Часть 26. Там были трупы опытных охранников, у слабой женщины нет шансов.
27 июля 2018 г., 23:04
Спасибо большое, _Чёрный_тюльпан_ за награду, было очень приятно)))))
***
Я медленно открыла глаза, пытаясь понемногу привыкнуть к яркому свету. Изначально были лишь размазанные пятна, потом очертания становились все чётче, и наконец я смогла детально рассмотреть помещение. — Госпожа, — ко мне подбежала Кая. — Слава Богу Вы очнулись, я уже и не надеялась. — Что случилось? — я решила включить режим бедной жертвы. — Фаворитка Шехзаде — Румеиса хатун, пыталась Вас отравить. Я знала, что Вы очнетесь, Вы ведь такая сильная, — радостно затараторила девочка. — С чего ты взяла, что это она? — В тот вечер её сразу же обыскали и нашли пузырек с ядом. — Может ей просто подложили, — мне пришлось приложить усилия, чтобы сесть. Мне было плохо, но это далеко не самое худшее состояние, в котором я перебывала. — На платье, что было на ней есть потайной карманчик, там она его и спрятала. К тому же одна калфа видела, как Румеиса из этого флакончика что-то добавляет в еду, но не предала этому значения, так как думала, что это просто специи. Я на мгновение закрыла глаза и вздохнула с облегчением, всё было не напрасно. — Госпожа, — радостно воскликнула Рана, зайдя в покои. — Вы очнулись. Кая, немедленно беги к врачу, — девушка поклонилась и быстро вышла. — Сегодня ночью Румеису казнят, — я улыбнулась уголком губ.- Шехзаде от Вас почти не отходил, только сейчас ушел, и то, из-за того, что нужно было на диван. Испугался, что может потерять? — Вы молодцы, противоядие дали вовремя, я чувствую себя относительно хорошо. Как мои дети? — Шехзаде Аслан, и Султанша хорошо, но Шехзаде Мехмет постоянно плачет и очень мало ест. — Мой бедный мальчик, он страдает из-за своей матери, но я не могу пока его кормить, в моём организме ещё может остаться яд. Так сильно рисковать я не буду. Где они сейчас? — В покоях Махидевран Султан.***
Мне сказали, что я пробыла в отключке чуть больше суток, но ощущение такие, будто эти сутки я вообще не спала. Моментами в глазах всё ещё плыло, но это терпимо, ведь худшее уже позади. — Откройте! — приказала я стражнику. Мужчина быстро вставил ключ в замочную скважину, и открыл камеру. Единственным источником света было небольшое окно, но лучше бы его не было. Камера грязная, сама за себя говорит, что здесь сидит нежилец. Сама же девушка, сидит на каменном полу, молча смотря в одну точку. Её глаза заплаканные, а на лице больше нет самодовольной улыбки. — Это ведь ты подстроила всё? — я оставляю вопрос без ответа и молча подхожу к ней. — Ведьма! Она будто озверела, резко срывается с места и бежит на меня, но короткая цепь, что прикреплена к её ноге, не даёт осуществить задуманное. И девушка, не удержав равновесие падает перед моими ногами. — Никто не совершенен, — спокойно отвечаю я. — Ты сама виновата, подать яд на стол Шехзаде — это в любом случае смертный приговор. — Ты знаешь, что я этого не делала. — Зато я знаю, что ты сделала. Хотела отобрать моего мужчину? Забрать у меня всё, но хуже этого — пыталась отравить моих детей. — Что? — на её лице было искренне удивление. Зачем играть сейчас. — Я этого не делала. — Не ври. — Ладно, хочешь правду? — она встала на ноги и гордо подняла голову. — Я правда от них хотела избавиться, но мне нужно было найти способ и возможность. Я не так глупа, и прекрасно понимаю, что все подозрения сразу же падут на меня. А ты…- она громко рассмеялась. — Раз ты подумала на меня, значит и тебя кто-то провел. — Это уже не твои заботы. Я развернулась что бы уйти, но её слова заставили меня остановиться. — Правильно, для меня уже все кончено, но для тебя это только начало. Думаешь победила? Получила всё? — В нашей жизни выигрыш и проигрыш непостоянны, важнее всего оставаться живым. — Скоро Шехзаде увидит, какая ты на самом деле, и тогда ему будет противно, что он дышит с тобой одним воздухом, я уже молчу о всём остальном! — Правильно, утешай себя перед смертью, так может проще дожить те часы, что тебе остались. Сказала я, не оборачиваясь, и вышла из камеры не обращая внимание на её крики.***
