Цветок Коры

      Время быстро шло для Себастьяна. Он просто не успевал уследить за всем, ведь каждодневные развлечения забирали много сил, особенно беготня за маленькой рыжеволосой богиней весны, которая постоянно куда-то исчезает. В одну минуту она стоит рядом с ним и мило улыбается, отвлечешься на парочку секунд, и от нее уже след простыл. Вместо этого она гуляла с нимфами или бегала от них, играя в прятки. Как маленький ребенок, кем он ее и считал. Только вот вместо нимф ее находил Себастьян, брал за золотой пояс платья и вел за собой, а она показывала ему язык и даже порой некультурные жесты пока он не видит. Вернее она так думала, потому что он видит все. И даже знает от кого этому набралась. На следующий день Оркус вместе с Эвклеем получили выговор за то, что устраивают перепалки рядом с Клариссой, которая так быстро все улавливает. Особенно, что не надо знать.       Сегодня последний день празднования и крайне особенный, ведь это день самой Коры, которая официально подарит весенние дни, поможет вступить весне на эти земли. Люди приносят цветы и приношения к храму богини, молятся ей, прося хороший урожай и милость. Парень уже придумал, какой подарок преподнесет Клэри и он не сомневался, что ей понравится.       Сейчас Себастьян сидел на кровати в своей комнате и обнимал Клариссу, которая всячески пыталась сбежать. Это не могло не вызвать смеха у него, что очень сильно бесило девушку. Клэри злая и красная, от смущения уже была готова плакать от безысходности, но продолжала бить ногами по матрасу и всячески извивалась. — Ну, отпусти меня! Ты слишком горячий, мне жарко! — Кларисса пыталась вырваться, пока Себастьян немного ослабил объятия, боясь случайно задушить эту маленькую негодницу, но ее план потерпел поражение. Заметив, что девушка собралась ускользнуть, он сильней обнял ее за талию и подмял девушку под себя, положив голову на ее грудь. Себастьян слышал ее тяжелое дыхание и как быстро бьется сердце, а еще тихую ругань девчонки, которую было бы неплохо наказать за это. — Я рад, что ты поняла это. Ляг назад. Не лишай меня такой мягкой подушки. — Себастьян поднял взгляд на девушку, которая была готова задушить его, что вызвало новый прилив смеха. Ее изумрудные глаза, как весенняя трава, прожигали насквозь, что не могло не рассмешить. Парень немного приподнялся и хотел поцеловать свою невесту, но та вовремя повернула голову, ведь поцелуй пришелся в щечку. — Тебе подушек мало? — зло рыкнула девушка, скрестив руки на груди. В отместку за то, что она не позволила себя поцеловать, Себастьян решил оставить свою метку на ее молочной коже, на шее. Кларисса за это ущипнула парня за спину, но сразу почувствовала удар по ягодицам. С каждым днем парень позволял себе все больше, что не могло не раздражать богиню и одновременно смущать. Хотя за пару дней она тоже стала не промах, ведь набралась язвительных ответов от своих новых друзей, чем вызывала шок и Себастьяна. — Мне мало тебя. На празднике ты вечно носишься с этими нимфами, а они не дают мне забрать тебя. — Себастьян поднял на нее свой взгляд, темных глаз, и жалобно посмотрел. Он свободно может находиться с ней только утром и вечером, где никто не помешает им, не нарушит их гармонию. Только в это время они могут насладиться компанией друг друга и поговорить о чем-нибудь или просто полежать, посмотреть на звезды, которыми усыпан потолок. Ему нравиться, когда Кларисса лежит рядышком и рассказывает ему что-нибудь, какую-нибудь сказку, которую ей рассказывала мать. — Сегодня ты меня и подавно не увидишь, потому что я буду в храме с жрицами и молодыми девушками. — Клэри недовольно провела ладонью по волосам парня, который довольно заурчал, мгновенно расслабившись. Ее движения доставляли Себастьяну огромное удовольствие, но факт того, что Клэри не будет рядом, немного напрягал. Он волновался за нее, ведь на каждом шагу ее может окружать опасность в виде ее матери, Джейса или врагов парня. — Я буду рядом с тобой, и это не обсуждается. Сегодня явятся твои друзья и мать с отцом, поэтому если ты надумаешь какую-нибудь глупость, то вечером будешь наказана. И я не шучу. — Себастьян поднял свой взгляд на Клэри, которая отстранено, смотрела в окно, продолжая водить ладонью по его волосам. Физически