История без конца

Они подошли к небольшому, двухэтажному коттеджу, огороженному витым забором средней высоты. С виду дом выглядел приятно и презентабельно: светлый, но с темной крышей, с большими окнами, оснащенными зеркальным эффектом, а вокруг домика был разбит дикий сад. Вульф прошел через калитку первым, тем самым позволив Кисар осмотреть участок. Зайдя во двор, Хазер отметила, что несмотря на кажущуюся небрежность, дворик был оформлен с особым эстетическим наполнением, которое дополняло своим буйством минимализм коттеджа. — Хорошее сочетание хаоса и порядка в одном месте, — светлая подошла к мужчине, подбиравшему ключи от входной двери. Она с интересом посмотрела на небольшой кустик диких роз, который находился аккуратно около входной двери. Наверное, чудесный аромат витает, когда наступает период цветения. — Спасибо, — улыбнулся шериф и всё-таки отворил дверь, впуская гостью вперед, а сам зашёл следом, прикрыв дверь и включив освещение. В коридоре вспыхнул яркий свет, освещая видимое убранство внутри дома. По левую лапу от волка располагалась стена, увешанная различными фотографиями его в военной форме, форме шерифа и парочкой фото с отдыха на природе, а по правую лапу две двери, одна из которых вела в ванную, а другая в гараж. В конце коридора располагалась кухня и поворот, за которым находилась гостиная. Криминалист улыбнулась подобному дизайну комнаты. — Думаю, тебе может понадобиться ванная комната, а пока я приготовлю что-нибудь поесть, — произнес волк, стягивая с ног ботинки. Вульф указал на нужную комнату и, убедившись, что Кисар увидела его жест, отправился на кухню. Оттуда практически сразу же раздалось шуршание, свидетельствовавшее о том, что хозяин дома действительно начал приготовления к ужину. Оставшись одна, кошка стянула с себя пальто, отправляя его в шкаф на вешалку, и убрала сапоги на нижнюю полку гардероба. Всё это она делала медленно, рассматривая фотографии на стенах и давая себе время привыкнуть к жилищу шерифа. Хазер с удовольствием отметила, что у волка всё-таки насыщенная жизнь вне работы, пейзажи на фотографиях подсказывали, что самец много путешествует, бывает в разных странах и имеет достаточно интересный круг общения. И было видно, как меняется выражение волка на фотографиях: вот он без протезов, улыбающийся и радостный, и вот он уже с имплантами, серьёзный, но всё-таки улыбающийся и с огоньком азарта в глазах. «А многие и после меньших происшествий перестают улыбаться» — промелькнула мысль в голове криминалиста, когда она взглянула на фотографию, где волк протезированной рукой приобнимал за плечи овчара в кожаной куртке. По опыту её работы с разными детективами, следователями и прокурорами, добрая часть фурри просто блекла из-за подобной работы. Да и не удивительно — постоянное напряжение, стресс и эпизодические угрозы кого угодно заставят эмоционально выгореть. Хазер прислушалась к возне Вольфганга на кухне и, кивнув самой себе, зашла в ванную комнату. По правую сторону от входа располагался выключатель, подсвеченный парой светодиодов серебристого цвета. Включив свет, Кисар расплылась в довольной улыбке, отмечая, что комната отвечает стандартам уюта и сдержанной красоты. Стены, выложенные плиткой светло-бирюзового цвета, гармонично контрастировали с полом, который был на пару оттенков темнее, натяжной потолок завершал уютную комнатку. Да и организация пространства была очень даже удачной. Если вдруг на жителя дома кто-то бы напал, то место для манёвров и драки было прилично. «Достаточно интересно и незамысловато» — выдала вердикт Хазер и принялась приводить себя в порядок. Но мысли всё-таки не покидали голову криминалиста. Кошка нахмурилась, рассматривая себя в зеркале и приглаживая шерсть на щеках и шее. У неё, что странно, не было страха перед тем, что Вольфганг может оказаться каким-то маньяком, либо он хороший актёр, либо же безопасен, либо же самка не почувствовала опасности из-за того, что волк ей понравился. Ещё раз взвесив все аргументы в своей голове, Кисар вышла из ванной и направилась на кухню, откуда доносилась активная возня Вульфа. Девушка вошла в помещение и остановилась на пороге, наблюдая, как волк хозяйничает, немного хмуря мордочку. Видимо, помимо хорошего вкуса в одежде, Вольфганг обладал и чистоплотностью. В воздухе уже витал приятный запах мяса с картофелем и сыром, раздражая желудок и вызывая голод. — У тебя уютно, и ароматно пахнет, — улыбнулась Хазер и