Чувство, что ставит на колени, или добровольная тирания

Без любви жить легче… Но без нее нет смысла © Л.Н.Толстой

      Микасу совсем не прельщало ее нынешнее положение. Леви так и оставил ее связанную на стуле, пусть и позаботился о ее укрытии.       «Один - один, коротышка», — все, что промелькнуло в ее голове не без мимолетной улыбки.       Но оставаться в стороне, когда ее друзья и любимый мужчина подвергают себя опасности, было крайним унижением. Пока на деревянной пристройке, возвышающейся над ней, не появилась знакомая фигура соседки по комнате, ловко орудующей луком и стрелами, подобно амазонке из греческой мифологии.       — Микаса! — воскликнула Саша, спрыгивая перед полуазиаткой. — Как ты? Не ранена? — с искренним беспокойством осведомилась она. И сразу же принялась выпутывать Аккерман из веревок.       Когда руки оказались свободными, брюнетка рефлекторно потерла кисти. После нескольких перекинутых фраз с Браус, она отправилась на выручку своим коллегам, вооружившись винтовкой, одолженной шатенкой.       — Тебе она нужнее. Я больше по части стрел, — слегка чудаковато улыбнувшись, Саша почесала затылок. Микаса кивнула в знак благодарности.       Как в следующий момент раздался небольшой взрыв.

***

      Когда Кенни наставил пушку вновь, зрачки Леви все же расширились от неожиданности. Но пуля, вылетевшая из дула пистолета, была направлена не совсем на него, а в баллон с газом, что находился поодаль. Раздавшийся за спиной взрыв заставил авантюриста рефлекторно упасть на пол. И когда он, лежа на животе, поднял голову, от «ковбоя» и след простыл.       Но проблемы Леви на этом не закончились. Сотрудники Военной полиции к этому моменту уже успели разобраться с подельниками Кенни. Правда Жан упустил Траут, спасая своих коллег. А вот Конни поквитался с тем самым мужчиной, чьими стараниями тросы их с Сашей приводов были срезаны. Пусть Спрингер и не догадывается о своем возмездии.       Однако только Кирштайн знал о сотрудничестве Леви, не раскрывая все детали своим подчиненным. Именно поэтому какой-то сердобольный полицейский наставил ружье на Аккермана, стремясь арестовать его. Данная перспектива совсем не устраивала мужчину, и он резко подорвался, быстро набросав свой план побега в голове. Еще один баллон с газом возле окна уже был слегка подожжен. Оставались считанные секунды. Отличное прикрытие. И когда бандит рывком устремился в нужном направлении, рассчитывая на свою непоколебимую удачу, что убережет его от пуль в спину, на помощь пришла любимая строптивица, «случайно» заехавшая своему коллеге по затылку прикладом винтовки.       Выпрыгивать в окно со второго этажа не лучшая затея, но взрыв, что вот-вот произойдет, является неплохим стимулом. Как и желание снова увидеть чарующие глаза Микасы. Благо, он смог долететь до толстой ветки дерева, что позволило не упасть навзничь, сломав себе что-нибудь. В очередной раз он умудрился выйти «сухим из воды», хоть и слегка потрепанным. Но Леви перенес бы любые мучения, лишь бы его полуазиатка была в безопасности.       Она находилась на достаточном расстоянии от взорвавшегося баллона. Она лишь провожала авантюриста взглядом, надеясь всей душой на скорую встречу.

