COLD WATER

Рей POV Я выхожу из машины и дважды проверяю, что она заперта, прежде чем пойти к ним. Хотя уже почти февраль, не так холодно, как обычно, но это еще не та погода, чтобы носить футболки с короткими рукавами, как те, которые они носят сейчас. — Привет, ребята. — говорю, глядя на Люка в основном. Он встречает меня объятиями, а Найл просто кивает и делает вид, что сосредоточен на своей сигарете. — У меня есть с собой ноутбук, пойдем. — говорю я им, и потому, что они оба достаточно быстро последовали за мной, я обрадовалась, что они собираются заниматься. Пятнадцать минут спустя, после того, как мы косолапо сняли обувь и сели в гостиную, становится очевидно, что они не собираются делать какую-либо работу. Может быть, потому что телевизор включен, может потому, что они открыли пару бутылок пива, или, может быть, это потому, что Найл сейчас закатывает косяк. — Так мы не будем работать сегодня, а? — спрашиваю я, скрестив руки на груди и откинувшись на диване. Найл смотрит на меня с места, откуда он опустился на колени рядом с журнальным столиком, но ничего не говорит. Люк, однако, смотрит между нами. — Хорошо, давайте начнем тогда. Но я не уверен, что мы можем так или иначе написать о чаепитии. Три тысячи слов? Это невозможно. — он говорит. — Может быть, есть документальный фильм об этом и мы сможем получить вдохновение оттуда. — предлагаю я, прежде чем открыть YouTube на моем ноутбуке и ввести 'бостонское чаепитие документальный фильм'. — Он идёт час и пятнадцать минут. — Люк стонет, глядя через мое плечо на экран ноутбука. — И что? У нас есть время, не так ли? — спрашиваю я. Я начинаю раздражаться по поводу того, что их даже не волнует, что этот проект на самом деле довольно простой, и он даёт большой процент нашим оценкам. — Я включу, и каждый из нас должен делать заметки, а потом мы объединим их и напишем об этом. — предлагаю я, и ни один из них не спорит. Я ставлю ноутбук на журнальный столик, так что каждый из нас может видеть его, после чего включаю документальный фильм. Пять минут спустя, я замечаю, что Найл даже не удосужился взглянуть на экран. — Ты, блять, даже не смотришь. Я не собираюсь провалить этот класс только потому, что ты хочешь забить косяк. — говорю я ему, и он смотрит вверх. — Смотрите, кто жалуется. День назад тебя тошнило от травки Брйана. — отвечает он, и это делает меня такой злой, что я хочу перевернуть журнальный столик на него. Документальный фильм по-прежнему идёт, когда Найл, в конце концов, свет и запах заполняют комнату. — Когда твоя мама придёт? — Люк спрашивает, и Найл пожимает плечами. — Она почти никогда не бывает дома, мы в порядке. — Что насчет твоего брата? — Лили заберет его через час. Я, в конце концов, сдаюсь, и мы, в итоге, курим две травки, и, к моему удивлению, это на самом деле заставляет нас уделить больше внимания кино. Поэтому, спустя час, мы все записали разные точки и идеи, которые мы можем использовать после. Найл убирает свой блокнот и Люк пихает свой в рюкзак, и мы решаем, что каждый из нас напишет примерно тысячу слов. — Мне нужен перерыв. — говорит Найл и смеётся , что заставляет Люка смеяться, что в итоге также заставляет смеяться меня. Но потом я вспоминаю, зачем мы здесь, и я становлюсь серьёзной. Я знаю, что я некомпанейская или что угодно, но если я хочу попасть в хороший вуз, мне нужно убедиться, что я получаю хорошие оценки. — Мы должны работать над этим, если мы хотим закончить с этим сегодня. — говорю я с горечью. — Сегодня? Мы не собираемся делать все дело в один день. — Люк говорит, и Найл соглашается. Здорово. Мой план состоял в том, чтобы