Fevered Dreams

      Грелль повернулся к Гробовщику, и в слабом свете свечей сверкнули зеленые глаза. Он наклонил голову и засмеялся, поворачивая ее из стороны в сторону, и упал обратно на кровать. Внезапно Сатклифф выгнул спину и начал хрипеть.       Гробовщик бросился к рыжему жнецу, у которого от смеха уже текли слезы. Он с безумной улыбкой взглянул на Легендарного, и, хищно оскалясь, протянул руки к нему:  — Гроби, дорогой, иди сюда!       Гробовщик смутился и коснулся рукой лба Грелля, обнаружив, что температура опять поднялась. Диспетчер перехватил его руку и фыркнул от удивления:  — О, Уильям! Я и не знал, что ты отрастил длинные ногти!       Гробовщик замер от удивления: «Уильям? Его лихорадка настолько сильная, что даже начали появляться галлюцинации!»       Глаза Грелля метнулись к лицу Гробовщика, и на его лице появилась озорная улыбка. Быстро подняв серебряную челку, Сатклифф посмотрел в глаза Легендарному.       Он выдохнул и захотел отстраниться, но диспетчер не позволил ему этого. Грелль просто не мог оторваться от его глаз, продолжая хихикать: — У тебя такие красивые глаза, мой Гробойщик!       Легендарный слегка улыбнулся, все же отстранившись, тем самым вызвав разочарованный вздох у больного. Но вдруг резко Грелль посмотрел куда-то вдаль: — Уильям!       Гробовщик вздрогнул от удивления и обернулся, ожидая увидеть Главу Департамента, но там его не оказалось.        Легендарный решил поискать тряпку, которой пытался сбить лихорадку. Гробовщик ахнул, когда почувствовал, как его обхватывают руками и заваливают на кровать. Он почувствовал, как Грелль запустил свои пальцы в серебряные волосы, и это не могло не приносить удовольствия. Сатклифф потянулся к губам Легендарного:  — Поцелуй меня, дорогой!       Гробовщик тут же отстранился, избежав поцелуя. Грелль зарычал от досады, когда Легендарный вышел из комнаты.       Налив себе чашку чая, он пытался тем самым успокоить свое сердце. Подперев голову руками, жнец погрузился в раздумья:       «Я должен его спасти. Ведь если я этого не сделаю, то не знаю, кем буду тогда».       Застонав от безысходности, Гробовщик направился в спальню. Грелль лежал с закрытыми глазами, а его грудь интенсивно вздымалась. Седой жнец улыбнулся: « Если он спит, то лихорадка, должно быть, прошла.»       Опустившись на колени рядом с кроватью, Легендарный коснулся его, с радостью отмечая, что температура спала. Гробовщик вновь намочил тряпку и положил на лоб Грелля и вдруг услышал свое имя. Лишь сейчас он заметил, как болезненно выглядел диспетчер: кожа была очень бледной, а волосы спутались окончательно. Легендарный тихо зарычал, и печальные воспоминания вновь нахлынули на него.       В дальнем конце комнаты была дверь, ведущая в подвал. Гробовщик посмотрел на нее, и в голове у него мелькнула мысль.Он с силой распахнул дверь, думая о существах, что таятся за ней.