Практика.

      Этой ночью он не смог остаться. Алекс думала, что не сможет заснуть, но, стоило только её голове коснуться подушки, как девушка мгновенно провалилась в тяжелый сон без сновидений.       Обстановка в общежитии заметно напрягала Чунмёна. Он понимал, что все мемберы если не знали наверняка, то должны были догадываться о его отношениях с Алекс, но почему-то старательно делали вид, что ничего не происходит. Мён пробовал поговорить с каждым в отдельности, однако они будто сговорились и молчали как рыбы.       — Бесит обстановка. Не понимаю, что происходит. Может, всё-таки расскажешь? — всплеснул руками лидер, входя в их общую с Сехуном комнату.       — Хён, — Сехуну надоело молчать. — насколько у вас всё серьезно с Алекс?       — О чём ты?       — Вы ведь встречаетесь?       — Да.       — И как далеко зашло?       — Ты вроде говорил, что я большой мальчик, и не тебе…       — Если хочешь понять, что происходит, ответь на мой вопрос, — перебил его маннэ.       — Я не знаю, что тебе ответить. Мне хорошо с ней.       — Ты спишь с ней?       — Сехун!       — Что "Сехун"? Ты ведь соблазнил её! Я же вижу, каким плотоядным взглядом ты смотришь на неё!       — Ну, кто кого соблазнил, это ещё вопрос… — улыбнулся своим воспоминаниям Мён.       — И что ты думаешь дальше? Её контракт кончится через неделю. Что потом?       Обухом по голове. Нет, Чунмён знал, что срок контракта Алекс составлял три месяца. Но так увлёкся ею, что забыл, когда эти три месяца истекают.       — Всего неделя, — пробормотал он озадаченно. Чунмён всегда гордился своей внимательностью к деталям, аккуратностью и ответственностью, а тут… Как он мог забыть о времени?! А Алекс? О чём она сейчас думает?       — Да, хён. Потом у неё не будет причин возвращаться в Корею. И в тур по Европе она с нами не полетит. Я не знаю, насколько далеко у вас всё зашло, но советую тебе подумать о своих и её чувствах, — прервал его размышления маннэ.       — Остальные знают о нас?       — Минсок хотел поухаживать за ней, я отговорил. А Чен с Бэком собирались спорить на деньги, что ты с ней спишь.       — Как пОшло!       — И всё-таки. Чен уверен, что спишь, а Бэк настаивает, что между вами максимум — симпатия.       — А остальные?       — Похоже, только Чанёль просёк, что происходит. Я нем как рыба, вы ведь оба не хотели никому рассказывать.       — Что произошло вчера? Вы тогда были напряжены все.       — Чондэ и Бэк уже бились об заклад. Я обозвал их придурками, а Чонин их высмеял, сказал, что с ней, наверное, здорово побарахтаться в постели, но не заводить серьёзные отношения. Кёнсу считает, что она девушка не ветреная и подобного отношения не заслуживает и что спорить о таком — глупо и бездушно. Лэй думает, ты достаточно разумен, чтобы не сходить с ума, и не стал бы заводить отношения на такой короткий срок. Мы заспорили, но никто не уступал. А потом пришёл ты. С этим, — он ткнул Чунмёна пальцем в плечо, ровно в то место, где ещё алел засос.       — Чёрт!       — Я надеялся на твоё благоразумие, но ты увлёкся. Слишком увлёкся, судя по всему. Я попросил их не тупить и не лезть к вам.       — Что мне теперь делать, Се? — обречённо спросил Чунмён.       — Я не знаю. Поначалу романтика между вами мне даже нравилась. Но теперь… Кай прав, на серьёзные отношения у вас просто времени нет. Ты должен разобраться с этим до тура.       Чунмён признавал его правоту, но совершенно не видел выхода. Он не считал, что испытывает сильные чувства к Алекс, но стоило представить, как она уедет навсегда, под рёбрами тоскливо защемило. Что это с ним? Впереди напряжённый график, в недалеком будущем маячит армия, а дальше — неизвестность. И даже если бы Алекс осталась в Корее, что он может ей предложить? Остаток ночи Чунмён пытался решить эту непростую задачку, но встретил рассвет с таким же разбродом в голове, что и накануне вечером.       До концертного тура оставалось четыре дня. Алекс не находила себе места. По наивности она рассчитывала провести всё оставшееся время с Мёном, но он был слишком занят или специально избегал её. Девушка почти убедила себя, что это не чувства, а только страсть и похоть, и всё пройдёт, когда они перестанут часто видеться. Наверное. В любом случае, ей карьеру нужно сделать. Мама делает вид, что поддерживает её уверенность в своих силах, для отца она просто любимая доченька, которая всегда права. А брат… брат считает, что из неё получится отличная жена и мать, а желание заниматься танцами — временная дурь, перебесится.       — Алекс, привет! Хорошо, что смогла найти для меня время.       Менеджер Чхве Ре Вон был тем самым человеком, с которым она подписывала контракт в самый первый раз, приехав в Корею с Заком Вудли в качестве помощника хореографа. Он назначил ей встречу сегодня в SM и немного опоздал из-за полуденных пробок.       — Я слышал о вас только хорошее от Ён Мина, — начал менеджер, суетливо раскладывая свои вещи на небольшом столе в маленьком кабинете для переговоров.       — Благодарю. Надеюсь, моя работа удовлетворит ваше агентство.       — О, более чем! Вы нам очень понравились, Алекс. Настолько, что мне поручено предложить вам заключить новый контракт.       — Вот как? — оживилась Алекс. Она думала о том, как быть теперь, когда закончится срок её трехмесячного контракта. Возвращаться в студию Зака не хотелось, да и не известно, перегорел ли он и что её там вообще ждёт. Конкурс в труппу будет проходить в США только через три недели. Так что новый контракт в Корее как раз кстати.       — Вы, наверное, знаете, что у нас всегда много трейни. Полгода назад выбрали пять девочек, из них сейчас формируется группа и придумывается концепт. Своего хореографа у них пока нет. Так что, если вам интересно, я принёс документы.       Алекс ликовала. Наконец-то её признали достаточно самостоятельной, чтобы доверить хореографию новой молодёжной группы. А, учитывая институт трейни и продвижение молодых исполнителей в этой стране, всё может принять очень даже значительные масштабы. И она сможет быть рядом с Мёном.       — ЕХО прекрасно отзывались о вас. Особенно хвалил Чунмён.       — Вы говорили с ними?       — По правде нет. Но Чунмён был на личной встрече с Ли Су Маном и предложил вашу кандидатуру.       Сердце Алекс ухнуло куда-то в желудок. Значит, это не её заслуга. Ей предложили контракт, потому что Мён попросил. Алекс обещала Ре Вону подумать над предложением, а он сообщил, что её ответа будут ждать десять дней.       «Нам нужно встретиться».       «Хорошо. Я приду к тебе».       «Нет. В здании SM. Я буду ждать час».       «Я приду».       Но появился Мён уже через пятнадцать минут. Он был в дороге, ехал на встречу в SM, когда пришло смс от Алекс. Девушка сидела в пустом кабинете для переговоров. Чунмён нервно улыбнулся, встретив её напряжённый взгляд.       — Привет.       Алекс резко поднялась со стула, подошла вплотную и стукнула его кулаком в грудь. Не то, чтобы её действие возымело хоть какой-нибудь эффект, Мён даже не шелохнулся, но напрягся ещё сильнее.       — В чём дело? Что с тобой?       — Зачем ты просил за меня перед Ли Су Маном?       — Я не просил. Я только похвалил твою работу и предположил, что агентству очень даже пригодится талантливый молодой хореограф со своим стилем из заграницы.       — Это почти одно и тоже. Зачем? Ты ведь знаешь, как важно для меня добиться чего-то самой? Как сильно я хочу доказать, чего стою, и получить достойное предложение не по чьей-то просьбе, а за собственные заслуги! Это унизительно.       — Алекс, я так не считаю. Ты очень талантлива и усердно работаешь.       — Почему ты? — голос девушки срывался, в глазах стояли непролитые слёзы. — Я бы спокойно отнеслась, будь это любой из вас, но ты! Знаешь, как это выглядит? Как будто только ради этого я спала с тобой.       — Не говори глупости! — мягко перебил Мён. — Я рад, если тебе сделали конкретное предложение. Это только твоя заслуга, я никого ни о чём не просил. Какое, кстати предложение?       — А вот тут вопрос у меня. Ты правда не в курсе?       Его обескураженный взгляд красноречивее любых слов.       — Я должна поверить? А сделали бы мне это предложение, если бы ты не заикнулся обо мне на встрече с Ли Су Маном?       — Алекс, как думаешь, откуда руководство могло бы узнать о тебе? Наблюдали сами? Должны были тебя спросить о твоих же успехах? Положились на авось? Нет, так дела в крупных компаниях не делаются. Логично, что о тебе и твоей работе спрашивают, и в том числе меня, как лидера группы, и логично, что я отозвался о тебе хорошо. Твой танец и номер с песней согласованы на высшем уровне, нам бы не разрешили с ними выступать, не будь они достаточно хороши. Я помню о твоих желаниях и не стал бы просить, чтобы тебе дали контракт просто потому, что ты мне нравишься. Ты действительно заслуживаешь доверия и у тебя отлично получается. И ты мне нравишься. Очень.       Карие глаза встретились с серо-голубыми. Алекс на мгновение даже забыла о своём разочаровании, но скоро взяла себя в руки. Если она сейчас поддастся его обаянию, не сможет разобраться до конца в ситуации и завершить эти отношения наиболее травматичным путём, потом будет корить себя. Мён протянул руку к её лицу, но девушка отшатнулась.       — Я буду участвовать в конкурсе Ballet Hispanico в Нью-Йорке. Тина Рамирез по связям не берет, и о моём участии там знают только ты и ребята, и я искренне надеюсь, что никто не станет вмешиваться в конкурс.       — У меня и в мыслях не было. Но Алекс, подумай над…       — А после концерта в Москве я останусь у родителей на две недели перед конкурсом. Отдохну в кругу семьи.       Вот как. Она уже всё решила. Рассчитала. И порывает с ним. Вот просто так. Прямо сейчас. Мёну вдруг стало холодно и обидно. Она перебила его, возможно, догадывалась, что он хотел сказать, но не дала закончить. Всё-таки чувства к ней оказались сильнее, чем он думал ещё час назад.       — Что ж, я рад, что ты идёшь к своей мечте. Удачи.       Чунмён развернулся и молча вышел из кабинета, слишком переполненный эмоциями, чтобы не наговорить того, за что потом придётся раскаиваться.       Показалось, или она заметила гримасу боли на его красивом лице? Всего секунда, но всё же … Неужели он относился к ней серьёзнее, чем Алекс думала? Правильно ли она поступила? Алекс села на стул и уронила голову на руки.