Не врешь?

      Никогда бы не подумала, что буду гулять с парнем, который мне нравится! Мне, конечно, нравились парни, но это что-то другое… Совсем. С Чимином я чувствую себя в безопасности, несмотря на то, что он устрашающе выглядит. С Чимином я настоящая.       — Куда хочешь пойти? — спросил Пак, снимая очки.       — Я… Я немного голодна… Пошли в кафе? — задумчиво протянула я.       — Ладно.       В кафе мы то и дело, что только ели. Я думала, что молчание так и будет длиться вечность, пока…       — Как дела в школе? — беззаботно спросил Пак.       Что? С каких это пор его интересуют не только мои дела, но и школа? Я проглотила кусок пиццы.       — Не думаю, что хорошо. Недавно мы писали самостоятельную и мне кажется, что оценка будет плохой.       Конечно, я была расстроена этим фактом, а как иначе? Оценки у меня всегда были лучше, чем у других, а сейчас…       — Погоди… — Чимин протянул руку и стал пальцем вытирать что-то с уголка моего рта. Я сидела с удивленным взглядом. — Соус. Тебе не нужно расстраиваться из-за оценок, оно того не стоит. Мы ведь живем не для них, правильно?       Я кивнула.       Боже, сердце так бешено колотилось, что я чуть не умерла на месте. Почему он такой милый?!       — Слушай, ты же работаешь, да? А кем? — кусая пиццу, спросила я.       Пак выглядел озадаченным. Я чем-то задела его?       — Если ты не хочешь мне говорить, то я пойму…       — Еще не время. Вряд ли ты захочешь общаться со мной, если узнаешь, кем я работаю, — усмехнувшись, произнес он.       Я молчала. Не знала, что сказать. Так хотелось возразить по этому поводу, но нельзя себя выдавать.       — Хорошо, тогда давай поговорим о чем-нибудь другом? Например… Что ты любишь делать в свободное время? Или твоя любимая еда… Или быть может какие фильмы ты предпочитаешь?       Я буквально засыпала его вопросами.       — Стой, погоди, не спеши так, я же никуда не убегу! — засмеялся Пак.       Нет, это не ухмылка, это — смех! Самый настоящий и, на мой взгляд, самый искренний. Я еще никогда не видела, чтобы Чимин не то что бы смеялся, даже улыбался!       — Во-первых, я ем все. Не привередлив совершенно. В большей степени я предпочитаю смотреть фильмы о животных. Наверное, это единственные существа, которые пробивают меня на… — он тут же замолчал.       — Что? Почему ты замолчал? — удивленно проговорила я.       — Ничего.       Его глаза забегали.       Он явно что-то скрывает.       — Нет, ты не договариваешь! Почему? Пробивает на что? Смех? Улыбку? Или… слезы? — с огоньком в глазах, произнесла я.       — Что?! — вскрикнул Пак. — Я — мужчина, а мужчины — не плачут!       — Ой, да-да, конечно. Мужчины тоже люди, а людям свойственно пять вещей: любить, ненавидеть, плакать, смеяться и быть одинокими. Ну, то есть, каждый человек испытывает эмоции, кои я перечислила раньше. А насчет одиночества… Каждый человек хоть раз да был одиноким.       Я пожала плечами и сосредоточенно начала уплетать бургер за обе щеки. Остановить меня смог только вопрос Чимина, заставший врасплох.       — Ты тоже одинока?       Я прекратила жевать. Не знала, что ответить. Да, конечно, я, как и многие другие, тоже испытываю одиночество, порой. Но…       — Да. — Проглотив пищу, ответила я.       — Почему? — все не отставал Пак.       — Ну… Все мы одиноки по-своему, не так ли? — увильнула я.       — Да, так, но ты не назвала мне причину.       — Зачем тебе ее знать?..       