Грозный Лос

Утром Триш чмокнула его в губы и довольная, покачивая бедрами, уплыла из дома с двумя пакетами завтраков для близняшек, а те, увидев, как мама попрощалась с папой, немедленно потребовали каждой по поцелую. Ему пришлось нагнуться и попрощаться персонально, пожелав хорошего дня. Стоило машине скрыться за поворотом, он вышел из дома и, перейдя дорогу, позвонил в дверь. Затем еще раз. Где-то что-то громко упало, раздался недовольный бубнеж. Дверь открылась, и дежавю: Алан снова стоял по пояс голый, однако теперь Морт очень даже одобрял вид. Он с усилием поднял взгляд на уровень глаз и невольно улыбнулся. Алан выглядел, как полная катастрофа. Прическа как корова языком лизнула - хохолок торчал с одной стороны строго вертикально, зубная щетка торчала изо рта, белая пена скопилась в уголках губ и местами шла пузырями. На нем были старые спортивные штаны, будто он их украл у бездомного, а на боку отпечатался безумно привлекательный след от простыни. - Добфое утфо, - Алан пустил его внутрь, сонно потирая один глаз. - Ну если ты в этом уверен, - ехидно ответил Морт, уже не стесняясь, как раньше, разглядывать его с ног до головы. - Ща пфриду. Алан скрылся обратно в ванной, оставив его одного. От бурлящей нервной энергии в теле Морт не мог усидеть на месте и обошел гостиную по периметру: разглядывая фотографии на стенах, газету с лежащими на ней очками, несколько заметок, которые Алан сделал, видимо, пока разговаривал по телефону - список адресов и имена детей. Центр был как бездонная пропасть из бесконечной вереницы тех, кому нужна помощь. Морт пока мог похвастать лишь скромным вкладом по обучению Розы, да и то по личной просьбе. А что, если бы он занялся этим всерьез? Из-за бедра ему уже не вернуться в спорт, нерв порой защемляло так, что он не мог разогнуться, а вот тренерство он мог попробовать. Морт видел, как в центре преподавали компьютерные курсы, почему бы не ввести курсы по самообороне? Он мог бы этим заняться: платные курсы для взрослых, бесплатные - для детей. Пару часов в неделю, и вот он уже полезный член общества, трудящийся на благо человечества. Внезапно со спины он почувствовал тепло, и чужое мятное дыхание коснулось щеки. Алан длинно вздохнул, принюхиваясь к его запаху, и встал, не прижимаясь слишком близко. - Так что привело тебя с утра? Или мне подождать, пока сам расскажешь? Его пальцы легли на бедра Морта, придерживая того на месте. - Я собираюсь сказать Триш, - он обернулся через плечо и уточнил: - О нас. Алан несколько секунд смотрел на него, а затем удивленно поднял брови. - Ого. Тогда сначала завтрак. Морт был только за. Они прошли на кухню, где Алан занялся блюдом, которое могло прокормить трех-четырех человек. Пять яиц, три куска бекона и жареные томаты, а к ним корзинка чесночных гренок, пара тостов, джем и кофе. Стало понятно, как у него все еще держатся его безумные мышцы - тонна белков, углеводов и тренировки. Морт согласился только на кофе, и, когда они уселись за стол, Алан спросил, махнув вилкой: - А ты не боишься, что Триш от тебя уйдет, забрав детей? Или отсудит половину имущества и выкинет за порог? Отхлебнув горячий горьковатый кофе, Морт кивнул: - Она вполне может это сделать. - И? - У нас был кризис где-то года два назад, я предлагал ей отписать дом, а самому уехать, но она не согласилась. Сказала, что у нас временные трудности и мы их переживем. - Она любит тебя, - заметил Алан. - Твоя новость может разбить ей сердце. - Может. Но еще больнее ей будет, если я сейчас ничего не скажу, и она узнает сама. - Согласен. Морт ждал, что Алан начнет его отговаривать, но тот продолжил завтракать как ни в чем не бывало. - Ты не против? - Мне ждать, что она объявится у меня на пороге с дробовиком в руках? - Нет. - Значит, все в порядке. Морт с облегчением ухмыльнулся. - Вот так просто? - А почему это должно быть сложно? - Он снова махнул вилкой в его сторону. - Ты лучше скажи, значит ли это, что ты не против моего к тебе интереса? - По-моему, ты сам видел, насколько я не