Да что там гарем, саму историю изменю

Я сидела в своих покоях с закрытыми глазами, зарывшись пальцами в волосы. В своё время, я бы с лёгкостью справилась с этой женщиной, запретила не то чтобы касаться, даже видеть моих детей. — Госпожа, — тихо начала Рана.- Поговорите с Шехзаде, если Вы всё ему объясните, то он заставит Махидевран Султан вернуть Вам детей. — Ты думаешь, я приду к Мустафе, пущу слезу, и он сразу же пойдет против матери? — я громко рассмеялась.- До чего же ты наивная. Перед тем как забрать у меня детей она уже придумала правдоподобное оправдание для сына, — по истории особым умом она не обладала, но эта женщина не настолько глупа. К тому же, как горько бы не было осознавать, но мать для сына всегда будет важнее, даже той, что подарила ему детей, особенно в это время и в этой стране. Ведь она подарила ему жизнь, растила, заботилась, когда болел, поддерживала в трудные моменты. Поэтому нужно, что-то более значимое, чем слова наложницы. — Мне нужен евнух, — в этом дворце на моей стороне только Рана, а с ней многого не сделаешь, нужны ещё люди.- Это должен быть кто-то из тех, кто недавно пришел. — Две недели назад прибыли два новых евнуха: Мурад и Селим. — Кто-то из них ссорился с Махидевран? — Разумеется, нет, — отлично, только я так тупо отличилась.- Хотя… Мурад пару дней назад просил Султаншу помочь найти ему брата, но она сказала, что у него больше нет семьи. — Позови его ко мне, но так чтобы Махидевран не знала.

***

POV Автора Перед евнухом распахнула двери в покои Элиф Султан. Стены были из ярко-синей муравы, украшенные желтым геометрическим узором. Напротив входа был устроен маленький декоративный фонтан из полированного красного камня. На небольшом возвышении на подушках сидела сама хозяйка покоев. Мужчина осмотрел девушку со скучающим видом, нет, она, безусловно, красавица, её красоту вполне можно было назвать необычной, но не настолько чтобы затмить всех девушек гарема. Можно было понять, почему она понравилась ему, но почему он до сих пор к ней не остыл, остаётся загадкой для молодого человека. Возможно пару месяцев назад увидев такую, он даже бы влюбился, но уж точно не Шехзаде, что обладает сотней красавиц неземной красоты. — Вы хотели меня видеть госпожа, — склонив голову, спросил блондин. — Да Мурад, я слышала, тебя разлучили с братом. Твоё беспокойство вполне понятно, в этой стране рабам, а особенно маленьким мальчикам может быть очень нелегко. Я хочу помочь тебе, и найти твоего брата, — он ожидал от этой женщины всего но, только не этих слов. — Как? — с недоверием спросил парень. Она любимица Шехзаде родившая ему сына и дочь, но это не отменяет тот факт, что она всё ещё рабыня. — Шехзаде позволил мне построить приют для детей, часть из которых я планирую выкупить из рабства. Я сделаю все, чтобы найти твоего брата в скором времени. — И что я должен сделать взамен? — было бы слишком наивно надеяться, что она это делает только из доброты душевной, в этом месте ничего не даётся просто так, уж этот урок он запомнит на всю жизнь. — Верность, — спокойно сказала девушка, отпивая напиток из бокала.- Своим людям я помогу и защищу, но даже Господь не поможет тому, кто меня предаст. — Если Вы найдете моего брата, я за Вас даже жизнь отдам.

