Часть 1
8 июня 2017 г., 14:34
Чанёль аккуратно поправил на носу очки в толстой оправе и раздраженно окинул взглядом громко тикающие часы, висящие на противоположной стене. Из распахнутого настежь окна доносились возбужденные вопли гоняющих мяч на футбольном поле мальчишек и заливистый смех девчонок в коротких тёмно-синих юбках, пришедших поддержать свою команду перед очередным школьным турниром, когда как и без того загруженный учебой староста класса был вынужден попросту растрачивать своё драгоценное время на неблагодарного и весьма не пунктуального задиру с параллели.
Пак нетерпеливо дёрнул ногой, кроссовком больно задевая ножку стола. Вечно ему везло из-за своей тяги к знаниям и слишком мягкого характера. То капитан футбольной команды подкинет лишней головной боли в виде варианта по контрольной, то девчонки с класса попросят переписать домашку.
Чанёль не был жадиной и охотно помогал своим какими-никаким, но друзьям, когда как помощь хулиганам, да ещё таким как этот задавака Бён, в его планы явно не входила. Однако обязанности старосты никто не отменял и Пак смиренно плёлся на занятия, мечтая вбить хоть немного знаний в забитую всевозможными стрелялками и красочными комиксами голову.
Когда стрелка часов показала ровно полчаса с начала первого занятия, о котором сердобольная миссис Ким попросила Чанёля, щелкающего задачки по алгебре словно орешки, ещё с утра перед химией, Пак решительно потянул на себя лямку потрепанного рюкзака, аккуратно собирая хаотично разбросанные по парте тетрадки и учебник.
– А вот и я! – не успел Чанёль отодвинуть скрипучий стул, чтобы подняться с насиженного места, как деревянная дверь с шумом отворилась, впуская внутрь довольно ухмыляющегося темноволосого мальчишку. – Всем здрасте.
Пак скептически вздёрнул брови, автоматически поправляя на носу очки и внимательным взглядом сканируя вальяжной походкой вышагивающего к нему одногодку. Чужой форменный пиджак был небрежно расстёгнут, белоснежная рубашка некрасиво выбита из-за пояса серых брюк, а из правого уха торчала аккуратная, слегка поблескивающая на солнце, серёжка.
– Ты опоздал, - Бэкхён плюхнулся за парту напротив Чанёля, закидывая свои белоснежные кроссовки на соседний стул. – Наше занятие должно было начаться ровно тридцать две минуты назад.
– Да ладно? – удивленно протянул Бён, во весь рот широко зевая. – Как время-то летит. Но ничего, золотце, я на тебя не сержусь и даже позволю уйти пораньше. Скажем…прямо сейчас. Как тебе идейка, Пак Чанёль?
– Ну можно было бы…погоди, что?!
– Ну ты только оглянись вокруг: погода прекрасная, птички поют, солнышко светит, девчонки разгуливают в коротких шортиках. А мы как два последних идиота должны тут сидеть зубрить какую-то алгебру? Согласись, приятного тут мало.
– Согласен, - Чанёль потянулся к лямке своего рюкзака и Бён, уловив это движение, довольно ухмыльнулся, уже собираясь направиться к выходу, как перед самым его носом с громким хлопком приземлился новенький учебник по математике. – Только идиот здесь один. Так что зубрить буду не я, а ты, «золотце». Хочешь ты этого или нет.
Бён лишь демонстративно фыркнул, ослабляя узел на форменном галстуке, и расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке, оголяя длинную крепкую шею.
– А ты у нас, оказывается, не так прост. Все мои предыдущие «репетиторы» были только рады избавиться от моей сомнительной компании и сходить на последний ряд в киношку со своими девчонками.
Бэкхён задумчиво обвёл класс скучающим взглядом, вдруг останавливаясь на внимательно всматривающемся в каждую его эмоцию лице.
– Или что, наш мистер «гордость всей школы» до сих пор не обзавёлся подружкой?
