Не врешь?

      Юнги хватал доски и откидывал в сторону, приближаясь к другу и сестре Ена и думая о том, в каком состоянии он обнаружит их. Они под завалом досок и остатков каменных плит. То, что они ещё живы — чудо. Невероятно.       — Пошевеливайтесь! — кричал Намджун, откидывая в сторону доски точно так же, как и остальные.       Скорая уже давно прибыла на место, а полиция только подъехала, чтобы зафиксировать место преступления. Ким Сок Джин объявлен в розыск. Умять дело можно, но с помощью взятки. Вот только вряд ли судьи и полицейские будут содействовать ему, все сейчас на стороне Чимина, да и Намджун, как старший по званию, тоже приложил к этому руки. Многие слушаются его беспрекословно, а кто нет, тот либо имеет гордость, либо на него надавили. В этот раз Джин не сможет сбежать. Ему не дадут.       — Сора, вы как? — крикнул Юнги. — Ещё держитесь?       Где-то в глубине, под ногами, послышалось тихое «да» и Юнги постарался успокоиться.       — Но вам… всё же… нужно поторопиться, Чимин… скоро потеряет… сознание… — обрывками говорила она.       — Чонгук, ты всем позвонил?! — разнервничался Джун.       — Да-да, минут через пять уже будут, вот только с ними говорил.       Ребята приехали чуть раньше, чем их ждали. Около тридцати человек вышло из черных джипов и иномарок. Вот они — преданные подчинённые Пак Чимина, готовые отдать за него жизнь в любой момент, те, кто с ним уже давно, те, кто продолжает держать статус верной собачки.       В то время, как подчинённые и друзья Пака старались вытащить пару из-под завала, Сора пыталась привести Чимина в чувство. Ноги его уже давно начали неметь, кровь уже не могла нормально циркулировать. Чимин и сам понимал, что долго так не протянет, что, возможно, лишится ног. Уже не больно, только тяжело. И если бы тяжело было только физически, а не морально. Душа страдает. Он боится потерять Сору вновь… Он не вынесет этого.       — Раз-два, взяли! — кричал какой-то незнакомый Соре мужчина. Она уже могла видеть их лица, сейчас осталось лишь снять часть обломков с Чимина и скорая примется за свою работу. — Давайте же! — крикнул он.       С помощью двадцати крепких мужчин удалось отодвинуть обломок на значительное расстояние и положить его в нескольких сантиметров от тела Пака. В первую очередь Намджун, как специалист по бомбам, который учился обезвреживать в академии, попытался снять её с Соры. Всё это заняло минут десять. В это время Чимин продолжал смотреть на девушку и переживать, что Намджун ошибётся. Да, вероятность его ошибки мала, но кто его знает… Ещё мгновение и Ким с громким вздохом снял бомбу с тела Соры и кинул её подальше, чтобы она невзначай не взорвалась в его руках. Тишина. Ничего не произошло…       — Так, отойдите! — громко произнес Доктор. — Быстро на носилки и в машину! Обоих!       Ехать до больницы около получаса. В машине доктор разрезал Чимину джинсы и увидел местный цианоз*, появился отек и мышцы плохо прощупывались. В виду этого доктор приказал обложить ноги пострадавшего мешками со льдом и ввел обезболивающее, чтобы облегчить жизнь пациенту. Со лба Чимина тек холодный лоб, у него поднялась температура и он тяжело дышал, но сознание еще было.       С Сорой дела обстояли куда лучше, хоть она и была под Чимином, каким-то чудом смогла обойти то тяжёлое состояние, в котором находился Пак. Да, ноги начали неметь из-за плохого тока крови, но местного цианоза не проглядывалось и мышцы прощупывались, что уже хорошо. Единственное, Сора сильно ударилась затылком при падении, об этом свидетельствуют несильное кровотечение с задней части головы. Скорее всего небольшое сотрясение.       Уже находясь в больнице, Пак приказал положить его и Сору в одну палату. Юнги усмехнулся и начал названивать Ена, чтобы сообщить о состоянии ее сестры и друга.       — Да, Ена, да. Все нормально, они нашлись. Да, пришлось отвезти в больницу. Нет, с Сорой всё нормально, а вот Чимин… Будет лучше, если ты приедешь. Давай, — закончив разговор, Мин зашёл в палату и сел на диванчик рядом с кроватью Сора.       Она была в сознании и всё ждала, когда Чимина привезут в палату.       — Его уже увезли?       — Да, после того, как ты вышел, — заключила Сора.       Юнги хмыкнул. А он даже и не заметил.       — Ена скоро приедет, возможно, Даен вместе с ней. Они все там с ума посходили уже. Хотя о чем это я… Морально тебе досталось больше всех, — грустно улыбнулся Юнги. — Ты как? Нужно чего-нибудь?       Сора немного подумала и сказала, что не отказалась бы от воды. Эти два дня были изнурительными, она иссохла словно рыба на суше. В горле першит, во рту сухо. Да, вода ей точно не помешает.       Как только Юнги покинул палату минут через пять Чимина привезли на инвалидном кресле. Вид его был очень потрепанным, на обеих ногах красовался гипс.       Сора встала с кровати так внезапно, что ноги её подкосились и она чуть не упала, испытывая невыносимую боль в голени. В палату их привезли на медицинской каталке**, поэтому никто сразу и не заметил, что у Соры есть еще какие-то проблемы с ногами или с телом в общем. Кряхтя от боли, Сора схватилась за больную ногу и посмотрела на Чимина. Медсестра, которая привезла Пака тут же спохватилась и позвала доктора.       Сора сидела в гипсе. Вместе с Чимином. Два загипсованных человека, три ноги. И в обоих только небольшие трещины. У Соры, правда, их меньше, но это не отменяет того факта, что эта парочка очень везучая.       Ага.       — Нет, ну вы даёте! — удивлённо произнесла Ена, смотря на Чимина и тут же переводя взгляд на Сору. — И почему сразу у обоих?.. — уже шепотом сказала она. — Ну ладно, это сейчас не столь важно. Главное, что вы оба живы!       Чимин посмотрел на Сору и улыбнулся, взяв её за ладонь. Так, будто никогда больше не отпустит. Столько всего произошло… Да и Джин до сих пор на свободе. Нельзя расслабляться. Сейчас не то время.       Вскоре в палате уже сидела вся компашка: Намджун, Чонгук, Тэхен, Хосок, Юнги, Даен и Ена. А Чимин смотрел на них и не понимал, когда это у него в жизни появилось столько людей, которые готовы спасти его во что бы то ни стало.       — Вас так много, — смутилась Сора.       Все заулыбались. Ну, почти. Кроме всяких там ледышек.       — На улице до сих пор подчиненный Чимина стоят, ждут и беспокоятся, — сказал Хосок, как ни в чем не бывало.       Пак выразительно посмотрел на него. Не может быть, чтобы они стояли там и беспокоились за него. Чимин не тот, за кого они могли бы беспокоиться, ведь он столько раз кричал на них, критиковал, указывал, что делать… То, что обычно делает главарь. Да и они больше не работают на него, все знают, так почему…       Заметив замешательство Чимина, Намджун сказал:       — Они преданные и не уйдут от тебя просто так. Что, думал, избавился от них и все? Хорошо заживешь? А нет, они, несмотря на то, что ты по принуждению подписал соглашение, все равно будут с тобой. Просто… Уйдут от Джина и придут к тебе.       — Вот же… — усмехнулся Пак. Но смешок этот не был высокомерным, скорее… радостным. Счастливым. Он рад, по правде говоря. Это ведь доказательство преданности. А для Чимина это важнее всего. — Если это правда, я выпишу им всем премию.       Чимин пошутил. Но не все поняли. Только Юнги и Тэхен, которые знали его очень уж хорошо.       Проговорили все недолго, так как доктор сказал, что больным нужен покой. Ена и Сора долго болтали, Даен же просто сидела в сторонке и молчала. Она рада, что подруга жива, что хоть и поранилась, но жива. Сору беспокоило молчание Даен, вот только даже если она спрашивала что-то у подруги, то та говорила, что всё в порядке. Под конец, когда все уходили, пришел отец девушек. Весь обеспокоенный тем, что даже не знал о похищении дочери.       — Не думаешь, что нужно отказаться от неё?! — крикнул мужчина. — Из-за тебя в нее столько проблем!       — Папа! Хватит! Со мной всё хорошо, — заключила Сора.       — Это пока. Вот увидишь, он тебя в могилу сведёт!       Сора немного помолчала. Она понимала, что отец беспокоится за неё, но позволить обижать Чимина она не может.       — Уходи. Я не позволю тебе наговаривать на Чимина.       На Сору с недоумением на лицах посмотрели все. Включая Пака. Он не ожидал, что его малышка будет его так защищать. И это после того, что с ней случилось… Тишина съедала всех заживо. Даже доктора, который наблюдал за этой сценой.       — Уйти?.. — лишь одними губами проговорил отец. Он отступил на шаг назад, думая о словах собственной дочери. — Хорошо, я уйду. С этих пор… С этих самых пор можешь забыть, что у тебя есть отец.       Медленными шажками он вышел из палаты. Другие наблюдали за тем, как поведет себя Сора. На глазах у неё появились слёзы. Слова отца были больнее всего на свете… Точно такие же чувства она испытывала после смерти матери.       Они остались одни. Сора и Чимин.       — Черт, я так хочу тебя. — Твердо сказал Пак. — И как мне быть? — облизав губы, Чимин с огоньками в глаза посмотрел на Сору. Вот же… У него обе ноги в гипсе, а у неё одна. — Может?..       — Неа. — Засмеялась она. — Только не в таком состоянии.       И она говорила не только про ноги. От неё только что отказался собственный отец…       — Мне жаль, что все так вышло, — тихо сказал Чимин. Она знала, что он говорит не только о похищении.       Сора, прыгая на одной ноге добралась до соседней кровати, на которой сидел Чимин, села рядом и, сказав ему, что все в порядке, что, возможно, они когда-нибудь помирятся с отцом, сжала его руку. Слова «возможно» и «когда-нибудь» вызывали сомнения у Чимина, он смотрел на девушку и видел, что сомневается она не меньше. И он её поцеловал. Так сладко и так нежно… Соре не хочется отъезжать отходить на него ни на шаг, не хочется лишаться его тепла.       — Как скоро всё это кончится?..       — Скоро, скоро всё кончится, я обещаю, — обнимая Сору за плечи и целуя в макушку, проговорил Пак. — Что тебе сказали врачи?       Сора постаралась вспомнить хоть что-то, но всё произошло как в тумане, так что она лишь смущенно улыбнулась.       — Дурочка моя, — он провел пальцем по её щеке и поцеловал.

POV Сора

      Внезапно я почувствовала через тонкую ткань больничной одежды теплую руку Чимина, медленно спускавшаяся вниз по моему животу. Добравшись до моего лона, я закусила губу. Сердце бешено колотилось от испытываемых эмоций, которые завладели всей мной и не желали отпускать до последнего. Проникнув под мои трусики, он надавливал массировал на мой клитор, стараясь доставить мне удовольствие и заставляя намокнуть. Дыханием своим он обжигал мою кожу, да так, что кожа моя покрылась мурашками. Каждый раз он тихонько покусывал моё ухо, а я и не замечала… Так хочется сделать ему приятно, дать что-то в ответ.       — Как я хочу тебя, — тихо проговорил Пак и вставил в меня палец. Я вскрикнула. — Даже от такой мелочи кричишь? — усмехнулся он. — Какая ты мокрая…       — Стой… А если кто-то зайдет?..       Чимин сжал губы, нехотя потянулся к телефону и начал что-то набирать.       — Всё, никто нас не побеспокоит.       Он собирался прижаться ко мне, но я его остановила.       — Что ты сделал?       — Сказал своим людям, чтобы никого не впускали сюда минут тридцать.       Ого… Целых тридцать минут…       Чимин целовал меня очень нежно, отдаваясь мне полностью. Он рыскал по моему телу, не пропуская ни одного сантиметра и постепенно доходя до груди. Сжав её в своей руке, он заставил меня застонать и почувствовать новый всплеск эмоций.       