Детей мне вернули сразу, даже не пришлось ссориться с Махидевран, но из моей головы не выходили слова Румеисы. Я ведь не знаю с какой девушкой тогда провел ночь Мустафа. Избавилась от одной, появилась вторая, и что мне так всю жизнь прожить? Так и свихнуться можно. Я конечно не ожидала от него сплошной верности, но одна за другой это уже перебор. Скольких мне ещё нужно убрать со своего пути? На сколько сильно нужно замарать руки в крови, чтобы ему было достаточно? — Моя любимая семья в полном составе. Я и не заметила, когда Мустафа зашёл. Я даже не вставала с кровати, на руках всё так же лежит Мехмет, а ещё двое играются возле нас. — Я так волновался за тебя, — он оставляет на моих губах лёгкий поцелуй и берет на руки Аслана. — Как ты себя чувствуешь? Я смотрю на него и так хочется спросить, с кем он мне изменял. Нужно с этим прекращать, иначе я превращусь в психованную истеричку. — Всё в порядке, главное, что ты не пострадал. А с остальным, будь уверен я уж как-нибудь разберусь. — Мне сказали, что ты ходила к Румеисе, — он внимательно всматривался в мои глаза, пытаясь найти там ответ раньше времени. — Я хотела посмотреть на человека, что мог отобрать у меня самое дорогое в этом мире, — и это была чистая правда.***
Два дня спустя Следующие дни я потратила на поиски отравителя, но всё безуспешно. Все, кто хоть как-то были связаны с кухней были тайно проверены. Из-за того, что я зациклилась на Румеисе, я потеряла драгоценное время. Теперь она мертва, но мне не стало легче. Она была единственной любовью Мустафы, чье имя запомнила история, и я это изменила. Чего теперь мне ожидать? Неизвестность хуже всего. Я упустила время, когда можно было найти преступника по горячим следам. Прошла всего неделя с момента моих родов, но если в ближайшее время не смогу никого найти, то моя жизнь или же детей вновь окажется под угрозой. Итак, что я имею? Два отравления, и никаких следов, но отравитель недостаточно умён, ведь я всё ещё жива. Поэтому из подозреваемых можно сразу исключить Хюррем Султан, эта женщина бы так не просчиталась, особенно дважды. Махидевран Султан тоже отпадает, хоть она как раз и могла так просчитаться, но она хочет избавиться от меня, а не от единственных внуков. При таком раскладе остаются только рабыни гарема. Использованные яды достать не сложно, но это отсеивает рабынь самого низкого ранга. В принципе, у Айше была такая возможность, но после первого отравления за ней и её служанками постоянно следят, и она не сделала ничего подозрительного. И даже если первое отравление это её рук дело, то все равно есть ещё один человек. Если его любимицы отпадают, то остаётся только один вид рабынь, что могли бы без подозрений передвигаться по дворцу — служанки. Но каким образом меня отравили? Даже зная название яда, и способ применения — это всё ещё тайна. В кухне и гареме проверили каждый дюйм почти сразу. И тут мой взгляд случайно упал на маленький столик, что стоял рядом. «ЛЕКАРСТВА» — пронеслось в голове. Отдают лично лекаря, но рядом с ними не редко находятся служанки. Во всяком случае, это идеальный способ, чтобы подлить яд. Эти снадобья всегда отвратительны, а значит с лёгкостью перекроют специфический вкус яда. К моим лекарствам имеют доступ только кто-то из моих слуг, нужно искать среди своих.***