***

      После успешной миссии по спасению Микасы и ликвидации очередных предателей Лейб-гвардии, бывшие выпускники сто четвертого отряда залечивали свои раны в лазарете.       — Ауч, больно же, — слегка обиженно выдал Жан, когда медсестра обрабатывала его ссадины.       — Грозный сотрудник полиции, а ведешь себя словно ребенок, — с легкой улыбкой Люси приложила ватку, смоченную антисептиком, к рваной ране на лбу юноши. — Видимо, противник был очень силен, — со всей серьезностью и искренним волнением за него, поинтересовалась она.       Кирштайн даже поежился от воспоминания об опасной Траут Карвен, что хорошенько потрепала ему нервы, чуть не оставив без нескольких частей тела. Но говорить о том, что полученные ссадины в большинстве своем дело рук блондинки, Жан не стал. Лишь залился краской, не до конца понимая свое поведение, когда симпатичная медсестра слишком близко приблизилась к его лицу, изучая очередную ссадину.       — Вообще-то, я заметил ее первым, — обиженно сложив руки на груди, с нотками ревности пробубнил Конни, любуясь издалека, по его мнению, воркованием двух влюбленных. — И как настоящий мужчина искал встречи с ней. Почему девчонки вечно предпочитают высоких парней с красивой шевелюрой, а не брутальных коренастых мужчин?! — его вопрос был риторическим, но Саша, занимающаяся в этот момент промыванием его царапин, не удержалась от дружественного смешка.       — Это ты у нас коренастый? — пихая его в бок локтем, параллельно вытирая слезу, выступившую от смеха, не могла утихомириться она. И от души приложив ему холодную тряпку к побитой щеке, что сопровождалось звуком, напоминающим пощечину, добавила. — Ладно, герой. Посмотрим, как мы все будем отдуваться на ковре перед Найлом Доком.       Спрингер лишь вздохнул. Не мешало бы взять затычки в уши, чтобы хоть как-то защитить слух от предстоящего ора. Хотя, исход решения главы Военной полиции, скорее всего, будет в пользу отличившихся сотрудников, завершивших расследование недавних преступлений до конца. Но это уже совсем другая история…

