АСА - Академия Секретных Агентов. Книга вторая - Таинственный свет в Долине Мистинов

— Итак, мы ищем какой-то музей? — спросил Арс, смотря на Аннегринта. — В стране на другом конце Европы? — Надо же, какая наблюдательность! — съязвил Пророк. — Зачем? — Чтобы ты спросил, — протянул Аннегринт, закатив глаза. — Ещё вопросы? Нет? Вот и славно. Тогда я могу немного рассказать об этом месте во время пути. Каждая секунда может стоить немало, Арсений, особенно если задаваться нелепыми вопросами вместо того, чтобы находить ответы на нужные. Так вот, Музей Магии — это не столько музей, как некоторые осмелились предположить, сколько хранилище древних артефактов. — И оно расположено в городском парке? — спросила Амалия. — Оно ведь как-то защищено от обычных людей? — Оно находится в той части парка, которая относится к полному миру, и те люди, которых вы видите здесь, не видят вас, потому что они по ту сторону портала. Границы прозрачны лишь со стороны полного мира. Здесь рядом портал номер 1, потому что в этом месте маги впервые пересекли границу. *** В то же самое время в самом центре города Уппсала, лена* Уппсала, Швеция. В Главном Здании Министерства Полного Мира стоял переполох. Секретари бегали между кабинетами, копошась, что-то крича друг другу на шведском и на русском вперемешку, передавая бумаги и распоряжения. Вдруг все они замерли как по щелчку пальцев. Распахнулась дверь из коридора, и в офисное помещение вошла девушка в темно-бордовом платье и такого же цвета высоких сапогах. — Мисс, мадам, к Министру нельзя, — хором торопливо заговорили пять секретарей. — Пошли к чёрту! — произнесла девушка, гневно осмотрев всех работяг стальным взором серых глаз. — Но мисс… мадам… Министр запретили сами! — в голосе говорившего (теперь уже одного) секретаря читался страх. — Мне можно всегда, я его дочь! — девушка, не слушая ни одного из секретарей, прошла к металлической двери на другом конце помещения, и, послав подальше суетившегося рядом секретаря, сама ввела код и вошла в кабинет. — Твои секретари невыносимы, пап, я бы подарила им пару извилин, если бы могла. Итак, куда мы сегодня едем? — Мне нужно поговорить с Сергусом фон Андреасом и его сыном. Но мне нужен свидетель, который в последующем мог бы вовремя промолчать и вовремя подтвердить или опровергнуть чьи-то слова. Так что… — произнёс Министр, отрываясь от каких-то бумаг. — …ты выбрал меня в качестве этого самого свидетеля, да? Я ничего не имею против, но как мы туда собираемся добираться? Телепортация? Их поместье вроде бы не в Швеции. — Это неофициальный визит, так что мы не направляемся в поместье фон Андреасов, мы телепортируемся, как ты верно предположила. Но, повторюсь, это не будет поместьем, это будет их дом, а он как раз-таки в Швеции и находится. Лен* Вестерноррланд. — Серьёзно? Дом и поместье — разные вещи? Вот уж эти аристократы ду́ховы, одно место — поместье, другое — «всего лишь» дом, третье — «просто» участок земли с «каким-то» зданием… — возмутилась Крис, но тут же замолчала, поймав на себе недовольный взгляд отца. *** Долго шли по заплетающимся дорожкам парка, выложенным крупными камнями, покрытыми мхом от постоянной сырости и частых дождей. Арсений опять хотел было возмутиться или вообще обвинить Аннегринта в том, что тот завёл их в какие-то дебри и неизвестно что с ними собирается делать, но тут Пророк остановился возле горы, сложенной из тех же камней, что были и на дорожках. Гора была небольшая, её можно было даже смело назвать холмом. С одной из сторон этого искусственного объекта был подъём, который вёл на вершину горы. — Нам наверх, — сообщил Аннегринт, трансформировавшись. — А зачем тебе трансформация? Что происходит? Нам тоже приготовиться? — спросила Клео, заметив не только боевую готовность парня, но и странные перемены в его настроении, поведении и голосе. Его явно что-то тревожило и печалило, хоть он и пытался это скрыть. — Не стоит. У меня с Хранителем Музея свои счёты, а вас он не тронет. И не стоит