История без конца

Осень — во многом странное время года, в котором сочетаются порой странные и непонятные явления в один флакон. Листопады могут плавно сменяться сильным снегопадом и промозглым ветром. Или яркое солнце в момент может уйти за свинцовые, грозовые тучи. Но так или иначе могут наступать моменты, когда природа идёт на уступки, успокаивая ветра, заливая лучами аллеи парков и городские улицы. Чаще всего именно в такие яркие дни и происходят разные события. Счастливые и не очень, умиротворяющие и до дрожи пугающие. Всё это, конечно, можно оправдать тем, что время года такое… Особенное. Но скептицизм и прагматизм не позволяют в полной мере окунуться в некую мистификацию осени. Многие могут, безусловно, уверовать в совпадения и какие-то силы свыше. Но всё это всего лишь стечение обстоятельств, с которых чаще всего и начинается какая-то отдельная история, которая, впрочем, не является уникальной.

***

Закатное солнце легкими лучами освещало усыпанную листьями аллею парка, по которой лениво ходили пожилые антропоморфные животные, иногда шаркающие лапами по асфальту, носились маленькие дети, прыгающие в убранные кучи листьев, и прогуливались одинокие фурри, а кто-то сидел на скамейках и думал о своём. Всё это могло навевать мысли, что ничего нового не происходит, всё стандартно и обыденно для осеннего вечера. Приметный самец, обращающий на себя внимание неординарной внешностью и особой харизмой, устало прогуливался по дорожке, глубоко вдыхая влажный воздух и наслаждаясь мерным темпом жизни. Кто-то из прохожих обращал на него восхищённые взгляды, а кто-то с некоторым испугом пятился от него. Но он уже привык к этому. Мужчина свернул с главной аллеи парка в небольшой сквер, где смог полноценно выдохнуть — свежий воздух и мирный шелест ветра в кронах деревьев расслабляли и внушали, хоть и апатичное, но спокойствие. Самец, поправив шляпу на голове, прошёл дальше, осматривая своё любимое место: ровный, хотя и разряженный рядок скамеек; парочка урн; засыпанная листвой асфальтированная тропинка, и очень много маленьких, неухоженный кустиков, которые, впрочем, предавали месту небрежное очарование, а высокие лиственные деревья довершали немного угрюмый, но в тоже время спокойный вид места. Обычно в этом закутке не было лишних посетителей, но не в этот раз. В самом дальнем уголке сквера мужчина заметил светлое пятнышко, которое при лучшем рассмотрении оказалось девушкой-кошкой, облачённой в светлое пальто, практически сливавшееся с бежево-серой шерстью самки. Незнакомка, покачиваясь, смотрела куда-то мимо деревьев. Мужчина улыбнулся, отмечая, что и сам недавно так же сидел в кабинете местного полицейского управления, перечитывал очередной отчёт по криминологии районов и устало смотрел на сливающиеся в одну строчку слова, перемежающиеся с короткими вставками и диаграммами. От монотонной работы голова шла кругом, хотелось сбежать и хоть немного отдохнуть, может, поговорить с кем-нибудь, отвлечься от потока несвязанных мыслей. Может, с кошкой тоже так? Возможно, стоит попытать судьбу и заговорить или помочь? Вид девушки говорил о том, что она явно вымоталась и была напряжена: кончик слишком длинного пушистого хвоста подрагивал и чуть дёргался, мягко щёлкая по сапогам, а вот уши были слегка опущены, хоть и напряжены. В любом случае, если ей это не нужно будет, то скажет об этом. Самцу пришлось ещё раз взвесить все «за» и «против», решаясь на действия, всё-таки он не хотел напрягать или пугать незнакомку. Успокоив сомнения, мужчина пошёл к девушке, рассматривая кошку издалека. На треугольной, заострённой мордочке выделялись миндалевидные, слегка прищуренные темно-зелёные глаза, которые, впрочем, гармонично сочетались с темно-каштановыми длинными волосами, небрежно лежащими на плечах и груди, а довершал образ строгой и элегантной леди черный шарф, небрежно повязанный на шею и спрятанный в воротнике пальто. — Здравствуйте. Прозвучит банально, но я бы хотел с вами познакомиться. Меня зовут Вольфганг Вульф. А Вас? Приятный голос отвлёк девушку-кошку от