Viking

— Что ты творишь, Исак? — Фроди был зол, это было слышно по его голосу. — Ты хоть понимаешь, что теперь будет с тобой? Ярл так просто этого не оставит! — Мне плевать, что будет со мной, но считать себя за скотину я никому не дам! — От этого зависит не только твоя жизнь, но и жизнь твоих соплеменников! Хочешь видеть их? Так покорись. — Если мне и суждено стать рабом, то я стану тому, кто победит меня в честном бою! — Исак тяжело дышал и смотрел на старшего. — Фроди, я не хочу кричать на тебя, но пойми, я воспитан, как воин, и моя честь дороже. — Твоя честь сейчас состоит в том, чтобы принять свою участь и быть покорным. Исак понимал, что этим разговором они ничего не добьются и поэтому молча перевел свой взгляд к центру комнаты. Мысли Фроди было можно понять: он старался сделать для него, как лучше, для чужака, с которым он знаком лишь день. Лекарь мог бы просто плюнуть на него и заниматься своими делами, но он нянчился с ним. Со стороны могло смотреться, что Исаку было плевать, чем жертвует Фроди, но это было далеко не так. Ему нужно было донести свои мысли до старика. — Ты роешь себе могилу раньше времени, мальчик. — Старший омега прошёл до очага и стал разводить огонь — Нанеся оскорбление ярлу, ты будешь ждать мщения со стороны его воинов, они любят его, и если Эвен прикажет, то спустятся в Хельхейм за ним. Однако я понимаю твои чувства: ты был рождён свободным викингом, и стать рабом для кого-то - подобно смерти. Исак, не испытывай терпение ярла, — Фроди грел руки о разгоревшийся огонь и неотрывно смотрел на него. Он говорил тихо, но казалось, что каждое слово было пропитано болью, словно он знал о чём-то большем и не говорил. Стушевавшись, Исак медленно подошел к нему и положил руку на плечо, молча выражая поддержку. Говорить сейчас о чем-то, уже не хотелось, да и не было смысла нарушать эту тишину. Весь оставшийся вечер они провели, не разговаривая друг с другом, каждый занимался своим. Омега сложил вещи, которые дал Фроди, и аккуратно унес обратно в сундук, под немой вопрос старика. Если он проиграет на поединке, то смысла в богатых одеждах не было, а Фроди они могут понадобиться. Удивительно, но рядом с ним Исак чувствовал покой и уют, будто был дома с отцом. Возможно, при других обстоятельствах, они могли бы стать кем-то друг для друга, а не в качестве пленника и его смотрителя. *** Он не спал всю ночь, думая над тем, что ждёт его ранним утром с восходом солнца. Какими будут его противники? Сколько их будет? Смогут ли Боги помочь ему? Череда бесконечных вопросов и нет на них ответа. Хотелось быстрой смерти, но, учитывая свое положение, ему об этом только и мечтать. Отец учил Исака держать меч, но куда лучше он владел луком и был быстрым. Поэтому оставалось надеяться лишь на свою ловкость и невнимательность соперника, иначе ему не жить. Вымотанный своими мыслями, Исак выглядел уставшим, а это было слишком плохо для него. Фроди покачал головой глядя на него и сердито вздохнул. Старик явно был недоволен, но всё равно молчал и готовил завтрак. Умывшись, Исак попытался собрать свои волосы, но они были коротки для небольшой косы, поэтому единственным решением было срезать их. Взяв в руки нож, он аккуратно срезал локоны волос ничуть не жалея об этом. Чуть погодя, омега взял небольшое зеркало, что было у Фроди и посмотрел на себя. В отражении на него хмуро смотрел он сам: волосы были коротки, но не слишком, и это не портило его, а даже придавало свое очарование. Исаку оно было не нужно, он не любил свою смазливую внешность: эти зеленые глаза, похожие на кошачьи, эти тонкие губы причудливой формы, всё это его ужасно раздражало. Воин не должен быть таким, но ему удосужилось родиться омегой — красивой омегой. За ним пришел Олаф — огромный альфа со шрамом на половину лица, его похабный взгляд пущенный в его сторону, Исак старался игнорировать, но альфа плотоядно улыбался и показательно облизывал губы. Раздражённо