приехать сюда, потратить пару часов на это, а потом покончить с этим так быстро, как это возможно. Но, видимо, они так не думают . — Вы это серьезно? Ребята, вы даже не хотите работать прямо сейчас, но вы хотите работать над этим больше, чем один раз? — спрашиваю я, до сих пор в недоумении. — Это самый простой способ получить хорошую оценку, поэтому мы делаем это правильно. — Найл говорит мне, но не смотрит на меня, потому что он занят свертыванием еще одного косяка. — У нас есть один месяц. Давайте выйдем покурить. Там солнечно. — Люк предлагает, и прежде чем я понимаю что-то , они уже снаружи, а я на диване, проклиная нашего учителя за то, что поставил меня в группе с худшим учеником. Я смотрю в окно, чтобы увидеть, как они смеются на улице разделяя травку, и прежде чем я понимаю это, я фотографирую их, чтобы все знали, что я третье колесо. Наконец, я понимаю, что они не планируют возвращаться к работе в любое время, я решаю присоединиться к ним. И вот мы, втроем, обмениваемся травкой и курим ее средь бела дня. — Братан, у тебя же день рождения в январе? — Найл спрашивает внезапно. — Да, 26-ого. — говорит Люк. — Это в следующую пятницу! У тебя будет вечеринка? Люк кивает Найлу. — Думаю сделать у себя дома. Несколько друзей и все. — Это не просто несколько друзей. — Найл смеется и Люк пожимает плечами, потом поворачивается ко мне. — Хочешь прийти? — спрашивает он меня, и из Найла вырывается смех. — Она? На твоей вечеринке? Я так не думаю. Я хмурюсь. — Да, конечно, я приду. Ты мой друг, верно? — говорю я, Люк ухмыляется, и я ухмыляюсь, потому что мы понимаем друг друга без слов. — Почему я не могу прийти? — спрашиваю я Найла, после того, как я понимаю, что он просто рассмеялся при мысли, что я буду на дне рождения Люка. — Потому что там никто не богат, и никто не пьет шампанское. Мы не твои чванливые друзья. — он отвечает и делает мне больно, даже не осознавая этого. Я ненавижу его. Я ненавижу тот факт, что он еще может сказать то, что сделает мне больно, и что я до сих пор не забыла его полностью. После того как мы закончили курить третий косяк, мы увидели, как Лили идет по улице, держа за руку Эдди, разговаривая о чем-то. — Точно в срок. — говорит Найл и тушит травку об асфальт, прежде чем он встает и вытирает руки о штаны. — Найл! — Эдди кричит и бежит к нему. Найл берет его на руки, и Эдди обнимает его за шею. Лилли подходит к нам десять секунд спустя и улыбается, когда видит меня. — Что вы здесь делаете? — спрашивает она, пока мы идем в дом. Я знаю, что она учуяла запах травки, но ничего не говорит. — У нас проект по истории. — говорю я ей, и она фыркает. — Удачи. — она говорит мне, и я корчу лицо, что заставляет ее засмеяться. Эдди идет в свою комнату играть со своими игрушками, так что мы втроём возвращаемся в гостиную, чтобы, наконец, продолжить проект. — Кто-нибудь хочет что-нибудь выпить? — Лилли спрашивает, просунув голову в гостиную. Найл и Люк просят пиво, а я говорю, что я в порядке и что мне ничего не нужно. — Да, тебе нужно сходить в магазин и приобрести какое-нибудь дорогое дерьмо, если ты хочешь, чтобы она выпила что-то. — говорит Найл, и Лили ругает его за то, что "придурок", прежде чем она исчезает. Я даже не спрашиваю его, почему он идиот. Вместо этого, я выбираю сориентироваться на проекте, чтобы нам пришлось видеть друг друга как можно меньше. Около семи вечера, мы все написали по триста слов каждый, поэтому мы решили снова встретиться в среду, чтобы закончить. До тех пор, каждый из нас должен закончить свои 1000 слов и сделать некоторые исследования, чтобы вставить некоторые важные факты об