Пропасть

       Большая перемена. Десятые классы сидят крупными компаниями, разбившись на группы, в школьной столовой и, помимо уплетания еды, общаются о чем-то своем, будь то сплетни о знакомых, задание по определенным предметам или планы на выходные. Помимо десятиклассников, в столовой было еще много других параллелей, поэтому людей собралось достаточно много, так что ребята еле умещаются за столом, теснясь и чуть ли не забираясь друг на друга.        К столу подошел с подносом, на котором были горы еды, Гарольд, но обнаружил, что места для него уже не осталось. Стройный человек бы вполне уместился, но с его комплекцией это было весьма затруднительно.  — Подвиньтесь кто-то, а? — недовольно сказал он и, даже не выслушав предложения сесть за другой стол, двинул в бок того, кто сидел с краю, да так, что все ребята, как доминошки, пошатнулись в другую сторону. Хельга, сидевшая в тот момент с краю, чуть ли не упала, однако Арнольд, который сидел прямо рядом с ней, вовремя ее подхватил. Встав с места, девушка отряхнулась и уже было начала свою гневную тираду:  — Ничего получше не придумал, умник? Я бы на твоем месте похудела раза в два или хотя бы села за другой стол! Не видишь, что места нету?  — Хельга, остановись, пожалуйста, — постарался предотвратить очередной конфликт Арнольд. — Раз уж тебе негде сесть, то, если хочешь, присядь ко мне на руки, — предложил парень своей подруге.        Сказать, что Хельга была рада — ничего не сказать. Ее глаза сразу заблестели, и она, конечно, присела своему другу на колени, просто растаяв от удовольствия. Сидя на нем, она поймала себя на мысли, что, наверное, лет пять-шесть назад и не подумала бы, что когда-то подружится с Арнольдом, что начнет тесно общаться с ним в старших классах, и уж тем более — что вот так будет сидеть у него на коленях на глазах у целой толпы, пускай и просто потому, что одному жирдяю не хватило места за столом.        На самом деле, Арнольд и сам не мог предугадать, что в старших классах начнет общаться с Хельгой, которая, казалось бы, так его раздражала. Он не помнит, как и почему, но, так или иначе, они не так уж давно сблизились, а уже успели стать хорошими друзьями. Нельзя сказать, что лучшими, однако общались ребята довольно часто. Возможно, потому, что в старших классах многие ребята из компании разбежались по разным факультетам, а они, по совпадению, пошли на один. А, может, и потому, что они просто поменялись. Стали менее раздражительными. Менее раздражающими. Более заинтересованными.        Общаясь ближе со своей подругой, Арнольд мог практически с уверенностью сказать, что она изменилась, при том в лучшую сторону. Он не знал, почему это произошло — парня больше интересовал конкретный результат, который он наблюдал каждый день: Хельга, которая не дерется; Хельга, которая не ходит постоянно к директору; Хельга, которая не пишет гадости на заборах; одним словом, Хельга, которая нормальная.        Однако, если бы парень все же покопался в поисках причин, он бы вполне вероятно узнал больше, чем ему нужно. Ведь Патаки, по большей части, изменилась ради него. Время шло, а детская влюбленность осталась, приобрела новую форму и продолжала буквально преследовать девушку и в подростковой жизни. Она пыталась некоторое время забыть его, отвлечься, даже были попытки начать отношения с другим человеком, однако, как ни крути, она искала новых, а находила лишь похожих.        Сейчас же, когда они внезапно сблизились, эта их дружба подавала Хельге какую-то надежду, что еще не все потеряно. И, словно одурманенная этой надеждой, в каждом поступке Арнольда она видела легкий флирт, проявление привязанности. Для парня же это все было лишь дружбой и абсолютно не выходило за эти рамки. В том числе и то, что произошло на этой перемене, совершенно не выглядело для Арнольда флиртом, и парень даже не подозревал, как эту ситуацию восприняла его подруга. Хотя, — кто знает? — может, Арнольд рано или поздно поменял бы свое отношение к Хельге. Мало ли?..        К тому же, претендуя на Арнольда, Хельга, конечно же, ревновала его чуть ли не ко всему, что движется, однако больше всего, как и ранее, к Лайле. Но, как подруга, она старалась не проявлять этого, чтобы не испортить ранее устоявшиеся отношения и не начать напрягать его своей ревностью.