шнуруя ботинки, омега как можно быстрее старался собраться и не обращать внимание на обеспокоенный взгляд Фроди. - Ярл уже там? Как много выступили против него? - Все собираются на площади, а насчет того, кто пойдет против него: Рагнар Рыжий, Эйрик - сын кузнеца и я, - на этих словах Олаф довольно оскалился, будто предупреждая, что он выйдет победителем. Исак на это только усмехнулся: этот альфа излучал самодовольство и идиотизм, если все люди Эвена такие, то победу можно заполучить слишком быстро. Выйдя из дома Фроди, все трое направились к площади, где собиралась толпа. Видимо в этом поселении не часто можно было увидеть поединок омеги, отстаивающий свою честь, так как зрителей было слишком много. Они заполнили всю площадь, даже яблоку негде упасть, некоторые забрались на крыши, чтобы лучше видеть. Проходя сквозь толпу, Исак сжал губы: все узнавали его и шептались, уступая ему дорогу. В центре поселения был очерчён большой круг, границы которого были указаны сигнальными флажками, а с одной стороны стояла большая трибуна. Вероятно там и будет сидеть ярл, наблюдая за боем. Приготовления к поединку шли полным ходом: кто-то носился с оружием и точил его, другие смотрели за порядком в толпе, а кто-то следил за трибуной. Исак обводил взглядом по толпе, пытаясь найти и других участников поединка, но как на зло их не было, кроме Олафа, зато он поймал взгляд девушки, что пристально наблюдала за ним. Её плотно сжатые губы говорили о многом, чтобы понять её настроение, а к удивлению Исака, у нее были короткие волосы, убранные заколкой назад, открывая чистый лоб. Одежда сидящая на ней, говорила о высоком статусе своей хозяйки: длинное платье синего цвета, вероятнее всего из дорогой ткани, поверх которого была накинута накидка из меха лисы, а на груди красовались красочные бусы из разных камней, наверняка огромной стоимости. Её внимание к Исаку настораживало, но повода для беспокойства не было, пока она не прошла к трибуне и не заняла место рядом с сидением ярла. - Фроди, а кто вон та девушка, что сидит на трибуне? У нее короткая прическа. - Это Соня — будущая жена ярла, скверная особа, что желает побыстрее женить на себе ярла, - старик презрительно хмыкнул себе в бороду и сложил руки на груди. - Ходят слухи, будто она убила свою предшественницу, но её вина была не доказана. - Так она не первая невеста ярла? - Вторая. Хильда — была первой, но её смерть была странной: девушку нашли в лесу совершенно обнаженной без следов насилия, словно она просто спала. Её мать твердила, что дочь слышала голоса Богов, будто они призвали её в Асгард. Полоумная старуха. Исак внимательно слушал и продолжал наблюдать за Соней. Она была по-своему красивой, чтобы быть достойной стать женой ярла. Если Фроди был прав и Соня действительно имела непростой характер, то она вполне подойдет ублюдочному ярлу. Та ещё будет пара. - А вот это Вильям — хускарл ярла Эвена, - Фроди показал пальцем на того самого человека, что стоял рядом с Эвеном на пиру и успокаивал толпу. - Именно он принёс тебя ко мне и велел поставить на ноги. Никогда не связывайся с ним: Вильям — мутный человек. Никто не знает откуда он и как стал хускарлом, но Эвен всегда держит его при себе, подобно собаке, что идет за хозяином. - А что представляет из себя ярл? Ты сказал, что он справедлив и настоящий воин, но я хочу знать больше. - Эвен — поздний ребенок прежнего ярла Бальдра. После смерти отца среди его приближенных началась борьба за власть, Эвену тогда было только шестнадцать. Понятно, что юного мальчишку никто не станет слушать, но зря. Парень буквально огнем и мечом забрал власть себе: кто-то сбежал на юг, другие закончили на плахе. Эвен не щадил никого, кто вышел против него. Казалось, что сам Один стоит за его спиной, направляя меч. К своим людям он привязан: много слушает, всегда делит добычу поровну, старается, чтобы не было нужды ни в чём, а если он находил их на