За дверью послышался громкий крик. Уж ОЧЕНЬ громкий. Такой, что заставил меня вздрогнуть и оттолкнуть Чимина, и прийти в себя. Звуки эти были похожи на Ена, которая обычно так радуется, поэтому, когда она забежала к нам в палату с высказываниями «Вы не имеете права меня не пускать!» я красная, словно рак, уставилась на её счастливое выражение лица. Ни Чимин, ни я не понимали, что вообще происходит, а когда устали смотреть на счастливую, но молчаливую сестру, мы хором сказали:       — Да говори уже!       — Я… Я… Я беременна!       — Что?! — вновь произнесли мы хором. Я в шоке… Да так, что даже не заметила, как сама начала улыбаться.       — Уже второй месяц! Представляешь?! Я, конечно, начала кое-что подозревать, но все некогда было в больницу сходить, а тут такая возможность! Блин, я так рада!       Ена скакала и прыгала на месте, как маленький ребенок, а потом вдруг осознала: — Юнги еще не знает… А если он не захочет ребенка?.. Я не буду делать аборт! Нет… Если он откажется от отцовства, то…       — Хэй, Ена, хватит, он не откажется! Тебе нельзя сейчас нервничать, понимаешь? — я на одной ноге попыталась допрыгнуть до сестры и чуть не упала. Повезло успеть схватиться за край кровати, угу. Чимин бы помог, но, как видите, он в том же состоянии, что и я, так что «увы» и «ах». Ена тоже не осталась в стороне, она подошла ко мне чуть ближе, а потом помогла сесть на свою кровать. Садясь рядом, сестра протяжно вздохнула и посмотрела на меня так, словно пыталась собраться с мыслями. Чимин тоже молчал, копаясь в своём телефоне, будто намеренно пытался избежать общения с моей сестрой.       — Ты уверена, что он не будет против?..       — Конечно!       Нет.       Ни фига я не уверена. Но говорить об этом беременной сестре не стоит, так ведь?       — Ты только подумай, он всегда ходит за тобой, всегда рядом и всегда защищает, то почему он не примет своего ребенка? Думаю, он будет рад… — неуверенно произнесла я, но Ена, похоже, не заметила этого.       У меня кроме Ена и отца больше нет родственников. Мама была сиротой, а родители отца уже давно… покинули этот мир. Так что я всегда хотела, чтобы наша семья была большой и веселой, хотела бы стать тетей, матерью и когда-нибудь бабушкой. Я хочу стать для кого-то тем родственником, которого не хватало именно мне. Сейчас я рада, что Ена станет мамой и мне прямо не терпится стать тетей! Если же Юнги все же… откажется от ребенка, в чем я крайне сомневаюсь, то я буду всеми силами помогать сестре.       Ена рассказывала о том, как назвала бы ребенка и как бы назвал его Юнги. Когда-то давно они говорили на эту тему, говорили о том, как Мин назвал бы дочку и сына, что он пока не готов заводить детей, но с тех пор много воды утекло, все могло поменяться.       — Ладно, я уже засиделась. Юнги написал, что уже приехал.       — А он разве не зайдет?       — Нет, нам нужно ехать в салон свадебных платьев, там всё забронировано заранее, что странно, — навеселе произнесла Ена.       Я улыбнулась в ответ. Ёлки-палки, как я люблю свою сестру!       — Когда ты скажешь ему?.. — невзначай спросила я.       Немного помолчав, Ена всё же сказала: — Скоро. Как только появится возможность.       Улыбнувшись на прощание, Ена оставила нас с Чимином наедине.

***

      Прошел месяц. Гипс сняли. Парочка теперь может свободно и самостоятельно передвигаться. На тот момент в порывах страсти Чимин поднял Сору на руки и отвел в ближайшую, пустующую палату, и приказал своим людям следить, чтобы никто не смел заходить в помещение, пока они с Сорой не выйдут. Как долго он терпел! Так давно он желал оказаться в ней… Все это время ему приходилось ублажать себя самому или просто ласкаться с Сорой, чтобы снять напряжение и насладиться друг другом. Теперь же он мог, наконец-то, почувствовать тепло её тела, то, какая она узкая и мокрая. Она хочет его… Невыносимо было ждать столько времени, зная, что человек, которого ты любишь, находится каждую минуту рядом с тобой, а ты не можешь насладиться им по полной!.. Это как посадить яблоню и ждать, когда она вырастет и даст свои плоды, а потом еще и не суметь дотянуться до них.

