Лето, почти замечательное

      К вечеру следующего дня я была главной темой всех разговоров. Конечно, за свои восемнадцать лет я привыкла к сплетням, привыкла не обращать на них внимания, привыкла, что сплетникам воздается за свое. Но на данный момент я была как будто в другом измерении. Здесь были другие люди. Здесь было другое всё. За одну ночь я стала шлюхой, мать которой приехала, чтобы отобрать у бывшего мужа и его новой жены дом и прочее. Одна я не видела в этих сплетнях логики. Зачем женщине, у которой трехэтажный дом в Москве, отбирать трехкомнатную квартиру в захолустье у бывшего мужа. А шлюхой я стала только потому что кто-то видел, как я уезжала с Максом. Как можно было разглядеть это в такой ливень, я не понимала. Даже до Милы дошли эти слухи, поэтому в данный момент она пыталась со мной поговорить. — Наташенька, не расстраивайся, это просто сплетни. Да ведь? — с тревогой спросила она. Я посмотрела на нее с упреком. — Завтра случится что-нибудь другое, все об этом и думать забудут! — успокаивала меня она. — Тем более ты скоро уедешь, все равно, что говорят другие. А Максим и Стасик не поверят этому всему. Я снова перевела встревоженный взгляд на Милу. Она лишь усмехнулась и осторожно взяла меня за руку. — Ты думаешь, я не вижу? Они в лепешку готовы расшибиться ради тебя. Они ведь дрались? Я мотнула головой. — Вот видишь, лучшие друзья дерутся ради девушки. Это, конечно, плохо, но ты не вини себя. Любить двоих — это нормально. Из моих глаз потекли слезы. Мила, Мила, все-то ты видишь. А ведь даже я не могла признаться себе в этом. — Ну-ну, тише, моя хорошая, — она прижала меня к себе, гладя по спине. — Мила, что мне делать? — сквозь слезы спросила я, понимая, что никто не поможет. Женщина вытерла влагу с моих щек и посмотрела в глаза. — Надо выбрать, иначе потеряешь обоих. Дело в том, что я не могу. Не могу. — Все говорят: «…если бы вы любили первого, не влюбились бы во второго». Но на самом деле, я не помню в кого первого влюбилась. Это как-то все спонтанно. Да и вообще, я уезжаю через пару дней. — Просто делай, как велит сердце, милая… — Спасибо, Мила.

***

      Утром я встала бодрая духом, как никогда, хоть и проплакала полночи. Но я успокоилась и все решила для себя. В моей голове был идеальный план. За завтраком я смеялась над шутками отца и даже брата, который к моему удивлению, не уехал вместе с матерью. — Ты смеешься, потому что в хорошем настроении, а в хорошем настроении, потому что что-то задумала. Я прав? — прищурив глаза, спросил Виктор. — Неплохая логическая цепочка, — ответила я, показав язык. — Кстати, ты мне нужен для кое-чего… Мила с беспокойством посмотрела на меня. — Мила, не волнуйся, все легально, — подняв руки, засмеялась я. — Я рада, что у тебя все хорошо, — прошептала она, когда я помогала убрать со стола. До полудня я собирала чемоданы, но планировала уехать с меньшим грузом, чем приехала. Половину одежды я запихнула в другой чемодан, туда же полетела косметика. Это была часть моего плана. Виктор уже был в него посвящен. В восемь часов затевалась вечеринка, поэтому к четырем, как и было мной задумано, я подхватила сумку и вышла из квартиры. — Лена, зачем ты впустила эту шлюшку?! Я поморщилась, но проглотила обиду. — Вообще-то, я здесь, чтобы помочь, — выдавила я улыбку. Три девицы сидели на диване в ряд, а четвертая, впустившая меня, стояла рядом. Она была более-менее адекватна ко мне, с ней я изначально и договорилась. — Себе помоги, убогая, — продолжала ушастая, хотя другие, кажется, заинтересовались. — Тебе, вроде бы, Макс нравится, да? — улыбнулась я. — Ну, допустим, тебе-то какое дело? — Я же говорю, я здесь, чтобы помочь! Девчонки выдержали паузу, а затем кто-то сказал: — Ладно, валяй! — Так, ты, — указала я на блондинку, — тебе придется покрасить волосы, а вы быстро смывайте свой ужасный макияж! Три часа моих трудов стоили того, из ужасных пожелтевших волос Марины, получился великолепный карамельный блонд, ушастая Ксюша теперь не выглядела такой ушастой с новой прической, внешность Кати и Ани тоже была подправлена, и на всех был просто умопомрачительный макияж. — Дело осталось за малым, — улыбнулась я, любуясь своей работой. Я вытащила на центр комнаты чемодан с одеждой и откинула крышку. — Разбирайте, девочки, это теперь ваше!