Я смотрела на него в упор и не понимала, как я могу вести себя с этим парнем так раскрепощенно? Почему? Я всегда была более-менее стеснительной девушкой, боялась посмотреть кому-то в глаза, а сейчас…       — Моя мама была для меня всем, но когда она умерла, я будто перестала чувствовать себя живой, не видела смысла ни в чем. У меня есть отец и сестра, которые любят меня, которых люблю я, но они не сравнятся с мамой. Я очень ее любила и люблю сейчас. Со временем Ена с Даен отвлекли меня и я забыла о боли, которую испытывала первое время. Сейчас я понимаю смысл фразы «время лечит». Хотя я могу к ней придраться. Лечит не само время, а то, что оно есть. Оно идет, не стоит на месте, поэтому мы начинаем что-то забывать, что-то приобретать. Например, какие-нибудь новые воспоминания, которые перевешивают старые. Со временем я поняла, что все проходит, хотя и до сих пор скучаю по маме.       — Когда она умерла?       — Три года назад во время крушения парома «Севоль». Она работала учителем, поэтому ей пришлось поехать вместе со своими учениками в поездку, как классному руководителю. Она, кстати, работала в моей школе. Иногда, когда я прохожу мимо ее фотографии в холле, где находятся фото всех погибших учеников и учителей на пароме, я просто готова разреветься, потому что вспоминаю ее сообщение, присланное мне на телефон. Тогда у сестры телефон был сломан, поэтому получить свое не смогла… — я не смогла закончить, потому что в горле уже стоял ком, а слезы потихоньку собирались в глазах.       — Прости, я не должен был спрашивать тебя…       — Ничего, — шмыгая носом, я улыбнулась.       Чимин начал вытирать мои слезы салфеткой.       — Я говорил, что ненавижу слезы, но в данный момент все по-другому. Прости, прости…       Разговаривая с Чимином, я совсем забыла о том, что в ухе у меня находится микронаушник, который дала Даен. На том конце я слышала всхлипы и частые извинения.

***

      Чимин и Юнги сидели за барной стойкой и, держа в руках стакан с виски, разговаривали.       — Ты изменился, — внезапно сказал Юнги, болтая ногой. — Улыбаешься себе под нос, что-то хорошее произошло?       — Изменился? — с недоумением спросил Пак.       — Ну да, раньше я никогда не слышал, чтобы ты извинялся. — Усмехнулся Мин.       — Чего? Погоди, в смысле? Откуда ты знаешь?       — Подруга Соры позвонила Ена и рассказала, что ты с ее сестрой идешь на свидание. Как же Ена могла пропустить такое событие? Она специально перенесла встречу с отцом и поехала следить за вами.       — А ты, наверное, как бы случайно, оказался рядом? — улыбнулся Пак.       — Естественно. — Задорно ответил ему Мин. — Я думал, ты заметишь нас сразу, но, похоже, ошибся. Ты всегда какой-то дерганный из-за своей работы, подозреваешь всех во всем, а тут был сосредоточен только на Соре. Странно это…       — Я чувствую себя спокойно рядом с ней, но даже если и так, я все равно чувствую какую-то злость… Какую-то ответственность за нее.       — Скажу тебе по секрету… — Юнги чуть помолчал, затем продолжил. — Все парни чувствуют ответственность за своих девушек. Ну, или за жен.       Чимин чуть не поперхнулся, поняв, к чему клонит его друг.       — Только не говори, что ты… — Удивленно пролепетал Чимин.       — Да, — гордо произнес Мин.       — Не-ет! Я так рад за тебя! — радостно проговорил Чимин. — Получается… Ты больше не холостяк?       — Ну, пока еще холостяк. Мы подали заявление в ЗАГС. Свадьба через два месяца, я очень этому рад. Ты просто не представляешь, что я чувствую… Я счастлив. — Улыбнулся Мин.       — Поздравляю, правда, я рад за вас, — похлопал по плечу.       Парни выпили еще пару стаканов виски и, заплатив, направились, в сторону дома Ена. Чимин и Юнги сейчас счастливы, как никогда, и вряд ли это чувство покинет их в ближайшее время.