Пак мгновенно замялся, чувствуя, как предательски вспыхнули собственные кончики ушей. Он терпеть не мог быть неправым или уступать кому-то, но больше всего он ненавидел, когда его буквально подлавливали на том, чего он сам в душе стыдился большего всего на свете.
Казалось, этот Бён уже прекрасно смог прощупать все его болевые точки одной только фразой. У него действительно не было девчонки. Да что уж, к своим неполным шестнадцати годам он даже за ручку ни с кем не гулял, что уж и говорить про свидания и поцелуи около дверей чужого дома. И как бы Чанёль не убеждал себя, что просто пока не время и не нашлась еще та самая «единственная и неповторимая», от которой коленки будут подгибаться и сердце колотиться словно бешенное, заставляя неконтролируемо потеть ладони, но подобные выпады в его адрес от одноклассников всегда задевали за живое.
– Ага! Значит всё-таки не обзавёлся.
– С чего ты вообще взял? – сразу же ощетинился Пак, нервно теребя вмиг вспотевшими ладонями галстук. – Да чтобы ты знал, я…я…
– Абсолютно не умеешь врать? – прыская от смеха, закончил за него Бэкхён.
– Вот чёрт.
– Спасибо, конечно, но зови меня просто Бэкхён.
Чанёль не понимающе захлопал ресницами, сталкиваясь взглядом с чужими карими глазами.
– Да ладно тебе, расслабься. Я не собираюсь сейчас отпускать сомнительные шуточки по поводу того, как ты умудрился прожить до шестнадцати лет невинным божьим одуванчиком, - брюнет ловко поднялся с места, подходя ближе к совсем растерявшемуся Чанёлю, и протянул ему свою ладонь для крепкого рукопожатия. - Я сделаю это потом.
Бэкхён заливисто засмеялся, когда чужие пальцы сильнее сжали его ладонь, в наказание за последнюю брошенную фразу.
– А если серьёзно, у меня есть к тебе деловое предложение.
– Предложение? Деловое? Да ещё и от известного на всю школу хулигана Бён Бэкхёна? Мне уже начинать искать новую школу?
– Да ты ещё и с чувством юмора у нас, - Бён хулиганисто подмигнул, запуская пятерню в свою шевелюру и создавая ещё больший беспорядок на голове. – Мне с тобой определенно повезло, золотце.
– Чего я явно не могу сказать о себе. Выкладывай, что за предложение.
– Вау, грозный какой, - игнорируя чужой раздраженный взгляд, Бэкхён плюхнулся на парту и деловито сложил длинные пальцы в замок. – В общем, если опустить все подробности того, что ты ужасный зануда, а я терпеть не могу алгебру, то я предлагаю совместить приятное с полезным. Два раза в неделю вместо четырёх дней пытки, как просила миссис Ким, мы занимаемся твоей математикой, я веду себя паинькой и пишу тест через две недели на твердую “хорошо”.
– Не думал, что когда-нибудь скажу тебе это, но звучит многообещающе,- Чанёль заметил, как чужие тонкие губы изогнулись в лёгкой усмешке, явно добившись нужного эффекта. – Но, позволь полюбопытствовать, что мы будем делать два оставшихся дня?
– А это как раз самое интересное. Мы будем развлекаться.
– Окей, забудь всё то, что я сказал тебе раньше. Ты безнадёжен.
– Не спеши с выводами, золотце - Чанёль вопросительно выгнул брови, но все же оставил уже порядком начинающее выводить из себя обращение без комментариев. – Я же для тебя стараюсь.
– И как, интересно, твои прогулы помогут мне? Ну помимо того, что спасут несколько сотен моих нервных клеток.
– Не тебе, а нам, - Бён довольно улыбнулся, обнажая ряд ровных зубов.- Ты занимаешься со мной ровно половину положенных уроков, я же взамен беру тебя с собой тусоваться. После парочки таких вылазок ты и думать забудешь про эту бесполезную зубрежку и легко обзаведёшься девчонкой. Поверь профессионалу в своём деле.
