Vanilla flowers

Лорд, всегда был прекрасным бойцом, сильным ловким и умелым, ни кто из королевской стражи не мог победить, этого юношу, настолько легки, аккуратны и точны были движения. С оружием и даже голыми руками, Седрик мог свернуть шею любому, стоило лишь почувствовать запах крови, и в нем просыпался зверь, которого не мог остановить ни кто, он словно хищное животное уничтожал все, что стояло на его пути. Искореняя врагов на корню. И сейчас остановив меч Калеба, Седрик чувствовал, как его переполняет желание убивать. Этого глупого зеленого юнца, посмевшего поднять руку на его женщину, на то, что принадлежит ему. Лорд улыбнулся, показывая острые зубки, его глаза светились алым, он все еще сжимал оружие, спокойно одной рукой, отведя лезвие врага, своим мечом, не давая ему не секунды послабления. Повстанец чувствовал ужасную пугающую силу лорда, он не мог сопротивляться, этот белобрысый с такой легкостью отвел в сторону его меч. Калеб понимал исход поединка, но сдаваться, не намерен, он перережет горло этому змеенышу, а потом займется девкой, да блондиночку повстанец не собирался так просто убивать, он будет долго мучить, отрежет волосы, а потом, обязательно подчинит ее. Получит все без остатка, и неважно, в каком состоянии, он хотел и жаждал ее тело, но не душу. На секунду отвлекшись, он перевел взгляд на Корнелию. Как же он ее ненавидел и обожествлял, каждое ее движение, черту, складочку одежды, он был готов целовать ее ножки, носить на руках. Но… Она отреклась от него, а значит смерть! А лучше муки! Вечные. Парень усмехнулся. Видимо именно эта усмешка это заставило лорда повернуть голову. Он заметил, Корнелию, и глубокую резаную рану на ее шейке, струившуюся кровь, и отрезанную прядку волос, которая лежала у ног девушки. Это взбесило Седрика, этот наглец посмел испортить идеал его Богиню, напугать ее и ранить. Мужчина, ослабил напор на оружие и резко отвел его в сторону, чуть повернувшись на каблуках. Калеб не ожидал этого, он потерял опору, которую выполнял меч лорда, и, замахав руками, упал на землю, его оружие, воткнувшись в грунт, стало легким трофеем для длинноволосого юноши, теперь у него было два меча. И он легко владел ими, словно был рожден мечником, так прекрасны его движения. — Ну что, сдаешься? Так легко? Я ожидал выдающееся владение, а ты оказался побежденным с первого удара. Хах! — Седрик наступил дорогим кожаным ботинком на парня, надавливая со всей силы, словно желая раздавить его, вдавить в землю – Молчишь? Вот и валяйся, мусор – Лорд прошелся по повстанцу, оставляя на его одежде следы подошвы. Калеб лишь скрипнул зубами, это еще не конец!! Он встанет и покажет ему! Но не сейчас, можно проиграть битву и выиграть войну. Нужно подождать, тем более длинноволосы мужчина выбросил меч совсем рядом, только руку протяни. Подождать. Лорд же быстрыми шагами направился к Корнелии, его волновали рана девушки. Присев рядом с ней на корточки, он заботливо погладил ее по голове, приглаживая взъерошенные волосы. — С тобой все в порядке? — немного взволновано спросил он, отрывая кусок от рукава своего платья, и вытирая ее алую горячую кровь. — В порядке? В порядке! – вскипела девушка – Этот, посмел испортить мою прическу, да ему прошения не будет! Ты представь, — но все равно в ее голосе слышались слезы, и выглядела она не так уж уверенно, сидя на земли рядом с кустом ярко алых роз, чертовски привлекательная, вот такая испуганная и родная. Седрик улыбнулся. — Испугалась глупая? Так почему не позвала? – и он обнял ее, как можно сильнее, пытаясь спрятать и защитить, укутать, словно самую дорогую вазу. Нет, он все же не мог выносить ее слез, а сейчас она плакала, пусть и, не показывая, но ее сердце билось в диком ритме, как птичка в клетке, маленькая и слабая. Лорд лишь сильнее сжал объятия. Нет, теперь он ее не отпустит. — Девочка моя, я защищу тебя, даже если потребуется прибежать на край Вселенной, только позови, поняла? Не бойся ни чего, я ведь рядом – прошептал он. — Хорошо – лишь только это сумела произнести Корни, слова почему – то кончились, хотелось молчать, и сидеть вот так прижавшись к нему. Но их романтический момент прервал Калеб, паренек встал, и, подняв меч, был готов снова