мыслей. Она вздрогнула и, пару раз моргнув, перевела взгляд на мужчину, всматриваясь в него. Перед ней, легко улыбаясь, стоял высокий, крепкого и сильного телосложения серый волк. Самец, облачённый в черную рубашку, поверх которой был одет вязаный черный пуловер, выглядел стильно и статно, а чёрные брюки, выделявшие крепкие и сильные бёдра, подчёркивали в мужчине хорошую физическую подготовку. Ровная, но расслабленная и естественная осанка дополняла и без того привлекательного волка. Но больше всего выделялась его нестандартная внешность: левую руку ниже локтя заменил серебристый, металлический протез; правая часть морды от скулы и до брови тоже была протезированная, как и правое, подвижное ухо, выглядывающее из-за широких полей шляпы, и выделялся лишь яро-красный механический глаз, сверкнувший, когда Вульф представился. — Здравствуйте, мистер Вольфган Вульф, — девушка заговорила мягким, тихим голосом, немного выпрямляясь, — меня зовут Кисар Хазер. Чем я привлекла ваше внимание? Вольфганг аккуратно взял лапку кошки и поднес к губам, нежно поцеловав костяшки пальцев, заставив Кисар вздрогнуть от неожиданности. Несмотря на протез, жест получился бережным и по-джентльменски галантным, что смутило Хазер. Самка смущенно улыбнулась волку, вернув себе руку и посмотрев в глаза нового собеседника. — Приятно познакомиться, мисс Хазер. Не возражаете, если я присяду? — самец вопросительно взглянул на Кисар, а потом спохватился. — И, простите, если напугал Вас своим внешним видом. Но кошка плавно кивнула, разрешая Вольфу разместиться рядом с собой. Мужчина широко улыбнулся, присаживаясь и обнажая верхний ряд клыков. Волк удобно сложил лапы, оставив одну на своем колене, а другую разместил на подлокотнике лавочки. — Всё хорошо, мистер Вульф, Вы меня не напугали, — Хазер улыбнулась, — так… Чем же я привлекла Ваше внимание? Кисар не очень понравилось, хоть и вежливое, галантное, но резкое вторжение в её личное пространство, о чём свидетельствовало то, что она прижала хвост к ногам и загнула кончик за щиколотки, с подозрением смотря на Вульфа. Цепкий взгляд светлой самки скользнул по механизированным частям серого, отмечая тот факт, что протезы выглядели качественно и внушительно. — Заметив Вас, одиноко сидящую в парке, я не смог пройти мимо. Уже темнеет, а район тут неспокойный. Вот и хочу спросить, не случилось ли чего? По выражению лица самки мужчина понял, что его внешность уж точно не воспринята с отвращением. Это не могло не понравиться Вульфу, на что он еще раз доброжелательно улыбнулся и дернул ушами, а его красный глаз на мгновение стал ярче. — Всё в полном порядке, мистер Вульф, просто отдых после несколько нервного рабочего дня. — Кошка покачала головой, с улыбкой отмечая, что они с волком практически коллеги. Одна незначительная деталь, которую Кисар до этого не видела, выдавала в Вольфе шерифа: золотая именная звезда с индивидуальным номером не очень выделялась на груди серого, хоть и являлась частью образа. — Вероятно, что это не очень вежливый комплимент в первые минуты знакомства, но у Вас отличные импланты, мистер Вульф, — неожиданно сказала миролюбивым тоном Хазер, мягко взглянув на волка. Тот улыбнулся и чуть опустил морду, будто смущаясь, но после снова поднял и заговорил: — Спасибо за комплимент, мисс Хазер. Сейчас редко можно встретить фурии, у которого эти железки могут вызвать восторг и неподдельное чувство интереса. — Работа мастера всегда ценна сама по себе, необходимо много сил и терпения для того, чтобы создать что-то удивительное и приятное. Кошка сдержанно улыбнулась, не выходя за рамки дежурного общения: подчёркивание особенностей поведения было приятным, но больший интерес всё-таки представляла личность внезапного собеседника с нестандартной внешностью и, возможно, историей. Девушка наклонила голову к плечу и посмотрела в глаза мужчине, который, как ей показалось, хотел что-то сказать. И дождалась. — Не желаете пройтись, мисс Хазер? — бережно и аккуратно поинтересовался самец, поведя ушами. Сложно сказать, что для Вульфа значила эта