***

       Очередной вечер, во время которого Арнольд с Хельгой шли вместе домой, параллельно гуляя, совершенно не казался необычным и не предвещал ничего, что могло бы перевернуть все с ног на голову. Но, так или иначе, это произошло.        Ребята неспешно шагали по одной из улиц Хиллвуда, общаясь обо всем, что приходило в голову: о школе, о друзьях, о погоде (которая, к слову, в тот день была весьма теплой — чувствовалась весна). Свежий ветер дул в лицо и развеивал их волосы. Настроение у обоих было на высоте.  — Хельга, не хочешь присесть? — показал Арнольд рукой на скамейку возле парка.  — Хм, ну давай, — согласилась девушка. — Что, уже устал?  — Да нет, — пожав плечами, сказал парень. — Точнее немного, но дело не в этом. Я хочу рассказать тебе что-то важное.        Как друзья, ребята доверяли друг другу и иногда делились чем-то волнующим, сокровенным. Однако главного они друг другу не рассказывали — чувства казались им слишком личной темой. Но, видимо, в этот день как раз пришло время перешагнуть за привычную грань.        Волнение Арнольда было явно заметным: вспотевшие ладони, неуверенный голос, задумчивый взгляд, якобы показывающий, что он пытался тысячу раз взвесить, стоило ли вообще затрагивать этот момент.        Заметив это, Хельга и сама напряглась. Обстановка накалялась с каждой секундой неловкого молчания. В голове строились самые разные догадки по поводу того, что же он собирается ей поведать. Как известно, надежда умирает последней, и девушка до последнего момента надеялась, что вот — сейчас он признается ей в своих чувствах.        И он признался.        Но не ей.        Выдержав долгую паузу, посмотрев на реакцию подруги, Арнольд продолжил уже более уверенно увлеченный разговор о том, как он собирается предложить встречаться девушке, по которой недавно вновь начал сохнуть — Лайле Сойер. Во время рассказа в его глазах заблестели огоньки. Парень хотел сделать это все красиво, романтично: с цветами, шариками, а конкретно признаться он собирался в тот момент, когда их кабинка на колесе обозрения будет на самой высокой точке. Но Хельгу это все, увы, не интересовало, и Арнольд не понимал, почему. Его идея вдруг показалась ему бредовой, так как парень увидел некую отчужденность во взгляде подруги.  — Ну, чего молчишь? Что скажешь? — немного взволнованно спросил парень.  — Это… Это все очень круто, правда, — выдавила из себя Хельга стараясь сдержать нотки грусти. — Я бы сама была реально рада, если бы мне кто-то устроил подобный сюрприз.        Идея и в правду ей очень понравилась, но она не могла по-настоящему заинтересоваться этим из-за резко нахлынувших эмоций. Еще недавно будучи в приподнятом настроении, сейчас она не понимала, что чувствует: то ли это внезапный приступ грусти, то ли гнев, то ли какая-то опустошенность.  — Думаешь, она согласиться? — спросил Арнольд у Хельги.  — Скорее всего, — вздохнув, ответила девушка, практически не скрывая своего сожаления.        Однако парень уже витал далеко в собственных фантазиях и даже не заметил этого. И, конечно, он вовсе не догадывался, как обрушил все надежды и мечты своей подруги буквально в один момент.        Пожалуй, единственное, что могло не так сильно огорчать Хельгу в этот момент, это то, что ее ревность была отнюдь не беспричинна. К тому же, появились новые надежды: девушка словила себя на мысли, что подсознательно ей хотелось бы, чтобы все накрылось медным тазом и, словом, ничего у них с Лайлой не получилось.        Ближе к вечеру, уже после прихода домой, Хельге захотелось чего-то сладкого и она отправилась в кафе-мороженое, где, можно сказать, заела свое горе огромной порцией шоколадного пломбира. Благодаря этому настроение девушки поднялось, потому о своей проблеме она как-то временно забыла и ближайшие пару дней общалась с Арнольдом так, словно он вовсе и не разбивал все ее мечты тем вечером. Но так продолжалось ровно до того момента, пока он сам ей об этом не напомнил.  — Хельга, помнишь то, о чем я рассказывал тебе в парке? — невзначай спросил парень за обедом.  — Ну допустим, и? — Хельга не поняла, к чему клонит Арнольд, но, скрестив пальцы, где-то в глубине души надеялась, что все провалилось: что у Лайлы есть парень, либо Арнольд просто забил на эту идею или же передумал признаваться вообще.  — Она согласилась, и мы встречаемся, — тихо, но с улыбкой произнес Арнольд. — Это так круто! — продолжил он уже громче и, не сдержавшись, обнял Хельгу от радости.        Арнольд в тот момент и в правду сиял от радости, чего нельзя было сказать о Хельге. Девушка чувствовала сильную опустошенность и это ощущение не давало ей покоя.