Третья ночь без сна

      Обыкновенный питерский вечер. Когда районы дремлют, а город только ярче разгорается фонарями и цветными вывесками. Под одной из парадных сидели трое. Один умостился на лавочке и задумчиво смотрел на панельные дома. Второй носился взад-вперед, попутно разливая содержимое бутылки, что находилась в его руках. Третий же стоял в стороне и только наблюдал. — Ник! — наконец выкрикивает второй. — Заткнись, пожалуйста, — огрызается третий, — прекрати позориться и иди домой, Гоша.       Тот будто и не слышит. Удостоверившись, что в бутылке ничего не осталось, он выбрасывает ее в ближайший цветник. — Валите спать, — выдавил первый, сонно хлопая глазами. — Так сам и вали, — тут же отвечает Химик. — А смысл? Вы орете под окнами, словно два пьяных бомжа. Вот за что мне это? — Я не пил, между прочим, — отозвался Никита, скидывая с глаз челку, — так что тут страдаешь не только ты. — Молодежь, хватит! Вам своего дома мало? — бурчит какая-то бабка с первого этажа, а вид у нее озлобленный.       Гоша тихо выругался и сел на лавку. Ребенок, ей-богу. Он нахмурил брови и, скрестив руки на груди, уткнулся в воротник куртки. — Я жду! — не отставала старуха, смотря на всех троих, — проваливайте, а то спать мешаете! — Да отстаньте вы! — буркнул Химик, приготовившийся к дискуссии с пенсионеркой: ему ли не привыкать. — Не дерзи старшим! — вопит та в ответ.       На их голоса выглянули и другие жители. Вдруг одна из старушек выкрикивает: — А я вот этих, что на лавке, уже видела! Неделю назад вроде. Я этого антихриста уж точно запомню, — она тычет пальцем на Зенкова.       Никита ухмыляться. На нарушителей покоя начали сыпать оскорблениями. И опять он стоит в стороне. Басист уже приготовил пару ласковых, но Ник решил быстро его заткнуть. Подлетев и схватив того за ворот, он прикоснулся к его губам. Изумленные вздохи и несвязное бормотание со стороны «публики» на балконах. — Господи, да они еще эти… — фыркнула бабка и ушла, до последнего что-то говоря себе под нос. — Боже мой, антихристы! Как их еще земля держит! На кол таких, — вдруг выкрикнул Тима и пихнул Груздкова под ребро, как бы говоря: «пойдем».       Троица засмеялась и ушла внутрь. Как жаль, что такого не случилось во время концерта. Было бы в разы интереснее.

И даже если будет дождь, И даже если все вернешь. Все будет, но не в этот раз, Все будет только не сейчас