Honey: The Rise

Астер сидит на кровати, наблюдая за тем, как Аза переодевается. И думал.       «Вам придется это признать, принц Астер, — скелет молча сидел за столом, погруженный в свои мысли. Но, когда произнесли последние слова, он стиснул зубы. — Нападения не прекратятся, пока монстры не вернутся под гору» — А затем они взорвут её, — Астер лишь лениво поднимает взгляд, смотря на какого-то министра. — Монстры и так уже четыре года добиваются мира с людьми. Вы хотите всё порушить? «Нет» — Тогда предложите что-нибудь другое. Астер устал.       Он не может уже видеть зал Совета — громадный, белоснежный, где посередине стоит огромный, овальный стол. Он не в состоянии больше слушать про то, как каждый день монстрам и людям угрожает опасность; или же то, что всё же некоторые монстры погибают. ибо он слишком слаб, чтобы спасти их.       С появлением этого незнакомца в плаще, который даже расу отказывается раскрыть — всё немного стало лучше, но…       Вопрос стоял ребром, а все члены Совета думали лишь о людях. Астеру приходилось разбираться самому, и он тысячу раз проклинал всё. И то, что он наследник трона, и судьбу, что отняла у него брата.       А так же то, что теперь он втянул Азу в это. Конечно, она сильная, и со всем справится, но… Астер слишком сильно волновался за неё. Он понимал, что даже самые сильные люди могут ослабнуть. И поэтому, скелету нужно было найти этого типа в плаще, ибо он боялся, что наступит тот момент, когда сам он превратится в пыль.       Тогда цель революционеров будет достигнута, а Азарию не сможет защитить даже Маффет, её приёмная мать.       Именно поэтому Астер выходит на улицу, быстро одевая куртку сестры — синюю, с алым мехом. Но парень помнит, что это куртка его умершего брата, Кая.       Астер смотрит по сторонам. Никого. И тот тип в тёмном плаще не виден. Но он-то знает, что этот «мстительный ангел», как его называют среди революционеров, где-то рядом. — Хей, я знаю, что ты здесь, — скелет засовывает руки в карманы куртки, смотря наверх — туда, где он чаще всего замечал этого типа в плаще. — Мне нужно поговорить.       Кай, сидя на крыше, лишь усмехается, поправляя капюшон. Похоже, ему не избежать разговора с братом — это был лишь вопрос времени, когда принц обратится к нему. И поэтому, Кай встает и слезает с крыши соседнего дома. Но не спешит выходить из тени, скрывая лицо за тенью капюшона. — О чём его Высочество хочет поговорить? — парень усмехается, а Астер лишь на секунду удивляется тому, что их голоса с «ангелом мести» такие схожие, почти индетичные. Но удивление тут же пропадает с лица Виндингса, и тот кашляет, подставляя ко рту кулак: — Что ты знаешь о «Чёрном серафиме»? Какова их следующая цель, к примеру?       Кай отводит взгляд в сторону, понимая, что его брат не собирается сидеть в сторонке и наблюдать. И закрывает глаза, произнося следующее: — Я не знаю их следующей цели. Но точно подозреваю, что следующая цель явно связана с вашей семьёй, принц… Парень немного медлит перед тем, как сказать имя брата, но всё же произносит его вслух после долгого времени, смотря прямо ему в глазницы: — Астер.       Астер не замечает паузу «Плаща»; задумчиво смотря вдаль, он думает о том, кто может быть следующим. Или следующей.       Тем временем Кай наблюдает за тем, как ветер топорщит мех на синей куртке. И думает о том, как же сильно он хочет домой, к родителям и брату с сестрой; хочет сдернуть тёмный капюшон с головы и обнять сейчас брата, крепко прижимая к себе. Однако, он понимает, что сейчас этого делать нельзя — если Кай сейчас вернётся к семье, он не сможет защищать её так же, как и раньше. Только не сейчас… Кай разворачивается к Астеру спиной, собираясь уходить, но он останавливает его: — Подожди. — Чего вы ещё хотели, принц Астер…? — белые зрачки немного светятся в темноте, пока Астер смотрит в глаза своему старшему брату. Даже не подозревая об этом. — Я хотел бы попросить тебя снять капюшон, Плащ.       