она была рядом, но ее мысли где-то далеко. Она вспоминала прошлую жизнь, где она была маленькой, глупой девочкой, которая верила в добро и жадно впитывала ложь, которую ей преподносили, выставляя за правду. Маленькая птичка, с красивой синей окраской, сидела на бронзовых перилах балкона и пела свою веселую, заливистую песенку. — Почему именно сегодня ты так волнуешься? — Взгляд изумрудных глаз за считанные секунды стал таким уставшим, как будто Клэри не спала несколько ночей подряд. Всему виной было упоминание родителей, которых она раньше боготворила. Отец предал ее, а мама не спешит помогать дочери, оставив ее одну. И лишь мысль о том, что она увидит их сегодня, вызывало совсем не радостные эмоции, а скорее наоборот, даже легкое отвращение. — Потому что у меня есть подозрения. Ты сама знаешь, Джейс неровно к тебе дышит до сих пор, а твоя мать слишком ненавидит меня и согласна выдать тебя за любого, но только не за меня или вообще посветить в девственные богини. И теперь сложи эти два факта и поймешь, почему я так себя веду. — Себастьян все же слез с богини и сел рядом с ней, приобняв за плечи. Вспомнив о Джейсе, Клэри поспешила отогнать от себя воспоминания о нем. О своей первой, но глупой любви. Она даже была готова идти к отцу, просить разрешения на их свадьбу, что было очень глупо. Только сейчас сидя рядом с Себастьяном, она это понимает. Сила, исходящая от него заставляет ее восхищаться, а других бояться. Джейс и Себастьян были настолько разными. Однако качества, которыми обладал сидящий рядом с ней парень, перевешивали часу весов в его пользу. — Ты не выносим! Сам знаешь, что мама не пойдет против отца, иначе все обернется крайне плохо. — Клэри тяжело выдохнула и посмотрела на своего жениха, но он не мог прочитать, какие эмоции испытывала девушка. Себастьян коснулся рыжей макушки губами и прижал девушку к себе сильней, даря нужную ей поддержку и заботу. Парень знал, как много значит Клэри для Джослин, но она не представляет, как много значит ее дочь для него. — Валентин хитер и изворотлив. Сейчас крайне тяжелое положение и я не знаю, как все может обернуться. — Только одна мысль, что богини не будет рядом, так давно забытый страх поселился в теле парня. Себастьян уже стал настолько зависим от нее, что дальнейшая жизнь без богини не имеет смысла. Это будет просто глупое выживание, от которого не будут заметны другие краски жизни. — То есть я могу вернуться домой? — Клэри нахмурила свои идеальные темные брови и подняла взгляд на Себастьяна. В глубине его души, парню стало до ужаса обидно и больно. Она не хочет здесь остаться, рядом с ним, что задевало, но посмотрев в ее глаза, он видел лишь обеспокоенность и страх. Парень немного отодвинулся от девушки и внимательно посмотрел на нее, а затем задал волнующий его долгое время вопрос: — Неужели тебе так плохо здесь? — Нет, здесь все очень красиво и спокойно, не так как на полях. Здесь я свободна, нет границ и правил, которыми окружала меня мама. Да, ты, конечно, волнуешься за меня, и твои страхи оправданы, но ты не давишь на меня. У меня появились друзья, с которыми мне хорошо и весело, в которых я уверена. И у меня есть ты. — Клэри улыбнулась своей обворожительной улыбкой и посмотрела на парня, которого ответ явно удовлетворил. Да, у них были разногласия, но, несмотря на это, они все равно тянулись друг к другу. Девушка продолжала гладить Себастьяна по волосам и задумчиво смотрела на потолок, расписанный звездами. — Сегодня вечером будет звездопад, и я хочу тебе его показать. — Клэри опять нахмурила свои идеально ухоженные бровки и посмотрела в черные, как оникс, глаза. В них блестела радость, ярким огнем, который было невозможно не заметить. Себастьян доверял ей, поэтому мог не скрываться за маской ледяного принца, которым обычно предпочитал казаться. — Приглашаешь меня на свидание? — Парень увидел, что в изумрудных глазах богини весны запрыгали бесенята, которые нравились ему. Эти глаза делали его жизнь намного ярче, более значимой, ведь ради нее, ему хочется совершать что-нибудь сумасшедшее. — Нет, ставлю перед фактом, что у нас свидание. Ты же моя невеста и я хочу, чтобы у нас все было по-особенному. — Клэри рассмеялась словам парня, ведь эти слова грели юную девичью