этом в PowerPoint. Я собираю свои вещи и решаю немного задержаться, так что травка может полностью выветриться, прежде чем я сяду за руль. — Рей. Тот факт, что мое имя выходит из уст Найла очень меня удивляет, поэтому я смотрю на него, стоящего передо мной. — Что? — спрашиваю я, а потом вспышка гаснет на его телефоне. — Что ты делаешь? — спрашиваю я, повышая голос, когда я вижу, как он печатает на экране. — Найл! — восклицаю я, когда он не отвечает, поэтому я встаю с дивана и пытаюсь забрать его телефон, но он держит руку прямо вверх, и я не могу дотянуться до телефона. — Проверь мою Инсту. — он говорит, и я начинаю материться, доставая телефон. — Ты серьезно? — кричу я, когда вижу фото, которое он разместил в своей истории, и попросил людей проголосовать горячая ли я или нет. — Удали это. — предупреждаю я, и он качает головой, прежде чем он падает на диван с довольной ухмылкой. — Хорошо. Нахуй тебя. — Хм, ты уже сделала это. — говорит он и смотрит вниз на свой телефон. Я не говорю ничего, нажимая на приложение Instagram. Затем, без предупреждения, я сажусь рядом с ним и фотографирую его реакцию. Тогда я уворачиваюсь от его рук как раз вовремя, чтобы выложить фото и сделать на нем опрос "урод или урод", после чего я блокирую свой телефон. — Месть сладка, не так ли?" — говорю я и показываю ему язык. — Это то, как ты хочешь играть? — он спрашивает, вставая и делая несколько шагов ко мне. — Ты это начал, таким образом, ты должен быть в состоянии закончить это. — я ухмыляюсь, и это странно. Это странно, потому что все, что мы делаем сейчас, это злим друг друга, и кажется, что это единственный способ для нас двоих взаимодействовать. И я знаю, что мы оба знаем это, но никто из нас ничего не говорит. — Мама будет дома через десять минут. Она привезет KFC. — говорит Лили, и Эдди радостно кричит с верхнего этажа, когда он слышит про фастфуд. — Я лучше пойду. Увидимся в понедельник. — говорю я Найлу, прежде чем взять свою сумку с кресла и обуться. Затем, после прощания с его братом и сестрой, я покидаю его дом. POV Найл Лили и я смотрим, как Рей закрывает за собой дверь, прежде чем она поворачивается ко мне и бросает на меня взгляд. — Что? — спрашиваю я, зная, что это ее читающий мне приговор взгляд. — Она удивительная. — говорит она мне, и я следую за ней на кухню. — Что? — я смеюсь. — Рене? — Да, она удивительная. Она достает кружку из шкафа и наливает горячую воду в пакетик, который она только что положила туда. Я зажег сигарету и прислонился к открытому окну. — Почему же она так удивительна? — Потому что она не боится сказать тебе все эти вещи. — она говорит. — И? — И? Я никогда не видела, как твоя девушка говорила тебе такое. Может быть, потому что ее не волнует никто, кроме ее самой. — Заткнись, Лили, ты не знаешь ее. — говорю я. — Это правильно, потому что ты слишком напуган, чтобы пригласить ее на ужин, и позволить ей увидеть, что ты не похож на богатых парней, с которыми она раньше встречалась? Я ничего не говорю, но я достаю телефон и пишу Зои, приглашая прийти на ужин. Она отвечает через секунды, говоря, что она будет здесь через десять минут. — Нет, я пригласил ее. Лили закатывает глаза, отпивая глоточек чая. — Что теперь? — спрашиваю я. — Ты пригласил ее только потому, что я сказала тебе. Честно говоря, все это бессмысленно. — говорит она, и я не стал спрашивать, что это значит, потому что я слишком устал, чтобы спорить с её психологической туфтой. Когда мама приходит домой, я говорю ей, что кто-то еще присоединится к нам, и она улыбается мне, прежде чем она тянет нас троих в объятия. Мы не заслуживаем ее, думаю