Парень застывает на месте, и поднимает взгляд на принца монстров, в белых зрачках которого светится Решимость. Кай вздыхает, улыбаясь, и отвечает Астеру: — Простите, этого я сделать не могу. — Почему…? — Астер с подозрением смотрит на «ангела», всё ещё думая о схожести их голосов. — Зачем тебе скрываться? — Ради того, чтобы защитить родных. Вы же понимаете, какая у нас ситуация сейчас, ваше Высочество. — Да, Плащ. И всё же…       Кай слегка усмехается, узнавая в этой настойчивости своего любимого брата. Всё же, он невероятно соскучился по его компании и их разговорам, шуткам… Однако, обязанности есть и будут, а революционеры никогда не упустят возможности насолить семье принца монстров. — Нет, принц Астер. Я не могу раскрыть свою личность. Это может навредить моим родным и близким… — он натягивает капюшон на лицо сильнее, желая скрыть своё лицо так, чтобы Астер точно не увидел его.       А затем, Кай молча разворачивается и уходит, оставляя принца монстров одного. Астер, понурив голову, закрывает глаза и думает о том, что узнал.       Собственно, ничего нового, разве только что причину, почему Плащ никогда не снимает своего капюшона. Но этого мало, и Астер хочет многое узнать от этого типа. Но не здесь, и не сейчас.       Сейчас было важно одно — это позаботится о защите его родных, и попытаться оградить по возможности их от опасности. Поэтому, Астер возвращается домой, лениво махает рукой отцу и матери, что-то читающих вместе. Зевает, заходит в свою комнату и… Никого.       Часы тикают на стене, как бы добивая полную тишину в комнате, где на полу валяется скинутая одежда Азы. Комната выглядит как обычно — небольшая двухспальная кровать, столик у окна; ещё одна дверь, за которой находится ванная, а рядом с ней — столик с зеркалом. Астер знает, что Азари уже помылась до того, как начать переодеваться, но может быть, она снова заглянула в ванную комнату? Всё же стоит проверить, и не доверяться сразу тревожным мыслям. просто признай, что ты чёртов параноик или нет…?       В ванной девушки не оказалось. Как и во всём доме, когда Астер тут же начал телепортироваться из комнаты в комнату. И на улице никого не было.       Астер вернулся в их комнату с Азой, тут же плюхнувшись на кровать. Тупо пялясь в потолок пустеющими глазницами, он валялся на кровати. Часы тикали в тишине, отсчитывая время. Затем, скелет, после пяти минут тишины, прикрывает глазницы и произносит: — Так блять.       Астер сжимает кулаки, чувствуя, как его наполняет гнев и ярость. Но тут же делает глубокий вдох, встаёт с кровати и достаёт ноутбук, тут же открывая его. На заставке рабочего стола стоит фотография его девушки, на что Астер лишь стиснул зубы. Не сейчас. Он должен думать о том, как спасти Азарию, а не злиться и тратить время попусту.       Некоторое время тишину нарушал лишь звук клавиш, по которым ударяли костяные пальцы. А затем, монстр цокнул языком на следующее сообщение: «Астер, я не смогу прикрыть тебя на собрании. Тебе необходимо присутствовать там» Снова стук по клавишам. «Азгор, прошу вас, мне нужно хотя бы два дня на поиски моей похищенной невесты. И моя сестра на подмогу»       Буквально через три минуты Гестер шипит от злости, получив отказ. Но тут же приходит в себя, и ярый гнев сменяется на холодный, а сам парень начинает думать, как быть дальше. Вскоре, от короля монстров приходит следующее:       «Хорошо, у тебя двенадцать часов до собрания. И не больше. Не найдёшь свою принцессу — предложение одного члена Совета вступит в силу, и Хезер Уайлд станет на место Азы. А Камбрия будет заменена Клод. Всё ясно?»       Астер лишь закрывает глазницы, прижав ладонь ко рту и спокойно дыша. Он знает, что гнев наружу выпускать недопустимо сейчас, но ярость так и хлещет из него. Двенадцать часов на поиски?       Это ничтожно мало. Тем более, без помощи других. Но принцу сейчас нужно подумать об этом, и как можно скорее найти Азу. Особенно, когда парень знает, что у него лишь жалкие двенадцать часов, за которые без определённого плана невозможно найти… «Стоп...» — Астер вдруг замечает, что под одной из подушек что-то лежит. Он достаёт это, и это оказывается конвертом. Бумажное письмо.       Довольно редкая вещь в их двадцать первом веке. Но Астера это нисколько не смущает, и он распечатывает конверт, доставая письмо. «Ты должен отказаться от трона на очередном собрании Совета публично, иначе мы не вернём твою невесту. И убьём её. Поторопись, у тебя всего один день.»  — А больше и не понадобится, — усмехается Астер, цокая языком и убирая ноутбук от себя. Потом, немного призадумавшись, берёт ноут к себе на колени обратно и достает плеер, втыкает шнур, идущий от плеера и начинает закачивать музыку. Ноутбук летит на кровать, мягко падая на матрас, а скелет достаёт список из тех группировок, что известны Совету. — Ну что ж… Жди меня, Азари, я иду.