Понадобилось больше суток, чтобы найти преступника. Как я и предполагала, это одна из моих служанок. Но когда в маленькую коморку открылись двери, я ожидала увидеть кого угодно, только не Каю. — В тот день когда Вы обнаружили, что еда детей отравлена, именно она её принесла. Может это совпадение, но в ту ночь, когда у Шехзаде была наложница, она заменяла неожиданно заболевшую рабыню в его покоях, — я слушала слова Раны, и мне сложно было в них поверить. — Лекарше она не помогала, но лекарство проверили, когда доставили в Ваши покои, а там уже она могла с лёгкостью это сделать. — И во всём этом она призналась? Служанка кивнула и пошла ко мне ближе: — Она подслушала, что мы сделали с Румеисой, эта дрянь начала угрожать, когда больше не могла терпеть удары. Я взмахом руки приказала ей выйти. Руки Каи были связаны, а во рту кляп. На теле видны следы побоев, которые не могла скрыть даже одежда. Долго же ты молчала. Я вынула ненужный предмет из её рта. — Зачем? Это был единственный вопрос, который меня интересовал. Я понимаю почему меня ненавидели остальные, но к ней я правда хорошо относилась. — Потому что, я хочу то, что принадлежит Вам. Я так же хочу жить как в Раю. Дорогие украшения, роскошные наряды — у Вас есть все, а у меня ничего, и это несправедливо! Я живу в Раю? Странно, ведь ещё ни разу за почти четыре года, я не чувствовала себя как в Раю. — Ты готова убить только ради украшений и нарядов? Такая цена твоей души и спокойного сна? — так странно как низко человек может упасть в глазах всего-то за пару минут. — Наплевать, тебя всё равно ждёт конец Румеисы. Я подошла к двери, но девочка решила показать свою важность. — Меня никто не тронет, ведь я ношу под сердцем ребенка Шехзаде. Моя жизнь сейчас ценней даже Вашей, я неприкасаемая!***
Мне даже не пришлось идти в покои Мустафы, по счастливой случайности я встретила его в коридоре. — Мой Шехзаде, — поклонившись начала я.- Мне нужно Ваше справедливое решение. Я наконец нашла девушку, что дважды пыталась отравить наших детей и меня. — Дважды?! Почему я не знаю о втором случае?! — Я решила не тревожить Вас пока не соберу доказательства, из-за неё у меня случились преждевременные роды, и я чуть не потеряла ребенка, и… — Ты обязана немедленно мне говорить о подобном! — о, он зол, идеально. — Как ты могла такое от меня скрыть? Где преступница? Мы дошли очень быстро. Теперь я понимаю выражение: стреляет молниями. Да от него целая буря исходит. — Открой, — приказала я Мураду. Но картина, которую мы увидели заставила меня отвернуться. Кая лежала с перерезанными венами. Двадцать минут назад — Глупый, глупый ребенок, — я подошла к ней ближе.- Я никогда не была великодушна, но я старалась быть лучше, однако обстоятельства выше моих стараний. Видишь ли, — я взяла в руки глиняный кувшин и разбила его об стену. — Я слишком многое сделала, что бы сейчас оставить тебя в живых, — подняв с пола большой осколок я начала подходить к глупышке. — Вы не имеете права ко мне даже касаться! Я ношу в себе члена династии Османов! — Ты же знаешь, я собственной жизни не пожалела, думаешь мне будет не наплевать на тебя? Одним точным движением я делаю глубокий порез на запястье, уже не обращая внимания на мольбы девушки. Второй порез.***
— Не нервничай, — Мустафа обнял меня. — Её приговором все равно была бы смерть, она лишь ускорила её приход, — шептал он мне на ухо, медленно гладя по волосам. — Уберите её немедленно! Не нервничай, теперь все хорошо. — Хорошо? — я сделала резкий шаг назад. — Сколько ещё их будет, Мустафа? Слуги, что были возле нас с шоком замерли, ведь подобное обращение к наследнику Османской империи, было мягко говоря недопустимым. — О чём ты говоришь? — спокойно спросил мужчина, не обращая внимания на встревоженные взгляды, направленные на нас. — Когда ты успокоишься? Когда очередная фаворитка убьет меня или твоего ребенка?! — спокойствие начало стремительно покидать брюнета. — Тогда может сразу меня убьешь, возможно хоть так у наших детей появится шанс дожить до совершеннолетия! — Замолчи, — сквозь зубы прошипел Мустафа. Я прекрасно осознаю, что уже совсем рядом возле точки невозврата, но по-другому нельзя. Если не прекращу это сейчас, то через пару лет, даже при условии, что избавлюсь от всех соперниц, он просто скажет мне: «До свидания». Ведь какой смысл держать возле себя столь долгое время женщину, которую не уважаешь. Здесь