против, - с каких пор Морт умел флиртовать, он и сам не знал. - Видел. Алан посмотрел на него с другой стороны стола и расплылся в пошлой ухмылке. Мурашки снова поползли по спине Морта, поднимая волосы по всему телу. Две секунды, и мышцы живота сами собой стали сжиматься в предвкушении. Они ведь все обговорили, он может идти домой. Или может не идти. Будет ли это слишком нагло и самоуверенно? Рассчитывал ли Алан, что, раз уж они снова наедине, между ними опять что-то произойдет? И что именно? - Как продвигаются дела с Розой? - Ну, по крайней мере она знает, чего хочет, - это был его деликатный способ сказать, что физическая подготовка Розы - полный кошмар. - У нее недобор по весу, и если она не изменит режим питания, то так и будет бить слабее школьной указки. Моя дочь в свои десять лет лучше подходит к этим тренировкам, чем она. Никакой дыхалки. Выносливости - ноль. Она даже не может пробежать милю, не задохнувшись. - Последние три года она питается только в школьной столовой и в центре, - Алан с намеком склонил голову. - Центр не работает по выходным. - В доме нет продуктов? - Как я видел, есть. Роза не умеет готовить. - Совсем? - Она чуть не отрезала себе пальцы, последний раз помогая на кухне. Больше ее не зовут, она и рада. Морт помолчал, переваривая новости, и словно в трансе продолжил пить кофе. - Что, если я научу ее готовить что-нибудь простое, а на выходные она будет забирать несколько контейнеров? - Если объясним ситуацию Донне и поварам, я думаю, никто не будет против. - Хорошо, - довольно произнес Морт, даже от души отлегло. - Ты серьезно отнесся к ее просьбе. - Она мне нравится. Не хочу, чтобы она пострадала или в пылу драки схватилась за нож. Такие истории ничем хорошим не заканчиваются. Пока Алан мыл посуду, Морт оглядывался по сторонам. На кухне царил идеальный порядок, свет пробивался через окно сквозь зеленую листву. В доме было пусто даже по меркам холостяка. У Алана не было лишних вещей, разбросанных в беспорядке, на холодильнике ни одного магнита, ни одного привета из спортивного прошлого. - Ты давно переехал сюда? - Месяц назад. Морт нахмурился, пытаясь понять, почему его жилище до сих пор чувствовалось настолько стерильным. Внезапно Алан остановился на середине движения. Он поставил тарелку в шкаф и посмотрел на Морта со странным выражением лица. - Если бы ты был на месте Триш, ты бы предпочел знать правду? - Да, - ему даже времени не нужно было на размышления. - Ну, тайна так себе, но, в любом случае, лучше я скажу заранее. Ты же помнишь, что Рауль с мамой живут на севере? Я собирался купить дом к ним поближе, но потом риэлтор предложил это место, и я тут же согласился, - его лицо ничего не выражало, лишь отстраненность и спокойствие. - Зачем? - фыркнул Морт. - Тихий спальный район, где ничего не происходит, а по соседству живет бывший коллега, у которого поехала крыша? Алан ничего не ответил, и Морт покачал головой. - Только не говори, что ты купил дом из-за меня. Его взгляд был слишком красноречив. Морт открыл было рот, но, ничего не придумав, захлопнул обратно. - Правда? - Я же говорил, что сразу тебя узнал, - Алан вытер стол насухо и кинул тряпку в раковину. - В тот день ты игрался с одной из своих девчонок во дворе и напомнил мне брата, когда он возился со мной. Тогда твоя история наделала много шума, и я очень обрадовался, что ты не наложил на себя руки. - Ты же не маньяк? Алан вдруг коротко рассмеялся. - Думаешь, если я скажу “нет”, я не могу соврать? Морта тоже разобрал смех, и он флегматично пожал плечами. - Что тут сказать, я никогда не отличался большим умом. Твое чувство юмора, вот что меня беспокоит по-настоящему. - Ой ли? - А так с тобой все в порядке. - Приятно слышать. Ну так с тобой тоже. Не понимаю, почему ты уверен, что это не так, тебе просто попадались не слишком подходящие люди. - А ты подходящий. Разведя руками, Алан хмыкнул. Вот же кадр. От его самомнения зашкаливал бы счетчик Гейгера. Он закончил с порядком и, приблизившись к Морту, стер что-то у его