душу. Хоть и между ними остались преграды, которые они выстроили вначале, но с каждым днем они исчезают, тают, как лед. — У меня еще одна новость и она не такая хорошая. — Что случилось? — Себастьян мгновенно стал серьезен, что немного взволновало девушку. Она боялась, что могло что-то произойти, причем не очень хорошее. Парень перевел свой взгляд на стену, чтобы не видеть, как в глазах его невесты зарождался испуг. — Завтра я должен буду навестить Стеклянный дворец, посмотреть, как там идут дела, напомнить темному двору, кто их правитель. — Повисла тишина, которая немного напрягала парня. Клэри перестала водить ладошкой по его волосам, замерев. Себастьян ей рассказал вчера, что творится в этом дворце и это пугало. Она видела, что он не хочет отправляться туда, но это его долг. — Я не хочу, чтобы ты туда отправлялся. — Себастьян поднял все же взгляд и посмотрел на девушку, которая мгновенно побледнела. Он вынужден оставить ее здесь под присмотром его друзей, хотя на самом деле так не хочется ее отпускать. Кларисса мгновенно расстроилась, но он еще сильней обнял ее, чтобы успокоить. — Рад, что моя персона интересует тебя, но так надо. Тем более тебе не придется скучать. Я задолжал тебе урок по географии наших земель и все из-за этих празднеств. Я попросил Гекату исправить мою ошибку. А когда я вернусь, то покажу тебе самые прекрасные места. — Звучит заманчиво. Можно мне уже встать? Мне нужно собираться. — Кларисса хотела подняться, но парень пересек все ее действия, удерживая рядом с собой. Он был рад, что они сошли со скользкой темы, которая не радовала обоих. — Только после этого. Себастьян запустил ладонь в ее махагоновые волосы и поцеловал. С каждым днем он чувствовал, что его девочка привыкает к нему, позволяет ему целовать себя, касаться. И только одна мысль о том, что Клэри принадлежит ему, кровь закипает в венах, доставляя сплошное удовольствие. Кларисса робко обнимает его за плечи, прижимаясь сильней к нему. Чувствовать его нежные касания, поглаживания, поцелуи стало уже нормой для нее. Его губы мягко касаются ее, без обычных укусов за нижнюю губу, которая потом кровоточит. Этот поцелуй был нежным и мягким. Кларисса запускает свою хрупкую ладошку в его пепельно-белые волосы, такие мягкие на ощупь, пока руки Себастьяна гуляют по ее телу. Его легкие поглаживания успокаивали, приносили наслаждение. Он проводит по ее выпирающим тазовым косточкам, плоскому животику, спину. Единственное, что заставило их оторваться друг от друга это появление Оркуса, который совсем забыл о правилах приличия. Парень стоял, скрестив руки на груди и смотря на влюбленную парочку, которая мгновенно переместила свой взгляд на него. Себастьян немного сжал бедра девушки, и последний раз поцеловав ее, посмотрел на друга. В насыщенно-черных глазах так легко сильным блеском отдавала злость. — Зачем пришел? — Себастьян отпустил девушку, которая мгновенно поспешила завернуться в одеяло, и удобней устроился на кровати. Голос был спокоен, но вот взгляд выдавал его настрой. Только сидящая рядом с ним девушка не позволяла ему сорваться. — Тут это… кхм… Прибыл кое-кто. — Оркус уже хотел как можно быстрее исчезнуть, потому что знал, что новость, с которой он пришел, ничего хорошего не принесет. Себастьян вопросительно выгнул бровь, ожидая ответа от друга, и парень продолжил. — Тот к кому ты собирался завтра. — Что он здесь делает? — Кларисса немного сжалась от холодного, грозного тона. Даже когда он злился на нее, он не позволял себе таким тоном разговаривать с ней. Себастьян заметил, что Клэри вздрогнула, испугавшись, и он поспешил ее успокоить, прикоснувшись губами до ее виска. — Как он выразился, он здесь ради нее. Захотел выразить свое почтение самой весне. — Богине сразу стало неуютно под двумя пристальными взглядами, поэтому девушка отвернулась. Она не знала, про кого они говорят, но раз этот человек прибыл из Стеклянного дворца, то ничего хорошего ждать не стоит. В комнате повисла напряженная тишина, которая давила на всех, но больше всего она пугала Клэри. — Следи за Клариссой, ни на шаг от нее. — Себастьян поднялся с кровати и пошел в гардеробную, а Клэри поспешила завернуться в одеяло, чтобы избавиться от пристального взгляда Оркуса. Парень прошел и