Мечтают ли преступники об электрическом мальчике?

      Барри Аллен занял прочное место в голове Тони Вудворта еще в школе. Как раз в тот период, когда мальчики впервые начали заглядываться на девочек, Вудворт загляделся на Барри. В аудиториях он занимал место, чтобы обязательно видеть тощую шею и непослушные вихры перед собой, в коридорах вечно маячил недалеко и наблюдал, как мальчишка топчется в углу со своей новообретенной сестрой.       Когда Тони обнаружил за собой эту странность, он разозлился. Он всегда считал парней с "нетрадиционной" ориентацией слабаками и отбросами общества, и чтобы раз и навсегда доказать себе, а заодно и другим, что он не такой, он начал ходить в спортивный зал, начал приставать к девчонкам и попытался полностью уничтожить Аллена в своих глазах.       Он старался довести Барри до слез, старался ударить посильнее, будто это Барри был виноват в его наклонностях, он ставил его в глупые ситуации и смеялся больше всех. Со временем это стало привычкой - ощущать под руками хрупкие плечи, мягкие скулы, в которые врезается кулак, вплетать в каштановые пряди пальцы и дергать за них так, чтоб открывалась молочная шея с синими венками, в которую так и хотелось вцепиться зубами. Не чтобы поцеловать, нет-нет. Разумеется, чтобы растерзать.       Тони объяснял свою ненависть к пацану тем, что на самом деле он был влюблен в Айрис, а Барри мешался под ногами на пути к ней. Он цеплялся к нему потому, что выглядел на его фоне более мужественным и сильным. Он доставал Аллена потому, что быть сыном убийцы куда позорнее, чем быть геем. Он не уставал обращать внимание окружающих на то, что Барри был таким сыном. Зацепившись за эту информацию вряд ли кто-то обратит внимание на особенности самого Вудворта.       Возможно, Тони не осознавал происходящее, во всяком случае, ему удавалось мастерски увертываться от самокопания и провокационных мыслей. С годами ему все-таки удалось убедить себя, что эти якобы "чувства" к Аллену были всего лишь ревностью к Айрис и опасением конкуренции с его стороны. Но что-то глубоко внутри, сжавшееся при виде первого лилового синяка на лице Барри, не хотело разжиматься обратно и так и сидело внутри Тони колючим клубком.       Школа закончилась, их пути разошлись, но привычка доказывать всем и каждому свою мужественность никуда не делась. Тони подсознательно боялся, что кто-нибудь заподозрит в нем того неуверенного мальчишкку, каким он был, и тогда весь его мир рухнет.       Каждый вечер в дремотном бреду он видел Барри Аллена, который медленно поворачивался к нему и смотрел своими зелеными глазищами прямо в душу. Он знаааал. Он все знал про Тони Вудворта. Его лицо неуловимо менялось, на губах появлялась безумная усмешка, и он громко рассказывал всем, какой на самом деле Тони слабак и как легко было забрать у него все. В доказательство своих слов он начинал обнимать появившуюся рядом Айрис, или купался в лучах славы школьного чемпиона по бегу...       В каждом человеке, более хрупком по телосложению или более умном, чем он сам, Тони видел призрак Аллена. Всем известно, что лучшая защита - это нападение, и Тони нападал. Запугивал их так, что они даже глаз на него поднять не смели. И правильно. Вдруг эти глаза окажутся зелеными?       После взрыва ускорителя частиц в СтарЛабс Тони осмелел. Больше никто не смог бы сравняться с ним в силе. Он всегда был победителем, а победителей не судят. Поэтому когда ему в руки попался Алый Бегун, тонкий, худой и не такой уж сильный, как все говорили, он не удержался, чтобы не унизить его и ляпнул ту самую фразу, которой доводил в свое время Аллена до состояния ужаса.       О, какая ирония. Тони даже вообразить себе не мог, ЧТО именно происходит. Но после поражения, засыпая на полу защищенной камеры для металюдей, он с ужасом вновь смотрел в глаза своему кошмару и никак не мог отделаться от мысли, что еще тогда, в школе, Барри Аллен все-таки одержал над ним победу.