я, помогая ей накрывать на стол на пятерых человек, впервые за столько лет. *** POV Рей В воскресенье утром, мама будит меня, чтобы сказать мне, что мои сеансы терапии были перенесены на сегодня во вторую половину дня, потому что врач, видимо, был переполнен. Я проклинаю под нос весь день, после чего я одеваюсь и еду к ней. По дороге в больницу, я думаю о том, чтобы рассказать ей о моих смешанных чувствах между Найлом, Люком и Брайаном и что я принимала наркотики. Но опять же, что если она расскажет маме? Разве она не обязана держать рот на замке? Это первое, что я спрашиваю ее, когда я вхожу в ее кабинет через полчаса. — Да, мне не позволено говорить никому о том, что вы скажете . Это между тобой и мной. — сообщает она, поэтому я погружаюсь дальше в диван и скрещиваю руки на груди, а потом выпрямляю их, опуская по бокам. Я рассказываю ей все, что произошло за неделю; от нашего с Найлом спора о приёме наркотиков, до момента, который был 48 часов назад, когда Найл и я столкнулись. Она задает вопросы между ними; о моем детстве и о моих друзьях; вещи, которые, как я думаю, не относятся ко всему, но для неё, они, видимо, нужны. — С чего, ты хочешь, чтобы я начала? — спрашивает она, но потом отвечает на свой же вопрос. — Довольно ясно для меня, что ты и Найл не можете оставаться слишком долго, фактически не взаимодействуя друг с другом. Может быть, Вселенная знает, что делает. Она смотрит вниз на свои записи. — А насчет наркотиков...может быть, это способ для тебя, чтобы привлечь его внимание, не так ли? Ты уже знаешь, что он замечает, когда ты под кайфом, может быть, твое подсознание знает это и старается привлечь его внимание. — Это бред. — спорю я. — Я делаю это потому, что я хочу. И это не значит, что у меня зависимость или что угодно. Это было просто для удовольствия. Она ничего не говорит, просто смотрит вниз на свои записи. Затем она смотрит вверх. — Какие отношения между вашими родителями. Я пожимаю плечами, не совсем понимая, как это может быть уместно. — Я не знаю. Они ходят на свидания, они смотрят фильмы вместе ночью...это нормально. Они никогда не ругаются, я имею в виду, я никогда не слышала. Она кивает. — Когда ты выйдешь замуж, тебе нужны такие отношения, как у них? Я хмурюсь. — Я не...я так не думаю. — А почему нет? — Потому что...я не знаю. Я просто не хочу этого. Она смотрит на часы над ее столом. — Время истекло, и у меня еще один клиент ждет, но я попрошу тебя подумать о том, почему ты не хочешь таких отношений как у твоих родителей до следующего раза. Она дала мне домашнее задание? Какого собственно хрена? Но я киваю, а потом жму ей руку, прежде чем выйти из ее кабинета, чувствуя, что терапия - это просто выброшенные деньги. *** Сегодня понедельник, и я хочу умереть. Было, блять,, солнечно, когда я проснулась около семи, и поэтому я надела туфли Валентино, а сейчас уже почти полдень и идёт снег,ж и дождь, и чертовски холодно. — Они объявляют сегодня огромный шторм до завтрашнего утра. К удаче, школа будет завтра отменена. — Джейк говорит на обеде. Так холодно, на самом деле, даже в кафетерии, с отоплением на всю, все равно холодно и поэтому я надеваю зеленую куртку. Лиам подходит к нашему столу с ухмылкой на лице и дает Джейка и Софии знающий взгляд, прежде чем он садится и достает билеты. — Мой отец дал нам очень хорошие места для хоккейной игры завтра вечером. — он начнет. — Я люблю хоккей! — Джейк говорит, и я хмурюсь, потому что с каких, черт возьми, пор. Нет. — У меня есть два лишних. — Лиам продолжает и Джейк принимает их и дает один мне. — Кто еще придет? — я спрашиваю. — Люк, Найл, Джейсон и