сел рядом с ней, немного задевая плечом. Они сидели и молчали, ожидая появление Себастьяна. Клэри нервно мяла кончик одеяла, волнуясь за своего жениха, ведь ее не покидало чувство настороженности. Она знала, что парень не даст ее в обиду, но боялась Кларисса не за себя в этот раз. — Милая, веди себя хорошо, слушайся Оркуса, я скоро приду. — Спустя пару минут, в комнату зашел Себастьян, одевшись в своей излюбленной манере. Черный камзол с серебряной вышивкой, темная рубашка под цвет его глаз. Он выглядел угрожающе, но только не для богини. Для нее он выглядел величественно, как истинный правитель, который одним своим взглядом может уничтожить своих врагов. Парень быстро поцеловал девушку, кинул суровый взгляд на друга и исчез, оставив от себя, только запах лаванды. — Все настолько серьезно? — Клэри смотрела на приоткрытое окно, где до сих пор прыгала маленькая птичка с пестрой окраской, внимательно наблюдая за ними своими черными глазками, как маленькие бусинки. Она красиво щебетала свою песню, а затем вспорхнула вверх к свободе. Богине хотелось так же, взлетать, освобождаясь от оков, которые удерживают ее в этом мире. И этих оков было слишком много. — Да, ты действительно очень дорога Себастьяну, поэтому он будет прятать тебя от всех угроз. — В голосе Оркуса читался страх и переживание, которые было непривычно слышать у этого весельчака. Однако ей было приятно, что она важна хоть кому-то в этом мире, кто действительно заботится о ней. Многие, кого она считала своей семьей, отвернулись от нее, оставив на произвол судьбы. Клэри не ожидала, что совсем не знакомые ей люди станут ближе, чем те, кто были с ней с детства. — Что в этом Танате такого? — Кларисса взмахнула руками и посмотрела на Оркуса, который недовольно глянул на девушку. Однако этот взгляд многое, ведь в его глазах было отвращение, злость и ненависть. Богиня поняла, что их нечто соединяет, и это нечто никто не хочет затрагивать. В комнате повисла давящая тишина, которая вызывала панику у девушки. Оркус молчал, обдумывая ответ, который не должен испугать ее, но он посчитал, что лучше сказать всю правду, чем скрывать важное. — Он хочет власти. Его брат Гипнос более мирный, но не менее опасный. Знаешь, всегда говорят, что смерть красива, что ее поцелуй дарит спокойствие. Себастьян боится, что и тебя он заберет. Танат уже забрал у нас всех близкого друга и я боюсь, что твою смерть он не выдержит. Порой они с братом выходят вместе на охоту. Один успокаивает жертву, а второй убивает. — Оркус, а научи меня стрелять из лука. — Спустя несколько минут гнетущего молчания, Кларисса подняла жалобный взгляд на парня, который сразу же отрицательно взмахнул головой. Богиня завернулась в белоснежную простынь и встала с кровати, испепеляя взглядом своего собеседника. — Ты же понимаешь, что твой жених, по совместительству мой лучший друг, превратит меня в прах и тени. Зачем тебе это? — Оркус внимательно посмотрел на девушку, которая уверенной походкой пошла в гардеробную. Она откидывала разные платья, не зная, какое лучше выбрать. Ей хотелось быть похожей на Себастьяна, чтобы все перестали ее считать маленькой девочкой, а воспринимали как взрослую. — Мне всегда нравилось смотреть, как Эмма натягивает тетиву, как пускает стрелу. Мне всегда хотелось так же, но как только я высказала свое желание, то мама меня отчитала. И после этого Эмма при мне не стреляла из лука. — Оркус слышал, нотки восторга, пока Клэри рассказывала о своей мечте. Конечно, Кларисса понимала, что Себастьян будет зол, но он сможет ее простить, ведь злиться парень на нее не может долго. — Если ты так хочешь этого, то ладно, но от Себастьяна меня сама спасать будешь. — Кларисса улыбнулась и посмотрела на платье, которое привлекло ее внимание. Синяя фитиновая юбка, переливающаяся, когда на нее падает свет. Она была похожа на небо, которым завладели сумерки. Вверх оголял плечи, ключицы и шею, к которой, несомненно, будет прикован взгляд. Она смотрела на свое отражение и серебряная корона в виде лотоса со свисающими брильянтами-капельками на вершине лепестков. Клэри выглядела как королева торжествующей ночи, невеста тьмы, которая пугает других, но не ее. Рыжеволосая улыбнулась своему отражению и сказала Оркусу: — Договорились.