фраза: стандартный набор джентльмена или действительно желание размять ноги после работы в офисе. — Если Вы не возражаете, то давайте посидим тут? — Кисар вопросительно взглянула в глаза волка и решила добавить. — Приятная погода всё-таки редко выдаётся осенью. Вечерние и ночные парки становятся прекрасны в своей тишине и покое. Вы только представьте манящую тишину в самой глубине парка, где шелестит лишь ветер, и куда слабо просачивается свет фонарей. — Хазер мягко улыбнулась. — А на всякий случай у меня есть VP70, — в её голосе скользнули нотки спокойствия, когда дело коснулась оружия. — Да и у Вас, мистер Вульф, думаю, найдётся пара козырных карт в рукаве? — Я буду только за. Не каждый день выпадает возможность вот так посидеть и пообщаться, моя работа исключает такую возможность. Вульф взглянул на девушку, не переставая восхищаться ее внешностью и воспоминаниями о мягкой шерстке, ощущение которой вспыхнуло на губах. Отдаленность мыслей не мешала мужчине вслушиваться в слова кошки, описывающей умиротворение вечернего парка, даже упоминание пистолета, как средства защиты, которым располагала самка, ничуть не насторожило.В неспокойное время у него у самого на поясе мирно висела кобура с револьвером «Кольт Питон». — Именно, что в рукаве, — он усмехнулся и похлопал пальцами по кобуре, а потом и по протезу руки. Мужчина поднял механическую лапу на уровень груди и взглянул на запястье, из которого, с едва слышимым щелчком, выскочил Русский штык-нож. Столь забавный жест рассмешил и кошку. Она улыбнулась и немного повела плечами. — Стоило продумать вопрос, — Кисар посмеялась, посмотрев на выпущенный штык-нож. Хазер отметила действительно достойную работу мастера, вспомнив сталь, которая на несколько секунд окутала её пальцы. Кисар оценила ещё и то, что Вольфган не постеснялся продемонстрировать свои способности, да и комплексов у него особо не чувствовалось. Возможно, была парочка, но они вполне логичны, у кого нет комплексов в современном мире? Но общее поведение самца не вызывало нареканий или страха, наоборот, от серого веяло искренностью и открытостью. — Всё хорошо, — Вульф тоже посмеялся — Раз уж зашел такой разговор, то могу ли я поинтересоваться вашей профессией? Вольфган мог с легкостью вбить имя и фамилию новой знакомой в базу данных и получить полное досье, но в чем смысл? Интереснее узнать из уст кошки её историю. Да, пластина серого оснащена чем-то вроде многофункционального мини-компьютера, с помощью которого можно делать немало вещей. Кисар тем временем приподняла брови и спокойно облокотилась плечом о спинку скамейки и развернулась всем корпусом к волку, поджав одну ногу под себя, а вторую укрыла хвостом. — Моя работа, если коротко, — Хазер чуть наклонила голову, рассматривая приятную морду волка, которая её совершенно не отталкивала, — заключается в том, чтобы найти улики, восстановить картину убийства и, закончив всё это, вручить результаты детективам, чтобы те поймали преступников. А Вы чем занимаетесь? Подул прохладный ветерок, который неприятно ударил в морду светлой, заставляя её чуть задержать дыхание. Но когда он прошёл, Кисар глубоко вдохнула и ощутила приятный аромат перцовой остроты, смешанной с осенним запахом парка. Это напомнило девушке о приятных летних деньках, когда в дождливый денёк можно было заварить чашку ароматного чая с травами и наслаждаться умиротворяющей дождливой атмосферой. — Так значит, Вы работаете экспертом-криминалистом? Странно, почему мы никогда не встречались? Ведь могли пересечься на месте преступления, — однако волк задумался, а потом покачал головой, — хотя работая шерифом города, приходится иметь дело больше с бумагами и отчётами, а вот выезды редки… В его голосе скользнуло чёткое сожаление. — Значит, исправим это упущение сейчас, и, если не возражаешь, то перейдем на «ты», — кошка улыбнулась и на секунду, когда Вольф согласно кивнул. — Может, начнём с твоей истории? Прости за бестактный вопрос, но как ты получил этим импланты? В наше время такие операции редкость и освещаются в прессе, но я