***

Три дня спустя В покоях Махидевран Султан была настоящая идиллия. Молодая бабушка игралась со своим любимым внуком Сулейманом, а Фатьма наблюдала за этим всем с улыбкой, но всё закончилось, как только Элиф влетела в покои. Её платье было подпалено, а на руке красовался свежий ожог. — Как ты смеешь врываться ко мне, так ещё и в таком виде. Стража! — Давайте, давайте позовём весь гарем, я хочу, чтобы все знали какие ужасные деяния, совершила мать наследника династии. Что я Вам сделала такого, что заслужила всю эту ненависть?! — девушка была, мягко говоря, в бешенстве, и ни на секунду не собиралась вспоминать о правилах приличия. — Больше ты не будешь красть моего сына. — Вы считаете, что у вас украли сына, но сами хотели не дать мне даже шанса родить своего, когда пытались влить мне яд. Но это мелочи по сравнению с тем, что до этого устроили мне выкидыш! — Госпожа, как она смеет это говорить, — вмешалась в разговор Фатьма. — О, я смею, зная, что я беременна, Вы заставили меня сесть на лошадь, а потом прислали служанку, с поздравлениями! — Ты угрожаешь мне тем, что я пыталась защитить своего сына от самой большой ошибки в его жизни! — женщина подорвалась с места и быстрым шагом подошла к наложнице. — Как я могу угрожать Вам, как могу сказать Мустафе, что его собственная мать убила его нерождённого ребенка, просто потому, что ей не понравилась его мать, — уже более спокойно, но со слезами на глазах ответила девушка, за что моментально получила звонкую пощечину.- Но это всё меркнет на фоне того, что сегодня вы пытались сжечь заживо своих внуков. Что они Вам сделали?! — Что? — гнев моментально покинул госпожу, ведь она понятия не имела, о чем сейчас говорит эта ненормальная. — Валиде, как Вы могли, — в покои зашёл Мустафа, на его лице был явный ужас. — Шехзаде, эта змея всё врет, — с ребенком на руках подбежала Фатьма. — Закрой свой рот, в твоих покоях только что чуть не сгорели мои дети, вот как ты заботишься о них! — наследник с силой сжал челюсть, но гнев усмирить так и не вышло.- Уйди с глаз моих, быстро! — Мустафа, это мать твоего ребенка, не будь так жесток, — девушка со слезами быстро выбежала из покоев. — Она тоже мать моих детей, — он указал на Элиф.- Что-то я не заметил к ней должного обращения! Валиде, как Вы могли?! Во всём мире никто, Вы слышите НИКТО, не имеет права трогать моих детей! — Ты должен понять в каком я была отчаянии, Хюррем подсылает… — Вы сказали, что Элиф пока не может о них заботится, я Вам поверил, и что Вы сделали? Оставили моих детей в огне! — Дорогой, эта какая-то ошибка, я не понимаю о чём ты, это всё эта змея подстроила… — Я подожгла собственных детей, и себя? — Дрянь! — Замолчите! Замолчите, иначе я за себя не ручаюсь. Перед Вами женщина, что подарила мне двух детей, и возможно подарила бы больше, если бы не Вы, поэтому покажите, что Вы султанша и проявите уважение к моей жене. Отныне, если хоть что нибудь случиться с Элиф или детьми, я буду спрашивать с Вас. — Шехзаде, — в покои зашла Фидан.- Пожар был потушен, жертв к счастью нет. — Моей матери запрещается покидать свои покои, ей так же запрещается видеть внуков, кто нарушит приказ, будет казнён! Пойдем Элиф, — мужчина взял девушку за руку и под крики матери вышел из покоев. — Я прикажу начать расследование, — сказал Мустафа, когда они были наедине. — Лучше не надо, ведь когда тебе скажут виновника, ты не сможешь его наказать. Давай скажем всем, что это был несчастный случай, ведь если правда дойдет к Султану, он будет в бешенстве. — Пострадала, — он нежно коснулся её обожженной руки. — Всё в порядке, главное, что дети целы. Если это цена за их жизнь, то я готова отдать куда больше.