плотно прижала хвост к ногам. Вольф чуть улыбнулся, увидев её в дверях. — Спасибо. Ты быстро закончила, — произнес мужчина, обернувшись на услышанные шаги. — У меня уже как раз все готово. Присаживайся, пожалуйста. Шериф подошёл к стулу и отодвинул его для девушки, приглашая сесть за стол. Он успел подметить, как лоснится ее шерстка при свете потолочной лампы. Кивнув, криминалист направилась к столу, на котором уже красовалась отличная и скромная сервировка: на белоснежной скатерти разместились кроваво-красные салфетки, рядом с каждой из них вилка с ножом, следом добавились два бокала и свеча, а в центре стояло блюдо с разогретым мясом по-французски, что было разложено поверх запеченных долек картофеля. Отличный вариант для ужина. Усадив светлую и пододвинув ей стул, волк поспешил к серванту, откуда достал темно-зелёную бутылку с красным вином. Откупорив её, Вульф разлили вино по бокалам и, довольно шевельнув ушами, присел напротив криминалиста. — Надеюсь, ты любишь мясо по-французски? Он взял бокал в лапу и поднял его над столом, взглянув прямо на девушку. — Ну что же, выпьем за наше знакомство, — не без тени лукавства и радости проронил серый, отмечая, что на мордашке Кисар отразилась смесь шока и удивления. Видимо, светлая не привыкла к подобным жестам галантности, от этого и сконфузилась, даже уши умудрилась прижать к голове и робко улыбнуться, подняв бокал. — Да, за знакомство. Раздался звонкий стук бокалов, означавший начало прекрасного знакомства. Стены этого дома уже довольно давно не были свидетелями подобных посиделок, как и не слышали удара бокалов, наполненных чем-нибудь крепким. Волк поднес бокал ко рту и жадно припал к нему губами, сделав по несколько небольших глотков, перед этим ненадолго задерживая напиток, от чего на языке раскрывался удивительный букет вкусов, таившихся в дорогом вине. Приятное жжение прокатилось по пищеводу и дошло до желудка, приятно подразнив его стенки. Хазер, никогда не пробовавшая такое вино, была чуть осторожнее. Пригубив напиток, криминалист кончиком языка провела по губам, пробуя вкус алого напитка. Бархатистые нотки, перетекающие в обволакивающую остроту и виноградное послевкусие, вызвали у Кисар мурлыканье. Девушка прикрыла глаза и чуть отвела уши назад, мурлыкнув и выдавая своё ощущение. Хазер пила крайне редко и осторожно, и очень ценила, если напиток попадался качественный. Как сейчас. Она сделала глоток чуть больше и вновь окунулась в приятные объятья ароматного вина, улыбнувшись. — Очень вкусное вино, откуда такое? — Кисар посмотрела на собеседника и откинулась на спинку стула, изучая волка. Он не переоделся, что радовало девушку, ибо мнимая официальность в домашней обстановке была достаточно милой и забавной. Шериф неспеша накалывал мясо и картошку на столовый прибор и медленно пережевывал, наслаждаясь вкусом блюда. Спешить никогда не любил, тут ведь главное тщательно жевать. Проглотив свой кусочек мяса, Вольфганг поднял взгляд на гостью: — Это подарок старого друга, — откликнулся волк и замолчал — ему и самому было несколько некомфортно в подобной обстановке. Дело вовсе не в нежелании говорить с самкой о чем-либо или в нехватке вопросов. Все куда проще. Он ужинал в одиночестве так долго, что тишина во время еды вошла в привычку. Вредную привычку. Взгляд опущен в тарелку, уши прижаты, действия неспешные и немного заторможенные. Он как сонная муха, не успевшая отогреться на солнце после зимней спячки. Раз за разом проделывались одни и те же манипуляции. Накалывает мясо и отправляет в рот. Иногда, конечно, разбавлял эту обыденность глотком вина, после снова принимаясь молчаливо уплетать ужин. Однако шериф заметил, что криминалист всё это время смотрела на него, не начав есть — Ты даже не притронулась к мясу. Неужели суховато? Похоже, я все-таки передержал его в духовке, от чего даже картошка получилась не с золотистой корочкой, а более оранжевой, — принялся как-то, то ли оправдываться, то ли смущенно объясняться Вольфганг. Кисар же смотрела прямо на него, немного плутовски улыбаясь. — Не люблю горячую еду. Я в основном со специями готовлю, поэтому привыкла к тому, что букет вкуса раскрывается далеко не в пылу, — спокойно ответила собеседница и стянула вилкой уже остывший кружок картошки и отправила его в рот, отмечая, что он очень даже вкусный, пропитанный соком мяса и имеет мягкие нотки сыра в своём вкусе. — Вот оно что. Прости, если бы я знал о твоих предпочтениях. Очень