не помню тебя… Послышался тяжелый вздох и козырек шляпы опустился вместе с головой, прикрывая глаза волка. Частый вопрос, к которому он никак не мог привыкнуть. Казалось, прошло достаточно много времени, но раны не зажили. Лишь через пары секунд тишины, самец поднял взгляд и совершенно спокойно заговорил. — Автомобильная катастрофа и политика — страшное сочетание, — шериф покачал головой, — любым политикам нужно влияние и здоровые представители их власти в городе. Вот они и решили спасти меня, установив эти имплантанты. Кисар понимала, что вряд ли Вульфу нужно сочувствие, поэтому она выбрала молчаливое участие, хотя в груди поселился огонёк смущения. Когда же мужчина вновь поднял поля шляпы, дабы открыть взгляд, кошка одобряюще улыбнулась и проговорила мягким голосом: — Извини, что потеребила рану. Она, возможно, слишком глубока, чтобы зарасти в считанные дни или месяцы. Всё-таки это тяжело: подвергаться изменению, и неважно, в каком плане. — Криминалист добродушно улыбнулась краешками губ. Она видела, что хоть боль и была в словах волка, но он стоически её усмирил. — Нет-нет, ничего, я привык к вопросам и расспросам, связанным с моими имплантатами. В конце концов, привыкаешь к явному интересу, проявляемому окружающими, — мужчина ответил немного поспешно, но дружелюбно. На морде снова начала появляться улыбка, которой он поспешил поделиться с девушкой. Во взгляде читалось «все в порядке». Отведя смущенный взгляд, Кисар осмотрела сквер, отмечая, что багряное солнце постепенно начало заливать усыпанную золотой, красной и зелёной листвой тропинку. Ещё в самом начале разговора голубое небо начало медленно окрашиваться в розово-белые тона, что нагоняло лёгкую вуаль романтики. — Твои импланты… они принадлежат тебе или они — собственность тех, кто подарил тебе второй шанс на жизнь? — все-таки спросила самка, понимая, что она не первая, кто задаёт такой вопрос. Он был достаточно грубый и невежливый, но, судя по мягкому взгляду волка, всё было нормально: — Теперь они принадлежат мне. Я выступаю в качестве образца удачной операции по установке имплантантов на биологическую ткань, а также ходячей рекламы это продукции. Честно говоря, за два года они меня еще ни разу не подводили. Как говорится, сделано на совесть, — с лёгким смешком отозвался серый волк и окинул взглядом скверик. Солнце почти скрылось за горизонтом и ночь начала вступать в свои права. Мужчина глубоко вдохнул, наслаждаясь приливом энергии и сил. — Мы можем просидеть здесь, а можем пойти ко мне или к тебе, — неосознанно выпалил Вульф, чем повеселил светлую кошку. Она вскинула брови и, посмеиваясь, наклонила голову к плечу, рассматривая Вольфганга. — Вот так сразу? Даже не будет ритуального ухаживания или ритуальных выгуливаний? — Кисар с интересом посмотрела в глаза волка. В голосе криминалиста явно слышался смех, который она и не стремилась скрыть, изображая оскорблённую невинность. Буквально через секунду Хазер прикрыла глаз и чуть прищурилась, как тогда, когда Вольфган только подошёл к ней несколько минут назад. На мордочке читалась подозрительность, но теперь ей вторило и веселье. — Что ты, что ты, я не… ох, черт… Волк отвел взгляд в сторону и опустил голову, если бы на лице не было густой шерсти, то можно было бы заметить, что его щеки покраснели. Словно маленького ребенка родители неожиданно для него самого застали за шкодой и вот-вот отругают. Да что там, даже самое страшное убийство или брань начальства не заставляли сердце волка биться так сильно, как сейчас. Возможно, он так и не понял, что Кисар имела ввиду. — Я всего лишь хочу продолжить общение в теплой и уютной обстановке за чем-нибудь вкусным. За чашкой чая, например, или чем покрепче, — Вольф оправдывался, скрывая смущение и неловкость от ситуации. Ему и самому стало некомфортно от того, что ляпнул. Хоть и с искренними намерениями, но вот форма… Криминалист рассмеялась, наблюдая за изменениями в поведении Вульфа. Кисар встала со скамейки, услышав предложение волка, и потянулась, заведя руки за спину и откидывая голову