рта. - Помада. - Это Элла, - поняв, что все это время ходил со следом от ее прощального поцелуя, он смутился. - Познаю отцовство девочек, открывших для себя радости косметики. Алан смотрел на него сверху вниз, его голубые глаза блестели, пока он скользил взглядом по его лицу, не спеша убирать руку. - Высунь язык. Морт открыл рот, и Алан насмешливо фыркнул. - Не как у врача, балда, высунь язык вперед, будто пробуешь холодное мороженое. Несмотря на замешательство, Морт попытался изобразить, что от него просили. Лицо Алана расплылось перед его глазами, приблизившись, и он ощутил, как тот коснулся его кончиком языка. Отстранившись от удивления, Морт облизнул губы, во рту остался привкус джема. - Нормально? Морт сглотнул, сердце в груди за секунду пустилось вскачь, а жар растекся по щекам и шее. Он быстро кивнул - на большее его не хватило, голос полностью отказал. Зато слюней теперь был полный рот, и он попытался еще раз сглотнуть привязчивую сладость. - Ну вот, без бороды сразу видно прекрасный розовый румянец, - самодовольно заметил Алан. - Высунь еще раз. На этот раз Морт не спешил с готовностью подчиняться, чувствуя себя до ужаса неловко. Внимание Алана было полностью на его губах. - Если не хочешь, так и скажи. Морт хотел, просто боялся. Сглотнув застрявший ком, он приоткрыл рот и высунул язык, немного задрав голову и стараясь смотреть куда угодно, но не на Алана. В потолок, например. Какой он бел… О. Алан воспользовался моментом и, повторив трюк с языком, скользнул своим вдоль, скручиваясь вокруг него, дразня, а напоследок игриво лизнув по краю. Морт прикрыл глаза и остался, как стоял, лишь руки устроил для удобства на чужих предплечьях. То, что сделал Алан потом, застало его врасплох: чужой рот мягко захватил его язык, впуская внутрь, Алан сомкнул губы очень близко к его губам, опалив дыханием, и медленно позволил выскользнуть обратно, как льду на палочке. Ох. Открыв глаза, Морт коснулся ладонью губ, пытаясь совладать с сердцебиением. Алан облизнулся с пошлой ухмылкой. - Давай на диван, там удобнее. Диван? Да, точно. Морт, как пьяный, позволил себя провести в гостиную и усадить, а затем некоторое время сидел, с опаской поглядывая перед собой. Желание Алана было написано на его лице крупными буквами, он постоянно переводил взгляд на его губы и непроизвольно облизывался, отчего у Морта замирало внизу живота. Он тяжело вздохнул и снова занял позу с открытым ртом, зажмурившись. Алан не заставил себя долго ждать. Его движения были легкими, язык - теплым после горячего кофе, а еще он умудрялся полностью оплетать язык Морта, скользя вперед и назад. В какой-то момент Морт не выдержал и лизнул в ответ, Алан выдохнул, обхватил его кончик губами и немного пососал. Раздался страдальческий стон, и Морт с ужасом понял, что это был его собственный. Его пальцы, оказывается, впились в кожу мощных предплечий до побеления. Он дышал, будто пробежал марафон, и, только переведя дух, понял, что на него не собираются давить. Алан следил за ним, давая время прийти в себя, потом положил ему руку на затылок и стал медленно поглаживать. - Я... - горло пересохло, и Морт кашлянул. - Слишком? - Нет, - замотал головой он, коря себя за косноязычие. - Небольшой передых, и я буду в норме. Это же просто поцелуй. Алан поднял брови в удивлении. - Уверен? Скажи это людям в кино, они бы закрыли твой фильм под цензуру с откровенной порнухой. Они оба рассмеялись, отпуская напряжение, и Алан с какой-то особой нежностью провел по его затылку рукой, устроив большой палец возле уха. - Тогда покажи сам. Морт тут же прижался своим ртом к его губам, и Алан, оторопев от чужого рвения, невольно засмеялся. - Воу-воу, полегче. Ты не крепость приступом берешь. Алан лизнул его губы, пока он не успел отстраниться и испугаться собственной настойчивости. Придержав его за затылок, Алан прихватил верхнюю губу Морта зубами и оттянул, видимо, стараясь не причинить боли, а лишь настроить на игривый лад. - Давай же, - прошептал он в самые губы, обдавая их горячим