забавное замечание. Никогда бы не подумал уловить разницу во вкусе между холодной и горячей едой. Похоже, вкусы должны отличаться. Но, знаешь, я был бы рад попробовать приготовленные тобой блюда. Быть может, обменяемся какими-нибудь рецептами. Волк хотел бы взять кусочек с тарелки девушки, желая найти ту тонкую грань вкуса, с какой его только что косвенно познакомили, но правила этикета и нежелание выставлять себя с дурной стороны взяли верх. Проще подождать, когда остынут остатки собственной еды. Пока что можно поговорить с кошкой и насладиться вином. Благо есть такая возможность. Волк взял бокал с напитком и сделал один небольшой глоточек. Потомил напиток во рту несколько секунд и сглотнул. — Когда-нибудь при стечении обстоятельств ты попробуешь мою еду. Но пока что мы на твоей кухне. Блюдо вкусное, — Кисар улыбнулась и наклонила голову набок, наблюдая. — Спасибо. Оценка блюд для меня очень важна, — откликнулся Вольфганг и немного опустил уши, выражая благодарность — Скажи, что ты любишь в фурри? — вновь проявила интерес самка. Вульф оставил бокал, нагнулся к столу и положил обе лапы перед собой, словно собрался рассказывать удивительную историю о сказочном мире. — Их искренность и доброту. Сейчас мало кто может похвастать подобными качествами. И я очень рад, что встретил тебя, обладательницу таких качеств, — губы хищника растянулись в широкой улыбке, а красный глаз на мгновение стал ярче. — А ты? Что нравится тебе? — Я много встречала инфантильных зверей на своём пути, насмотрелась на недееспособность гендерных стереотипов. И из этого следует, что в первую очередь меня в фурри привлекает интеллект, потом эмпатичность и адекватность. Эти качества помогают выбирать свой путь в жизни. Вольфган внимательно слушал кошку, понемногу поедая последний кусочек мяса и картошечку, беспорядочно «разбросанную» по тарелке. Он все же послушался методики кошки и неспеша пережевывал прохладную еду, ища разницу во вкусах. Получалось плохо. Скорее всего, сказывалась неопытность в этом деле. Он даже немного напрягся и нахмурился. Кисар улыбнулась и, подняв бокал с вином над столом, усмехнулась: — Предлагаю выпить за то, чтобы каждый жил в согласии со своей природой и своими особенностями. — Девушка чуть прищурилась и улыбнулась уголками губ. Алкоголь начал своё действие, растормаживая Хазер. Движения криминалиста стали заметно томнее и мягче, а речь приобрела несколько мурлыкающих оттенков. — И никогда не забывал о настоящей красоте, таящейся в общении с природой, близкими и единении с самим собой, — поспешил добавить мужчина и улыбнулся, стукнувшись о бокал кошки. Оба пригубили свои напитки, наслаждаясь яркой палитрой вкусов, от обволакивающего и сладкого, к свежему, чуть с горчинкой, а потом опять к вяжущей мягкости. Распробовав вино, Вульф отставил бокал в сторону и сложил лапы по обе стороны от тарелки. Сам он уже закончил есть и покорно ждал, когда самка съест все до последнего кусочка, намереваясь проявить еще один жест заботы по мытью посуды. — Ты сказала, что в фурри тебя прежде всего привлекает интеллект. Не могу не поинтересоваться, что тебя привлекло во мне? Ведь есть что-то, что заставило такую девушку как ты пойти с совершенно незнакомым фурри к нему домой. Алкоголь разжигал в кошке первобытный голод, из-за которого криминалист принялась уминать еду достаточно быстро. Но вот вопрос о интеллекте на секунду заставил её притормозить и взглянуть на серого. Мужчина улыбнулся и пояснил: — Понимаю всю странность этой ситуации. Мы знакомы только час и уже ужинаем у меня дома. Обычно таким образом маньяки заманивают жертв к себе домой. Кому, как ни нам обоим, криминалисту и шерифу, знать об этом. Но спешу тебя уверить, я действую из добрых побуждений. Просто не хотел проводить этот вечер в одиночестве, каким встречаю его уже не первый год. Кисар отпила из бокала и повела ухом, когда Вольф произнёс свои последние слова. Чуть усмехнувшись, криминалист посмотрела прямо в глаза волка: — Мотивация проста. Я просто могу. Вот и всё, — кошка пожала плечами, улыбнувшись. — В маньяках совершенно неживое обаяние, да и ты сам это должен знать. В них что-то типа стали, иногда приторности и, — девушка задумалась, — самолюбования. Многие из них психопаты. В тебе этого не отмечается. А привлекло меня простота и, скорее всего, естественность поведения, нежели попытка начать доминирование с первых слов. Да и почему двое взрослых фурри не