***

      Я лежала на кровати, обнимая подушку и болтая ногами. Сегодняшний день был просто великолепен! Сви… Свидание было прекрасным! Хотя… Если не считать того, что Чимину нравится сестра, то я могла по полной насладиться его присутствием. Интересно, когда мы увидимся снова? Будет ли мне неловко рядом с ним, ведь я рассказала ему о маме?.. Так странно себя чувствую и щеки почему-то горят. Когда я устремила свой взор на дверь, то поняла причину своего дискомфорта.       — Чимин? Что ты тут делаешь?.. — я тут же села на кровать.       — Юнги пришел к Ена, а я… был с ним. Ты испугалась? Выглядишь обеспокоенно, — парень медленно подошел ко мне, сел рядом и, положив ладонь на мою щеку, начал ее поглаживать. — Я скучал. Прошло всего несколько часов, а я уже начал по тебе скучать…       — Что?.. Ты пьян? Пахнет алкоголем, — поморщилась я. Что же он несет?       — Немного, — усмехнулся он и потянулся ко мне. — Ты приятно пахнешь… Не могу забыть твой запах…       — Чимин, ты пьян, что ты делаешь?       Я попыталась отпрянуть от него, но ничего не получилось, Пак лишь схватил меня за руку и силой притянул к себе.       — Ты нравишься мне.       — Что? Не говори ерунды, тебе нравится моя сестра и…       Этого же просто быть не может! Как я могу нравиться ему? Он просто выпил, поэтому не соображает.       — Точнее сказать, нравилась, я уже забыл ее. Не знаю, почему… Может это и не любовь вовсе была, а просто какое-то помешательство, присвоение чужого. Сейчас я чувствую другое… — пытаясь поцеловать меня, сказал Чимин.       — Нет, ты пьян! Завтра ты пожалеешь об этом, правда…       — Тогда сделай так, чтобы я не жалел. — Ухмыльнулся он и начал гладить мою спину. Его правая рука трогала мою грудь. Было так приятно, что я невольно вскрикнула.       — Нет… Ена услышит… Стой! — я оттолкнула его. — Я не стану делать это, когда ты пьян!       — Хорошо, я подожду. До завтра.       Сказал Пак и уснул прямо на моей кровати. Его лицо похоже на лицо ребенка, когда он спит.       Что же с тобой не так, Пак Чимин? Почему ты заставляешь мое сердце так трепетать?       — Я, правда… нравлюсь тебе? — смотря на Чимина, шепотом произнесла я.       Утром я ушла рано, так, чтобы не встречаться взглядом с Чимином. Наверняка он и не вспомнит, о чем вчера говорил, так что…       В школе Даен как увидела меня, так сразу потащила в самое тихое место, то есть туалет.       — Я тебе скажу честно, ты нравишься ему! — поставив стакан из-под сока на стол, провозгласила Даен. — Факты, детка, факты. То, как он говорил, смотрел на тебя, слушал. Я сделала вывод: у вас взаимно.       — Наверно… — смущено произнесла я, мило скокурежившись.       — Стоп. Откуда этот взгляд? — что-то подозревая, спросила подруга. — Я чего-то не знаю.       Без вопросов. Именно. Утверждение.       — Я… Вчера Чимин признался… Мне, — тыкая палец в палец, произнесла я. Как же смущает!       — Чего?! Погоди… Как?..       — Ну…       И я все ей рассказала.       — Он был пьян, вряд ли что-то помнит. — Пожимая плечами, сказала я.       Ну, да, осадок надежды все же остался. То, как Чимин говорил, вел себя, мне понравилось и даже очень! Но…       Просто «но».       — Эй, подруга… — Даен приобняла меня. — Ты же знаешь, что я знаю толк в романтике, так? И вот что я могу тебе сказать… Он бы не стал идти к тебе, если бы ты ему не нравилась.       — Даже выпивший? — спросила я.       — Даже выпивший, — подтвердила Даен.       Уроки шли медленно. Казалось прошло уже больше часа после начала последнего урока, а на самом-то деле всего пятнадцать минут. Я все лежала на парте и продолжала гипнотизировать телефон, на экране которого была фотография Пак Чимина, сделать которую я успела еще вчера, когда он уснул. Сердце билось все быстрее при мысли, что теперь могу видеть его чаще. Так смущает!       — Чхве Сора! — в голову прилетел мел. Я подняла глаза и встретилась взглядом с учителем. — Ты где витаешь? Убери телефон и сядь нормально, хватит лежать на парте, — учитель указкой постучал по моей парте и чуть замахнулся на меня. — Если ты еще раз…       Но учитель не успел договорить, так как двери в класс резко открылись и мои одноклассники начали перешептываться и визжать, что привлекло внимание учителя.       — Вы кто, собственно, такой? — поправив очки, спросил учитель.       — Вас это не касается, — сказал Чимин. — Собирайся, мы уходим… — подойдя ко мне, Чимин подвинул учителя, тем самым заставив его возмутиться.       — Ч-что? Но… У меня урок, почему ты… — перебила я его.       — Сейчас не время для уроков! Твоя сестра попала в аварию.       Я внезапно почувствовала пустоту, что я одна и никого рядом со мной нет и быть не может. Собирая вещи трясущимися руками, я даже и не поняла, что оставила свой телефон на парте.       — Сора, ты забыла телефон… — Чимин подошел ко мне сзади и подал его.       — Ах, спасибо…       Ехали мы молча. За все это время я успела столько всего передумать, погрызть ногти от волнения и несколько раз тяжело вздохнуть. Что же с Ена, как она?       — Приехали, выходи, — сказал Чимин, отстегивая ремень.       Оглянувшись, я обратила внимание, что больницей здесь и не пахнет. Мы около того клуба, в котором я впервые встретила Чимина…       — Погоди… Больница…       Закончить предложение я не успела, так как Пак, схватив меня за руку и что-то сказав, а что я не поняла, повел в клуб. Кроме темноты я ничего не видела и в голову даже просочилась мысль о том, что парень, держащий мою руку, хочет избавиться от меня самыми разнообразными способами, о которых еще никто не знает. Ужас!       Сердце так быстро билось, что я…       — Сюрприз! — крикнула Ена, зятек, Даен и… папа. Папа?!       На меня посыпался конфетти, а по сторонам раздавался небольшой гул хлопушек, но я совершенно не обращала на это внимание. Для меня все это было так глухо…       — Ена… — на глазах появились слезы.       — Сора, ты чего?.. Дорогая, — Ена подошла ко мне ближе и обняла.       — Я так испугалась, что ты могла пострадать… Что ты могла оставить меня… Я так испугалась! — меня всю трясло и я ничего не видела из-за пелены слёз.       — Что? Почему я должна была пострадать? — не понимая, спросила сестра.       — Но… — отходя от небольшого шока, произнесла я. — Чимин сказал, что ты попала в аварию и я… Я…       — Пак Чимин! — зарычала Ена. — Ты совсем идиот что ли?! Сора, ничего не произошло, все в порядке, хватит плакать, ладно? К тебе и папа приехал.       — А я что? Ничего лучше я придумать не мог. И, вообще, это не я придумал, а подружка твоей сестры, — буркнул Пак.       Вытирая слёзы, я заметила, как Даен начала отступать.       — Ладно, я в порядке… Но… Почему вы все здесь собрались и какой такой сюрприз? — я все еще тряслась.       — Что? — обалдела Ена. — Я так и думала, что ты забыла.       Цокая, она опустила глаза.       — Забыла что?       — Сегодня 25 апреля — твое совершеннолетие, дурочка, — папа стукнул меня по голове кулаком. Тихонько, правда.       А я и забыла… Точно! Мне же теперь двадцать!       Погодите…       — А как ты так быстро оказалась в этом клубе, Даен? — недоумевая, спросила я.       — Клуб находится всего-то в двух районах от школы, — фыркнула подруга.       — Это мы ездили кругами. В таком состоянии ты вообще ничего не видела перед собой. Так странно… — задумчиво, проговорил Чимин.       — Ну да, я бы посмотрела на тебя, если бы тебе сказали, что кто-то из твоей семьи попал в больницу! — надулась я.       Глаза Пака стали какими-то пустыми, что ли… Стеклянными. Я задела его, причем сильно…       — Прости, я не то хотела сказать!       — Ничего, все нормально. Давайте веселиться. — Грустно улыбнулся Пак.       Вечер длился безумно долго лишь потому, что я боялась подойти к отцу и поговорить с ним. Почему он приехал? Столько лет не навещал, а особенно на день рождения… Всегда в своей работе, что уж тут говорить.       Но к середине нашей мини-вечеринки отец уехал, а я так и не поговорила с ним. Ну и отлично.       — Ты как? — ко мне подошел Чимин. Все это время я не видела его.       — Все здорово, вы хорошо потрудились, — я искренне ему улыбнулась. — Ну, кроме разговора о больнице и аварии…       — Это было придумано не мной, так что…       — Да ладно, я уже это поняла. Ничего страшного… в этом нет. Я… Благородна вам, правда. Обычно я не праздную свой день рождения, а тут… Спасибо, — я улыбнулась так широко, как только могла.       Но тут же почувствовала, как оказалась в чьих-то объятиях. Так хорошо. Шоку моему, конечно, не было предела, но я не пыталась оттолкнуть Пака. Зачем?       Мы стояли молча. Сердце так быстро билось. Я в какой-то мере подумала, что умру от смущения, но нет, для меня сейчас все кажется слишком нереальным.       — Я видел фото на твоем телефоне… — начал Чимин. — Почему? — Пак отстранился от меня и, взяв мое лицо в свои руки, посмотрел в глаза. — Я тебе нравлюсь?       Долго думать я не хотела, насчет его слов, конечно. Сказать, что да? Ведь это правда. Или же ответить нет? Нет, не может быть обмана… Он обнял меня и это что-то значит? Права Даен была насчет его любви ко мне или ошиблась? Стоит ли рискнуть и потом выпить шампанское? А если он отвергнет?       — Да. Ты нравишься мне… Прости, наверное, моя любовь односторонняя, ведь тебе нравится моя сестра… — натянуто улыбнулась.       И я резко замолчала, потому что Чимин примкнул к моим губам своими, чему я была безумно рада. Наш третий поцелуй так сладок… Без обмана! Это правда… Не чувствовала раньше я такого и это странно. Наверное, наш первый поцелуй тогда был без всяких чувств, поэтому было несколько противно. О боже! Так много рифм на меня сейчас напало…       Когда Чимин отстранился от меня, я посмотрела в его глаза и услышала:       — Твоя сестра мне уже давно не нравится… Скорее всего, я просто себя обманывал, тем, что думал, что это любовь. Та, кто мне нравится — ты. Черт, — он отвернулся. — Я еще никогда никому не признавался…       Я заметила его румяна.       — Почему я… Со своим образом жизни веду себя, как какой-то влюбленный подросток? Это так непривычно… И я… Я чувствую себя особенно странно.       Получается, если он чувствует то же, что и я… Мы теперь встречаемся?! Нет… Или же да? О боже… Это так волнительно!       После этого разговора по душам и признания друг другу Чимин пригласил меня к себе. Правда не сказал зачем…       — Проходи, раздевайся, — включая свет, сказал Пак.       — Что мы будем делать? — заинтересованно спросила я.       — Что-нибудь придумаем. Юнги попросил меня, чтобы я взял тебя к себе на ночь, он хочет устроить Ена красивый вечер. Завтра тебе в школу не надо, так?       — Да, но…       Он скрылся за дверью ванной, так и не дослушав меня.       Я осторожно села на диван и, чтобы не скучать, взяла пульт от телевизора. По телевизору шла дорама, которую мы с Даен любим смотреть по субботам. Я села поудобнее. В какой-то момент я забыла обо всем, что происходит вокруг и все свое внимание направила на дораму. Главная героиня такая красивая!       — Хватит, — резкий тон вывел меня из прострации.       — Что? — я не понимающе посмотрела на Чимина и заметила, что он одет лишь в одно полотенце. Такие кубики…       — Хватит грызть ногти, это плохо.       — А…       Я смущенно опустила голову. А Чимин, похоже, заметил это.       — Что ты делаешь? Ни разу парня полуголого не видела? — усмехнувшись, хмыкнул он.       Да что он заладил…       — Мне нужно в душ. А еще у меня нет одежды. Дай, пожалуйста, — обиженно произнесла я.       В ванной я о многом успела подумать. О сестре, о дне рождении, об обмане… Теперь я совершеннолетняя и могу делать все, что захочу. Ну, то, что в рамках закона, конечно же. И я даже могу встречаться с парнем и…       Нет! Нужно выкинуть это из головы!       Когда я вытиралась полотенцем, заметила на одежде Пака кровь. Засохшую. Вроде бы он не был ранен… Это связано с его работой?       