Не удержать, не отпустить

      - Когда это началось? – я чувствовал себя как загнанный зверь в клетке. Серьезно. Ходил из угла в угол, и мне так хотелось кому-нибудь вписать, да так, чтобы лицо навеки вплющило. Как у мопса, ага.       - Ну… - Саймон замялся. Привычно теребил рукава своего серого джемпера и покусывал губу. Я, блять, сейчас эту губу откушу к херам!       - Хватит мямлить, Сай! Пиздец какой храбрый был минут назад, что сейчас не так?! – я остановился напротив него. Да, привычно решил надавить авторитетом…       - Не мямлю я! – вскинулся он, - Я с мыслями собираюсь. Я не знаю, стоит ли тебе о таком рассказывать. Или ты сейчас привычно взорвешься и…       - «И…» что? Что я сделаю? Ударю тебя? – я ухмыльнулся, - Серьезно?       - А скажи такого не было? - бесит меня этот его взгляд из под челки. Казалось бы вызывающий, но в то же время как у беспомощного олененка!       - Один раз, - я напряг извилины и вроде ничего больше не припомнил, - Ну, может, пару…       - Пару тройку? А там и пару десятков? – он успокоился и смотрел на меня прямо.       - Ты, блять, статистику что ли ведешь или что?! Я же не сильно и только в целях воспитания! Ничего же серьезного! – я отшвырнул в сторону журнал, который схватил секундой ранее просто, чтобы занять руки.       - Ничего серьезного?! – у него аж дыхание перехватило, - То, что тебя не интересовали последствия твоего рукоприкладства, совсем не означает, что все было не серьезно! Ты даже себе представить не можешь, как я тебя порой ненавижу!       - … Так когда это началось? – мне не хватило мужества продолжить начатую тему. Я знал, что он прав.       - А тогда и началось, - он откинулся на спинку кресла и вперил в меня свои упрямые карие глаза, - Когда ты меня приложил кружкой. Из под кофе. Помнишь, такая красивая, большая, ты еще говорил про нее, что такой и убить можно? При желании. Нет, не убил, как видишь. Ты, помнится, тогда был пьян, ну как обычно это у тебя бывает, а я попался под руку со своей заботой. С утра ты ничего не вспомнил. И даже не удивился, почему у меня пол башки разбито. Поржал только, что мне идет белый цвет бинтов. Оттеняет кожу, ага. Классно такое услышать от любимого мужа.       Он перевел дыхание. Посидел молча. Покачал ногой. Обвел комнату глазами. И все это молча. Похоже, это даже было не столько ожидание моего ответа, сколько способ немного привести чувства в порядок. Было видно, что он еле сдерживается. Черт возьми, я так мерзко себя еще не чувствовал никогда в жизни!       - И ты не думай, я тебя не обвиняю сейчас. Сам виноват, что терпел. Что крутился рядом. Я все это понимаю. Поэтому и решение проблемы я начал искать сам. Ты ведь такой твердолобый, так что понимаешь только тогда, когда тебе пропишут в ответ. Теперь я умею прописать в ответ. Хочешь вертушку крутану?..       - Почему в тот вечер не прописал? – о да, молодец, Рид! Ты затронул самую лучшую тему, которую только мог затронуть!       - Ну, может, потому что я все-таки омега, а их было больше? – Он развел руки и пожал плечами, - нет, я определенно кому-то сломал челюсть и кажется руку, но их это не остановило.       - … Значит во всем виноват я? – наконец я решился посмотреть на него, - Могу я…       - О нет, только не вздумай произносить сейчас слова «исправить» или «искупить»! Не вздумай! Потому что нет и нет! Не исправишь и не искупишь! Все уже произошло! А над разбитой чашей не плачут. Ее собирают и выкидывают. Так что я тоже все выбросил.       - И меня тоже выбросишь? – так, почему у меня голос прозвучал так жалко?! Неужели, Рид, тебя это взволновало?       - А ты этого хочешь? – он лукаво прищурил глаза, - не ты ли хотел свободы? Я же просто «прикрытие»? Найдешь себе новый окоп в твоих боевых действиях против родительской заботы.       - Ты сейчас серьезно?       - Нет. Я не собираюсь тебя бросать после всего, что я из-за тебя пережил. Только я научился давать тебе отпор и брошу? У меня были более веские причины тебя бросить, но я ведь здесь, - он покачал головой и вздохнул, - Потому что я слабак и мне тяжело расстаться со своими привязанностями.       - Так я не понимаю, на чем мы остановимся? Что делать будем, Сай?       - Ну, я-то делать ничего больше не буду. Вопрос в том, что сделаешь ты? – и опять эта лукавая ухмылка у него на лице. А он не так прост, как казался по началу…       - Исправлять и искуплять, - я ухмыльнулся ему подстать, - Раз уж ты так этого хочешь.       Так, когда я начинал искать тех уродов, я исходил из предпосылки, что мой Сай точно не мог сознательно перебежать кому-либо дорожку. Но при внезапно всплывших новых обстоятельствах, я могу предположить, что нападавшие могут иметь отношение к этому его клубу вольной борьбы, куда он с таким рвением бегает три раза в неделю.       И это значит, что неплохо было бы мне походить туда вместе с ним и проверить обстановку. Пожить, так сказать, немного его жизнью. Может он пиздец какой агрессивный и пиздит всех, кто ему просто не нравится. А что? Я вот уже ни в чем не уверен. Он же отмороженный. Я был уверен, что он меня бросит, но ведь он меня чуть ли не загрыз, когда я спросил его, не собирается ли он это сделать! Это не нормально, наверняка псих. Но мне нравится.       Но на проверку все было спокойно. Правда, незнакомые мне омеги висли на нем только так. Я же говорю, что с виду и не подумаешь о нем как о трепетной омежке. Может они думают, что он бета? Ну и что, можно же было выбрать и альфу. С ними вон и, действительно, парочка альф ходит, вполне себе ничего: бицепсами поигрывают, глазками постреливают… Кстати, в сторону Сая-то и постреливают! Я ща отстрелю вам чего-нибудь!       - Почему они на тебе виснут? Ты, блять, не перекладина, чтоб на тебе так висли! - я не стал тянуть резину и как только он сел в машину, я припечатал его волнующим меня вопросом.       - Кто? – он отстранил бутылку воды от губ и удивленно посмотрел на меня.       - Эти маленькие шкурята! – досада рвалась наружу, и я хлопнул по рулю. Будет он мне еще делать вид, что нифига он не знает и вообще тапочек!       - Да просто я чуть сильнее их и часто выручал, вот они и почуяли во мне вожака стаи, так сказать, - Сай подхихикнул, - Они просто забавные ребята, некоторые даже со школы еще не выпустились…       - Со школы то может и не выпустились, а вот институт благородных блядей уже…       - Ты что несешь?! Это вообще-то дети! – Саймон рассердился, - Не от хорошей жизни они идут сюда. У некоторых такие истории, что волосы дыбом встают! Мог бы, до всех тех тварей, кто их обижает, добрался бы и собственноручно..!       - Так. Стой. – На меня нахлынуло озарение, - Ты уже случайно не разбирался с кем-нибудь из их обидчиков?..       - Да тебе то какое дело, даже если так?! – Саймон смотрел все еще насуплено, - Если надо, я еще и повторю.       - Ой, дурак… - и откуда он такой дурак взялся то? – Ты что, сам ничего не понял, да?       - Что я должен был понять?!       - Показывай. Кому помог. Когда это было.