могут скоротать время в компании друг друга? — Мне приятно, что ты не посчитала меня маньяком, — уголки губ растянулись в широкой улыбке, обнажив верхний ряд белоснежных клыков, блеснувших в свете потолочной лампы. Хазер кивнула и встала со своего места, улыбаясь и потягиваясь: — Тебе помочь с уборкой? — она вопросительно взглянула на мужчину, уперев руки в бёдра и перенеся вес тела на одну ногу, а вторую обвив хвостом в районе щиколотки. — Мне очень приятно, что ты хочешь помочь, но, пожалуйста, присядь, — самец поднялся достаточно быстро и ловко, чтобы практически тут же взять тарелку криминалиста. Кошка даже невольно поразилась такой проворности. Вольфганг же продолжил уборку, переставил тарелки в мойку, после опять вернулся к столу и убрал бокал. Но неожиданно притормозил: — Совсем забыл об одной вещи. Думаю, тебе должно понравиться, — шериф подошёл к холодильнику и, хитро улыбнувшись, достал оттуда нетронутый классический чизкейк и положил немалый кусочек на чистую тарелку, поставив ее перед самкой. Не забыл и о вилке. — С этим вином его вкус просто бесподобен. Попробуй, пожалуйста. По мнению Вольфа, предлагать чай или кофе к такому угощению неприемлемо. И, пока кошка будет есть, серый надеялся помыть посуду. Что, собственно, он и начал делать, пристроившись около раковины. Тарелки тщательно вымывались круговыми движениями, бегавшей по поверхности губки с моющим средством, позже отправлялись на сушилку. Кошка в это время, стараясь справиться с накатившим приступом активности после принятого алкоголя, послушно уселась обратно на стул, придвинув к себе тарелку со сладким. Как-то испортить себе фигуру Кисар не боялась, всё-таки от одного пирожного ничего не будет, да и мозг требовал глюкозы. Опьянение начало медленно спадать. Да и чтобы хоть как-то справиться с возбуждением, криминалист принялась щёлкать хвостом по полу, выражая своё нетерпение и сбрасывая излишки энергии. Не любила полицейская бездельничать, даже если была в гостях. — Ты сказал, что ты встречаешь вечера в одиночестве, — Хазер, взяв вилку, отделила небольшой кусок пирожного и отправила его в рот. Нежно-сливочный вкус моментально приятно защекотал язык, перебивая привкус вина и ужина. — Почему так сложилось? И чем тебя заинтересовала тебя я? Всё-таки те качества, что ты назвал ранее, не видны сразу. — Хм, — Вульф, домыв посуду и вытерев руки, особенно протезированную, снял фартук и сел перед кошкой. Мужчина сложил лапы и опустил взор на протез. На его морде расцвела улыбка, но смысл её мог понять только он и та, что разделила с ним многие года. «Мир больше никогда не будет прежним, но это не значит, что нужно меняться вслед за ним» Эти слова волку постоянно повторяла его приемная дочь, стоило произойти чему-нибудь плохому. Он встретил ее в парке. Зайка воровала кошельки и еду у других фурри. А что еще оставалось? По-другому девочке-сироте, сбежавшей из приюта и жившей на улице, не выжить. Сейчас, по прошествии нескольких лет, девочка учится в престижном институте. Серый поставил ее на ноги и дал то, чего ей так не хватало, получая взамен любовь и приятные мурашки от слова «папа». Вольфган слишком глубоко окунулся в воспоминания. Пришлось спуститься с небес на землю. Взгляд пал на самку: — Так уж получилось, что я еще не встретил свою вторую половинку. Да, были до этого кандидатуры, но они оказались… как бы помягче сказать, не слишком верны мне. Однажды я уже наступал на грабли и больше не хочу повторять ошибок. Слишком высокая цена. Именно поэтому тщательно выбираю круг общения. Как видишь, участников в нем почти нет. Вольфган отвел взгляд в сторону, взглянув в окно, будто там происходило что-то интересное, но уже скоро снова смотрел на кошку. — У тебя ведь тоже нет партнера? Твоя шерстка не пропитана запахом самца, да и влюбленные всегда гуляют вместе, а тебя я встретил в парке совсем одну. Запах самца? Смешно. Однако, так и есть. К пластине волка подключены микро детекторы, размещенные в носовой полости. Они улавливают мельчайшие запахи и тут же их идентифицируют, отправляя данные на цифровой глаз. До этого Кисар сидела с довольно мирным выражением мордашки, но всё-таки проскользнуло сильное раздражение, и она, желая оповестить самца о нём, наклонилась вперёд и чуть прищурилась: — Знаешь, я очень не люблю, когда меня не слушают и во время разговора отвлекаются на посторонние мысли, выглядит неуважительно, — хмуро сказала кошка. — После твоего