устоев. Я за.
***
– Имболк – это ведь про кельтское колесо года? – тихо спросил Гил, не отрываясь от работы. – Мы проводим кельтский ритуал? – Не обязательно, – Корвин вывалил из горшочка ком земли с маленьким саженцем и опустил его в ямку. Эта часть ритуала позволяла свободно общаться. – Законы природы не зависят от конкретной религии. К примеру, диетологам очень нравится христианский пост не потому, что он христианский, а потому, что он рабочий. Исповедь прекрасно сказывается на психике. Моисей запрещал есть рыб без чешуи и плавников, потому что такие рыбы бывают ядовитыми, или бьют электричеством, или ещё как-то могут навредить здоровью. Иудеи изгоняли людей с кожными заболеваниями в пустыню задолго до изобретения карантина. Будда рекомендовал побольше гулять на свежем воздухе. Даже обрезание можно назвать профилактикой фимоза. Я могу привести ещё кучу подобных примеров, но, думаю, ты уже понял мою мысль. – Он понял, – сказал Амар. Полил росток вчерашним дождём из бутылки и выпрямился. – Самый длинный день в году будет самым длинным, как его ни назови: хоть Лита, хоть Лиго, хоть Сячжи, хоть Иван Купала. – На самом деле этот ритуал можно бы провести в другой день, – непривычно тихо сообщил Стайлз, не отрывая взгляда от начавшего светлеть неба. – Не в день поворота к весне, не в первый лунный день, не рядом с узлом силы. Но я пока плохо во всём этом ориентируюсь. Сказано затянуть потуже болт, постучать три раза и отвернуть обратно на половину оборота, значит, буду стучать, отворачивать и молиться святому Бальдомеру, пока окончательно не разберусь, в чём прикол. – Может, тогда стоит отложить до тех пор, пока не разберёшься? – мягко спросил Халвин. Никаких сомнений или страха, скорее, он не хотел, чтобы хозяин сомневался в себе или перенапрягся, пытаясь учесть больше, чем способен. – Фрэнк почти живёт в балаклаве, – отозвался Стайлз. – Эллиот с Дэнвером едва не пострадали, когда уводили инфов от фермы. Корвина пару месяцев назад подстрелили залётные охотники. Про тебя, Халвин, я тоже слышал, ты не надейся. Опасности в ритуале нет, это я могу гарантировать, в худшем случае он не сработает и всё. Так что лучше проведём ритуал сейчас, чем ждать ещё год, чтобы убедиться, что всё именно так и надо делать. Я вообще-то ответственный парень, вы нужны мне живыми и как можно более целыми, вот и будем над этим работать. – Я не вижу тут твою стаю, – ухмыльнулся Халвин. – Стая мне не принадлежит, так что этот ритуал им не подходит. Вставайте, скоро. Босая, одетая только в криво пошитые светлые, почти белые балахоны разных оттенков, свора тут же заняла свои места рядом со свежепосаженными растениями, примерно в пятидесяти метрах от Неметона. Они выстроились полукругом спиной к проросшему пню и своему хозяину, глядя в густой лес на востоке. Посередине оказался Халвин, слева и чуть позади от него выстроились Амар, Корвин и Франклин, справа – Дэнвер, Гилберт и Эллиот. В руках псы держали сплетённые то ли в фитиль, то ли в замысловатые косички травы, несколько минут назад зажжённые от свечи в руках Стайлза. В густом лесу рассвет было не увидеть. Только в какой-то момент, когда небо стало ещё на пяток тонов светлее, на ресницах Стайлза еле заметно вспыхнули золотые искры. Парень тут же махнул рукой над фитилём, затушив огонёк. Уронив свечку под ноги, Стайлз неслышно, одними губами зашептал, рисуя светящимся кончиком пальца прямо по воздуху. На спинах его псов вспыхивали знаки – одинаковые, и в то же время различавшиеся наклоном, яркостью, размером и деталями, как прописная литера отличается в зависимости от почерка того, кто пишет. По этим нюансам можно было бы многое сказать о том, каким существом является каждый из присутствующих, насколько они близки к пробуждению, даже что у них на душе в данный момент. Стайлз и близко не разбирался в таких тонкостях, да ему и не надо, он верил в личные границы. И пофиг, что с точки зрения магии свора была его собственностью. – Что принадлежит мне, встретит закат и встретит рассвет, – громко сказал он, взяв в руки кружку, обычную такую большую кружку с круглой ручкой, даже без рисунка. Все семеро синхронно повернулись и подошли к нему. Один за другим они опускали в сосуд плетёные травы и возвращались по местам. За их спинами оставался их хозяин с кружкой закипавшего молока и повисшие в воздухе длинные светящиеся линии. – Что принадлежит мне, пройдёт огнём и родится молоком, – напряжённым от волнения голосом проговорил Стайлз, вылил молоко себе под ноги и резко дёрнул намотанные на руку призрачные поводки. Псы рухнули как подкошенные. Фрэнк застонал сквозь зубы, волки рыкнули, Амар всхлипнул, и только Халвин, стиснув зубы, не издал ни звука. Спустя мгновение светлые балахоны заходили ходуном, а потом, растерзав их когтями, наружу рванули волки и величественный тигр. Следом с земли взлетел крупный ворон, за ним переступил лапами громадный пёс, чья шерсть пылала настоящим огнём. Самым последним, сохранив одежду, неуверенно поднялся слуа. Он неверяще смотрел на совершенно человеческие руки и ощупывал лицо – обычное лицо мужчины неопределённого возраста, которого Стайлз никогда в жизни не встречал. Звери, охваченные эйфорией преображения, рванули в лес, проверять свои новые тела. Фрэнк бросился к сваленным под деревьями рюкзакам с нормальной одеждой, где-то там у него был планшет с фронтальной камерой, который вполне мог сыграть роль отсутствовавшего зеркала. Стайлз облегчённо, радостно улыбнулся, пряча трясущиеся от нервов ладони в рукава своей безразмерной «колдовской» толстовки. Последний из запланированных ритуал завершился полным успехом.