Зейн. — Лиам говорит мне. — Тогда отдайте мой билет Зои. — сухо говорю я и толкаю билет через стол к нему. — У нее завтра репетиторство по математике до ночи, Найл сказал, что она не сможет прийти. — Лиам говорит и толкает билет обратно ко мне. Я смотрю в окно, просто чтобы увидеть сильнейший снегопад. Тьфу. Даже погоде не нравится ситуация, в которой я сейчас. — Ладно. — говорю я. Они все ухмыляются, и я хочу спросить их, почему, но я не заморачиваюсь с этим. После обеда, мы возвращаемся к последним двум классам, а когда школа заканчивается, практика отменяется из-за плохой погоды. Тренер говорит нам, что надвигается буря и что мы должны добраться как можно скорее домой, потому что они думают о закрытии дорог до завтра. — Да-а, сучка, это означает, что завтра не надо в школу! — Джейк говорит, садясь в автомобиль Софии на стоянке. — Так никто не хочет прокатиться со мной? — спрашиваю я, а Джейк говорит, что дом Софии находится рядом с его, и это более логично. Так что я залезаю в мою машину, включаю отопление на максимум, потому что я могу видеть свое дыхание, и проверяю мой телефон несколько минут. Когда машина наконец-то нагревается так, как мне нравится, я снимаю куртку и завожу машину. Когда я проезжаю мимо автобусной станции, я вижу, как Найл сидит на скамейке, ожидая автобус в сильный дождь/снег, сильно дрожит, но я поворачиваю голову и проезжаю мимо него. Тьфу, почему я должна быть настолько крутой, бурчу я про себя, прежде чем ехать в обратном направлении до тех пор, пока я не достигну его. Я опускаю окно вниз. — Тебя подвезти домой? — я спрашиваю. Он смотрит на меня и я вижу, что его губы почти синие от холода. Не говоря ни слова, он встает со скамейки и садится на пассажирское сиденье. Я отвожу его домой, и мы даже не говорим за целые двадцать минут. — Спасибо. — говорит он, когда мы во дворе его дома, прежде чем он выходит из машины и закрывает дверь. Когда я собираюсь уехать с улицы, полицейская машина останавливает меня. Тьфу. — Простите Мисс, но дорога закрыта из-за погоды. — Но мне нужно домой. — говорю я полицейскому, стоявшему у моего окна. — Я сожалею, но вам придется переждать непогоду. — говорит он, и я стону, прежде чем я поднимаю стекло и еду обратно до дома Найла. Я думаю, мне придется подождать в машине. Десять минут спустя, после того, как парень на радио говорит, что дороги будут закрыты еще три часа как минимум, я вздыхаю и хватаю мою сумку и куртку с заднего сиденья. Затем я выхожу из машины, блокирую ее и подхожу к двери Найла. Проклятый дождь и снег все сразу, а когда Лили открывает дверь, я намокла и отморозила свою задницу. — О, привет, Рей. — Я довезла Найла домой, но дорога закрыта сейчас и они не позволяют мне уехать. — говорю я, а она улыбается от уха до уха, приглашая меня. Я оставляю обувь в прихожей и вешаю мою куртку на вешалку. — Ты хочешь чаю? — спрашивает она, и я киваю, благодаря ее. Потом я иду наверх в ванную и смотрю на себя в зеркало. Мои волосы растрепались по всему лицу, поэтому я стараюсь расчесать их пальцами, когда Найл появляется в дверях. — Что ты здесь делаешь? — спрашивает он. Я объясняю ему ситуацию и он кивает, скрещивая руки на груди и прислоняясь к дверному косяку. — Тебе не холодно? — спрашивает он, когда видит меня, дрожащую в своей мокрой одежде. — Да нихрена. — Я могу одолжить тебе одежду, если хочешь. — говорит Лили, появляясь рядом с братом. — У меня есть носки и куртка, но у меня нет футболки или штанов. — говорю я ей, следуя за ней в ее комнату. Эдди спит в своей кроватке, поэтому мы должны говорить шепотом. Когда она достаёт штаны, мне становится