отвлечения мне как-то не хочется отвечать на вопрос о личной жизни. Мужчина взглянул на девушку, прижав уши к макушке и даже во взгляде читалось выражение извинения. Он может быть и прослушал слова кошки, но в его памяти они отложились. — Неловко, что так получилось. Обещаю, больше такого не повторится. Я просто отвлекся на гравировку с протеза. Уж очень сильные воспоминания о приемной дочери. Ты поймешь, каково это, когда у тебя будут дети. Прости Мужчина встал из-за стола и подошёл к окну, молча взглянув на темноту за стеклом. Он чуть шевельнул ухом, когда послышались шаги самки, а потом она и сама появилась и запрыгнула на подоконник, внимательно смотря на волка. Бокал вина аккуратно разместился в лапе самки, и девушка чуть отпила из него. — Мы находимся в моменте здесь и сейчас. Вдвоём. — Заговорила кошка, облокачиваясь на раму окна и скрещивая ноги по-турецки. — Думаю, третьего или третью рано приглашать. Хоть это и твоя приёмная дочь. — Думаю, ты права. Мне стоит контролировать свои мысли и эмоции. Тяжело вздохнув, Вольфганг стал в нескольких сантиметрах от подоконника, оказавшись напротив кошки. Оперся лапами по обе стороны от самки и нагнулся вперед, от чего галстук оторвался от тела и свис, кончиком касаясь скрещенных ног Кисар. Она чуть нахмурилась. Да, возможно, и выглядела истеричной или капризной девчонкой, но почему нет? Раз она начала вести себя развязно, то почему бы и не продолжить? Она ухмыльнулась себе под нос и поборола в себе желание потянуть волка за здоровое ухо — Не стоило тебе делать выводы, что я пойму, когда у меня будут дети, их у меня никогда не будет, — и всё-таки Хазер не удержалась и, подняв вновь обмякшую руку, потянула волка за здоровое ухо. Волк открыл рот и собирался что-то сказать, но потерял дар речи, стоило самке коснуться здорового уха. Ох, если бы она только знала, что оно является главной и самой чувствительной эрогенной зоной мужчины. От прикосновения к нему волк напрягся, сжал челюсти и глубоко втянул в себя воздух. Внизу живота почувствовалось тепло, а в штанах началось шевеление. Выдавать возбуждение было нельзя, ведь кто знает, как Кисар отреагирует на него. Нужно отвлечь себя разговором. — Ты так и не ответила на мой вопрос о своей личной жизни. И, прости, но почему у тебя детей не будет? Я понимаю, ты обижена, но… — Вульф выдохнул сквозь сжатые челюсти, чем повеселил самку. Хазер же примерно такого и ожидала от своей выходки. Девушка, «развернув» ноги, опустила их так, чтобы можно было соскочить и не зашибить волка. — Да, я обижена, ты проявил неуважение, прикрывшись воспоминаниями. Но хорошо, я отвечу. В данный и конкретный момент у меня вполне свободная жизнь, — на улыбнулась и отпила из бокала, который не забыла прихватить с собой. — А детей у меня не может быть из-за бесплодия. Чувствовал ли волк вину за то, что не подумав, брякнул о детях? Знает только он сам. Но Кисар, кажется, только позабавила социальная неловкость шерифа. Девушка поставила бокал на подоконник рядом с собой. В её взгляде начали мелькать игривые нотки, а на губах заплясала шаловливая улыбка. Кисар проурчала на ухо и мягко прихватила его кончиками пальцев, даже скорее ногтями: — Знаешь, кажется, я знаю, как ты можешь искупить свою вину передо мной. Удовлетворишь меня. Самка отпустила ухо и укусила волка за шею, прикусывая крупные мышцы, вызывая у самца неконтролируемый рык и короткий вздох. Но продержала Хазер мышцу всего пару мгновений, а потом, отпустив, резко оттолкнула от себя серого и заставила того отойти от подоконника. И затем уже резким движением, подбив ногу самца, усадила его на стул, легко удерживая равновесие. Хозяин дома покорно сел, придерживая лапами криминалиста за талию. — Боюсь, мои извинения будут очень необычными, — всё-таки прошептал серый, всё ещё слегка удивлённый прытью светлой кошки. Он положил обе лапы на бедра девушки и потянул из вверх, располагая на упругих формах. Пальцы сжались, впиваясь острыми когтями в чувствительную кожу ягодиц светлой кошки. Ощутив лёгкие уколы от когтей и сначала вздрогнув, Хазер улыбнулась, переложила свои руки с шеи мужчины на его ладони и сильнее надавила на пальцы, довольно замурлыкав от приятного ощущения. Кошка чаще и глубже задышала, наслаждаясь накатившей эйфорией. От низа живота к груди потекла приятная нега, заставляющая улыбаться. Ноги практически подогнулись, и полицейская чуть не упала на волка, но удержалась благодаря природному «стабилизатору», который помогал не врезаться куда-то, пока тушка «гуляла сама по себе». Хазер чувствовала, как кровь всё сильнее и сильнее закипает в ней, разгоняя желание по всему телу. Это ощущение медленно проникало в замутнённый алкоголем разум. — Ты рискни извиниться так, как умеешь, — ухмыльнулась Кисар и сама чуть опустилась на бёдрах. Хвост Хазер плавно обвил ноги серого волка, а кончик пощекотал прыгательный сустав. От прошлой скромницы почти ничего не осталось, ведь алкоголь имеет прекрасное свойство, присущее лишь спиртным напиткам — раскрепощение. То, что сейчас вытворяет девушка, показывая свою истинную игривую сторону не могло не понравиться мужчине. Да он, собственно, и сам находился под пьянящим воздействием вина и нисколько не был против продолжить общение в таком русле. — А ты не такая уж и скромница, какой казалась в парке, — сквозь вздох произнёс мужчина. Криминалист, ухмыляясь и всё ещё держа руки серого, повела их от своей попы к талии, где завела на свою спину и отпустила. Отпустив живую руку, девушка переложила хвост на колено волка и, прикрыв глаза, улыбнулась: — Скромность — понятие индивидуальное, — промурлыкала Кисар и слабо куснула волка за щёку и посмотрела ему в глаза, в которых видела собственное отражение. Зрачки сильно расширились, выдавая возбуждение, причёска взъерошилась и растрепалась, а воротник блузки немного съехал в сторону, открыв ключицу. — Это сейчас говоришь ты или алкоголь все делает за тебя? — держа руки там, куда переложила их полицейская, Вольфган повел бровью и клацнул зубами прямо перед носом белой, подправив шалость довольным оскалом. — Впрочем, какая разница? Просто не останавливайся. После сказанного, мужчина подхватил девушку в районе талии и потянул к себе, усаживая на колени чуть удобнее для обоих. Промежность самки уперлась аккуратно в пах серого, от чего девушка могла почувствовать пленящийся в штанах волка полутвердый член. — Ну вот ты и попалась. Задам этот вопрос лишь один раз, — Вульф помедлил, рассматривая улыбчивое и слегка потрепанное лицо самки, от чего усмехнулся и уложил лапы на ее бедра. — Ты уверена, что хочешь сделать это со мной? Пути назад уже не будет. Дело не в нежелании йиффаться, тут у самца проблем нет. Дело в состоянии кошки. Отдает она отчет своим действиям и не обвинит ли Вольфгана в изнасиловании уже после того, как протрезвеет? Хазер усмехнулась: — Я прекрасно знаю уголовный кодекс и понимаю, о чём ты подумал, а не обвиню ли я тебя в изнасиловании, — Кисар улыбнулась и потянулась к волку. Мягким движением она провела носом по открытым участкам шерсти на его теле и вновь вернулась в исходное положение. — И даже если я дам согласие, а уровень алкоголя в крови превышает допустимую норму, моё согласие не будет иметь официального обоснования. Это если юридически, — криминалист усмехнулась, смотря на морду волка. Хазер, подняв руку, осторожно провела кончиками пальцев по стальной пластине на морде волка, а потом, не отрывая руки, но уже полной ладонью, перешла на шею, дальше к груди и, наконец, дошла до запястья стальной конечности. Приятная поверхность металла немного охлаждала горячие ладони кошки, что её радовало. Вырисовывая невидимые узоры ногтём, криминалист усмехнулась и игриво встряхнула головой, откидывая волосы назад. — И путь назад всегда есть. Волшебное «нет» должно быть услышано, — промурлыкала Кисар, улыбаясь и прищурив глаза. — Не бойся, я не буду на тебя заявлять, если ты обещаешь остановиться, если что-то пойдёт не так. Я бы не хотела с тобой драться, — она чуть улыбнулась, — Ну если только не в качестве прелюдии. — Это все, что я хотел услышать. В конце концов, заявлять о нашем йиффе кому-либо это уже будет хвастовством, — мужчина улыбнулся, почувствовав на своей шерсти прикосновения носа кошки и ее горячее дыхание. — Вот и чудно, — Кисар достаточно сильно куснула самца в плечо, громко замурлыкав. — Позволь спросить. Я хотеее… Вольфганг дернулся, задрав приоткрытую пасть к потолку. Вызвана такая реакция была неожиданным укусом девушки за плечо. Рефлекторно лапы серого сжались, снова впиваясь в кожу самки сквозь одежду, оставляя следы на бедрах. Задавать вопрос уже не имело никакого смысла, куда интереснее наблюдать за действиями Кисар. Еще секунда и Вольфганг наклоняет морду вперед, впиваясь пересохшими от волнения губами в губы самки. Его язык по-хозяйски проникает в рот, скребется о нёбо, пробегается по каждому