сражаться. — Тебе не кажется, что опасно показывать противнику спину, мой господин – повстанец склонился в шуточном поклоне перед Седриком – Защищяся! Лорд поднялся со своего места, отбивая выпад противника, значит все решиться здесь и сейчас назад, пути нет. И он обязательно победит! Два юноши, один горячий и неугомонный как огонь, говорящий, прежде чем думающий готовый положить и поставить свою жизнь на кон, смелый и безудержный. Ни кто не сможет остановить его, если он начнет войну, только смерть. Взгляд Калеба, всегда живой и пылающий как у истинного воина. Он боролся за правое дело, всегда, даже если совершал ошибки. Его не научили отступать от своей цели. Даже сейчас! Лучше смерть, чем проигрыш! Мальчика с детства учили быть, героем защищать принцесс и время пришло. Второй, холодный словно вода, много думающий и размышляющий, его действия всегда были правильными, и точными, он редко нарушал свое слово, и редко рисковал. Седрик силен и хитер он лучший воин, хладнокровный и расчетливый. Его глаза, внушают ужас, он может один взглядом подчинить волю, уничтожить желание. Он ни когда не проигрывал! С детства ему нравилось убивать… и время пришло. Они сошлись в поединке, точнее в диком, безумном и смертельном танце, настолько прекрасно и жутком что хотелось закрыть глаза, и ни когда не открывать. Юноши словно соединились в единую субстанцию, и только лязг метала, нарушал идеальную картину. Их прекрасных движений, настолько воздушных и таких, не свойственных драке. Танец, смерти и огня, страсти и мести. Ни один не хотел проиграть, оружие стало их продолжением, настолько точны были движения. Воздух вокруг просто переполнялся яростью. Выпад еще выпад, и искры от мечей, ни один не хотел уступать, но даже самому прекрасному танцу однажды приходит конец, а бою, должен быть проигравший, а иначе ни как. Седрик совершил ложный удар, пригнулся, и резко выставив ногу, за которую запнулся повстанец, повалил Калеба на землю, на правой ноге поверженного противника виднелась огромная резаная рана, парень тяжело дышал, глотая пыль, но подняться сил не было. — Все поиграл? – Лорд рассмеялась, он, конечно, выглядел потрепанным, но был не ранен, меч все так, же уверенно лежал в его руке – А теперь скажи бай! Седрик поднял меч, на вытянутых руках, над головой, дикими глазами смотря на свою жертву. Теперь он уверен, нужно отпустить меч и отрубить этому ничтожеству голову, потому что вот он валяется в его ногах. Поверженный враг. Обездвиженный и слабый, лорд, усмехнулся, и его глаза наполнились сладкой приятной негой, весь мир теперь не имел значение только смерть, так приятно быть палачом. Его руки дрожали, в предвещании развлечения. Но тут до его ушек долетел крик, именно он вывел лорда из ступора. — Нет! Не смей! Просто отпусти его! – кричала Корнелия, вскочив на ноги, и подбежав к юноше, схватила его за рукав – Пожалуйста, не надо! Это..так ужасно. — Я дурак! – Спокойно проговорил, Лорд, отпуская меч и поглаживая Корни по ее длинным волосам, — Ведь ты тут, да для тебя это может быть ужасно. Молодой человек, отпустил оружие, и воткнув его в землю, приобняв девушку за талию. — Ну, может, пойдем, перекусим, чего-нибудь? – Улыбнулся Седрик словно ни чего и не случилось, наверное, для него убийство все же были привычны делом. И Спокойно повернувшись к Повстанцу спиной он пошел прочь из сада, уводя Корни за собой, это было его роковой ошибкой, нельзя показывать спину противнику даже поверженному. Собрав все силы, Калеб подтянулся на локтях и сев, схватился за рукоять меча, а дальше опираясь на лезвие, он сумел подняться на ноги, замах. Шанс всего один. Оттолкнувшись здоровой ногой от своего места, парень подпрыгнул, намереваясь всадить лезвие прямо в спину своему врагу. Цель была слишком близко, и момент — то удачный. Но красивая блондинка, повернула голову, и заметила это. Впервые за долгое время Корнели стало по — настоящему страшно, секунда тянулась невозможно долго. Девушка не могла ни чего сделать кроме того что, резко повернувшись она с силой, на сколько могла, толкнула Седрика в сторону. Лязг. Холод. Дикая боль. Страх. И куча прекрасных золотых снежинок. Боже, как прекрасен этот мир, в его алом закате, смерти.