***

Час назад POV Элиф — Подай мне любимое платье Мустафы, — скомандовала я, и Рана быстро подала мне зелёное атласное платье. Я взяла кусок бумаги и сунула в огонь, а затем подпалила подол платья. — Что Вы делаете госпожа, Вы же его испортите! — Хватит орать, это лишь кусок ткани, — спокойно сказала я и потушила платье.- Помоги мне его одеть. — Но оно же испорчено, — я бросила суровый взгляд на служанку. — Слушаюсь. Не хотите надеть корону? — Нет, это украшение госпожи, а если я настолько слаба, что не могу даже забрать собственных детей, я не имею права называть себя госпожой. Наденешь на меня украшение со змеями. Когда я была полностью готова, начала рассматривать себя в зеркале. — Красивое лицо, скроет всё, что задумало лживое сердце, — прошептала я про себя. — Госпожа, — поклонившись, сказал Мурад. — Я сказал Фатьме, что её зовёт Махидевран Султан, с детьми осталась одна рабыня. — Тогда время идти, остался последний штрих, — я подошла к камину и сунула руку в огонь. — Что вы делаете? — Тихо, — я резко выдернула руку из огня, кожу ужасно жгло, но после этого любые обвинения в мою сторону будут выглядеть не правдоподобно. Ведь кто поверит, что я сама себя подожгла. Сегодня я должна быть жертвой, и только показав, насколько я слаба, смогу победить! — Теперь идём. Под вечер гарем будто вымирает, и мне это как раз на руку. Я зашла в покои Фатьмы, всё, как и говорил Мурад, здесь только мои дети и рабыня. Евнух обогнал меня и быстро закрыл рот девушке, а через пару секунд она потеряла сознание. — Что мне с ней делать? — спросил мужчина. — Что хочешь, но её не должно быть в гареме, избавься от неё немедленно, — строго сказала я и подошла к моим детям. Мои маленькие ангелочки мирно спали. — Возьми Аслана, — приказала я Ране, а сама взяла на руки Нихтан. Взяв какую-то ткань, я подпалила всё вокруг детской колыбели. Что бы не сделала Махидевран, Мустафа ей всё простит. Но когда ему сразу сообщат, что мать убила его ребенка, пыталась сделать бесплодной его любимую, и теперь вновь покушалась на жизнь его драгоценных детей, он будет в бешенстве. Оставив детей в своих покоях на попечение служанки я отправила Рану к Мустафе, она скажет, что в покоях Фатьмы случился пожар, в котором чуть не сгорели дети, и мне чудом удалось их спасти, а сейчас, я в слезах побежала к его Валиде.

***

Вот и настал главный момент, для которого был создан весь этот спектакль. За углом уже слышатся шаги и голос Мустафы, теперь мой выход. Я со всей силы открываю двери в покои, и оставляя их открытыми, чтобы он всё слышал, и быстрым шагом захожу внутрь.

***

Наше время. — Прости за то, что тебе пришлось такое пережить, — накладывая мазь на мою руку, говорит Мустафа. — Потерпи, когда я стану сильнее, то сделаю так, что больше никто не посмеет тебя оскорбить.

***

Два месяца спустя В гареме настоящий траур, всё в черном, четверо мужчин выносит маленький гробик Шехзаде Сулеймана. Услышав о трагедии, даже Султан и Хюррем Султан приехали, чтобы поддержать Мустафу. Я смотрю на плачущую Фатьму, на безутешную Махидевран, и, наверное, в любой другой ситуации я бы торжествовала, но сейчас нет повода улыбаться. Все в гареме уверены, что это сделала я, и чтобы у сына не было конкурентов, мне бы пришлось его убить, но, к счастью, он покинул этот мир без моей помощи. Я отошла от балкона и хотела пойти в свои покои, но путь мне преградила Хюррем Султан, она схватила меня за локоть и затолкала в небольшую комнатку рядом. — Я приказала тебе убить Мустафу, а ты мало того, что ослушалась приказа, так ещё и родила ему детей! — Это не его дети, — спокойно ответила я, ведь уже давно ждала этого разговора. — А чьи? — Не делайте вид, что не знаете. Ах да, позвольте Вас поздравить с рождением первых внуков, — торжественно объявила я, а Султанша даже оступилась. Сложно сказать, что именно было на её лице; удивление, шок или же страх.