зубу, щекочет десны и сплетается с языком Хазер, подобно двум змеям, поддавшимся игре на дудке. Как бы мужчина не хотел продлить поцелуй, его все же пришлось прервать. Он отстранился, облизывая увлажненные губы, и широко улыбнулся, наблюдая за реакцией криминалиста. Девушка, чудя по всему, была довольной и спокойной. В её глазах читалась радость и довольство, поддёрнутое лёгким флером алкоголя. — Я и не знал, что ты можешь быть такой вкусной. А ведь я попробовал только малую часть тебя. — О, ну только попробуй не съесть меня, а то мало ли, — она посмеялась. Вульф мягко улыбнулся и положил обе лапы на блузку криминалиста, давая волю действиям. Пальцы один за одним мастерски разделывались с пуговицами, спускаясь сверху и до середины, затем снизу и до середины, оставляя в центре лишь одну застегнутую пуговицу, скрывавшую под собой грудь Кисар. — Сделай этот шаг сама. Шериф кивнул в сторону блузки, откидываясь на спинку стула и убирая лапы обратно на бедра самки. Слова мужчины донеслись до сознания Хазер с небольшим опозданием. Кошка с трудом оторвала руки от бёдер Вольфганга и положила их на края своей блузки, мягко скользя кончиками пальцев по ткани. Чуть вверх до воротника, потом мягко к середине, до пуговицы, потом, огибая её, от живота и ниже к краям. Когда пальцы коснулись уже ткани брюк, Кисар мягко скользнула ими по своим ногам и мягко перешла на ноги волка. Ощутимо касаясь тела мужчины, кошка с некоторой требовательностью забралась ладонями под рубашку самца и на несколько мгновений зарыла пальцы в его шерсть на животе. Потом, отступив, принялась расстёгивать льняную жилетку и рубашку под ней. Волк не стал возражать, стоило девушке коснуться его пуговиц. Напротив, он и сам хотел поскорее избавиться от лишних элементов одежды, препятствовавших более тесному контакту разгоряченных тел. Девушка с хитринкой посмотрела в глаза волка и с лукавой улыбкой промурлыкала: — Кажется, ты что-то хотел спросить? — она чуть наклонилась и кончиком языка провела по нижней губе волка. И вновь выпрямилась. — Может, спросишь, пока я делаю этот шаг, мр-р-р? — Решила подразнить меня долгим ожиданием? Ну что же, я запомню. — Живот серого то втягивался, то вытягивался, отзываясь на учащенное дыхание, а в районе пояса все изнывало от жара. Бездействовать в таких ситуациях мужчина не любил и всегда старался найти любую возможность для реализации действий. Лапы, только что лежавшие на бедрах Хазер, плавно поплыли вверх, упираясь в промежность. Ладонь мужчины прикрыла паховую область кошки и поднялась до уровня талии, пробираясь под ткань брюк и трусиков. Пальцы едва не достали до половых губ, но ощутили дрожь девушки. И вот лапа подалась ниже, указательный палец пролез между лепестков и ощутил мокроту. Когда палец серого коснулся разгорячённой плоти между бёдер кошки, девушка чуть выгнулась, немного откидывая голову назад и судорожно, шумно выдыхая. Её живот рефлекторно напрягся, и криминалист немного качнулась, желая удовлетворить желание. Жар предвкушения достаточно сильно ударил в голову кошки, из-за чего она чуть глубже и чаще задышала, а шерсть на шее и грудине чуть приподнялась. Коже же под густым мехом раскраснелась от возбуждения и ощутимо горела. — Похоже, кто-то успел истечь соками. — Довольная улыбка и Вольфганг надавливает на клитор, затем медленно выводит палец из промежности, покидая трусики криминалиста. Он тоже умеет дразнить. —Я оставлю этот вопрос на потом. А пока я хотел бы взглянуть на твою грудь. Однако когда мужчина убрал руку, Кисар сжала пальцы у него на плечах и чуть раздражённо выдохнула. Пожелание самца прозвучало для кошки достаточно требовательно, но она не спешила выполнять его, хоть и сама желала избавиться от надоедливой детали одежды, которая так некстати обнимала тело. Извивания девушки еще больше разгорячили пыл мужчины, особенно стоит подчеркнуть ее желание насадиться на вторгнувшийся в трусики палец. Волку доставило удовольствие недовольство девушки по поводу убранной лапы и то, как она сжала пальцы на его плечах. Хазер облизнула губы и, наклонившись к мужчине, намеревалась поцеловать его в губы, Вульф сделал то же самое и был готов слиться в горячем поцелуе, если бы не одно но. Кошка резко замерла и навострила уши. Реакция Кисар серьезно насторожила и шериф отстранил голову, непонимающе открыв рот и забегал глазами по лицу девушки, анализируя ее эмоции. Выпрямившись и отпустив Вольфганга, Кисар положила