дыханием. Алан быстро касался кончиком языка то верхней губы, то нижней, а когда Морт, наконец, осмелел, чтобы приоткрыть рот в ответ, то влажной широкой полосой прошелся по его рту, задев зубы. Морт снова простонал, открывая рот шире и чувствуя, как в низ живота стекают горячие волны удовольствия. Алан не стал вестись на приглашение и продолжил выманивать Морта на более активные действия. Наконец, когда тот, возбуждаясь все больше, начал отвечать, он медленно потянул его ближе к себе. Морт даже не понял, как закинул на него одну ногу, а затем оказался верхом на коленях, не в силах оторваться от скольжения языков в общем горячем дыхании. Тот начал отстраняться, и само собой получилось, что Морт потянулся следом. Бедра Алана были как твердые теплые камни, он сидел высоко, как раз, чтобы тот перестал напрягать шею, и они оказались на одном уровне к общему удобству. Вот тут Алан смог развернуться на полную: пока он придерживал Морта за затылок, другой рукой он скользнул ему за пояс шорт, поглаживая поясницу, вызвав еще один стон. Морт выгнулся в его руках, чувствуя, как его член уткнулся в ширинку и теперь противно ноет. Через тонкую ткань ему навстречу подался Алан и его ощутимая твердость. Морт попробовал повторить все то, что с ним до этого делал Алан, и был вознагражден низким довольным мычанием, хватка на его заднице усилилась, поощряя лаской. Их движения из осторожных, изучающих становились все смелее, с горячим дыханием и вздохами, губы распухли и пульсировали. Рот Алана - влажный, мягкий, податливый под его языком - отвечал ему с тем же жаром. Приоткрыв глаза, Морт заметил, как лицо Алана раскраснелось, челка слиплась на кончиках тонкими прядями. Он убрал ладонью его волосы, открывая лоб, а в груди будто расцвело солнце, сдавив сердце куда-то вглубь. Морт не мог назвать это чувство, но оно вело его и направляло с силой притяжения земли, не спрашивая, не размениваясь на мелочи, подталкивая его к обрыву, откуда уже не будет пути назад. И Морт шел радостно, полный желания броситься в омут с головой. Грудь Алана была обнажена и будто только и просила, чтобы Морт прошелся по ней пальцами. Что он и сделал: в ритм их сплетающихся языков и под мокрые, чмокающие звуки с придыханием, Морт погладил его пресс, очертил пальцами впадину между грудных мышц и устроил ладони на выпирающих, упругих мужских грудях, с силой сжав их. В ответ Алан впервые простонал, скользнул рукой глубже за пояс шорт и сжал его ягодицу, чуть царапнув ногтями, когда освобождал от хватки. Его пальцы легли в ложбинку между ягодиц и потерли, не скользя слишком глубоко. Морту надоело чувствовать, как член умоляюще ноет в шортах, и он расстегнул пуговицу и ширинку. Алан ему с энтузиазмом помог, особенно извернуться на его коленях, скинуть шлепки и по одной штанине стянуть шорты сначала до колен, а затем и вовсе выбросить куда-то позади. Облегчение было божественным. Вернувшись в прежнюю позу, Морт несколько раз прошелся по члену рукой, снимая напряжение и отвлеченно думая, как Алан относится к тому, что он елозит по нему яйцами. Хотя, судя по эрекции в его штанах, он только это приветствовал. Его задницу, больше не под защитой узкой прилегающей ткани, Алан тут же обхватил широкими ладонями и с удовольствием начал мять и гладить. Его ласки становились грубее, он явно оставлял красные следы, если не легкие царапины от коротких ногтей, но Морта это только сильнее заводило. Даже если Алан оставит на его коже синяки, ему сейчас было наплевать, лишь бы они не останавливались. Будто почувствовав его настроение, Алан жестко перехватил его за подбородок, сам же раскрывая рот напротив его рта. Это была не просьба, а приказ. Причем немедленный, и Морт с готовностью накрыл губами его губы, наконец чувствуя влажный жар повсюду. Их стон наслаждения вышел слитным, они подстраивались друг под друга, узнавали, и, наконец, поняли, как двигаться: небольшими толчками бедер навстречу, потираясь членами сквозь ткань, пока руки скользили по телу, а их рты