***

Себастьян уверенной походкой шел по длинным коридорам своего личного дворца и зло сжимал и разжимал кулаки. Слуги, похожие на тени обходили его стороной. Он был крайне зол, потому что его враг прибыл не в самое подходящее время. Сейчас парень боялся еще сильней за богиню весны, которую он оставил в своей комнате под охраной друга. Себастьян не сомневался, что появление Таната принесет много проблем. Парень открыл дверь тронного зала и прошел в комнату, не обращая внимания на гостя. Он наливал себе вино в золотой кубок, чтобы хоть немного расслабиться. — Себастьян, как же мы с тобой давно не виделись. — Перед повелителем подземного царства предстал парень с черными волосами, бледной кожей, но светлыми, почти прозрачными голубыми глазами. На его лице сияла кривая улыбка, похожая на оскал дикого зверя. Его темный густые брови изогнулись, когда встретился взглядом с Себастьяном. — Почему ты здесь? Я сказал, что завтра отправлюсь в Стеклянный дворец, что из этого тебе не понятно? — Танат оттолкнулся от стены и подошел к золотому трону, стоящему на пьедестале, ленивой походкой. Парень посмотрел на свои ногти, а затем на Себастьяна и его глаза вспыхнули огнем веселья. Блондин стоял, скрестив руки на груди, и прожигал своего собеседника взглядом. — Я подумал, что учитывая то, что в нашем мире появилась богиня весны, будет неуважительно с моей стороны не поздравить твою невесту. Кстати, где она? Неужели прячешь ее от меня? — Себастьян пытался держать себя в руках, чтобы не наброситься на Таната. Ему было неприятно слышать, упоминание о своей невесте из уст другого человека, особенно твоего врага. Парень надел на себя привычную маску ледяного принца, показывая свое спокойствие и невозмутимость. — Познакомишься с ней только, когда она этого захочет. — На самом деле Себастьян никогда не подпустит его к Клариссе. Если его маленькая девочка, встретится с ним, то Себастьян боится, что после этого она может испугаться. Он помнил, как она плакала и тряслась от страха, когда он совсем немного прикоснулся к ее сознанию. Однако если это сделает Танат, то он может поломать хрупкую девушку, даже не взмахнув рукой. Воздух вокруг них пропитался терпким мускусным запахом ненависти и злобы. — Печально. Ты же не против, что я останусь здесь до утра, а завтра мы отправимся в другие твои владения. — Себастьян зло сжал ладони, пытаясь не сорваться на него. Это было сложно, когда Танат бессовестно перестраивал их игру, пытаясь выиграть у него. Это еще сильнее выводило из себя. Каждая их встреча это всего лишь представление, где нужно отыгрывать свою роль, притворяясь. Притворство — это искусство, которое дано не каждому, иначе этот мир сошел бы с ума, пока все друг друга вводили в заблуждение и открыто врали. — Если я увижу тебя рядом с Клариссой, то уничтожу. — Танат улыбнулся, радуясь, что его воспринимают как угрозу. Если убрать прелюдия, глупые разговоры наполненные фальшью и лестью, то они бы уже давно накинулись друг на друга. Богиня весны стала слабостью Себастьяна, по которой могут нанести удар и блондин это понимал. Она слабая, хрупкая девушка, которая способна нести лишь свет в этот мир. И тьма стала ее главным врагом. — Угрожать смерти смертью? Глупо. — Танат громко и заливисто рассмеялся так, что по стенам прошлась вибрация. Черноволосый парень, спустился с пьедестала, и подошел к Себастьяну. Оба смотрели друг другу в глаза, пытаясь прожечь насквозь. Между ними происходила война взглядов, где каждый пытался показать себя лучшим. Себастьян сравнивал Таната со змеей, ведь он кидается словами, как змея ядом. Взгляд такой же холодный и презрительный, но