***

      — Мы поедем сразу домой или все же съездим за моим платьем? Мы не можем забрать его уже две недели, — выходя из палаты и улыбаясь, говорила я. — Твой костюм, кстати, тоже уже залежался.       — Да, — резко остановился Чимин, будто только вспомнил про костюм. — Нам нужно съездить в салон и забрать их. Ена тебе не говорила, сколько людей придет на свадьбу?       Я немного подумала, вспоминая разговор с сестрой. Вроде она что-то говорила про это, но я не помню. Так и ответив Чимину, я получила ослепительную улыбку в свой адрес. Смеющимся и улыбающимся, Чимин выглядит намного привлекательнее и добрее, нежели с мрачным лицом и вечно холодным отношением к людям. Внезапно на меня накатил порыв чувств к своему парню и я мимолетно поцеловала его в губы и крепко-крепко обняла, не желая отпускать. Так бы и стояла, вдыхая его запах… Шоколад с ванилью и немного апельсина.       — Ну вот, теперь я кушать захотела! — немного отпрянув от него и насупившись, сказала я. — Это всё из-за тебя!       — Что? — искренне удивился Чимин. — С чего бы это?       — Ты так вкусно пахнешь, что у меня уже слюнки потекли!       — Ну простите! — рассмеялся он. — Пошли сначала покушаем, потом поедем.       Я кивнула и мы направились к выходу из больницы. На улице пошел первый снег и заметно похолодало. Так красиво… Схватившись за руку Чимина и прижавшись к нему посильнее, я вытянула руку и начала ловить снежинки. Снег у нас такая редкость, что я рада каждой снежинке, которую смогла увидеть за свою жизнь.       — Никогда не думала, что буду стоять с любимым человеком и наблюдать за такой красотой…       Я не смотрела на Чимина, но чувствовала его взгляд на себе. На душе так спокойно, несмотря на то, что Джина до сих пор не поймали и что мы и по сей день находимся в опасности, хоть Чимин и говорит обратное. Я доверяю ему и буду доверять до конца.       — Спасибо тебе, — только и сказал Пак.       — За что? — не понимая, спросила я.       — За то, что ты появилась в моей жизни.       Он взял меня за руку и несильно сжал. В груди разлилось тепло и я захотела домой, чтобы оказаться с ним наедине, без всякого окружения. Черт, он такой притягательный… И романтичный.       — Эй, чего ты так покраснела? — рассмеялся Пак. — Неужели из-за моих слов? — ухмыльнулся он.       — Нет! Вовсе нет!       Но Чимин смотрел на меня так, будто видел насквозь. Блин… Пришлось сдаться под этим испытывающим взглядом.       — Ну да, да, всё из-за тебя… — я приложила руки к щекам, чувствуя, как к ним приливает жар.       Смотря на Чимина, я вспоминаю слова Джина о его семье. Получается, всё это время он был одинок… Поэтому он благодарен, что я появилась в его жизни? Господи… Как я могу после этого жаловаться на свою жизнь? Теперь понятно, почему он не хотел рассказывать о себе. А я вела себя так неразумно, так по-детски.       Через десять минут мы уже были в магазине одежды. В зале висело столько красивых платьев, они оправдывали свою стоимость!       — Я не знала, что мое платье такое дорогое… — удивилась я, смотря на цену. — Может возьмем что-нибудь подешевле?       — Не говори глупости. Мне для тебя никаких денег не жалко, — спокойно сказал Пак и продолжил завязывать галстук. Я бы помогла, но не умею… — Завтра свадьба. Мы не успеем подготовиться, если будем выбирать что-то другое. Тем более, — Чимин обратил внимание на меня и облизнул губы, — ты уж очень красивая в этом наряде…       Он резко притянул меня к себе и я, на мгновение задержав дыхание и совсем позабыв о моргании, посмотрела в его бесстыжие кошачьи глаза. Я смотрела в них и чувствовала, как начала тонуть. Такой бездонный, такой, казалось бы, до этого холодный взгляд… Сейчас кажется ярким, искристым, заинтересованным. Огненным. Он манил меня в свои сети, а ведь и я не против.       — Я так люблю тебя… — тихо сказала я.       — Не врешь? — ухмыльнулся он, повторяя мои слова.       — Эй! Так не честно, кроешь моими же словами? — я сделала вид, что рассержена, но через две секунды от этого вида не осталось и следа. — Да, не вру.       — Я тоже. Тоже люблю тебя. Будь со мной всегда. Будь всегда рядом… — Чимин обнял меня очень крепко, вдыхая аромат моих волос.