Per aspera ad astra

— Ну, что? — Звучно начала Ирина Дмитриевна.  — Ничего. Вы отлично выглядите. Голос у Лилии Андреевны был высоким. Эти два голоса отлично играли на контрасте. Аде так подумалось.  — Спасибо, — преподавательница усмехнулась, — не лучше Вас.  — Столько лет прошло, чего Вы от меня хотите?  — Вы чудесная. Правда. — Ирина Дмитриевна встала с дивана, он характерно заскрипел. — Я думаю, нам стоит…  — Нет, не надо! Не подходите! Звонкий голос пронзил воздух.  — Да бросьте, я же не зверь дикий. Я предлагаю Вам просто поужинать. Сегодня.  — Я не могу. Не хочу. Простите.  — Почему?  — Я не должна объяснять. И я не буду.  — И всё же?  — Я не хочу говорить об этом. Два уверенных шага послышались за дверью. Звучный вздох.  — Я тебе не мальчик, Лиля, которым можно вертеть. Мы с тобой разговариваем, как взрослые люди. Потому что мы с тобой — взрослые люди. Слышишь меня?  — Да. Я слышу. Я вообще уже наслышана обо всем, что произошло, Ира.  — Попрошу без фамильярн…  — Я говорю! — Оборвал женщину звонкий голос. В ту секунду Ада моментально прониклась какой-то странной формой уважения к Лилии Андреевне. Никто не мог кричать на Ирину Дмитриевну, а тем более — перебивать её. И вдруг появляется маленькая, хрупкая леди с тоненьким голоском, которая позволяет себе это. Кто она?  — Я обо всем знаю, — продолжала Лилия. — Что случилось здесь до каникул. Ты и эта девочка, кажется, Ада. Девочка. Ира, она же совсем девочка! Она могла бы быть тебе внучкой!  — Нет, внучкой вряд ли. Может, дочерью. Это то, что заботит тебя? С каких пор?  — Неважно. Дело не в этом. Как можно было? Да, ты сильнее, ты старше и всё такое, но кто тебе дал право… Я знаю всё. Я знаю, что было. Кто дал тебе право?  — Ты проделала путь в тысячи километров, вернулась сюда, чтобы почитать мне нотации? Ты её даже не знаешь, а уже выбрала сторону.  — Я ничего не выбирала! Мне рассказали достаточно.  — Здесь много чего рассказывают.  — Не учи меня, — бросила Лилия Андреевна. — Я прекрасно знаю, что это за место. Что здесь за люди. Кому можно доверять, а кому — нет. Я прекрасно знаю, что ты такое. И поэтому, Ира, я боюсь тебя. Это правда.  — Если бы это было правдой, ты бы не вернулась. И не разговаривала бы со мной в таком тоне, моя маленькая лживая дрянь. Голос преподавательницы ожесточился.  — Я не маленькая девочка, с которой можно играть. Потому что я не… В тонком, звонком голоске маленькой леди слышалось какое-то отчаяние. Ада разобрала его. В какую-то секунду ей показалось, что она чувствовала когда-то то же самое, когда пришлось ей остаться с Ириной Дмитриевной на кафедре один на один. Ещё один громкий шаг послышался в замочной скважине.  — Убери руки!  — А по-моему, Лиля, ты очень даже маленькая. Не знаю, на что ты рассчитывала, когда решила, что…  — Я сказала, убери! —…Когда решила, что тебе можно вести себя так вальяжно! Кем ты себя…  — Отстань!  — Кем ты себя возомнила, чтобы так разговаривать со мной? Что-то за дверью громко хлопнуло. Ада слышала всё до последнего звука. Слышала, как упала со стула сумка, как что-то глухо ударилось о дверцы шкафа, как со стола что-то упало на пол. И этот голос, высокий голос женщины, которую она совсем не знала, но за эти несколько минут успела разделить с ней некоторые чувства. Без задней мысли, позабыв обо всем, она резко открыла двери и влетела на кафедру.  — Хватит! — бросила Ада громко. Как случайный зритель, оказавшийся по ошибке на сцене большого театра, Ада замерла. Вся труппа была обескуражена. Повисла тишина. Лилия Андреевна воспользовалась моментом и вырвалась из рук Ирины Дмитриевны. Она выглядела взволнованно. Её волосы слегка спутались. Она быстро забежала за спину лаборантки. Тогда Ада услышала сбитое дыхание женщины. В её глазах была какая-то тихая благодарность.  — Вас, наверное, учили не перебивать взрослых, когда они разговаривают? Ада посмотрела на преподавательницу. В глазах её стояла злость. На скулах появился легкий румянец. Она действительно почувствовала себя провинившейся школьницей, как только снова увидела Ирину Дмитриевну в полный рост. Она была черная, высокая и злая. И тогда стало страшно. Какой-то туман застелил её глаза. Это было то самое, о чем не стоило забывать. То самое. Ирина Дмитриевна не только была сильнее и старше. Нет. Всегда было ещё что-то.  — Мне кажется, я как раз вовремя, — заметила Ада, пытаясь выглядеть спокойно.  — Зачем Вы всегда всё портите, Ада? Мы так чудесно поздоровались утром. Вы и понятия не имеете, что это за женщина, где она была все эти годы и что из себя представляет. И всё же снова я — злодей дня.  — Я верю тому, что слышала. Кем бы она ни была, это не повод драться на кафедре.  — А, может, мне просто хотелось вызвать Ваше неистовое недовольство? Чтобы Вы ворвались сюда, как сама Справедливость! — Ирина Дмитриевна подошла к преподавательнице и бережно обняла её за плечи. — Может, мы с ней заодно? С чего Вы взяли, что Вы всё правильно поняли? Вы знаете, как много глупостей совершают люди, не разобравшись толком в том, что происходит? Давайте не будем глупцами, Ада. Я обещаю Вам рассказать всё.  — Послушайте её, — Лилия Андреевна подняла своё пальто с пола, — послушайте и не верьте ни единому слову.