***

      Жизнь авантюристов из Подземного города начала потихоньку приходить в норму. Фарлан смог перенести недуг, и как только лихорадка отпустила, Леви и его приятели тут же покинули квартиру отзывчивой ученицы лекаря, не забыв отблагодарить ее за оказанную помощь.       — В общем, это все события, которые ты пропустил, — рассказав за две минуты все, что пережил после ранения лучшего друга, Аккерман выкатывал специальное кресло на колесах вместе с сидевшим на нем блондином.       И заметив ехидную ухмылочку на лице Черча, уже предугадал его следующий вопрос.       — Значит, Микаса приковала тебя наручниками к кровати… — затейливо подметил он.       — Из всего рассказа ты запомнил именно это? — стараясь сохранять холод в голосе, произнес Леви.       — И как она, интересно, это сделала? Ты ведь сильнее ее… Или она тебя пытала?       «В том то и дело, что нет», — не без некоего разочарования подумал Аккерман.       Он наградил Фарлана своим фирменным взглядом, пытаясь понять, что ему нужно.       — Не смотри на меня так. Месячное воздержание дает о себе знать, — после опрометчиво произнесенной фразы приятелем, Леви с еще большим прищуром сверлил его. Тот, закатив глаза, добавил. — Не всем же обладать стальной силой воли. Я мечтаю лишь уединиться с госпожой Черч, чтобы консумировать наш брак.       — Ваш брак был консумирован еще четыре года назад, — с типичным холодом произнес Аккерман, продолжая смотреть на Фарлана сверху вниз ввиду его нынешнего положения.       — Где твоя романтическая жилка, Леви? Ах да, о чем это я, — с наигранной обидой и толикой сарказма сказал блондин. — И вообще, не зазнавайся, коротышка. Я в кресле временно, — намекая на нынешнюю разницу в росте, буркнул он.       — Болван, — с легкой, беззлобной усмешкой ответил Аккерман, искренне радуясь тому, что лучший друг остался в живых.       Продолжая не обременяющую беседу о «наболевшей» теме, Леви заметил еще один знакомый силуэт, который не покидает его сновидения на протяжении последних полутора месяцев. И, передав законного супруга в руки миссис Черч, сияющей при виде своего слегка побитого недавними событиями суженного, он направился в сторону лучшей сотрудницы полиции, совершенно не беспокоясь за свою свободу.       Микаса двигалась ему на встречу, смотря на мужчину взглядом с неким чарующим блеском. Солнечные лучи, пробивающиеся из-за кроны деревьев, забавно играли на ее фарфоровой коже, а ветер слегка теребил отстриженные до плеч волосы, что вынудило ее аккуратно убрать их за ухо. Почему-то по мере приближения, темп ускорялся, будто каждый боялся, что второй волей случая может отдалиться. И когда между ними лег лишь метр, они замерли на мгновение.       Она повисла на шее любимого авантюриста, обвив ноги на его поясе. Микаса не понимала, почему она получала искреннее удовольствие, ведя себя, словно ребенок, в его присутствии. Но единственным ее желанием было оставаться в сильных руках, посвятив свое существование всецело ему. И чувствуя вину за недавнее происшествие и невыполненное обещания, тихим, раскаявшимся голосом она пробурчала ему на ухо «Прости».       Сердце окончательно растаяло под смягчающей лаской ее голоса. Он и не злился на нее, лишь на себя за различные оплошности, чуть не стоящие ему расставания с ней.       — Я знаю недостатки своего характера. Скуп на эмоции, требователен, и довольно категоричен в своих размышлениях, — опустив Микасу на землю, Леви серьезно выдавал всю свою подноготную, о которой девушка и так хорошо была осведомлена, не забыв вспомнить и все остальное, о чем он предпочел умолчать. — И я не буду обещать тебе, что изменюсь.       Она наклонила голову слегка в бок, искренне не понимая, к чему он клонит. И уже хотела начать заступаться за свои чувства, уверяя, что он дорог ей со всеми недостатками. Но Леви прикрыл ей рот вовремя подставленной рукой.       — Погоди, я не закончил, — серьезно произнес он, что еще больше ее обескуражило.       Аккерман не отличался красноречием. Было видно, что он пытается донести некую мысль. Даже если этот непрошибаемый упрямец не произнесет заветные слова, она и так знает о его чувствах.       — Твое умение обращаться с наручниками и наказание за это мы обсудим позже. Инициативу я оценил, поверь… как и твое стремление защитить меня.       Выражение лица Микасы преобразовалось в очень милое, особенно после того, как она слегка покраснела от намека на близость. Такая взрослая в серьезных ситуациях, но все еще ребенок в довольно обыденных моментах. В скором времени, она перестанет так реагировать на его провокации, но пока он может насладиться этим.       — Так вот… я могу обещать тебе, что с этого дня и до момента, пока мое сердце не перестанет биться, все мои действия будут иметь определенную цель.       — И какую же? — с теплой улыбкой поинтересовалась Микаса, продолжая смотреть слегка затейливым взглядом в его на удивление сияющие теплотой глаза.       Леви слегка дернул уголками губ вверх, притянув девушку к себе, чтобы прошептать последнее ей на ухо, не забыв вдохнуть любимый запах угольных волос.       — Доказать, что твои чувства взаимны.       Затем он снова взглянул в такие живые, полные радости глаза, нежно поглаживая ее щеку большим пальцем, после чего, не произнося ни слова, притянул к своим устам, на деле доказывая данное обещание…       Десять лет спустя…       Низкорослый брюнет лет сорока стоял перед специальным столиком, на котором располагались разные баночки с сыпучим содержимым. Перед ним сидела маленькая девочка, чей возраст не превышал и трех. Не характерно для своих лет нахмурив брови, она размышляла о чем-то очень важном.       