Унесённая в прошлое

Как только мы ушли с пляжа, Виктор сразу нас покинул. Догонять его смысла не было — навряд ли он сейчас в настроении разговаривать. Но всё-таки, что же произошло между ним и Алисой? «С чего ты взяла, что у них что-то произошло?» — задало вопрос подсознание. «А разве нет? Какие-то недомолвки, какие-то странные взгляды в мою сторону, и настроение у обоих испорченное». «И что теперь? Ты всерьёз думаешь, что у такого тюфяка, как Витя, могло что-то быть с Алисой? Тут и Рита поймёт, что они не пара». «И вовсе Витя не тюфяк», — возразила я, вспоминая случай в музыкальном кружке. «Ты уже за него вступаешься? Быстро же ты запала», — шиза едко усмехнулась. «Ничего я на него не запала! Просто я говорю, что он не тюфяк, вот и всё. Стал бы тюфяк вступаться за девушку? Да и на пляж со мной пошёл — тоже кое-что да значит». «В любом случае, Витя и Алиса несовместимы. Такие, как Алиска, во всяких козлов влюбляются, как и положено. Как будто сама не видела такие парочки». В словах подсознания была логика. Однако даже если так — это не давало ответа на вопрос, что же произошло. «Хотя чего я гадаю? Спрошу у кого-нибудь и всё», — решила я. Когда мы вошли в домик, я сразу же обратилась к Сырновой: — Ты знаешь, почему Виктор и Алиса злые такие? — Почему? — спросила в ответ Рита, хлопая ресницами. — Я тебя спрашиваю. «У тебя синдром золотой рыбки, что ли? Она ж сама удивлялась этому на пляже», — сказало подсознание. — Нет, не знаю, — ответила мне соседка. — Но в гороскопе было написано, что сегодня у Виктора во второй половине дня будет множество стрессов и переживаний. А потом всё наладится, и ему стоит ждать гостей. Интересно, кто эти гости? Может, Алисонька? «Точные гороскопы, серьёзно? Тут несложно и в пару Виктор-Алиса поверить», — усмехнулось подсознание. — С чего ты это взяла? — спросила я. — Ну как же, Алисонька говорила, что ещё поговорит с ним потом. Может быть, она к Витеньке вечером придёт? «А ведь логично мыслит. Учись, студентка!» — подсознание не упустило случая меня подколоть. — Может быть, — сказала я, вздохнув. «А чего тебя вообще так волнует, что у Виктора случилось? — спросила шиза. — Может, всё-таки запала?» «Да иди ты! Мне интересно. А вдруг ему помощь нужна?» «Ой, тоже мне, Славя номер два. Второй день человека знаешь, а уже привязалась к нему настолько, что помочь хочешь». «Сама на пляже предлагала мне обратить внимание на сидящего рядом мальчика. Что теперь не нравится?» «Ты не с той стороны заходишь. Ты из себя друга корчишь, а надо подкатывать». «А, так вот в чём дело. И что мне делать тогда надо?» «Предложи погулять. Узнай о его интересах и привычках. Хотя вы и так сильно похожи, так что тут проще. В конце концов, ты же не думаешь, что он должен тебя добиваться?» «Нет! Вот этого я точно не думаю». «И правильно. Потому что он всё равно тебя добиваться не будет. Вы с ним одинаково тормозите, как мне кажется». «Кажется?.. Так, стоп, хватит мне голову морочить! Никого я добиваться пока вообще не собираюсь и подкатывать тоже! К тому же, кому я тут могу понравиться? Да тут каждая пионерка выглядит намного эффектнее, чем я. Вот они пусть и закручивают романы». «О, нет, опять начинается. Хорошо. Не лезь, если тебе так хочется. Пусть всё по-старому идёт — ты же титан одиночества, тебе не привыкать! Чем заниматься тогда тут планируешь? Я смотрю, ты каждый день в другие миры попадаешь?» Я задумалась, и тут мой взгляд упал на футляр с гитарой. «А вот хотя бы вспомню, как на гитаре играть!» — торжествующе ответила я. Подсознание не ответило, наконец-то оставив меня в покое. Расчехлив инструмент и сев на кровать, я принялась его настраивать. Без тюнера это было сложновато, но некогда отличный слух хорошо запомнил, как должна звучать гитара. Проведя по струнам, я удовлетворённо кивнула головой. Наблюдавшая за процессом Рита спросила: — Ой, Анечка, ты играть собралась? — Если получится, — ответила я. — Давно уже ничего не играла. Для начала я сыграла пару аккордов. Удивительно, но я всё ещё их всех помнила. А вот пальцы уже не очень — некоторое время они отказывались ложиться правильно, а металлические струны въелись в