соединялись в горячем, сводящем с ума бесконечном первом поцелуе. Он начался, наверное, минут пятнадцать назад, и все не кончался, превратившись во что-то большее. Нетерпеливо Морт потянулся было к чужим штанам, которые его уже подбешивали - хотелось ощутить горячую, гладкую кожу под собой, гладкость мышц, их мощь, пока скрытую в расслабленной позе, - но Алан убрал его руки слишком быстро. - Потом, - пробормотал тот, оторвавшись от его губ, дыша быстро и поверхностно, - у меня кое-что для тебя есть. Алан подхватил его под бедра, с легкостью встал, будто тот не весил семьдесят килограмм, и опустил спиной на диван. - Обещаю, тебе понравится. Его зловещая улыбка должна была испугать и дьявола, но Морт лишь откинул голову назад, расслабившись в его руках. Он как будто был на Титанике, все шло к подводным чертям, и он тоже - вместе с кораблем и своей жизнью. Алан поднял его за колени сначала на уровень своих плеч, а затем еще выше, придерживая уже за бедра, вскидывая их для себя, заставляя открыться. Морт удивленно моргнул, ощущая, как крепко Алан держит его за ноги, фиксируя на месте. - Что ты?.. Алан высунул язык на полную, и тот оказался широким, розовым и длинным, будто у него совсем не было уздечки, которая бы крепила его ко рту. До Венома из Человека-Паука он, конечно, не дотягивал, но все еще выглядел впечатляюще. У Морта даже что-то екнуло внизу живота, а с члена выступила влага, когда он понял, что именно тот собрался сделать. Что именно и какого размера окажется в нем. Оставив на виду лишь макушку, Алан склонился между его бедер, еще ниже, пока теплое дыхание не коснулось ануса, и нервная дрожь не прошлась по всему телу Морта, как электричество под кожей. - Боже, вот черт! Если бы он лежал лицом в диван, то сжал бы зубы на несчастной ткани или углу подушки, а так его выгнуло в пояснице, будто от удара током. Его рука сама легла на голову Алана и сжала волосы, в последний момент он едва удержался от того, чтобы причинить боль, но его хватка была явно ощутимой. Алан лишь одобрительно промычал, вылизывая широкими движениями кожу вокруг, и Морт представлял, как он касается языком темных волос, оставляя их влажными. Морт понимал, что издает стоны, будто его пытают, будто все, что он испытывает - это боль, но он бы продлил эти мучения навечно. Он потерялся в себе, чувствуя от реального мира лишь руки Алана на своих бедрах, теплое дыхание на ягодицах и дразнящее скольжение языка, а порой и легкий прикус зубов на нежной коже. Его будто распяли, и он часто-часто и громко дышал. Член касался живота, багровый от налитой крови, покачиваясь вместе с Аланом и его движениями. Кончиком языка Алан коснулся напряженного кольца мышц, прошелся по кругу и слегка толкнулся внутрь. Морт почувствовал, как конвульсивно сжалась его задница, защищаясь от вторжения. Алан повторил ласку, толкнулся сильнее, растягивая по чуть-чуть и снова отступая. Заметив, что Морта уже бьет сильная дрожь, он с усилием остановился. Из-за слезящихся глаз Морт видел его будто сквозь влажную дымку: его сосредоточенный, темный взгляд исподлобья, красные, припухшие губы и язык, способный довести до умопомрачения, которым он нетерпеливо и жадно пробежался по губам. Чуть опустив бедра, он вдруг сжал Морту яйца, от чего тот натурально хныкнул - пальцы были как стальные тиски. - Чш-ш, - ласково прохрипел Алан, - сейчас отпустит, потерпи. Ты ведь можешь? Смотря на него огромными глазами и ничего не понимая, Морт кивнул, хотя его согласие было сомнительным. Он бы сейчас на что угодно пошел, чтобы кончить, и именно от Алана зависело, когда и как это произойдет. Жидкий огонь, вначале оргазмом подлизывающийся к его члену, отступал медленно и неохотно, как и любой огонь, он знал лишь, как пожирать все больше, пока ему давали кислород, чтобы жить. Под рукой Алана он подчинился и стих понемногу, дав Морту представление о медленной агонии. - Пожалуйста, - взмолился он, не зная конкретно, о чем просит, но прося все равно, лишь бы все кончилось. - Ты можешь, - уверенно