Чанёль на секунду задумался, взвешивая все плюсы и минусы чужого сомнительного, но все же предложения. С одной стороны, он привык добросовестно выполнять свои обязанности, не увиливая от трудностей. С другой, он ведь, правда, целую вечность уже никуда не ходил с друзьями. Даже из дома почти нос не высовывал, вечерами зарывшись в учебники да тетрадки со всевозможными формулами.
А ведь у них в классе он один до сих пор был без девчонки. Даже заметно вытянувшийся и сбросивший лишние пару килограмм «Пухлый Джонни» уже во всю разгуливал за ручку с одной из сестричек Чон. А чем, собственно, он Чанёль был хуже других?
– Только давай без лишних выкрутасов, а то я тебя знаю.
– Вот это уже другой разговор. Сразу видно, что имею дело с умным человеком, - ухмыльнувшись, Бэкхён пододвинул к себе свой чёрный рюкзак, начиная поочередно доставать тетрадь и всевозможные канцелярские принадлежности. – Ну что ты застыл? Давай вещай свою алгебру, Архимед.
🍃🍃🍃
– Ну уж нет, увольте. Я лучше пешочком пару кварталов пройдусь, чем сяду на это. Бэкхён закатил глаза, настойчиво всучивая в чужие ладони чёрный шлем, и любовно огладил сидение своего новенького скутера. – Не слушай его, детка, мальчик ещё глупенький. – Хей! – Чанёль обиженно засопел, наблюдая за тем, как Бён уже принялся тщательно натирать тряпкой зеркала заднего вида. – Это не я тут буквально в любви признаюсь куску железа. – Тшш, малышка, не слушай его. Папочка тебя в обиду не даст. – Боже, что я тут делаю вообще? – обреченно застонал Пак, лбом прикладываясь к шлему в руках. – Ты вообще хоть умеешь на нем ездить? Руки, обтянутые в черные перчатки без пальцев, уверенно сжались на руле. Бэкхён удивленно выгнул тёмную бровь на чужой вопрос, ловко перекидывая ногу через скутер и без труда усаживаясь на обтянутое чёрной кожей сидение, заставляя Пака закатить глаза – выпендрёжник. На пустующую школьную стоянку уже медленно наступали сумерки, заметно охлаждая приятным ветерком взмокшую от долгого сидения в душном классе тёмную чёлку, придавая мальчишке ещё более озорной и дерзкий вид. – Ну так ты идёшь пешочком или мы тебя всё же прокатим с ветерком? – проворачивая ключ зажигания, обернулся через плечо Бён. Чанёль вновь окинул злосчастный скутер скептическим взглядом, явно не уверенный в профессионализме навыков вождения этого до жути самоуверенного Бэкхёна. Однако выбор был и правда не велик: либо по потемкам ковылять до дома, так как последний автобус он все равно безбожно пропустил ещё полчаса назад, а новенькие кроссовки уже успели до крови растереть все ноги, либо на свой страх и риск сесть на заднее сидение скутера, хозяин которого сейчас с усмешкой на губах наблюдал за его внутренними терзаниями. Да уж, Пак Чанёль просто редкостный везунчик! – Ты бы хоть шлем надел, - пробурчал Чанёль, все же нехотя усаживаясь позади брюнета и не зная куда деть собственные руки. Чужой громоздкий рюкзак немного мешался удобно устроиться на и без того узком сидении, но хотя бы давал необходимое личное пространство. – Обижаешь, - довольно хмыкнул Бён, закопошившись. – Безопасность превыше всего. – Вот уж не думал, что услышу именно от тебя такое. – То ли ещё будет, - хмыкнул брюнет, ловко опуская стекло на защите и вновь крепко сжимая ладони на руле. – Держись покрепче! Но не успел Чанёль услышать обрывки последней брошенной фразы, как они вдруг сорвались с места, заставляя его что есть силы вцепиться пальцами в чужой форменный пиджак и закрыть от праведного страха глаза. Похоже, сегодня он точно не доберётся до дома в целости и сохранности…🍃🍃🍃