единственная функция наложницы — это молча «благодетеля» обслуживать и детей вынашивать, теряя остатки здоровья, засунув глубоко в пятую точку свои собственные чувства или же их отсутствие. Похоже мне нужно радоваться, что по четвергам зовут. А я тут возникаю ещё, требую к себе внимания как к личностям, и уважать мои чувства. — А я не права? Я могу закрыть глаза на покушение на мою жизнь, но уже дважды пытались убить наших детей! Этого мало? — Я сказал: замолчи! — это уже был не крик, а звериный рык. — Ты настолько хотел ту женщину, что вернул её в гарем, даже после того, как она тебя чуть не заразила, — я пустила одинокую слезу. — И в итоге чем это закончилось? Твоя любимица принесла яд тебе на стол. Он грубо схватил меня за воротник платья и притащил к себе. — Я сказал: замолчи, — с некой жестокостью, прошипел он. Мустафа, возможно, простил бы мне такую вольность и даже пошёл бы на поводу, но не при посторонних. Но тогда бы этот инцидент легко замяли, а мне это не нужно. — Я в состоянии защитить свою семью, — всё так же не отпуская меня, прошипел он. — Как и в прошлые разы? Наследник грубо меня отталкивает от себя, в его глазах столько злобы, что кажется оттуда вот-вот полетят молнии. — Хочешь покинуть дворец?! — Да, — без лишних раздумий сказала я, вытирая слёзы.- Если так, я не буду видеть эти постоянные измены, и перестану быть целью, для очередной фаворитки, то я согласна. — Второй раз у тебя этот фокус не пройдет! Собирайся, ты отправляешься в Старый дворец! Я поклонилась и покорно пошла выполнять приказ. Рана, умоляла меня обдумать это решение, по сто раз повторяла, что это чертовски рискованная и не оправданная идея, но всё напрасно. Просто какой смысл изо всех сил держаться за мужчину, который тебя только имеет? Через пару часов, когда я уже была почти собрана Мустафа дал мне шанс восстановиться в его глазах, при условии, что я буду умолять о прощении. А я лишь отдала приказ ускорить свои сборы, тогда мне доложили, что он разозлился ещё сильнее.***
POV Автора После отъезда Элиф в гареме устроили подобие праздника, ведь Махидевран Султан даже не пыталась сделать вид, что ей жаль фаворитку сына. Но, как оказалось, она слишком рано обрадовалась. Евнух доложил Шехзаде, что его любимица уехала в тяжёлом состоянии, и эта дорога окончательно подорвёт её и без того не идеальное здоровье. Шехзаде отдал приказ немедленно вернуть наложницу.***
— Шехзаде, — голос аги предательски дрожал. — Мы… мы смогли догнать карету, но… — Она отказалась? — видя замешательство евнуха, это было вполне логичный ответ. Он прекрасно знал характер своей женщины, она могла быть милой и покорной, но если что-то задумает, то уже никто не сможет это изменить. Эта глупая черта характера всегда до чёртиков бесила наследника, но именно она каждый раз притягивала и заставляла проигрывать. Но не в этот раз, сейчас Шехзаде для себя всё решил. Ставить её жизни под угрозу он не будет, но пришло время показать строптивой наложнице где её место. — Возле кареты одни трупы, вся дорога просто залита в крови, — он сказал это не поднимая головы, боясь гнева господина, и не зря. Мустафа рывком соскочил с места и подбежал к парню, схватив за ворот. — Что с моей женой? — Её трупа пока не нашли но, скорее всего, она… — Не смей! — грубо перебил наследник. — Приготовьте моего коня, я лично поеду за ней. Евнух поклонился и торопливо покинул покои, таким он ещё наследника не видел. В его глазах была злость, волнение и… страх. Стоило аге лишь переступить порог, как его сразу же схватили за руку. — Что с госпожой? — спросила встревоженная Рана. — Там всюду трупы, некоторые возле кареты, некоторые в лесу. Возможно, её тело уже везут сюда, — Мурад виновато опустил голову. — Скажи, что это её очередной план, о котором вы мне не сказали, — мужчина лишь отрицательно покачал головой. — А, может, она сбежала? — Там мы нашли трупы охранников, у слабой женщины просто не было шансов.