повторил Алан, отпуская его яйца и снова поднимая наверх его бедра. Если так он лечил его потенцию, то Алан был как жуткий костоправ, отказавшийся от обезболивающих. Под своими ногами Морт видел его сильные руки, как двигались жилы и мышцы под кожей, пока Алан удерживал его на весу, как пот выступил на ключицах, груди и стекал по могучей, необъятной шее. Бицепсы почти шириной с бедро Морта, который никогда не отличался особой худобой. Возбуждение никуда не делось, оно будто переросло во что-то более жестокое, заставляя его тело пересмотреть каждое прикосновение на более чувствительном уровне. И когда на этот раз Алан скользнул языком глубже, не церемонясь, проникая за кольцо мышц, Морт мягко и несчастно выругался, оставшись без голоса и без сил, будто в вырванной молитве: - Твою ж мать. Видимо, Алан был полностью удовлетворен его реакцией, потому что удвоил усилия и энтузиазм и начал двигать языком внутри Морта, касаясь его стенок, толкаясь вперед и назад, выписывая круги, чтобы растянуть его сильнее, наполняя его своей слюной. Иногда он прижимался губами к кольцу мышц в совершенно порочном поцелуе, смачивая проход, хлюпая, жадно втягивая воздух носом, упершись куда-то Морту возле мошонки. Морт поначалу хватался за все, что попадалось под руку - диванные подушки, короткие волосы Алана, но единственное, что его устроило, это подлокотник дивана за головой, в который Морт вцепился мертвой хваткой. Он не мог разжать пальцы и помочь себе кончить, просто не мог себя заставить, сосредоточившись лишь на том, чтобы дрожь, пробегающая по его телу каждый раз, как Алан входил еще глубже, не выкинула его с дивана. Его тело не справлялось с перегрузкой: его колотило от все более частых спазмов, сердце неслось вскачь, дыхание рвано вырывалось изо рта, а перед глазами мелькали черные пятна. Вязкое, тяжелое возбуждение весом с целую тонну давило на него, на член, яйца, мешая дышать, мешая сглотнуть, он неконтролируемо стонал и рычал, как животное, подмахивая бедрами ближе к лицу Алана, лишь бы продлить контакт. Отчаянное желание кончить и ненасытная нужда снесла все цивилизованное в нем, оставив его суть извиваться под чужими, жадными руками и влажным, сильным языком, проникающим в него во все ускоряющемся ритме. В голове не осталось ни одной связной мысли, и, когда Алан снова замедлился, после марафона из облизываний и толчков, Морт даже не удивился. Алан мог пытать его часами, и Морт не сказал бы и слова против. Он лишь слабо застонал выше обычного и смиренно открыл глаза, смотря на Алана взглядом человека, оказавшимся на грани между жизнью и смертью. Алан был ужасно доволен собой, подбородок блестел от слюней, а улыбка на его губах была одновременно нежной и сумасшедшей, обещая ему даже больше, чем он уже познал. Даже больше, чем он сможет выдержать. Он мягко нацеловывал внутреннюю сторону его бедер, потирался щекой, как гигантский кот, ожидая, пока Морта снова отпустит предоргазменная близость. Какой-то еще соображающей частью Морт подумал, что Алан хочет заставить его умолять. Что тот не даст ему кончить, пока он не взмолится о том, чтобы его трахнули прямо здесь. Он думал, что вполне готов согласиться, если его мучения продлятся чуть дольше, и это должно было его напугать, но Морт был не в себе и уже не отвечал за свои действия. Будто читая его мысли, Алан мучительно медленно прошелся языком по внутренней стороне бедра, пробуя соленый пот и вкус кожи. Морт хотел было стукнуться обо что-нибудь головой, но лишь глухо ударился затылком о диванную подушку. - Дьявол тебя задери. - Ты никогда не думал, что можешь сотворить подобное и со мной? - голос Алана был хриплым от возбуждения, на щеке остался красный след от его стараний. Уставившись на него расширенными глазами, Морт даже рот открыл от удивления. - С тобой? - Со мной, - казалось, его глаза горят огнем при одной мысли об этом. - Отыметь меня медленно, заставив умолять о твоем члене, почувствовать власть? - И ты бы... согласился? - О да, - он подтвердил