– Ты мне все внутренности сдавил. Ну и хватка у тебя! – недовольно причитал Бэкхён, стоило им подъехать к подъездной дороге одной из многоэтажек на другом конце города и припарковаться под ярко освещающим улицу фонарём. Онемевшие пальцы Чанёля все ещё крепко-накрепко сжимали чужую спину, совершенно наплевав на мешающийся рюкзак и собственную гордость. Оживлённая, несмотря на поздний час, дорога с яркими фарами проезжающих навстречу автомобилей все ещё стояла перед чужими глазами, заставляя ежиться то ли от пробирающего до костей холода, то ли плохо скрытого страха лоб в лоб столкнуться с мчащимися навстречу грузовиками. – Прости, - прохрипел Пак, чувствуя, как перед глазами неприятно поплыли очертания собственной лужайки. – Что, все так плохо с вестибуляркой? – Бён как-то сочувствующе покосился на него через плечо, поднимая стекло на шлеме. – Дружище, да ты весь бледный словно смерть! Так дело не пойдёт. Брюнет ловко соскочил со скутера, стаскивая собственный шлем и оставляя его на руле. – Ты хоть ел-то сегодня, умник? – помогая старосте аккуратно высвободиться из душного шлема и вдохнуть спасительного кислорода, скептически поднял брови Бэкхён. Тут и к гадалке и не нужно было ходить, чтобы понять, что Пак сегодня и думать забыл о таком понятии как «еда». А зачем, собственно тратить ценное время, которое можно провести за учебником по математике на какие-то элементарные радости жизни? В этом был весь Пак Чанёль и Бён был как никто другой наслышан о подобных странностях своего одногодки. – Некогда было, - честно выдохнул Чанёль, уже переставая считать звёзды перед глазами и даже самостоятельно удерживая равновесие. – Сейчас отпустит. Однако Бэкхён не спешил отходить от него, всё ещё аккуратно поддерживая за талию и помогая не свалиться со злосчастного скутера прямо на асфальт. – Ты хоть заранее предупреждай, что впечатлительный такой. Я бы так не вилял между тех фур, да и в повороты входил бы плавнее. Чанёль выдавил лёгкую улыбку, чувствуя, как чужие пальцы крепко сжали его плечо через плотную ткань. Невесомые прикосновения приятным теплом разливались внутри, успокаивая нервную дрожь в руках и коленках. – Должен признать, что ты и без того хорошо водишь. Удивительно, не находишь? – Ооо, да я смотрю тебя не слабо так потрясло, раз такую чушь сейчас несёшь, - прыснул от смеха Бэкхён. – Но все равно спасибо. Я, честно признаться, думал, что ты невозможный зануда, но тоже должен отметить, что первое впечатление весьма обманчиво. Чанёль хохотнул. Мог ли он ещё каких-то пару часов назад, проклиная на чём свет стоит хулигана Бён Бэкхёна, подумать, что тот сейчас будет стоять с ним посреди залитого фонарным светом двора, смеясь и всеми силами помогая не шмякнуться без чувств прямо у собственной подъездной двери? Кто бы что ни говорил, но судьба и правда странная штука. – Слушай, раз уж по мой вине ты сегодня толком не поел, пропустил автобус, да ещё и набрался впечатлений на год вперёд, я просто обязан тебя угостить кофе. И никаких возражений не принимается. Все равно таким бледным домой идти - чистое самоубийство. – Всё так плохо? – Видали и хуже, но стаканчик карамельного фраппучино тебе точно не повредит. – Тогда тащи свой хвалённый фраппучино, - улыбнулся Чанёль, принимая чужую ладонь и поднимаясь, наконец, с сидения злополучного скутера. – Только на этот раз идём пешочком! – Как скажешь, золотце, как скажешь.
