Viking

Приходить в сознание было тяжело: голова ужасно болела, а веки казались свинцовыми. Если открыть глаза было тяжело, то поднять голову было непосильной ношей. Где-то рядом послышался топот копыт и скрип повозки. Значит его оставили в живых и везут, как трофей? Это было хуже смерти, ведь теперь его, как скотину отдадут в руки какого-нибудь мужлана. Тяжело застонав, Исак попытался перевернуться на бок, но ничего не получилось: боль в голове была настолько сильной, будто в ею били по наковальне. Глаза снова закрывались и ему ничего не оставалось, как вновь впасть в беспамятство. Следующее его пробуждение было куда более приятным, чем первое. Омега лежал на мягкой шкуре, вероятно принадлежащая яку, с трудом поднимаясь на локти, Исак осмотрелся вокруг. Это был чей-то дом, небольшой, но весьма ухоженный: в центре был потухший очаг, а над ним был чан, откуда исходил приятный запах, чуть дальше в углу стояла массивная кровать, заправленная шкурами, а рядом с ней стол со скамьей. Но что более запомнилось Исаку, так это то, что повсюду висели травы, некоторые из них он узнал. Значит он был в доме лекаря, но зачем было выхаживать раба? Но благодаря этому, его голова не сильно таки и болела, а это было приятной новостью. Осторожно поднявшись с кровати, он только сейчас заметил, что был одет в чистую одежду, но она явно была не его размера и немного свисала на плечах. Медленно подойдя к бочке с водой, стоявшей у стены, Исак зачерпнул воды, дабы освежиться. — Я могу набрать для тебя бадью и дать мыло — голос заставил его резко обернутся. Перед ним стоял мужчина в возрасте: седые волосы были коротко отстрижены, но была густая борода, кое-где заплетенная в косички, сам он был одет в длинную рубаху, заправленную поясом, а, но ногах свободно сидели штаны из овечьей шерсти. Исак незаметно повел носом: мужчина был омегой, и это немного успокаивало. — Спасибо. — Фроди, меня зовут Фроди. — Исак. Он помог ему принести бадью и набрать воды у реки, что текла совсем рядом. Фроди был немногословен, а может он просто присматривался к нему, но Исаку он понравился, к тому же действительно оказался лекарем. Немного худощав, но Фроди был крепок и все еще резв. Лекарь жил один и поэтому присутствие еще одного жильца, не стесняло его. Исак хотел задать вопрос о том, что он тут делает? Разве его место не в яме для пленных рабов? Однако гостеприимство старого омеги сбивало с толку и поэтому он молчал. Сложив свои вещи у бадьи, Вальтерсен с блаженством окунулся в воду и откинулся на стенку. Фроди сидел за столом и перебирал травы сортируя их и развешивая перед собой. — Фроди — Исак все же решился задать вопрос и ждал реакции, — зачем меня привели к тебе? Я должен был сидеть в яме и ждать своей участи. — А разве здесь ты ее не ждешь? — старик развернулся к нему и пристально посмотрел. — Тебя привели ко мне без сознания и велели поставить на ноги к вечеру, а что будет потом, известно только Богам, во всяком случае, это не приведет ни к чему хорошему. — Что будет вечером? — Ярл дает пир в честь удачного похода на Ралофа. Вспомнив почему он здесь оказался, Исак поджал губы. Разум не хотел верить, что с его селением обошлись вот так и его лишили дома, а сам он был никем. Впрочем, ему не привыкать, но Ева. Вспомнив о подруге, Исак резко присел в бадье и застыл. Как он мог забыть о ней? Черт возьми, он не сможет себя простить, если сейчас что-то случится, тем более он оставил ее одну, даже не подумав. — Фроди, а среди пленных была девушка? Омега моего возраста. — Ко мне привели только тебя, но я знаю, что были и другие пленные. Должно быть их увезли на рынок рабов. Ругая себя за непростительный поступок по отношению к подруге, Исак натер себя мылом и принялся соскребать грязь с тела. Он должен был узнать, что стало с Евой и остальными, ему нельзя здесь долго находиться, кто знает, что этот ярл мог сделать с ними. Позже, уже закончив с мытьем, он убрался за собой. Исаку все еще было непонятно для чего ярл оставил его здесь, возможно, как