свой ответ еще одним медленным движением языка от ануса до поджавшейся мошонки и мягко пососал правое и левое яичко, обхватив губами и вылизывая для пущей убедительности. - Я хочу отсосать тебе, но, думаю, мы оставим это на следующий раз, когда ты уже будешь знать, что тебя ждет. А ты? Морт понимал, что его спрашивают, готов ли он к полноценному сексу, когда в его заднице окажется не только язык Алана, но и кое-что побольше, и к своему удивлению вдруг произнес: - Расстегни штаны. Алан осторожно опустил его ноги - те затекли от неудобного положения, - выпрямился и приспустил спортивные штаны достаточно, чтобы стало понятно, что он не носил нижнего белья, и его член такой же, мать его, длинный и впечатляюще толстый в обхвате, как и ожидалось. На штанах осталось мокрое пятно, с члена капнуло прямо на Морта предэякулятом, чуть белесым и густым. Морт не знал, какой от него ждали реакции, да и не хотел подчиняться чужим ожиданиям. Больше нет. Он обхватил Алана за шею и заставил его опуститься на него сверху. - Заставь меня кончить, и посмотрим. Оказавшись лицом к лицу, он скорее почувствовал, как Алан растянул губы в ухмылке, утыкаясь в его щеку, и довольно прошептал: - Вот так лучше. Командуй. Ставь условия. Заставь меня делать то, что ты хочешь. Желай без сожалений, делай без раздумий, не сомневайся, и бери то, что хочешь. У Морта пересохло во рту. Алан удерживал себя над ним на руках, и все же часть веса легла поверх его тела, даря непередаваемое ощущение близости. Его член уперся Морту в бедро, и он с трудом прижал его к своему, обхватив их обоих рукой. Закинув ногу Алану на поясницу, он впился в его губы агрессивным поцелуем, полным зубов и жадных вздохов. Алан спустился мокрыми поцелуями ему на шею, а Морт попытался снова ощутить ту искрящуюся грань перед оргазмом, но даже дрочка уже не помогала из-за сверхчувствительности. Теплых вздохов в шею не хватало, не хватало волн удовольствия, растекающихся от собственной руки, скользящей по их членам то быстрее, то медленнее. Сдавшись, он взял Алана за руку и сунул его пальцы в рот, смачивая. Освободив их с громким чпоком, он просунул его руку между телами, направляя Алана к анусу, который чуть подсох от слюны, но все еще голодно пульсировал и чутко ощущал веяние воздуха. - Умница, - прошептал Алан ему в ухо, подчинившись, и начал кружить пальцами вокруг входа. - Давай же, - нетерпеливо качнул бедрами Морт. Ответом ему был смачный поцелуй между шеей и плечом, и Алан сразу засунул в него два пальца, проскользнувших даже слишком легко. Но больше и не понадобилось, Морт почувствовал, как тот нашел простату и начал массировать, от чего по телу начали расходиться электрические разряды, и он чуть не закатил глаза от удовольствия. - Сильнее. Алан захватил его требовательный рот своим, пока изучал и заполнял пальцами его задницу, проводя пальцами по стенкам так, что Морта дернуло от переизбытка ощущений. Он вздрагивал не только бедрами, но всем телом, и, когда Алан стал массировать его постоянно, не давая передыха, Морт тут же начал задыхаться. Обхватив их члены рукой, он задал быстрый и беспощадный ритм, отчего Алан пару раз сбился и простонал какие-то ругательства. Их конец был жестоким, грубым и острым, будто они оба прошлись по лезвию ножа, и облегчение обрушилось на них, как если бы они упали с двадцатиэтажного здания. Последние всплески спермы Морт выдержал, вцепившись зубами в плечо Алана, рыча и царапая его свободной рукой по спине, вжимаясь в него, будто собирался залезть в него через кожу, после чего они устало развалились на запачканных подушках. - Меня будто грузовик переехал, - признался Морт, чувствуя, как сквозняк ласкает его измученное тело, а левый бок греет Алан и его рука, закинутая ему на грудь. - Ты ожидал чего-то другого? - пробормотал тот, не открывая глаз, находясь где-то в блаженном трансе. - Чего-то менее… напряженного. Пальцы Алана все еще были в нем, но он даже словом не обмолвился о том, чтобы тот убрал руку. Чувство заполненности было