(Не)подарок

После третьего урока за нами приезжают родители. Они здесь из-за звонка классной руководительницы по поводу моей откровенной фотографии и неподобающего поведения сводного брата. В какой-то мере я даже рада их приезду. За две перемены слишком устала видеть осуждение и похоть в глазах одноклассников. Конечно, после выходки Алекса в столовой никто из них не посмел сказать мне и слова, но каждый раз, когда они смотрят в мою сторону, кажется, будто бы я слышу их злые слова и насмешки. Наверное, у меня развивается паранойя. Романа напрашивается поехать с нами, сославшись на плохое самочувствие. По дороге она вызванивает Кирилла, пока мы с Алексом пытаемся задурить головы родителям. - Я никогда не была идеальной матерью, Евгения, - говорит мама, грустно смотря на меня через зеркало заднего вида. Я слышу разочарование в её голосе, и это ранит меня больше, чем все колкие слова школьных сплетников, - но я подумать не могла, что когда-нибудь увижу свою дочь пьяной и обнаженной прямо на главной странице сайта школы. - Мама, я… - у меня из головы вылетают все оправдания. Я тереблю в руках края длинного серого свитера и растерянно поглядываю по сторонам. Не хочу обманывать её, она этого не заслужила. Но правда слишком жестока. - Это ведь просто дешевый фотошоп, Маргарита Алексеевна, - приходит мне на помощь Романа, отвлекаясь от своего телефона. Её голос звучит так спокойно и убедительно, что даже мне хочется поверить ей. – Разве вы не видите? Нестыковки заметны невооруженным взглядом. Сейчас подъедет мой брат, и всё доступно объяснит. Вы ведь знаете, он в этом разбирается. - Это правда? – голос мамы дрожит, глаза преисполнены надеждой. Как же я боюсь её подвести. «Нет, мама, это не правда. Я по жизни много врала. Испортила твою любимую блузку, разбила дорогущую китайскую вазу, прогуливала уроки и даже однажды курила за школой. Только однажды… Я пошла на вечеринку, где мне явно было не место, пила алкоголь, хоть знаю, что его не переношу… я… переспала с незнакомым парнем. Я всё потеряла, мама, всё… Только вас с папой потерять не хочу», - слова застревают на языке, становятся комом в горле. Вместо них я рвано киваю и отвожу в сторону взгляд покрасневших глаз. - Жене нужно отдохнуть, - продолжает Романа, ободряюще сжимая мою дрожащую руку. Я благодарна ей, что она сейчас со мной. – Кто-то так глупо подшутил над ней, это ужасно. - Да… - бормочет мама, но глаза её всё так же грустны. Словно бы она чувствует, что всё это – ложь, просто, как и я, хочет в неё верить. – Если ты захочешь поговорить, золотце, я всегда готова выслушать тебя. Даже… даже если эти снимки… настоящие, мы с отцом не станем ругать тебя. Прости меня за изначальную резкость. Мы твоя семья, и даже если ты… совершишь ошибку, мы поймём и поддержим тебя. Мы вместе справимся со всем. - В любом случае мы этого так не оставим, - вступается отец, поворачивая на нашу улицу. У меня на глазах застывают слёзы. – Разыщем этого шутника и подадим на него в суд. Такие вещи безнаказанными оставлять нельзя. Спасибо… - Что касается тебя, Алексей, - добавляет мама, уже когда машина останавливается возле нашего подъезда. Я замираю в ожидании её слов. Это уже второй промах сводного брата за последние пару недель. Раньше я бы только порадовалась этому, но сейчас… переживаю за него. – Мы не станем ругать тебя. Нам рассказали, что ты заступался за свою сестру. Спасибо. Я ценю твою заботу о Жене, хоть и не приветствую… некоторые методы. Алекс молча кивает. На этом наш разговор заканчивается. Спустя полчаса приезжает Кирилл, который занимает родителей всякими компьютерными штучками как минимум на ближайшие пару часов. Под шумок мы с Романой смываемся на приём к гинекологу. Как раз успеваем по времени. Сводный брат выходит из дома вместе с нами, но позже садится в Ауди какого-то незнакомого мне парня и уезжает, даже не попрощавшись. Всё же его поведение настораживает, несмотря на то хорошее, что он сделал для меня. Сидя в коридоре частной клиники, куда меня привела Романа, я чувствую, как сердце в груди ходит ходуном. Мне хочется убежать, мне хочется спрятаться. Кажется, все люди вокруг знают мой грязный секрет и вот-вот начнут тыкать в меня пальцами с криками «шалава». - Всё будет хорошо, - уверяет меня Романа, в последний раз обнимая за плечи перед входом в кабинет. Я чувствую, как у меня подкашиваются колени. – Это обычный осмотр, ничего серьёзного. Я подожду тебя здесь, а потом мы вместе выпьем по молочному коктейлю в ближайшем кафе. Ничего не бойся. Мне кажется, таким тоном обычно говорят с маленькими детьми, когда они не хотят заходить в кабинет педиатра. По крайней мере, мама именно так со мной и говорила. Я быстро киваю, слабо улыбнувшись в ответ. Она многое делает для меня… слишком многое. Наверное, я никогда не смогу с ней за это расплатиться. Пока гинеколог – немолодая женщина в очках с позолоченной оправой – проводит осмотр, я пытаюсь думать о чём угодно, лишь бы не о ситуации в целом. Я думаю о море. Я не была там уже больше трёх лет, и давно мечтаю выбраться хоть на пару дней. Но родителям вечно некогда, а отпускать меня одну они пока не решаются. Я слышу шум воды в ушах, чувствую на коже лёгкий ветерок, ощущаю ступнями мягкий песок… Кажется, сделаю ещё шаг и вот оно… море… Как бы я хотела сейчас там оказаться. - Одевайтесь, - вырывает меня из мечтаний строгий голос гинеколога. Вскакиваю с кресла и впопыхах натягиваю нижнее бельё и джинсы, пока женщина склоняется над какими-то бумагами на своём столе. – Так в чём причина вашего визита? – уточняет она, глядя на меня поверх очков. Я так разволновалась, что забыла сообщить. - Я… я… я думаю, что меня изнасиловали, - выдыхаю, чувствуя, как земля снова уходит из-под ног. Эта фраза никогда не станет для меня лёгкой. - Этого не может быть, - хмурится женщина, снова склонившись над бумагами. Почему? – Вы девственны. Я уверена в этом совершенно точно, девственная плева не задета, повреждений, характерных для изнасилования, на вашем теле я не обнаружила, если только… Я уже не слушаю её слова, мне достаточно одной лишь фразы. Боже мой… Из кабинета я буквально выпрыгиваю, повиснув на шее у порядком изумлённой Романы. - Я девственница! – почти кричу, обнимая не до конца оклемавшуюся подругу. Другие пациенты клиники посматривают на нас чуть ошарашено, но мне уже всё равно. – Понимаешь что это значит? Понимаешь?! - Я же говорила, что всё будет хорошо, - вымученно улыбается Романа, справившись с замешательством. Я готова удушить её в объятьях. Что бы я делала без неё? Наверняка бы сейчас ревела на полу в своей комнате. – Осталось только понять, кому было выгодно, чтобы все вокруг думали, что это не так…