ясно, что они слишком малы для меня. — Ты можешь спросить у Найла тогда. — она улыбается, и я ненавижу это. Я ненавижу ситуацию, в которой я сейчас нахожусь. Но, по крайней мере, я не останусь синим наедине. Я стучу в дверь Найла, и он открывает ее. — Мне нужна одежда. — это всё, что я говорю, и он не говорит ничего, после чего идет к шкафу и достает какие-то спортивные штаны и чёрную футболку с логотипом Nike на ней. Затем, после того, как я забираю свои вещи из моей сумки, я иду в ванну и переодеваюсь. Я развешиваю свою намокшую одежду на батарее в ванной комнате и иду вниз минут через пять. — Держи. — Лилли говорит мне и протягивает мне кружку чая после того, как я сажусь на диван с моим телефоном в руке. — Тебе что-нибудь нужно? Я качаю головой. — Ты так добра ко мне, почему? — Потому что я люблю тебя. — говорит она и я приглашаю ее сесть рядом со мной на диване. — И потому что я думаю, что вас с Найлом было бы ю. — Что? Нет, это... — Я знаю. Но Зои пришла в пятницу к нам на ужин. — Оу. — говорю. — А она...агх. Я не знаю, как это описать. Она не была груба, но то, как она вела себя заставило мою маму и меня подумать, что она была слишком поверхностной и не близкой по духу. — Что она сделала? Лили пожимает плечами. — Ничего, она хорошая. Но то, как она говорила...я не знаю, почему Найл... — Какого хрена ты делаешь, Лили. — говорит Найл, уходя в гостиную, чем напугал нас обоих. — Я просто разговариваю с Рей. — невинно говорит она и встает с дивана. — Занимайся своими делами. — говорит он ей, прежде чем уйти на кухню. — Он любит меня. — говорит она и подмигивает мне. — О, И еще одно. Я никогда не видела, как он был собой с ней. Но с тобой, это самое близкое когда-нибудь, когда он был самим собой. Затем она оставляет меня там, вглядывающуюся в темно-красную кружку чая. После того, как я допиваю её, я встаю и подхожу к окну, чтобы сделать селфи. Здесь не очень хорошее освещение, но мой макияж выглядит неплохо. — Прекрасно. — Найл говорит саркастическим голосом, что злит меня, и я поворачиваюсь к нему лицом. Я закатываю глаза. — Спасибо, что позволил мне остаться здесь, пока дороги закрыты. —это все, что могу сказать. Эта ситуация слишком знакома. Это почти как если бы мы вернулись на несколько месяцев в прошлое, когда он пришел в мой номер в отеле и мы ругались, но он все равно остался. — Спасибо, что подвезла. — говорит он, и чувствуется будто подобного никогда не происходило между нами, как будто мы просто друзья. Но как он сказал раньше, между нами никогда ничего уже не будет хорошо. — Моя сестра обычно говорит, когда нет никакой необходимости говорить. — он продолжает и садится на диван. — Я люблю ее. Найл хмурится. — Почему? — Потому что она напоминает мне меня. Мы молчим, потому что мы слышим, как она идет наверх, а затем закрывает дверь в свою комнату. — Так ты пойдешь завтра на игру. — говорю я, пытаясь завести беседу, чтобы избежать неловкого молчания. — Да. Я сажусь на диван, не совсем рядом с ним, но близко, и мы смотрим телевизор. Мы оба очень хорошо знаем, что он не должен быть в гостиной со мной; так же хорошо, как мы оба знаем, что я бы села на кресло, если я не хочу быть так близко к нему. Но никто из нас не говорит ничего. — Ты сказал ей? — спрашиваю я через некоторое время, потому что, видимо, мой рот не может быть закрыт более чем на десять минут. — О чем? — О всём, что ты сказал мне в тот день. Он не отвечает в течение нескольких секунд. — В какой день? Мы оба знаем, какой день. Но он хочет, чтобы я это сказала, поэтому я напоминаю ему тот день, когда я пошла в холодную воду для него. Но он не