отвыкшую кожу. «Интересно, у них тут капроновые струны найдутся? Или для слабаков это?» — подумала я, попутно размышляя, что бы такое сыграть. Нужно что-нибудь простенькое да банальное. Например: — Изгиб гитары жёлтой ты обнимаешь нежно, — запела я и заиграла нужную мелодию. — Струна осколком эха пронзит тугую высь, — подхватила Рита. — Качнётся купол неба, большой и звёздно-снежный. — Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались. Такие песни не требуют от человека тонкого слуха и особых музыкальных талантов. Они созданы для того, чтобы сближать людей, невероятным образом, пусть и на время, стирая между ними всякие противоречия. Видимо, некоторые музыканты знают что-то, чего не знаем мы, раз выдают такие душевные произведения. Только мы закончили петь, как к нам постучались. — Войдите! — сказала я. Вошла Новикова. Имя её я, к сожалению, не помнила, но с моей соседкой это было не нужно. — О, Катенька, привет, — поздоровалась Рита. — Здрасте. Улыбочку, пожалуйста, — Катя подняла свой «Полароид» и сфотографировала нас. Вылезший из фотоаппарата снимок она положила в карман. — И зачем? — спросила я, слегка возмущённая тем, что фотку отдали не нам. — Для альбома смены, — ответила Новикова — Ты же хочешь хоть как-то попасть в историю? — Анечка очень красиво играет. Она попадёт в историю, как великий музыкант! — убеждённо заявила Сырнова. — Играешь ты, конечно, неплохо, но до Алисы тебе далековато, — хмыкнула Катя. — И правильно сделала, что отказалась. Нечего дилетантам там делать. Хитрые искорки в светлых глазах и лёгкая полуулыбка ясно говорили о том, что меня просто провоцируют. Так что я пожала плечами и ответила: — Никогда не претендовала на звание рок-звезды. А ты, значит, подслушивала? — Нет. Просто слухами земля полнится, — сказала она. — А всё-таки ты и правда не очень играешь. Поверь, мне есть с чем сравнивать. Так что лучше бы ты отложила гитару или лагерю подарила. Толку больше будет. Слышать такое было немного неприятно, но что-то мне подсказывало, что она и правда выговаривает мне это с какой-то целью. Поэтому я спросила прямо: — Вот что тебе от меня надо? Если нужно что, так ты сразу говори, не трать слова попусту. — Ну не знаю… — Катя задумалась, а затем медленно продолжила. — Вообще-то ничего мне не надо было, но если так настаиваешь, то сыграй завтра на сцене. — В честь чего? Почему завтра? — Сегодня сцена занята Алисой, Сашей и Валей. В честь чего? Да просто так! Электрогитара там наверняка будет, усилок тоже — забабахаешь что-нибудь эдакое. — И зачем тебе это? Сама же сказала, что играю я не очень. — Ну знаешь, я за дверью стояла, могла плохо расслышать. Да и электрогитара — не просто гитара. Вдруг у тебя на ней лучше получится. «Это подстава. Стопудово», — сказало подсознание. «Да знаю, не дура», — ответила я. Предложение Новиковой и правда было очень подозрительным. Все эти непонятные провокации, не очень внятные объяснения. Было очевидно, что меня хотят подбить на что-то не очень хорошее — я сильно сомневалась в том, что Кате было всерьёз важно знать, как я играю. Но может, в предложении всё-таки не было злого умысла? В конце концов, что было плохого в игре на электрогитаре? — Ну так что, согласна? — спросила пионерка. — Или боишься облажаться? Взвесив все «за» и «против» я выдала ответ: — Нет, Катя. Ищи другую дурочку. Девушка, кажется, хотела что-то сказать, но передумала. — Как хочешь, — только и сказала она. — Ладно, я пойду, наверное. Ужин не пропустите. А то за песнями своими не услышите. Катя вышла, оставив нас вдвоём. — Я немножечко не поняла, что она хотела, — призналась Рита. — Катенька хотела, чтобы ты устроила ей концерт? — Вряд ли, — пожала плечами я. — Да и какая разница? Я лучше тебе концерт устрою. Выбирай песню. Пели мы до самого вечера, и за это время я вновь научилась хорошо играть. Пальцы сильно болели, но растягивались хорошо и ложились как надо. Теперь можно было бы снова взяться и за электрогитару, но я успешно отказалась от представленной возможности. Не скажу, что сильно жалела об этом. От музыки нас отвлёк сигнал на ужин. Отложив гитару, мы с Сырновой отправились к столовой.