Себастьян не уступал ему. — Поверь, для тебя я найду наказание, после которого смерть тебе покажется лучшим подарком. Располагайся. Себастьян развернулся и пошел назад в свою комнату, чувствуя прожигающий взгляд своего врага. Это не могло не веселить его, ведь он привык быть лучшим и сильнейшим. Он знал, какую игру ведет Танат и парень играл по выбранному сценарию, который ожидал увидеть бог смерти. Пускай думает, что в этом спектакле он окажется королем на шахматной доске, а в конце поймет, что является слабой пешкой. И эту игру он выиграл.

***

Себастьян стоял в тени дерева недалеко от храма Коры и наблюдал за Клариссой. Она мило разговаривала со смертной девочкой, а рядом с ней находились жрицы в своих белых одеяниях и с серебряными обручами на голове. Он рассматривал ее махагоновые волосы, которые она распустила. Гордо вздернутый носик и добрый взгляд. Она выглядела как прекрасная, нежная роза в этом платье. Однако внешность обманчива, ведь с первого раза можно не заметить шипов, которые ранят до крови, сделают больно, если ты притронешься не правильно. — Честно признаться, я думал, что не увижу Клэри на этом празднестве. — Себастьян повернул голову вбок и посмотрел на Валентина, который стоял рядом с ним. Сегодня первый день, когда Себастьян увидел его, после того, как они договаривались насчет Клариссы. Теперь парень понимал, как он ужасно поступил с девушкой, решив использовать силу, но Валентин поступил более мерзко. — Это ее праздник и я не вправе ее удерживать в своих землях. — Себастьян наблюдал, как Кларисса посадила к себе на колени маленькую девочку с венком на голове и начала ей что-то рассказывать. Эта картина была настолько удивительной и красивой, что Себастьян захотел, чтобы вместо той девочки на руках у его любимой женщины сидел их ребенок. — Даешь ей свободу. Как опрометчиво с твоей стороны. — Валентин презрительно посмотрел на свою дочь, которая всячески проявляла свою доброту к этой маленькой девочке. Кларисса вырастила ей удивительные цветы и что-то рассказывала, искренне улыбаясь. К ней уже подошли еще пару маленьких девочек, сев рядом, жадно впитывали каждое слово. — Тебя не касается ни ее жизнь, ни мои решения. — Себастьяну совсем не нравилось такое отношение Валентина к его невесте. Она не заслужила такого отношения от собственного родителя, которой так активно презирал дочь, ненавидя ее, лишь за то, что она не похожа на этих напыщенных олимпийцев, которые всячески пытаются выделить себя. Да, Кларисса тоже показывала иголки, но она так защищалась, а у олимпийцев это был — стиль жизни. — Я ее отец, если ты не забыл. — Валентин нахмурил свои темные брови и смерил Себастьяна грозным взглядом. Парень совсем не любил, когда ему перечат, но вот слова Валентина, вызвали такое отвращение. Себастьян не понимал, как этот человек мог стать отцом столь чистой и непорочной девушки, которая излучала доброту и любовь, не требуя ничего взамен. — Ты называешь себя отцом, после того, как продал свою дочь? Скажи честно, если бы я не согласился, то кому бы ты ее отдал? — Себастьян оттолкнулся от дуба и медленно подошел к Валентину. Он знал, что прав. Конечно, Валентин бы отдал ее, только потому, что это выгодно, пока Джослин не испортила все планы. Только ни Джослин, ни Валентин не знали, что он ходил к мойрам узнать, кто станет его избранницей, и он получил свой ответ. Даже если бы Клариссу отдали другому, он бы сорвал свадьбу и забрал ее в свой мир. — Тебя не касается. — Голос Валентина был наполнен холодом, и не повезет тому, кто посмеет оспорить его мнение, но Себастьяна это никогда не пугало. Он продолжал перечить