Елецкий и Рейтар

Кафедру зарубежной литературы я взял штурмом в первые же дни учебы. Вернее, не ее саму, а ее лаборанта. И не взял штурмом, а позорно облажался. -Елецкий, тебе что-то надо? Димочка сосредоточенно искал ключи в сумке, стоя у дверей. -Да. -И что же? -Не что, а кого. Вас. В постель. -А вроде взрослый мальчик, должен уже и один уметь засыпать. Прозвучало это как-то двусмысленно. И грустно. Пришлось пока что отвалить. Недалеко и ненадолго. И развернуть осаду по всем правилам. Что я, за девчонками никогда не ухаживал, что ли? А чем Димочка отличается от любой девчонки? Х-ха, не смешите вы меня. Да ничем. Физические данные в расчет не берем. Так. Начнем с конфет. -У меня аллергия на шоколад, - простонал Димочка, весьма натурально покрываясь пятнами ужаса при виде коробки с бантом. Блядь! Да не он блядь! А междометие такое. Ладно. А на цветы? -У меня аллергия на цветы, - прочихал лаборант. Вот же ж блядь же ж! В общем, то, что мне натурально крутят динамо, я допер примерно на третьей неделе ухаживаний, поздравьте меня. Ха-ха. Какой я умный, уебаться об забор. Нет, но я же честно надеялся… И между прочим, был совершенно серьезен в своих намерениях. И вообще, убудет от него что ли, на разок потрахаться? -У меня аллергия на цветы! – донесся знакомый голос. Я насторожился. И мигом шмыгнул за какой-то бюст какого-то великого критика, стоявший у стены. Удобно так стоявший, аккурат у ниши. Димочка как раз отбивался от поклонника. Во всяком случае, когда один парень настойчиво пытается всучить цветы другому, по-моему, это что-то да значит. -Но, Дмитрий Сергеевич, мне сказали, что вы любите синие розы. -И поэтому ты приволок мне в знак признательности за написанное сочинение веник из кроваво-красной капусты? Парень вздохнул и свинтил вдаль по коридору. Та-ак, это что? Розы, значит, синие? Ну-ну. Запомним. -Елецкий, это не руководство к действию! – не оборачиваясь, рявкнул Димочка. И дверь кафедры грохнула. Нет, я б конечно сейчас стал впадать в уныние и отчаяние. Если бы в открытой двери не красовалось зеркало. И хитрая улыбка Димочки там не отражалась. Руководство-руководство, еще какое руководство. Ах ты, выдра ты моя любимая! Выдрочка, я б сказал! А на следующее утро, когда я припер на кафедру шикарный букет из синих роз, меня встретило самое прекрасное в мире зрелище – лаборант раком. Жаль. Не стоял. Ползал, наматывая круги по полу у дверей кафедры. Впрочем, посмотреть все равно было на что, Димочка своей верной традиции одеваться в классику не изменял. На дворе стоял жаркий сентябрь… Брюки были летнего варианта, тонкие. У меня тоже стоял. Так… Висеть. Тьфу, лежать. Тьфу… Это университет, тут душа нет. -И что ты тут изображаешь эрегированный половой орган? Помогай искать сережку. -Фак мой мозг. Р-романтика. Всю жизнь мечтал соблазнять парня, наперегонки с ним ползая кругами по полу. Вернее, я ползал, а он стоял у стены и жалобно так вздыхал. Вздохи постепенно складывались в тихие посмеивания. -Что? – мрачно поинтересовался я. -Она в ухе, оказывается. -Дмитрий Сергеевич. Фраза «Фак мой мозг» не является руководством к действию. Он грациозно склонился, подхватил цветы. -Спасибо за розы. И улепетнул на кафедру, оставив меня сидеть на полу, смотреть в стену напротив и гадать, за каким хером мне сдалась одна бледная очкастая личность?