он и предполагал: его отдадут, как наложника. Да он себе глотку вспорет, чем добровольно ляжет с кем-то из этих чужаков, но сначала ему нужно было узнать, что к чему. Если ярл действительно отдаст его кому — то из своих, то ему нужен был план действий: нельзя бросаться на врага, не имея оружия и трезвой головы, так всегда говорил отец. Все — таки, Один забрал его слишком рано в Вальхаллу, но отец был этого достоин и погиб, как настоящий воин. Фроди уже накрывал на стол и ждал его для обеда. Этот старик был добр к нему, раз сажает за один стол с собой пленника и делится с ним едой. Смущенно поблагодарив, Исак только сейчас заметил, что ужасно голоден: он не ел со вчерашнего дня, до того как ушел на охоту. На столе было блюдо с бараньей ногой, похлебка из пшена и кубок с грогом, все это аппетитно пахло и юноша накинулся на еду. Фроди смотрел на него и улыбался чему-то своему себе в бороду, но Вальтерсен этого не заметил. Он с увлечением поедал свой обед, забыв о приличиях и вспомнив тогда, когда доел свою миску с похлебкой. — Прости, я забыл о традициях. — Наверно его красные уши, что горели огнем, были прекрасным украшением того же цвета лица. Смех Фроди был приятным: теплым и немного басистым, оно напоминало ему об отце, который также смеялся над ним. — Ешь мальчик, тебе предстоит трудный вечер. — Говоря об этом: каков ваш ярл? Меня отдадут, как наложника? — Ярл Эвен тяжел характером, как и его покойный отец, но он справедлив. Настоящий викинг. Однако то, что ты устроил в чертогах было чем-то невообразимым. — Этому ублюдку могло быть и хуже, если бы я успел вскрыть ему глотку. — Исак с ожесточением оторвал кусок хлеба и засунул в рот. — Многие пытались, но ты подошел к этому так близко как никто другой до тебя, что даже умудрился подставить свой меч к его груди, когда он был без оружия. Твоя смелость похвальна, но ты также глуп, если думал, что сможешь убить его в чертоге, полным его воинов. — Фроди задумчиво смотрел на него и отпивал свое вино из кубка, даже не притрагиваясь к еде. — В следующий раз я закончу начатое. — А ты уверен, что будет оно? Теперь ты живешь здесь, в поселении, где каждый встанет за ярла. — Даже ты? Убьешь меня, если ярл прикажет? Лекарь не ответил на это, он перевел свой взгляд на кубок с вином. Старик поглаживал свою бороду и продолжал молчать, будто не замечая пытливого взгляда Исака. Парень отодвинул от себя блюдо с мясом и вышел из-за стола. Понятно, что Фроди ему не ответит на этот вопрос: он ведь живет здесь, ярл дает ему свою защиту и крышу над головой. Хотелось пройтись, но вряд ли ему позволят, поэтому он ушел к своей кровати и лег на нее. — Сегодня Боги решают твою судьбу, мальчик. Если они позволят, то все решится удачно для тебя. *** Наступление сумерек, Исак ждал с тревогой: все-таки знать, что тебя, словно вещь отдадут в чьи-то руки, было не самым приятным. Фроди молчал после своих слов и также принялся перебирать траву и сушить ее. Когда пришло время, он достал из сундука одежду и протянул Исаку. - Надень это, так ты будешь выглядеть достойно. - Мне все равно в какой одежде меня продадут. Это не сделает мою жизнь лучше. - Послушай меня, Исак. От того как ты выглядишь будет зависеть твоя жизнь: чем лучше ты смотришься, тем более знатные воины возьмут тебя. Это намного облегчит твою жизнь, поверь мне. Старик всунул ему в руки одежду и толкнул одеваться. Не хотя разворачивая вещи, Исак все же оценил ее убранство: белая сорочка, была из дорогой ткани, которую он никогда не видел, она переливалась на свету огня и выглядела потрясающе, а на ощупь была нежнее, чем обычная рубаха, брюки же были синего сукна с ремнем из телячьей кожи, а на ноги старик дал удобные ботинки, которую носила только знать, поверх всего этого была накидка из меха лисицы. Переодевшись, Исак чувствовал себя нелепо: Фроди не за чем было давать эти вещи, возможно они больше никогда не увидятся, но он не пожалел для него. Старик сделал для него больше, чем другие люди, после отца и