ему, отстаивать свое мнение, в конце концов, выводить Валентина из себя. И сейчас его это неимоверно взбесило. — Да неужели? Зачем тогда пришел? — Себастьян отвернулся от Валентина и посмотрел на Клэри, которая вплела маленькой девочке цветы и отправила ее к матери. Она наблюдала, как девочка смеялась, неслась к своей матери, провожая ее взглядом. Он тоже так хотел и у них с Клэри будет так же, очень скоро. Как только Себастьян сделает ее своей супругой. — Следи за Клэри. Мне итак хватает проблем с ее матерью, и ни в коем случае не позволяй Джослин подойти к дочери. Я уверен, что она что-то задумала. Уж слишком долгое затишье перед бурей. И пора это сделать именно сейчас. Себастьян повернулся назад, где стояла Кларисса, устремив свой взгляд куда-то в сторону. Парень проследил за ее взглядом и тихо ругнулся. Недалеко от них стояла Джослин, смотря на свою единственную дочь. Себастьян быстрым шагом подошел к Клэри и приобнял ее за талию. Было видно, что девушка хочет сорваться с места и побежать к своей матери, но сильные руки удерживали ее. — Мама… — Здравствуй, Клэри. — Джослин выглядела не самым лучшим образом. Темные круги залегли под глазами, лицо осунулось, и она сама очень сильно похудела, а черная ткань не выгодно подчеркивала ее худобу. Ее турмалиновые глаза, как у дочери, потеряли блеск, и взгляд стал холодным. Джослин с отвращением смотрела на руку Себастьяна покоящуюся на талии ее дочери. — Чего тебе, Джослин? — Себастьян держал девушку рядом с собой, не позволяя подойти к матери. Парень сжимал ее в своих объятиях, назло Джослин, которая зло прожигала его взглядом. Клэри испуганно смотрела то на своего жениха, то на мать и хотела сделать то, о чем долго мечтала. Она хотела обнять свою маму, почувствовать ее тепло и любовь, поговорить с ней, узнать, почему она оставила ее. — Я не имею права поздороваться со своей дочерью? Что, даже обнять мне ее не позволишь? — Клэри пыталась выбраться, подойти к своей матери, но парень ей не позволял. Она не понимала, почему Себастьян так ведет себя, ведь это ее мама. Он обещал ей, но сейчас ведет себя ужасно, лишая последней надежды на разговор с дорогим ей человеком. — Да, не позволю. — Голос холодный, как сталь, от которого она вздрогнула, ведь общался он так крайне редко. Себастьян заметил, что девушка испугалась, и поспешил успокоить ее, проведя ладонью вдоль ее позвоночника. Кларисса подняла на него затравленный взгляд и хотела, чтобы он прекратил так себя вести. — Мало того, что ты украл у меня дочь, спрятал ее в своем царстве, может уже сделал что-то с ней? — Джослин была в гневе, видя, как доверчиво ее дочь жмется к врагу, в поисках защиты. Богиня плодородия поджала губы, образуя одну нежно-розовую линию, и мысленно проклинала блондина. Кларисса металась между двух огней, не зная, кому можно довериться. — Собираюсь. Например, лишить твою дочь девственности после свадьбы. — Себастьян сказал это с таким невозмутимым видом, вызвав минутное непонимание у матери и дочери. Кларисса испуганно хлопала ресничками и хотела отойти от парня, ведь его слова испугали ее, но он не давал этого сделать. Конечно, Клэри понимала, что это произойдет, но сказав это вслух, Себастьян испугал девушку. — Мерзавец! Как ты смеешь о таком говорить? Я сделаю все, чтобы моя дочь не досталась тебе. — Себастьян смотрел на раскрасневшуюся Джослин, которая была готова наброситься на него. Клэри испуганно сжалась, пытаясь спрятаться от гнева матери, который направлен был не на нее, а на рядом стоящего парня. Парень оставался невозмутимым, сохраняя свою привычную маску безразличия. — Поздновато немного, не считаешь? Да и