измене — кара была ужасна. - Последний орал так, что слышали в соседней деревне, когда ярл ломал его кости, а затем и вовсе потерял голос, но был еще жив, когда его подвесили над воротами, в назидание всем. Труп убрали только вчера перед пиром. Так будет со всеми, кто осмелится предать ярла, - Олаф решил вмешаться и внести в свою лепту в рассказе о «любимом» Эвене. - А вот и сам ярл, сейчас начнётся Хольмганг и я заберу тебя себе, малыш, - альфа снова улыбнулся ему и прошёл ближе к трибуне. - Не раньше, чем я тебя кастрирую, придурок. - Эти слова вызвали улыбку у Фроди, но он скрыл это за показательным кашлем и отвернулся. *** - Все знают о правилах Хольмганга: сражаться на смерть, но учитывая обстоятельства того, что «трофей» сражается сам, - на этом моменте Эвен презрительно усмехнулся, - бой будет длиться до того, пока один из участников не уронит другого на землю, и тот признает свое поражение. Есть три претендента, готовые бросить омеге вызов, победитель забирает его себе. Однако если победит омега, что маловероятно, то я признаю его свободным и отпущу. Слушая ярла и пропуская его издевку о «трофее», Исак внимательно следил за ним. Эвен не вызывал у него доверия, и поэтому он искал подвох в его словах, но не найдя его, Вальтерсен сжал кулаки. Сейчас решится его судьба: всё или ничего. Толпа бушевала, они явно хотели быстрее начать, и Эвен не отказал им: махнув Вильяму рукой о начале поединка, он сам удобно устроился в своём кресле на трибуне. Фроди отвел Исака к стойке с оружием: так как он имел низшее сословие в данный момент, то кольчуга или другое обмундирование ему не предлагались, но была возможность выбрать оружие. Парень остановил свой выбор на лёгком топоре, что крепился к поясу, мече, который удобно лежал в руке и щит, что был достаточно большим и тяжелым на вид. - Исак, не знаю, что ты делаешь с собой, но будь осторожен, мальчик. Олаф и Рагнар - серьезные соперники, закаленные в сражениях они с легкостью одержат верх над тобой, но не сбрасывай со счетов Эйрика, тот хоть и не воин, но меч держать умеет. - Фроди с беспокойством следил за ним и помог с оружием. - Спасибо Фроди, за всё. Ты слишком мало знаешь меня, но сделал очень многое. - Ты похож на одного человека, что я знал давным-давно, воспоминания о нём грели мою душу. Когда-нибудь я расскажу тебе о нем, а теперь ступай и сражайся за себя. Да хранят тебя все Боги. Стоя в круге, Исак рассматривал первого соперника: это был Рагнар Рыжий, а своё прозвище он получил потому как действительно имел рыжую копну волос и бороду до самой груди. Мощный альфа с секирой в руке, которую он любовно поглаживал, смотря на Исака. Поединок уже начался, но противники не спешили ринуться в бой, а оценивали друг друга, пока наконец, Рагнар не сделал шаг в его сторону. Секира угрожающе выглядела в его руках, а сам мужчина с боевым кличем понесся на омегу. Исаку хватило мгновения, чтобы увернуться и попытаться нанести удар, но Рыжий отбил его, занося свой. Сил у этого альфы не отнять, что быстро понял Исак. Нужно было брать хитростью, а иначе сил у самого омеги не останется и к концу боя. Ударив Рагнара щитом, Исак оттолкнул его подальше и произнес: - Силы у тебя есть, но мозгов - нет. - Твой язык имеет другое предназначение, сопляк. - Например, ещё больше унизить тебя? - Исак старался загасить бдительность альфы и поэтому нес полную чушь. - Мне вот интересно: ты видный альфа, но сражаешься за меня, что, ярл заставил, или другие омеги не клюют? - Я раздавлю тебя за твои слова, - Рагнару надоела эта болтовня и он с большей скоростью пытался нанести удары, от которых уворачивался Исак. Наконец альфа неудачно упал на одно колено, в ходе не острожного выпада и это дало омеге шанс. Выбив секиру из рук, Вальтерсен подставил меч к его горлу. - Признаёшь поражение? - Скорее Тор утратит Мьёлльнир, чем я проиграю омеге, - выплюнул Рагнар, но не шевелился. - Тогда передай ему