приятным. Алан довольно хмыкнул куда-то в район его шеи. - Я тоже, - он лениво открыл глаза и игриво и одновременно нежно поцеловал Морта в лоб. - Но это ведь неплохо? Морт был с ним согласен. Действительно, очень даже неплохо. Вот только что от него останется, когда оно станет охрененно хорошо, он понятия не имел. Они с Триш долго разговаривали, хотя, честно говоря, она больше задавала вопросы, а Морт отвечал. После первого неловкого признания дальше пошло легче. Она не интересовалась, как далеко они зашли, только спросила, насколько Морт лучше себя чувствует. Он ей рассказал. Затем показал дважды в спальне, после чего Триш, лежа в постели, заметила: - Ну, теперь точно нужно пригласить его на ужин. Морт передал приглашение на следующий день, и Алан явился вечером, одетый как всегда: в теплый бордовый кардиган поверх футболки, легкие брюки и очки, надетые на макушку, чтобы не мешались, будто он постоянно был готов вернуться к чтению газеты. Ужин прошел без детей в на удивление легкой беседе о центре, работе Триш и, конечно же, историях о детях, которых у Алана, да и у Морта с Триш было предостаточно. Как любознательная Лея умудрилась поцеловать выхлопную трубу их автомобиля, оставшись с черным кругом вокруг рта на целый день. Как Рауль, когда ему что-то не нравилось, серьезно заявлял бывшей Алана “Ади вон”, будто он какой-то король небольшого королевства. Как он дрался в детском саду и на него постоянно жаловались, пока Алан не пришел разобраться сам. Оказалось, что в группе был мальчик-тихушник, который всех щипал и кусал, а затем делал вид, что его самого обижали. Алан предложил его родителям два варианта: или они что-то делают с этим мелким задирой, или он поговорит с ребенком сам. Родители впечатлились его размерами и забрали пацана в другую группу, где тот продолжил всех терроризировать. Проводить Алана вызвалась сама Триш, оставив удивленного Морта мыть посуду. Не думали же они, что он просто так отступится? Конечно же, открыв окно, он проследил за ними и прислушался. Они дошли до дверей Алана в полном молчании, пока Триш, видимо, не собралась с духом и, сложив руки на груди, тяжело вздохнула: - Слушай, я знаю, что все это странно, но я очень беспокоюсь за Морта. Я бы убила этого говнюка кухонным ножом, если бы это что-то исправило, но ты сам видел: Морт порой просто закрывается ото всех и ничего не говорит. Алан кивнул, побуждая ее продолжать. - Я не против, чтобы вы общались. Морт со своего места наблюдения с невероятным облегчением выдохнул “Слава богу”. - У тебя кто-то есть? - раздался голос Алана. - Так было бы гораздо проще, не так ли? Для вашей совести, - хмыкнула Триш без злости. - Нет, пару раз я выпускала пар, но это были отношения на одну ночь. Я с Мортом не из-за детей, точнее, не только из-за них, я правда люблю его и желаю ему самого лучшего. Если ему лучше с тобой, я не против. - Ты так говоришь, будто он вещь, и ты отдаешь его насовсем. - Да ща, - показался ее южный акцент и замашки жителя гетто, как будто она собиралась начистить ему морду. Морт улыбнулся, чувствуя к ней приступ бесконечной любви. - Ты свалишь в закат или к своему сыну, а моему мужу потом еще три года приходить в себя. Нет уж, я его одного не брошу. Вот скажет мне, что хочет развода, тогда и поговорим. А пока - это ты гость в моем доме. Надеюсь, что мы сможем вести себя цивилизованно и так, что все останутся в выигрыше. В глазах Алана блеснуло что-то от опасного хищника, принявшего вызов. Он выпрямился во весь свой рост, но Триш и глазом не моргнула. - Причинишь боль моей семье, и я тебя со свету сживу, здоровяк. Алан медленно расплылся в улыбке и вдруг громогласно захохотал так, что эхо прокатилось по улице. - Ну вы и семейка. Он игриво шлепнул ее по заднице, обтянутой лосинами, и скрылся в доме. Триш победно задрала голову и направилась к дому, потому Морт, закрыв окно, поспешил вернуться к посуде, чувствуя, что, наконец-то, их семья снова обрела землю под ногами. А может, просто стала больше на одного человека.