назад. Выпрямившись и расправив плечи, Хазер с лукавой полуулыбкой посмотрела на крайне смущенного собеседника: — Расслабься, я не маленькая и беззащитная девочка, которая боится серых волков. Иначе чем можно описать, то я согласилась пойти с тобой, да ещё и подшучивая на счёт ритуальных выгуливаний? — Ритуальные выгуливания это можно, — шериф подхватил смех самки. — Предлагаю пойти ко мне. Заодно и прогуляемся. Я живу совсем недалеко. Минут десять ходьбы. Надеюсь, тебе у меня понравится. Что скажешь? Все ещё отсмеиваясь, мужчина встал с лавки, плавно оправил свою рубашку, галстук и только после этого поправил шляпу, подходя к Хазер. Серый по-джентельменски предложил ей лапу, мягко согнув в локте и чуть опустив её, чтобы кошка могла взяться так, как ей удобно. Кисар улыбнулась, принимая руку.Самка сцепила пальцы обеих рук на предплечье самца. — Ну что же, давай к тебе, — криминалист чуть запрокинула голову, смотря на морду Вульфа — разница в росте была для Хазер ощутимой, но не являлась какой-то большой помехой для установления зрительного контакта. Во взгляде Вульфа читалась абсолютная уверенность в себе и стойкость, внушающая доверие. Кошка ответила таким же прямым взглядом и с улыбкой кивнула, однако на её мордашке шериф успел заметить легкие черточки хитрости. — Что ж, тогда прошу, — усмехнувшись, мужчина указал лапой в сторону арки, приглашая самку отправиться в путь. Они направились к выходу из парка, размеренно подстраиваясь под шаг друг друга. На улице начало холодать, промозглый ветер неприятно бил в спины, поднимая вихри влажных листьев и сдувая в деревьев капли от недавнего дождя. Но даже это не мешало каждому из фурри раздумывать над новым знакомством. Первой нарушить границу светского общения решила Кисар. Она взглянула на Вольфганга: — Как ты решил стать шерифом? Это всё-таки сложная и опасная работа, что тебя сподвигло? — С самого детства я увлекался детективами, книгами о великих сыщиках, хотел в будущем стать таким же умным, решительным, смелым, полезным обществу. Мои родные переехали в этот город из Германии. Мать с отцом чистокровные немцы. Суровость характера и неотступность у нас в крови — это тоже сыграло свою роль в формировании моего будущего. После выпуска из школы поступил в академию полиции. По окончании стал работать обычным полицейским. Мое неординарное мышление и весьма необычный подход помогали быстро раскрывать запутанные дела одно за одним. Таким образом, мне за пару лет удалось добиться повышения до должности шерифа, — ответил серый, улыбнувшись приятным воспоминаниям. — Необычно, — Кисар с улыбкой, вниманием и интересом, навострив светлые уши, наблюдала за собеседником. Криминалист проникалась некоторым уважением к волку, как к коллеге. Хазер любила профессионалов, которые способны распутывать дела и не мыслить так, как учат в академии. — А что насчет тебя? — Вольфганг улыбнулся, наблюдая за действиями своей собеседницы. Та, раздумывая над ответом, загребла мыском сапога прелую листву и немного подкинула её вперёд. Кошка не очень любила осень, и дело было не столько в личных температурных предпочтениях, сколько в рабочем моменте. Осенью, как правило, было сложнее находить улики, искать следы протекторов шин или ботинок, а это сильно подкашивало возможность поймать преступника. — Меня с детства привлекало всё то, что можно исследовать, где можно составлять схемы, собирать информацию и распутывать сложные клубки. Со временем, когда я выросла, это увлечение переросло в нечто больше, нежели просто хобби, потом в домашней библиотеке появились книги о Пуаро, Мисс Марпл, Декстере, Ганнибале Лекторе. Я стала изучать кости фурри, психологию преступников, методы раскрытия преступления. После специализированного класса подготовки поступила в академиию. Первые несколько лет работала в детективном отделе, а потом перешла в криминалисты — платят больше и образование окупается быстрее. — Ей, конечно, не очень хотелось говорить, что меркантильный интерес превалировал, но и скрывать это было глупо. В век, когда практически всё