Из ванной я вышла с мокрыми волосами. Рубашка, которую дал мне Чимин доходила лишь до половины бедра и это смущало. В какой-то момент я даже подумала, что он специально приготовил мне свою самую короткую рубашку. Но это лишь мои мысли, ничего более. С разрешения Пака я подошла к холодильнику и взяла из него сок. Такой холодный… Наслаждаясь, я почувствовала вес на талии и тепло. Чимин обхватил меня руками и прижался.       — Что ты делаешь?.. — неуверенно произнесла я.       — Эта рубашка нисколько не прикрывает тебя. Такая плохая…       Он развернул меня и усадил на стол. Медленно он начал приближаться, чтобы поцеловать. Я разрешила. Позволила ему. Практически весь прошедший вечер я не видела его, все разговаривала с Ена и Даен. Я соскучилась… Очень. Так невыносимо…       Поцелуи были настоящими, обжигающими. Раньше такого я никогда не чувствовала. Хотя о чем это я? Раньше и опыта у меня в таком не было. Я чувствовала возбуждение. А воздуха категорически не хватало и Чимин отстранился от меня, понимая это. Сперва он посмотрел в мои глаза, тяжело дыша, затем начал целовать мою шею, медленно, нежно. Дыхание обжигало кожу, вызывая во мне невероятные чувства. Я так взволнована… Сердце очень бешено стучит, я понимаю, что по уши влюбилась. Эти горячие прикосновения словно наркотик для меня, от которого мне так просто не отказаться. Я в ловушке.       Чимин обхватил меня за талию и резко притянул к себе, удивив меня, а затем его руки начали рыскать по моей спине, как будто что-то ища.       Я услышала щелчок.       Посмотрев на лицо Пака, я увидела победную улыбку и он начал расстегивать рубашку, в которую я была обличёна.       — Блять, — выругался он и с силой разорвал рубашку, чьи пуговицы валялись по всей кухне. Что-то мне это напоминает…       — А мы не торопимся?.. — хотела сказать я, но не успела, Чимин впился в мои губы и, сжимая мое бедро, заставил прикрикнуть от неприятных ощущений, и открыть при этом рот, заставляя меня впустить его.       Лифчик полетел в сторону и я почувствовала, как рука Чимина сжимает мою довольно чувствительную грудь. Раньше никто не трогал мою грудь… Это… приятно.       — Пожалуйста… Не надо… — промямлила.       Чимин отвлекся. Его ухмылка в этот момент выглядит очень сексуально. Странное у него выражение лица…       — Ай… — вскрикнула я от неожиданности. — Что ты делаешь?..       В своей промежности я чувствовала что-то горячее — рука Чимина.       — Да ты вся мокрая, — победно улыбнулся Пак. Взяв меня на руки, Чимин пошёл в комнату и бережно положил на кровать. Я была только в трусиках и из-за этого чувствовала себя беззащитной.       — Не нужно закрывать свою грудь, она прекрасна.       Часто ли он говорит подобное девушкам? Господи, и почему я думаю об этом сейчас, когда стоило бы сосредоточиться на… этом самом деле…       Горячие пальцы мужчины я чувствовала и через ткань трусов. Незабываемые чувства, скажу я вам.       Уже через мгновенье я увидела напряженный член Чимина, который только и делал, что дергался. Смотреть я долго не могла. Слишком смущающе… Так странно.       — Ты течешь, — облизнувшись, сказал Пак.       Боже, зачем он это говорит?..       Я почувствовала пальцы парня в своей промежности. Было больно, но терпимо… Я ему это не показала, слишком непривычно, слишком смущает.       Я никогда не думала, что мой первый раз будет проходить именно так, с парнем, которого я когда-то терпеть не могла, из-за которого я страдала, чувствовала себя униженной. Так странно… В какой-то момент я влюбилась в плохого парня и даже не заметила. А плохой ли он? Где работает? Может он и вовсе офисный планктон? Сейчас я отдам ему свою девственность, хотя и ничего про него не знаю… Есть ли у него родители? Каким он был в детстве и сильно ли изменился? Я знаю лишь его оболочку, но никак не душу и это расстраивает.       Я почувствовала, как к моей промежности примкнуло что-то большое и твердое, что-то, что отличается от пальцев. Конечно, я догадалась, что это, но смотреть на это у меня желания не было и я закрыла глаза. А когда он начал проникать в меня, то и вовсе зажмурилась и застонала от боли.       — Ты что… девственница? — я открыла один глаз и взглянула на Чимина. Его взгляд был ошарашенным. Хотелось сказать «Сюрприз»! Но было как-то не до этого, скажу я вам. Ответить, в принципе, я не могла и он, отойдя от небольшого шока, продолжил начатое, но уже медленнее, стараясь подстроиться под меня. Его толчки были неуверенными поначалу, но потом темп все ускорялся, а я, чувствуя наслаждение, пришедшее за место боли, начала сама двигать бедрами. Стонать я себе не давала.       — Не бойся показывать все, что ты сейчас чувствуешь, стони, как можно громче, ведь мне нравится твой прекрасный голосок.       Сказать честно, я чувствую себя шлюхой. Так вульгарно он это говорит, что я не знаю, что и думать.       Мы кончили.       Боковым зрением я заметила, как Пак снимает презерватив со странной жидкостью внутри. Объяснять мне, что это такое, я думаю не стоит, и так все ясно.       После душа Чимин начал спрашивать, в порядке ли я.       — Ты как? Все нормально? Ты не сказала, что еще девственница.       — Ты говорил, что я шлюха, а я, зная, что твердолобым объяснять бесполезно, решила, что промолчу. — Чимин хотел возмутиться, но я продолжила: — хотя знаешь, я нисколько не жалею, что отдала свой первый раз именно тебе…       Я закуталась в одеяло.       Так странно… Щеки горят… Но я довольна.       Чимин сел на кровать рядом со мной и приобнял, зарываясь носом в моих волосах.       — Я рад, — его дыхание все также обжигало мою шею.       — Чему? — немного не понимая к чему клонит парень, спросила я.       — Тому, что я был твоим первым, тому, что теперь мы вместе… Я рад.       — И теперь ты расскажешь мне о себе?       Блин, я, как всегда, решила разрушить идилию, которая между нами была.       — Не все сразу, малыш.       Пак встал с кровати и направился на кухню.       Что?       — Погоди, — я, схватившись за одеяло так, чтобы оно не свалилось, побежала за парнем, — то есть… Ты не доверяешь мне? Я…       — Я доверяю тебе.       — Нет, не доверяешь! Если бы доверял, то впустил бы в свою жизнь! В свою душу, в конце концов…       Он молчал, но я видела, как он усмехался. Не выдержав, я начала собирать свою одежду и одеваться.       — Погоди… Я поняла, ты использовал меня?!       — Да причем здесь это? — он схватился за голову. — Я не использовал тебя, просто сейчас не время, понимаешь? Я не готов открыть свою душу тому, с кем еще толком не знаком. Я живу в том мире, в котором нельзя кому-то доверять.       — Значит спать с малознакомыми девушками для тебя норма? — ядовито выплюнула я. — Ах, погоди, конечно, для тебя это нормально… Такой как ты…       — Какой? — перебил меня Пак, повернувшись ко мне лицом.       Я не знала, как можно точно описать его, но…       — Взрослый. Опасный. Человек, по которому сразу видно, что он может завладеть каждым, тем, кем только пожелает. И знаешь… — я запнулась, но через силу продолжила. Горло горело, перед глазами уже мутнело. — У тебя вновь это получилось. — Заключила я. — Наверное, ты очень рад, что заполучил меня… — горестно усмехнулась.       — Да Боже мой, — рыкнул Чимин, но в этот момент я уже хлопнула дверью.       Я опять убегаю.       Он не хочет открыться мне… Боже. Даже понимая, что я не права, я все равно зла на него. Я знаю, что он не готов, но…       …но все равно злюсь.       Опять и опять я начинаю злиться и в то же время захлебываться своими же слезами!       Я жалкая… Чертовски жалкая.       Куда теперь идти? Домой? Там Ена с Юнги. К Даен? Она живет рядом с Чимином, он может прийти к ней. Куда податься? Черт… Придется переночевать в подъезде своего дома.       — Сора?.. — я слышала знакомый голос, но открывать глаза так не хотелось. — Ена, тут твоя сестра сидит, одна, на полу.       Помню, как меня взяли на руки и куда-то понесли. Было тепло. После того, как я просидела на лестничной площадке несколько часов…