мой поклон, - Исак надавил на рукоять меча и вонзил в горло альфы, вскрывая его. Кровь окропила землю и меч, заставляя толпу завороженно смотреть на нее. Повернувшись к трибуне, где сидел ярл, омега громко произнес. - Один. Следующим был Эйрик, молодой альфа, что был не старше Исака. Он налетел сразу, пытаясь сбить омегу с ног. Быстрые и хаотичные удары занимали много энергии, что было слышно по тяжёлому дыханию альфы, который сопел, словно разъярённый як. Вальтерсен кружился вокруг него, издеваясь над противником и нанося редкие удары, приводя в ещё большее бешенство Эйрика. Альфа явно не думал, а старался бить, что было на руку Исаку. Чем быстрее тот выдохнется, тем быстрее будет его поражение. И он не ошибся: Эйрик с усталостью стёр пот со лба и смотрел на него, пытаясь оценить ситуацию. Вот был момент для Исака, он сорвался с места и нанес быстрый удар по щиту противника, оглушая его. Сын кузница выронил щит, но не оружие. Придя в себя, он старался реабилитироваться в глазах толпы и наносил удары, но Исак был быстрее. Когда ему это надоело, он выкрикнул: - Лови! - И бросил свой щит в сторону Эйрика. От неожиданности альфа и впрямь поймал щит, но уронил свой меч. Эта была победа. Направив свой меч на него, Исак задал немой вопрос. - Признаю поражение, - Эйрик явно был не в восторге, но повторять судьбу прошлого противника явно не собирался. - Два! - Исак насмешливо поклонился ярлу и взял свой щит обратно в руки. Олаф явно был умнее двух других: его удары были словно на пробу - медленные и явно невпопад, так он старался изучить противника. Исак же внимательно следил за ним: с этим придется возиться подольше. Ходя по кругу и смотря друг другу в глаза, они старались не упустить ни одной мелкой детали, что привела бы к победе. Бросив свой щит на землю, Исак покрепче ухватился за меч и сделал выпад в сторону Олафа. Тот был к этому готов и с легкостью отбил его, а затем нанес свой. Увернувшись, Вальтерсен резко побежал в сторону трибуны, оставляя соперника и зрителей в смятении. Он не знал, что делать и резко остановился перед трибуной, смотря ярлу в глаза. Эвен молча приподнял брови и смотрел в ответ, будто задавал вопрос, на который Исак не знал ответа. Повернувшись к противнику, Вальтерсен спросил: - Из-за него ты сражаешься? - Я не дам тебе обмануть меня, не поведусь. - Олаф явно был умнее. - Ты уже повелся, болван, - Исак блефовал, как мог, и беззаботно оперся на свой меч, смотря на альфу. Олаф пристально смотрел на него, а потом сплюнул на землю и побежал на него. Все они одинаковы: только затронь и уже теряют голову. Отскочив в бок и подставив свою ногу, Исак дал альфе упасть на землю и пропахать её лицом. Глухо зарычав, Олаф быстро поднялся с земли и налетел на Исака, оттесняя его в центр. Удары были сильны и слишком быстры, отчего омега с трудом поспевал отбиваться и держать контроль над собой. Резкий удар альфы выбивает из его рук меч, оставляя Исака безоружным. - Признаешь поражение? - Олаф самодовольно усмехнулся и обвел толпу взглядом, ища поддержки. - Нет. - Схватив быстрым движением топор с пояса, Исак ударил им по щиту альфы, пробивая его насквозь и выхватывая его из рук Олафа. Тот хотел уже нанести удар, но омега оказался быстрее. Прошла секунда прежде чем альфа понял, что произошло: топор торчал из его руки, но не отрубил её до конца. Дикая боль пронзила его, и он закричал, падая на колени, прижимая руку к себе. Вытащив топор, Исак ударил им еще раз, но уже в голову, пробивая ее. Тело Олафа безжизненно упало перед ним, а карие глаза альфы смотрели на него с немым укором. Выдохнув, Исак так и стоял рядом с ним, смотря, как кровь с тела распространяется вокруг него. - Три. - Вальтерсен повернулся к трибуне и под нарастающую тишину громко произнес. - Победа моя, как и свобода, которую ты даруешь мне. Ярл молча смотрел на него, а затем встал с сиденья и подошел к краю трибуны. - Я бросаю тебе вызов.