лапы ему на бёдра и укрыла их поверх хвостом. На морде девушки проявилась нахмуренность и настороженность. Чуть повернув голову в сторону выхода из кухни, криминалист отвела взгляд к полу, а потом, раздражённо рыкнув совершенно по-тигриному, вскочила с колен сама и шустро направилась в коридор, где висело её пальто. Мужчина несколько недовольно вздохнул и скрестил лапы на обнаженной груди, проглядывающей сквозь расстегнутую рубашку и жилетку. Он откинул голову и чуть рыкнул, чуть заёрзав, тело самца требовало продолжения ласки. Вольфганг выпрямился и прислушался, прекрасный слух механического уха уловил не только слова криминалиста, но и говорившего с ней фурри. Разговор Кисар по телефону продлился недолго, и вернулась кошка в подавленном настроении и с маской настороженности на мордашке. Пройдя к волку, девушка села к нему на колени боком, прикрыв свои щиколотки хвостом, и практически трагически выдохнув. От прежнего мурлыканья не осталось и следа, но появилась та самая настороженность, которая была и в парке. — Потрахушки отменяются, — она старалась говорить серьёзно, однако близость с разгорячённым телом мужчины вызывала у неё рефлекторную улыбку, — свалилась работа, от которой я не могу отказаться, иначе меня уволят к чертям пингвиньим. В обычной ситуации, когда Кисар бы пошла домой после тихой прогулки, засела бы за чистку оружия в доме или занялась бы чем-то приятным для себя, подобный звонок не вызвал бы у девушки раздражения. Но сейчас, как ей показалось, для оператора и начальника в Инферно должен был бы стоять отдельный котёл с магмой. Волк положил протез на бедро самки, а живой лапой приобнял ее за талию. Даже здесь, в его собственном доме, им не позволяют побыть вместе. — Нам не дают остаться наедине, — Вульф погладил кошку по голове, зарываясь пальцами в длинные шелковистые волосы, что пахли смесью эфирных масел, и поцеловал ее в макушку. — Слушай, а ты не знаешь, где находится 51 управление? Мне координатор сказал, что где-то в восьми минутах отсюда. Я трекер забыла отключить, вот и нашли моё место расположения, — Криминалист показала дисплей мобильного, на котором горел индикатор GPS. Все сотрудники полиции в её отделении обязаны были носить с собой мобильные с трекерами, дабы можно было отследить их передвижение, если что-то происходило. После того, как Хазер встала, шериф поступил также. Пальцы ловко перебегали с пуговицы на пуговицу, только на этот раз уже застегивая их, а не наоборот. — Конечно, знаю. Это ведь наш участок, — поправив жилетку и галстук, самец обнял белую, прижимая к себе. Улыбка скользнула по его лицу, а сам он уткнулся носом в ее шею, томно прикрыв глаза. — Глупышка ты, совсем разум от вина помутнел. Отпускать девушку от себя шериф не хотел совершенно и старался насладиться объятием настолько долго, насколько это было возможно. — Ничего подобного, — Кисар буркнула это, улыбнувшись хмельной улыбкой, — я просто из другого управления. А в здании, где сидит шериф, никогда не бывала. Как и раньше не видела живого шерифа. Почему тебя от нас в тайне держали? Говорить-то говорили, что есть такой детектив, раскрывающий дела на раз-два-три, но не показывали. Вольфганг рассмеялся тому, что речь кошки была понятной, но быстрой и с запинками, словно девушка нервничала. — Теперь видела своими глазами. Должность шерифа вернули не так давно, до этого она была упразднена. Около двух лет, может, чуть меньше, — пояснил волковый и чуть нахмурился, смотря на собеседницу. — Одну тебя я не отпущу. На машине поехать не получится, сама понимаешь, какое у нас с тобой состояние. Зато можем прогуляться. Говорил он медленно и игриво, колыша шерстку на шее Кисар теплым дыханием. — Ладно, пошли, — после этих слов самец зашагал к выходу, ведя кошку по правую сторону от себя, придерживая сильной лапой за талию. Около выхода пришлось разъединиться, ибо мужчина отошел к вешалке, хватая кожаную куртку. Он-то помнит, как прохладно на улице, да и лежать потом с температурой хотелось не особо. Кошка, до этого наслаждавшаяся теплом крепкого тела, разочарованно выдохнула и тоже принялась одеваться. Оператор сообщила, что нужно срочно забрать из того участка электронный вариант улики по делу, которое пылится на столе у Кисар уже несколько лет. И всё это время ничего не получается нового найти. Преступники словно бы насмехались над полицейскими. Криминалист надеялась, что эта зацепка даст немного больше ответов на вопросы.