измеряется в деньгах, несколько не логично бы было искать работу, которая жрёт много нервов, иногда мешает обычной жизни, да ещё и не окупается. На мгновение Кисар задумалась, а потом улыбнулась: — Я бы хотела с тобой поработать, Вольфганг. Думается мне, что галантный, выдержанный и статный мужчина в обычной жизни является истинным профессионалом своего дела на работе. — С мягкостью в голосе произнесла кошка и чуть сжала пальцы на предплечье мужчины, покачав головой. Шевеление пальцев самки на шерсти серый воспринял как ознакомление со своей внешностью. Что ж, видимо, Кисар находила в нем что-то интересное. Самец усмехнулся, галантным, выдержанным и статным его еще никто не называл. Слова отозвались приятной теплотой на сердце и широкой улыбкой. На лице отчетливо виднелось смущение. Он опустил голову, чтобы скрыть эмоции и едва не потерял шляпу от резко подувшего в спину ветра. Благо успел накрыть ее протезом, прижимая к голове. Послышался смешок самки. —Поработать со мной? Хм… — мужчина на секунду задумался, потупив взгляд в пол. Кивнул, приоткрыл рот и снова взглянул на кошку. — Было бы неплохо. Мы с тобой одни из тех, кто с самого детства поставил перед собой цель и добились её. Увидим друг друга в деле, оценим силы и возможности. Сработаемся более тесно. Думаю, мою команду по расследованию преступлений дополнит элегантная, обворожительная, грациозная и до безумия обаятельная кошечка. Взглянув в глаза Кисар, волк подмигнул и повел бровью, желая вызвать у нее смущение. Хазер сдержанно посмеялась, поспешно опустив взгляд и созерцая листву под сапогами. Самка несколько распушилась в хвосте и щеках, что выдавало её чувство. Слышать комплименты при свете закатного неба — это оказалось для неё несколько испытывающим. Девушка ощутила, как в груди мягким клубком что-то приветливо замурлыкало, и от этого криминалист смутилась ещё больше. Выдержка не спасла от химических реакций тела. девушка немного сжалась в плечах, но буквально через секунду расслабилась. — Галантность англичанина и, кажется, способы флирта от французов, — она прищурилась. — Однако ты меня смутил, Вольф, — светлая повела ухом. Окраина города всегда нравилась кошке, поэтому она частенько гуляла тут, наблюдая, как летом, к примеру, ястреба кружат в небе, а оптом, словно камни, пикируют вниз, цепляясь острыми когтями в тушу жертвы. Весной и летом в парке слышались мелодичные свисты или токования птиц, что умиротворяло фурри, уставших от беготни города. — Смутил? Если это так, то прошу меня простить, — волк по-театральному положил лапу на сердце и поклонился, как бы извиняясь. С его стороны тут же послышался смешок. Кисар сдержанно улыбнулась, стараясь перевести внимание со своего смущения на что-то более реальное. — Ты быстро адаптировался к такому городу, как наш? Всё-таки тут властвуют более…м-м-м-м… — она задумалась, стараясь подобрать слово, — «яркие», что ли, порядки. Мы, конечно, не Лос-Анджелес с его дикими огнями и безудержными потоками веселья, но всё-таки. — Я живу здесь с десяти лет. Период адаптации мне помнится мало. Скажу только, что мне нравится этот город. Особенно окраины, леса, озера. Рассказывая это, шериф словно переносился в свое детство, вновь бегал по траве, ходил к озеру и купался в солнечных лучах. На мгновение серому стало интересно, о чем сейчас думает Кисар. Нет ли в ее голове мыслей, как он заводит ее к себе домой, насилует или просто убивает, после этого прячет тело в лесу или чего хуже, разделывает как скот, фасуя мясо в холодильник. Если мужчине самому стало не по себе от таких мыслей, то каково девушке, не знающей, что ждет ее за поворотом. Но спрашивать не рисковал, дабы не прервать раздумий самки. — И всё-таки место для проживания отличное, — с блаженством в глазах пробормотала Кисар, подтверждая слова волка о том, что город отличный. Пробормотала девушка, погружаясь в свои мысли. Она была спокойна и выдержана, даже легко улыбалась чему-то своему, иногда поглядывая на волка. Последующий путь до дома они шли молча, каждый из них был погружен в свои мысли.