***

      Азария просыпается от резкой боли в щеке, ногах и руках. Рот заклеен скотчем, из одежды лишь простая полупрозрачная ночнушка — называется, с парнем хотела ночь провести.       Перед ней — симпатичная девушка с светло-каштановыми волосами, кончики которых окрашены в ярко-рыжий; надменная, уверенная и дико раздражающая Азу сейчас. Она не знала, почему эта девушка её бесит, но ей просто хотелось сейчас наорать на неё. — О, я вижу, что ты проснулась, маленькая сучка? — незнакомка наклоняет голову в сторону, злобно оскалившись. «Мымра, — Аза теперь понимает, почему эта девушка так не нравится ей. — Вон, сама крашенная сучка» — Молчишь? — девушка хихикает, — что ж, молчи. Предо мной, будущей королевой Хезер, ты должна лишь молчать. «Хезер…? Кажется, я раньше слышала это имя… Стоп, королевой?!» — Не делай такую тупую и удивлённую рожу, бездомная девка. Да, моё имя Хезер Уайлд, и я будущая невеста Астера Гестера. — Хезер снова захихикала, злобно усмехаясь.— Конечно, только после того, как прикончу тебя. «Ага, я вот прям сейчас с радостью умру и отдам тебе Астера. Разбежалась, падла. — Азария закатила глаза, жалея, что не может говорить сейчас. — Тоже мне, трон ей подавай. Что, и политиков можешь стерпеть, и за монстров ратуешь, да? А, погодите, тебе же только один и нужен, точнее, то, что у него в штанах» — Но для начала… — ухмылка на губах Уайлд становится шире. — Я унижу тебя и изничтожу всю твою гордость. Растоптаю в тебе Решимость, сделав тебя бесполезной куклой.       Аза начала прикидывать, за сколько минут она сможет развязать путы. Главное — не паниковать, иначе всё пойдёт к краху.       Однако, девушка всё же была сильно напугана, и очень сейчас боялась за свою жизнь. Всё же, не каждый день её похищали, вырубая и засовывая в огромный мешок для мусора. И поэтому, Азария начала осматриваться в комнате, ища дверь или хоть какую-либо лазейку, дабы сбежать от похитительницы, пока та отвернулась.       Хезер же спокойно стоит у стола — единственной мебели здесь, в комнате — и ищет нужный себе предмет, а Азари жалеет лишь о том, что у неё сейчас нет ножа, чтобы перерезать путы, связывающие руки и ноги, да для защиты. Единственное, что могло бы помочь девушке сейчас, лежит дома, в целости и сохранности. Аза решает не заморачиватсья с веревками и уползти так, связанной; кое-как разобравшись с тем, как ей ползти, она начинает ближе подползать к одной из дверей, словно гусеница.       Хезер не сразу замечает, что её пленница начала убегать; но, когда она видит, как Аза уже пытается встать и открыть дверь, то подходит к ней и резким движением кидает за шиворот девушку к стене. Та мычит от резкой боли, а Уайлд гневно шипит: — Попробуешь сбежать — убью тут же. Сейчас прощу, но потом ты у меня просто так не отделаешься.       Аза сглатывает слюну от страха, но в глазах её по прежнему — Решимость. И Хезер, видя, что Азария не собирается на попятную, усмехается: — А ты, смотрю, у нас упрямица ещё та. Что же, это легко исправить.       Кажется, ещё минута, и девушке конец — Хезер сжимает горло с каждой секундой всё сильнее, и становится понятно, что Аза сейчас просто задохнется от нехватки воздуха.       