Он смотрел на нее беспристрастным взглядом, ожидая ответа. И увидев на детском лице озарение, мужчина старался сохранить всю серьезность. Ведь это некое испытание, которое она должна преодолеть. Малышка указала пальчиком на одну из банок.       — Эта? Ты уверена? — внимательно изучая ее реакцию, спросил он.       Немного подумав, она уверенно кивнула.       Леви, вооружившись специальной ложкой, открыл указанную тару, с горстью набрав содержимое, после чего высыпал «улов» в фарфоровый чайник.       — Может, хочешь добавить что-то еще?       Девочка снова нахмурила брови, осматривая каждую из прозрачных банок. После чего указала на другую тару, где ей приглянулись сушенные ягоды земляники и какие-то синие, засушенные цветочки. Аккерман кивнул, исполнив «поручение» малышки, так похожей на свою мать. Затем оценив содержимое заварочного чайника, среди которого уже вполне достаточно было намешанного различных трав, он залил эту «гремучую смесь» недавно вскипевшей водой, после чего собирался с духом, чтобы опробовать рецепт напитка своей младшей дочери.       Малышка внимательно следила за действиями папы, с нескрываемым любопытством заглядывая в чайник, из носика которого клубился светло-серый пар. В душе Леви зародилась надежда. Может, в этот раз он не прогадал.       Раздался звук колокольчика, висевшего у входной двери чайной лавки, где любой житель застенья мог приобрести самую качественную заварку.       — Мамочка! — воскликнула девочка, сидя на руках у отца.       Микаса подхватила тянущуюся к ней дочку, и поцеловав в светлую щечку, прижала ее к себе.       — Чем это вы здесь занимаетесь? — поинтересовалась она у мужа, что с некой хитринкой во взгляде ненадолго задержал на ней взор серо-голубых радужек. И посмотрев на заварочный чайник, напиток в котором вот-вот дойдет до нужной кондиции, добавила. — Только не говори, что очередной тест на пригодность, — присаживаясь рядом с ним, брюнетка слегка наклонилась вперед, вдыхая аромат нестандартного сочетания трав. — Тебе было мало предыдущих трех?       Леви слегка поморщился, вспоминая «вкуснейшие» напитки, приготовленные членами его семьи, что ему пришлось отведать ранее.       — Твою «смесь для пыток» я пережил, — имея ввиду впервые приготовленный Микасой чай, с легкой ухмылкой подметил мужчина. И встретившись с теплым взглядом супруги, добавил: — Ну хоть кто-то из наших детей должен был получить этот навык, — с легким намеком на отчаяние добавил он.       — Смирись, — с наигранным сочувствием она немного похлопала его по голове. И пытаясь хоть как-то утешить любимого, добавила. — Твое пристрастие к уборке они все унаследовали. Особенно в сравнении с мальчиками Черчей.       Изабель родила Фарлану не одного сына, а сразу двоих, причем с разницей в несколько минут. Корстон лишь удручающе вздохнул, узнав об этой новости. Жизнь не справедливая штука.       — Черти, — с прищуром вспомнил племянников Леви.       Нет, он не оговорился. Мальчики действительно унаследовали все лукавство от отца, проявляя данный навык на деле. И если бы не старшая дочь Аккерманов, некой строгостью и лидерскими качествами следующая по стопам отца, они совсем бы отбились от рук.       В комнату ворвался еще один нарушитель спокойствия. И взглянув на шестилетнего сына, изображающего из себя рыцаря верхом на стареньком Карбо, на бурой шерсти которого значительно преобладал серебристый цвет, Леви с неким пониманием и даже сочувствием посмотрел в голубые глаза своего верного друга, героически взявшего на себя подобную ношу. Девочки у них, помимо унаследованного от матери очарования, получились весьма активные, но с юным Аккерманом, отличающимся наибольшей шустростью и неусидчивостью, им не сравниться.       Леви пришел к выводу, что настал момент истины. И вот, из носика фарфорового чайника в любимую чашку главы семьи льется необычного цвета напиток. Он подобно самому строгому дегустатору вдыхает аромат. Микаса с малышкой на руках с одинаковым выражением лица задержали дыхание. Мужчина делает глоток. Видно, что тщательно пытается прочувствовать весь букет трав, выбранных его дочерью для ароматного чая, перекатывая напиток языком по всей полости рта, чтобы лучше распробовать. Затем, никак не изменившись в лице, сохраняя беспристрастность, он опустил чашку на стол.       — Ну как? — искренне заинтересовалась супруга талантами их младшей дочери. Малышка так же не отводила любопытных глаз от папы.       Леви выдержал небольшую паузу, после чего спокойно произнес.       — Она определенно твоя дочь.       Когда смысл фразы дошел до Микасы, она не смогла сдержать звонкого смеха, на который Леви отреагировал теплой улыбкой, протянув руку к самой младшей из Аккерманов, чтобы пригладить слегка растрепавшиеся волосики.       Леви часто экспериментировал подобным образом, полагая, что к данному навыку есть какие-то врожденные предпосылки. Ведь его никто не учил. Лишь метод проб и ошибок.       Пусть его дочь так же не обладает этим талантом, он не оставит попытки передать свое мастерство детям. Ведь упрямая строптивица все же поддалась его чарам, и теперь радует не только всю семью горячим напитком, но и гостей, не скупящихся на комплименты в сторону хозяйки дома Аккерманов …