Евы, и за это стоит быть благодарным. - Покажись мне, - Фроди обошел вокруг него и удовлетворенно кивнул, - ты выглядишь не хуже ярла, Исак. Теперь дело осталось за тобой, да направит тебя Один. - Мне не чем тебя отблагодарить, Фроди. Ты слишком добр ко мне. - Придет время и ты поймешь, что доброе сердце — одно из сокровищ сего мира. Исак улыбнулся и взлохматил свои волосы, они снова отросли и теперь спадали кудрями, что не нравилось ему в отличии от Евы. Мысль о ней опять кольнула его в сердце, ему было необходимо знать, что стало с ней. Немного погодя, когда Фроди собрался сам, они двинулись к чертогу ярла. Проходя по улицам, Исак то и дело осматривался по сторонам: большие дома стояли совсем рядом друг другу и каждый был украшен щитами или другим оружием в знак того, что здесь живут воины. Люди казались счастливыми и в где-то в домах разносилось пение и смех, кто-то, идя по улицы, разворачивался ему в след и внимательно смотрел. Исак ежился от этих взглядов, все-таки у себя он привык к ним, но здесь были чужие люди. Фроди взял его за руку и направился прямиком к центру поселения, куда стекалась толпа. Двери чертога были открыты и оттуда доносилось веселье: люди ярла праздновали добычу и пели песни, распивая грог. Пройдя через двери, они прошли к дальнему углу и встали у стены, наблюдая за всеми. Большая часть уже была пьяна, они громко смеялись и пировали, кто-то успевал тискать девок, а кто-то уже лежал под столом, но в один момент все затихли. Исак перевел взгляд к центру, где должен был восседать ярл и присмотрелся. Рядом с троном стоял высокий молодой мужчина, он вытянул руки, чтобы успокоить толпу. -Тише! Ярл хочет говорить с вами. К нему подошел второй человек и Исак сконцентрировался на нем: это был тот, на кого он направил меч. Высокий русоволосый мужчина с пронзительно голубыми глазами, он был выше Исака на пол головы и казался слишком грозным, его глаза внимательно смотрели на толпу, а губы были сжаты. Весь его вид говорил о том, что в этом месте он — вождь, что люди пойдут за ним, если он поднимет свой меч и это было так: многие стучали кубками по столу и свистели, приветствуя своего ярла. Наконец он поднял руку и толпа ждала его слов. -Братья мои! Сегодня мы празднуем победу над Ралофом Свирепым и его людьми. Видит сам Тюр, что наша победа была заслуженна вами и вашей храбростью! - люди загудели и одобрительно кивали. - Пусть наши предки смотрят на нас с Вальхаллы и гордятся нашей славной битвой. Добыча будет разделена поровну каждому из нас, да славятся Боги! - толпа кричала и восславляла своего ярла. – Многие из вас получили себе пленника — на этих словах Исак дернулся и стал внимательно слушать, - однако я припас особенного для моих братьев, этот пленник достанется тому, кто покажет себя в Хольмганге, сильнейший из вас получит мой подарок. Воины в чертоге заинтересованно поднялись со своих мест и стали переговариваться. Исак уже понял свою роль, он и был этим чертовым призом. Сжав кулаки, он прошел к центру чертога, не обращая внимание на Фроди. Встав перед ярлом, он посмотрел на него и сказал: - Тюр будет мне свидетелем, я не стану стоять и ждать своей участи. Я вызываю каждого, кто осмелится пойти против меня. Его слова слишком громко пронеслись над чертогом, заставляя всех затихнуть. Ярл смотрел ему в глаза и сжимал губы. - Ты осмелился поднять на меня меч, который тебе не принадлежит, однако, я пощадил тебя и не казнил сразу, а теперь ты бросаешь вызов моим людям? Ты — пленник, у тебя нет никаких прав. - Скажи сразу, что трусость твоих людей скрывается за твоими словами, ярл Эвен, — видят Боги, что эти слова еще воздадутся Исаку, но он с вызовом смотрел на противника. Тишина вокруг них сгущалась, а Эвен смотрел на него, как на мусор, что не стоит внимания. - Завтра на рассвете твоя жизнь станет пылью под ногами одного из моих людей, - после этих слов он махнул рукой Фроди, чтобы тот увел Исака. - Завтра я омою кровью твоих людей свои руки, - прошипел ему в ответ Вальтерсен.