Спасает пленницу звонок телефона, прозвучавший в кармане у Уайлд. Та цокает языком от досады, бросая будущую Гестер в угол, где она падает на пол и теряет сознание от резкой боли; а Хезер отвечает на звонок, выходя за дверь. — Алло? А, это ты, отец? — девушка морщится, будто от отвращения. — Да-да, я занесла те документы. Что?       Собеседник говорит что-то в трубку, и Хезер Уайлд, поправляя свои длинные каштановые волосы, впервые улыбается восхищённо и искренне: — Совет будет проводить собрание у нас дома? О господи, пап! С этого и надо было начинать! Конечно, я приду. Я обещаю, что не подведу тебя.       А тем временем, Азария лежит в углу пустующей комнаты, где лишь она да комод для одежды. Белые стены и потолок над девушкой; и деревянный пол, на котором сейчас лежит её рука с ало-фиолетовым браслетом. Алый цвет загорается ярче, когда Аза вдыхает воздух резко и полной грудью; а фиолетовый становится почти чёрным, под цвет ненависти, и свет в комнате гаснет.       Хезер смотрит на свою пленницу с превосходством, возвышаясь над её телом в темноте. Она наклоняется к алой душе и берёт её руку с браслетом, чтобы перерезать его, но тут же резко бросает руку обратно, шипя от боли. Руку девушки будто обожгло в сильном пламени — ожога не было, однако руку сильно жгло.       Темно-фиолетовый светится мягче и кажется более светлым сейчас, чем раньше, а Хезер дует на ожог, с ненавистью смотря на Азарию. — Что это за хрень? — Уайлд ругается отборным матом, посматривая на браслет. — Я конечно, слышала о разных штуках, что бывают у монстров, но чтобы от простой безделушки получить ожог… Кто эта девка, чтобы её так защищать? Фигура и личико так себе, не то что у меня, и вкуса в одежде нет; но тем не менее, принц Астер защищает её! Хезер почти шипит от злости, когда говорит, почти выплевывает следующее: — Он заслуживает лучшего! И это лучшее — я, дочь мэра этого города, Хезер Уайлд! Но почему-то, — она наклоняется к Азе, приподнимая её подбородок и смотря в спящее лицо, — Астер выбрал тебя. Из тысячи девушек он выбрал самую обычную, чёрт возьми.       Азария отвечает ей лишь тишиной, по-прежнему лежа без сознания. Хезер чуть ли не шипит, находясь в ярости и гневе, а затем закрывает глаза и вздыхает, успокаиваясь. Взгляд её всё так же источает злобу, но сейчас там горит глубокая зависть к принцессе. — Но всё же… Я завидую тебе, как бы не пыталась скрыть это. Завидую, потому что ты любима и любишь. Ты свободная, и в его руках ты словно птица. А я… — Хезер смеётся с нотками безумия в голосе, но остается при этом нормальной, обычной: — Я всего лишь ещё одна богатенькая и разбалованная девчонка, птичка в клетке, умеющая только завидовать такой свободной птице, как ты. И поэтому, я убью тебя и уничтожу свою клетку, забрав твоего ястреба себе.       Уайлд удовлетворенно смотрит на Азу, связанную, и тихо смеётся всё тем же безумным смехом. Фиолетовый на браслете почти почернел, выражая весь гнев принца монстров.       Слишком уставшего от этой «холодной» войны, и разозлённого сейчас, как никогда ранее из-за похищения своей невесты.       А Хезер уходит из комнаты, собираясь подготовится к собранию Совета и к тому, чтобы соблазнить Астера. Ухмылка не сползает с её жемчужно-розовых губ, а тёмные, изумрудные глаза светятся кошачьей, злобной радостью.