***

      В доме во всю играла музыка. На часах было 20:30, а это значит, что первый алкоголь уже выпит. Я зашла под ручку с Виктором, улыбаясь знакомым лицам. Да, он мой сводный брат, которого я недолюбливаю, но на сегодняшний вечер для всех он — мой парень. Я очень рисковала, потому что слухи могли пойти еще хуже, но могли и вовсе прекратиться. Да и девчонки теперь были настроены ко мне хорошо. — Привет! — крикнула Ксюша, когда мы вошли в комнату, и поманила к себе рукой. Я увидела других девчонок, а рядом с ними Макса, Стаса и, к своему удивлению, Центнера. — Привет, — улыбнулась я, — познакомьтесь, это Виктор — мой парень. Виктор в своей манере представился каждой девушке, облизав им руки, мне пришлось сдержаться, чтобы не закатить глаза. Максу и Стасу он пожал руки, но в этот момент Стас прожигал меня взглядом. — Пойдем, возьмем что-нибудь выпить, — немедля схватила я Виктора за руку и потянула в сторону. — Неплохой вписон, сестрица, для такой глухомани, — довольно сказал он. Я вытаращила на него глаза. — Тише ты, не называй меня так, а то услышат, и не смей увести какую-нибудь девицу в спальню, а то будет много вопросов, и постарайся без своих выкрутасов, пожалуйста, — я серьезно посмотрела на парня. — Не переживай, все будет окей! Как только Виктор куда-то пропал из поля зрения, тут же появился Макс. — Неприятный он тип, — только и сказал он. — Я знаю, — как можно более равнодушно произнесла я и глотнула сок, в котором, как можно было догадаться, была водка, причем водка явно превалировала над соком. Я невольно поморщилась. — Давай я угощу тебя более приятным напитком, — улыбнулся Макс. Я вздохнула, сделав усилие над собой, чтобы не согласиться. — Макс, ты мне очень нравишься, но учитывая обстоятельства… В общем, давай будем хорошими друзьями. И как друг, я советую тебе присмотреться к Ксюше, — мне стоило больших усилий сказать это. В течение моего монолога выражение лица Макса постоянно менялось от отчаяния до надежды в глазах. Парень тяжело вздохнул и улыбнулся. — Ты права, будем друзьями. Можно я провожу тебя завтра? — Конечно, — улыбнулась я, — и все-таки угости Ксюшу, ради меня. Я подошла к девчонкам, но Ксюши не обнаружила. Лена мотнула головой в сторону, и я увидела как Ксюша пытается отвязаться от Центнера. — Он весь вечер ей проходу не дает, — сказала Лена, поджав губы. Я направилась к ним. — Центнер! — улыбнулась я, подмигнув Ксюше. — Ноги в руки и за мной! Я вывела его на кухню. — Чё такое? — спросил он, явно недовольный тем, что его отвлекли. Я улыбнулась и подала ему пустой стакан. — Ты могла попросить кого угодно, — возмутился парень, наливая жидкость. — К Ксюше не подходи, — серьезно сказала я. — Чё это? — То! Тебе, если не ошибаюсь, Лена нравилась, чё тормозишь? — в его же манере спросила я. Парень почесал затылок. — Понимаешь, я хочу, чтобы она ревновала, поэтому Ксюша … — Ты идиот? — прервала его я. — Не знаю, кто на такое ведется, но точно не Лена. Так что всё свое обаяние сейчас собрал и пошёл к ней говорить, как ошибался, подкатывая к ее подруге. И чтобы убедительно! — Ты знаешь, что ты прекрасна?! — улыбнулся он. — Хоть я и люблю Лену, но ты прекрасна. Центнер, удаляясь в комнату, откланялся, и я засмеялась, показав ему кулак. Я сегодня прям Купидон. А у самой вместо сердца дыра, по которой гуляет сквозняк. — Поговорим? — услышала я знакомый голос над ухом и повернулась. Я собралась с силами, ведь сейчас снова придется врать. Врать, но во благо. Мы вышли на балкон. — Почему ты не брала телефон, когда я вчера звонил? — спросил Стас. Я вздохнула и, посмотрев в свой стакан, глотнула противную жидкость, чтобы оттянуть ответ. — Мне не хотелось объясняться в миллионный раз. Его этот ответ не устроил, и я это знала заранее. — Можно было просто сказать, что всё в порядке и всё, — начал заводиться парень и достал сигарету. — Всё в порядке, — сказала я, но это прозвучало издевательски. — Мне надо найти Виктора. Я хотела уйти, но Стас схватил меня за руку. — Ты можешь врать сколько угодно. Кому угодно. Но я ни за что не поверю, что он твой парень, и если ты так сейчас поступаешь, значит так надо, — он резко выдохнул дым в сторону. — Я люблю тебя. С первой секунды. Я закрыла глаза. Нет. Нет. Нет. Только не это. — Ты пьян. — Я знаю, ты завтра уезжаешь, обстоятельства не позволяют нам быть вместе и всё такое, — он сделал паузу. — Но я верю, если ты моя судьба, когда-нибудь мы будем вместе. Я усмехнулась. Жить мечтами — не очень хорошая перспектива. — Я не приду тебя завтра проводить. Я все еще держала глаза закрытыми, но тут же распахнула их. Где-то внутри стало больно. — Поэтому я попрощаюсь сейчас. Стас наклонился к моим губам и очень осторожно, но со страстью поцеловал меня. А я стояла словно парализованная. — И этим я говорю «до встречи», а не «прощай», — с этими словами парень ушел с балкона, а по моей щеке скатилась крупная слеза.