отвечает, поэтому мы продолжаем сидеть и смотреть телевизор. Кстати, это повтор 'Молокососов', и идёт эпизод с Куком и Эффи, когда он говорит ей, что она всегда будет тебя и меня. — Я не скажу ей. — говорит Найл внезапно, и каждое чувство, которое я пыталась преодолеть нахлынуло на меня. — Я никогда не мог сказать ей. — он добавляет. — Почему нет? — Потому что она не понимает. Я поворачиваюсь к нему лицом. — Тогда почему ты говоришь это мне? Я имею в виду, скажи мне сейчас, что я избалована и высокомерна, но ты говорил мне те вещи. Он не отвечает. Конечно. Но затем он говорит. — Я не знаю почему. И это странно, но я его понимаю. Я не знаю, почему я забочусь о нем, и я не могу объяснить, почему я все еще позволяю себе говорить с ним, когда я знаю, что из этого никогда ничего не выйдет. Но потом я вспоминаю все, что я говорила себе в эти последние несколько дней, даже недель. — Тебе просто нравится играть со мной, не так ли? — спрашиваю я. — Что? — Это так. Затем, открывающаяся входная дверь прерывает нас, и я смотрю на часы. Два часа прошло уже с тех пор, как я приехала сюда. — Я принесла вам ужин. Дороги открыли...ой. — его мама говорит, появляясь в дверном проёме гостиной. — Здравствуйте, я Рене. — говорю я и встаю с дивана, чтобы пойти пожать ей руку. — Хочешь остаться на ужин, любовь? —спрашивает она, и мое сердце тает. У неё явно был тяжелый день и после всего, что она пережила, она все равно приятная и улыбается. — Нет, она должна уйти. — говорит Найл, и я даже не пытаюсь спорить. Вероятно, он хочет, чтобы только Зои познакомилась с его матерью. Ну и ладно. Его мать хлопочет над на кухне, в то время как я обуваюсь, после чего я хватаю свою сумку. Затем, прежде чем уйти, я поворачиваюсь к Найлу. — Ты ее не заслуживаешь. — говорю я, имея ввиду его мать. И тогда я уходу, закрывая дверь позади меня. *** К большому разочарованию Джейка, дороги открыты во вторник утром, что означает, что мы должны пойти в школу. Но после школы приходит время хоккея, и мы уже договорились, что мы встретимся в передней части арены. И как обычно, Найл и я - единственные, кто не обнимаются и не приветствуют друг друга. После того, как мы простояли в очереди за билетами, мы наконец заняли свои места, и из-за действительно плохого планирования, я сижу рядом с Найлом. Но это только на два, а может быть, на полтора часа, так что я могу нихуя не делать. — Я очень взволнован. — Джейк говорит Софии рядом со мной, и я хмурюсь. С каких пор он любит хоккей? Матч в итоге начинается и я начинаю чувствовать себя комфортно, потому что атмосфера на хоккее лучше, чем на футбольном матче. Все кричат и игроки дерутся, все замечательно. Двадцать минут спустя наступает первый перерыв, и на большом экране показывают какие-то смешные сцены из предыдущих матчей. Затем, на экране появляется сердце с надписью 'камера поцелуев' под ним, и пожилая пара появляется в нем. Они улыбаются и целуют друг друга, прежде чем Дэвид и Виктория Бекхэм, блять, тоже появляются на экране. — Боже мой! Это мой муж! — София плачет, когда увидит, как Дэвид целует Викторию. — Я даже не знала, что они будут здесь! — О мой Бог. — Джейк говорит, глядя на экран, и я киваю. — Я знаю, да? Это Бекхэмы... — я говорю, когда все начинают скандировать 'поцелуй поцелуй поцелуй', хотя Бекхэмы уже сделали это. — Рей, посмотри. — Джейк говорит, и я смотрю вверх. Я чувствую, что вся моя жизнь была высосана из меня, и я ослабла в коленях. Потому что на большом экране больше нет Бэкхемов. И сейчас я смотрю на экран, только чтобы увидеть мое собственное лицо и лицо Найла, оба в недоумении. ______________