Лишение свободы с дальнейшим использованием

Три последующих дня казались Джину самым настоящим Адом на земле. Ему казалось, что преисподняя разверзлась прямо под его ногами, а где-то на периферии его сознания пляшут черти и только и ждут, чтобы подтолкнуть его к самому краю. На самом деле, Джин имел привычку преувеличивать все на свете и придавать некоторым вещам слишком большое значение, но все происходящее казалось ему действительно невообразимым. Ну подумаешь, снится ему, как он в очередной раз приводит Тэхена в полицейский участок. Ну приковывает он его наручниками к решетке, а дальше как в традициях лучших порнофильмов, все у них начинается с поцелуя. Ну и потом Тэхен каким-то неведомым образом без одежды, а Джин просыпается весь мокрый, будто только что марафон пробежал в несколько десятков километров, и со стояком. И ему самому смешно, потому что ему как бы уже двадцать пять, и подумать только - мокрые сны? На работе он весь на нервах, в отделе его шугаются и шушукаются по углам, пытаясь выяснить причину. Джин глушит чашками отвратительный растворимый кофе (машинка сломалась, и никто ее до сих пор не починил) и заполняет надоедающие отчеты. Из вызовов только подростки, распивающие алкоголь в общественном месте, да поножовщина в каком-то переулке, даже без жертв. Джин понимает, что думать в таком ключе как-то не по-человечному и совсем не правильно для полицейского, но поделать с собой ничего не может. У него уже нервы на пределе, а желание проломить кому-нибудь череп битой никуда не девается. Вот и остается ему шутить с самим собой в своей голове. Еще чуть-чуть и можно будет обращаться к штатному психологу, а потом подыскивать себе место вышибалой в каком-нибудь ночном клубе. - Мелкий вандализм на Лэйк-стрит 23, - передают ему, и Джин, довольно улыбаясь, принимает вызов. Вот ты и попался. У Джина даже в голове удовлетворенно скалится его внутренний монстр, которого, как бы, раньше не было. У него все внутренности сжимаются, так что к нужному адресу он подъезжает несколько воодушевленным. Район довольно тихий - здесь в основном живут семейные пары или уже пожилые дамочки, которые каждое утро выгуливают своих маленьких собачек и ходят по магазинам, ища выгодные предложения и доставая продавцов-консультантов дотошными вопросами. Джин уже знает, что виновника следует искать между домами, так что сразу идет туда. У него уже приподнятое настроение, он насвистывает глупую песенку из рекламы хлопьев, и как-то не торопится. Чуткий слух улавливает характерное встряхивание баллончика, а потом шипящий звук выпускаемой под давлением краски. Ему интересно, какой на этот раз "шедевр" изобразил Тэхен, так что он стоит за спиной у парня еще какое-то время. И, честно говоря, его больше интересует не творение, а сам вид, который открывается сзади. Джин скользит взглядом по спине в джинсовой куртке, спускается чуть ниже, оценивает подтянутый зад в обтягивающих (и как только натянул?) джинсах, и внутренний монстр удовлетворенно облизывается. - А я уж думал вы не придете, - поворачивается к нему Тэхен, привычно улыбаясь-скалясь. Джин, на его удивление, отвечает тем же, вводя правонарушителя в некий ступор. Тэхен смотрит несколько шокировано, о чем свидетельствуют широко раскрытые глаза, которыми он уставился на лицо Джина. Словно видит в первый раз. Он подходит к Тэхену, поворачивая его спиной к себе и выводя парня из транса. Тот недовольно шикает, когда Джин чуть сильнее, чем обычно, вжимает его в стену, и руки выворачивает не так осторожно, как всегда было. Все просто - у Джина терпение лопнуло, как воздушный шар, а Тэхену следовало бы меньше нарываться. - Вы сегодня необычно злы, офицер Ким, - тянет парень, когда Джин застегивает на его запястьях наручники. - Какой есть, - практически шипит он, заталкивая Тэхена в салон и громко захлопывая дверь служебной машины. Джину кажется, что у него перед глазами красная пелена, а в голове кто-то шепчет о том, чтобы он разложил Тэхена на заднем сидении. Он трясет головой, прогоняя ненужные мысли и вдавливает педаль газа практически в пол. Шины жалобно скрипят по асфальту, а Тэхен сзади несколько испугано вжимается в сидение. "Кажется, довел", - проскакивает в его голове, только теперь это кажется не самой потрясающей идеей в мире, а оставаться с офицером наедине в его кабинете сравнивается с возможностью зайти в клетку к разъяренному гризли. Тэхен сидит тихо, как мышка, стараясь даже не подавать ни одного звука, и когда Джин сбавляет скорость до приличных 38 миль в час* облегченно