плюс что ты сделаешь? Твоя дочь полностью моя и это не исправить. — Кларисса боялась посмотреть на свою мать, найти разочарование в турмалиновых глазах. Себастьян в подтверждение своих слов, прижал девушку к себе еще ближе и показательно погладил ее спину, коснувшись губами рыжей макушки. — Не устраивай сцен, Джослин. Поздравляю тебя, дочь. — Джослин только хотела возмутиться, но ее остановил разгневанный взгляд подошедшего к ним Валентина. Мужчина посмотрел на свою бывшую жену, которая сияла от гнева, угрожая превратится в феникса, спалив весь мир в своем огне. — Не нуждаюсь в твоих поздравлениях и в тебе. — Изумрудные глаза Клариссы смотрели на своего отца, взглядом полным ненависти. Себастьян с каждой минутой жалел все больше, что позволил себя дать свободу девушке, ведь сейчас это грозит перерасти в хорошую ссору. — Вся в мать. Очевидно, что Джослин плохо на тебя влияет, и воспитание твое оставляет желать лучшего. Себастьян, надеюсь, что ты сможешь из моей дочери сделать хоть что-то дельное. — Кларисса покраснела от злости и обиды, которая поселилась в этом хрупком на вид теле. Богиня сжимала ладошки в кулаки, чтобы не сорваться и не высказать парочку лестных слов. — Невесту мою оскорблять не надо. Мне ее характер даже очень по душе. — Себастьян даже не удосужился посмотреть на Валентина, взяв ладонь девушки и переплетая их пальцы, в знак поддержки. Клэри посмотрела с благодарностью на парня, а затем на свою мать, которая не верила, что ее дочь так себя ведет. — У тебя нет души. — Джослин прошипела эти слова и не отрывала взгляд от пары. Клэри совершенно не понравилось, как ее мама говорит про Себастьяна, про человека, который сделал для нее гораздо больше, чем они с отцом вместе взятые. — Говорит мать года. Ты хоть что-то сделала, чтобы освободить свою дочь? Ответь. Раз я такой монстр. Сама ты лучше? Сидела и жаловалась, что дочь твою забрали. Ревела, что забрать ее не дают. А что ты сделала? Вот именно, что ничего. Считаешь меня мерзавцем? Пусть так, но Клариссу я не отдам, просто потому что она погибнет в этом змеюшнике. Если не ты, Валентин, ее спихиваешь, то ты, Джослин. Нашла претендента? Поздравляю, но Клэри трогать не смей. Пусть сама решает. — И это говоришь мне ты? Ты поиграешь с ней, воспользуешься и кинешь. — В глазах Джослин стояли слезы, которые Клэри никогда не видела у матери, лишь ее добрый, любящий взгляд дарованный дочери. Кларисса понимала, что Себастьян прав. Ее мама ничего не сделала для нее, для ее свободы и от этого было больно. — Да я люблю ее, идиотка! — Себастьян не выдержал и поднял голос на Джослин. Все мгновенно замолчали, непонимающе смотря друг на друга. Клэри в эту минуту забыла как дышать, ведь парень этого ей не говорил раньше. В ее сердце все эмоции перевернулись, меняясь местами. Теперь ненависть она испытывает лишь к своим родителям, которым она была совсем не важна, а к Себастьяну тепло и благодарность. — Я рада была видеть вас, родители. Себастьян, успокойся и иди, отдохни. Еще час и мы вернемся домой. — Кларисса отпустила руку Себастьяна и пошла к храму. Ей было очень больно от слов, которые она услышала. В глазах появились предательские слезы, которые застилали весь обзор, но она не обращала на них внимания. — С каких пор ты стала считать это место домом? Я не узнаю тебя, дочь. — Джослин смотрела на удаляющуюся спину своей дочери, которая даже не обернулась. Себастьян чувствовал как ей больно и обидно, но она пыталась выглядеть сильной. Он не хотел, чтобы все так закончилось. Парень так же ждал ответа от его невесты и он его получил: — С тех пор, как вы с отцом меня предали. Разговор окончен.