выдыхает. Он видит, как офицер чуть ослабляет хватку на руле, и это тоже приносит ему некое спокойствие. Когда они приезжают, Джин вытаскивает Тэхена из машины не так грубо, как заталкивал туда (будто бы он сопротивлялся). Парень осматривает Джина так, словно видит впервые, и в его глазах уже горят привычные бесовские огонечки. Джину, наверное, должно было быть не по себе, только вот у него у самого в глазах, кажется, само адово пламя полыхает. Тэхена проводят через КПП, по привычным петляющим коридорам до самого дальнего кабинета - именно там и восседает Ким Сокджин. Его запихивают внутрь, сам Джин некоторое время находится вне видимости Тэхена - скорее всего дает распоряжение, чтобы позвонили Намджуну. Тэхен слегка морщится. Брат опять будет орать и скажет, что пинками погонит в приемную комиссию, а ему этого не особо хочется. Но устоять против такого шикарного мужчины, как Ким Сокджин, он совершенно не может. - Ты уже у меня поперек горла сидишь, - говорит вернувшийся Джин, кидая на стол очередные бумаги, чтобы заполнить их, как того требует протокол, а потом бросить в мусорную корзину. Тэхен тушуется под внимательным взглядом и делает вид, что пол в кабинете очень уж эстетический. - Вот скажи мне, чего ты добиваешься? - Вашего внимания. Джин чуть воду не выплевывает. Нет, он, конечно, понимал какой-то частью сознания, что что-то в поведении Тэхена по отношению к нему строится именно на его симпатии, но Джин совершенно точно не ожидал, что ему скажут это в лоб. Джин вроде и не такой уж старый, но почему-то все это для него - как ушат холодной воды посреди ночи. А Тэхен сидит напротив него, хмурится и кусает, кусает, кусает свои губы, боясь поднять взгляд и увидеть... неприязнь? Презрение? Тэхен, за всей этой мишурой, боится быть отвергнутым. Очень сильно боится. Джин встает со своего места, ножки стула проезжаются по полу, и Тэхен морщится от звука, который режет по ушам. Будто лезвием ножа по стеклу провели. Тэхен практически не дышит, когда Джин подходит к нему, а потом происходит что-то совершенно странное, потому что он просто так берет и снимает с него наручники, потирая покрасневшие запястья - Тэхен, еще в машине, непроизвольно дергал руками, а металл противно впивался в кожу, вот вам и результат. Джин опирается на стол, практически склонившись над Тэхеном, и тот чувствует чужое дыхание, что растрепывает волосы на висках, проходит по щеке, а затем по открытой шее. У Тэхена по коже бежит табун мурашек, и он ничего не может с собой поделать. Тэхен решительно поднимает голову, хватает Джина за форменную рубашку и притягивает к себе, целуя. Он ждет чего угодно, но надеется на ответ, и получает его. Джин опытнее, в отличие от Тэхена, который целовался до этого только с девчонками и то на вечеринках, на которых помимо этого еще была куча алкоголя. Поэтому Тэхен практически полностью отдает право вести в поцелуе Джину. И если бы Джину сказали, что он будет целовать в своем кабинете мелкого правонарушителя, который только и делает, что треплет ему нервы и не стремится убегать, то... да, черт возьми, он бы поверил, потому что при одном взгляде на Тэхена в голове уже что-то слетает с катушек. Джина просто учили хранить тайны даже под пытками, вот он и привык. Хотя, сказать честно, такому, как Тэхен, он бы все разболтал без остатка. Джин практически отрывает от себя Тэхена. У того губы теперь не только покусаны, но и припухли. Он тянется за еще одним поцелуем, но Джин его останавливает, удостаиваясь обиженного и несколько испуганного взгляда. - Договоримся так, мелкий пакостник, - начинает он, - не будешь попадаться мне неделю, и пойдем на свидание. Тэхен сидит и думает, не начались ли у него слуховые галлюцинации. Но все это, кажется, правда, да и Джин, судя по его серьезному лицу, совершенно не врет ему. Он кивает, а потом еще раз и еще, пока его не останавливают. - А как мы потом встретимся? - спрашивает Тэхен. - Ты бывал здесь уже столько раз, что я выучил не только твой номер, но и твоего брата. Тэхен кивает, а затем широко улыбается. Джин возвращается за стол и как раз вовремя - дверь кабинета раскрывается, как всегда без стука, и в дверном проеме появляется Намджун, который устало смотрит на Тэхена и протягивает Джину квитанцию об оплате штрафа. - Пошли, чудовище, - хрипит Намджун, даже не глядя на брата, разворачивается и идет обратно по коридору. Тэхен подрывается со стула, раздумывает совсем несколько секунд, а потом быстро наклоняется и целует Джина. - Увидимся на свидании через неделю, офицер Ким.