расспрашивать, эта информация не для ваших детских ушей, — Пророк отвёл взгляд в сторону горы, не желая больше развивать тему. — Наверх пойдёмте, времени мало. *** Пожалуй, в лене* Вестерноррланд действительно располагался дом семейства фон Андреас, но никак не поместье. Роскоши, ковровых дорожек, золота здесь не было. Обычный загородный дом обычной, казалось бы, семьи… Но Крис, сама не понимая почему, поймала себя на том, что страх вдруг завладел её мыслями, её телом. Она втайне надеялась, что здесь не будет сына Сергуса фон Андреаса, потому что встреча с ним, как и мысль об этом, только усиливали страх, овладевавший разумом. — Сергус, это моя старшая дочь Кристина. Ты ведь не имеешь ничего против того, чтобы она присутствовала во время нашего разговора? — Крис мысленно просила об отказе, о том, чтобы нашлась хоть какая-то причина против её присутствия здесь. Рано или поздно они всё равно узнают тайну, которую она скрывает… но возможно, что уже тогда, когда скрыть ничего не удастся… — Нет, что ты, Андрей, это совсем не является проблемой. Вы проходите в гостиную, а я скоро вернусь, — вот он, звук провала… Оставалось надеяться лишь на то, что младший фон Андреас не станет выходить из комнаты или что ей удастся промолчать и сделать вид, что ничего она не скрывает и всё в порядке. — Никуда я не пойду, паааааааааааап, — до боли знакомый Кристине голос раздался из комнаты, а потом послышался какой-то грохот. — Себя не узнаёшь, Кристин? — произнёс Андрей Чижов, посмотрев на дочь. Крис слегка улыбнулась и помотала головой. В это время в гостиной появился хозяин дома. Девушка не заметила, что он был не один. — Что ж, а это мой сын Фили… — Сергус хотел было представить сына, но тот не дал ему договорить. — Крис?! Ты что здесь делаешь?! — перебил отца младший фон Андреас. Девушка, надежды которой рухнули в одночасье, вскочила из кресла. Оба они, и Крис, и Филипп, удивлённо уставились друг на друга, а их отцы не менее удивлённо переглядывались между собой. — А с этого момента можно немножечко поподробнее? — только и смог сказать Министр. *** Молча мы поднялись на вершину каменного холма, которая оказалась плоской круглой площадью, с каким-то начерченным на «полу» узором из кругов. Стоило только нам всем подняться на эту площадку, как тут же вокруг появился фиолетовый дым, а когда он рассеялся, перед нами оказался какой-то пожилой мужчина. На вид ему было лет за девяносто, а то и вовсе около ста. Он был полностью седой, имел длинноватую бороду и фиолетового цвета глаза. В руках старец держал посох с аметистом на его конце, а одет был в длинные чёрные одежды с золотой вышивкой на них. Мысль о том, что это Хранитель Музея, пришла мне не сразу. Старец заметил Аннегринта и подошёл к нему. — И что же здесь забыл потомок моего «доблестного» друга Гринта? Мстить пришёл? Твой дед и без тебя прекрасно справился с задачей Министерства. Предал меня и больше объявлялся. Что же тебе нужно? — грубый голос старика вселял ужас, находиться рядом становилось жутко. Пророк же явно был задет словами своего собеседника. — ДА НЕ ПРЕДАВАЛ ОН НИКОГО! ЕГО ПО ЛОЖНОМУ ОБВИНЕНИЮ ПОСАДИЛИ! ИЗ-ЗА ВАС! И ДО СИХ ПОР ДЕРЖАТ ТАМ В ТЮРЬМЕ! И КТО ЗДЕСЬ ЕЩЁ ПРЕДАТЕЛЬ! — Аннегринт схватился за рукоятку Меча, висевшего на поясе. Он сорвал голос, поэтому следующие свои слова прошипел: — И только себе не врите теперь. Себе не врите, Аид. — Но почему же он не прислал ни одного письма?.. — притихшим голосом спросил старец. — Потому что вся почта перехватывалась и перехватывается до сих пор. Потому что он отчаялся в том, что вообще оттуда выйдет. Потому что он не хотел никого подставлять и не станет этого делать… А сейчас уж будьте добры пустить нас в хранилище, — охрипший, сорванный голос Аннегринта пугающе напоминал шипение змеи, угрожающей любому своему обидчику. — Подождите, Вас зовут Аид? — Ли Хэм Бон, задавшая этот вопрос, смело подошла к старику, ни капли не боясь его реакции. — Вас назвали в честь греческого бога? — Нет. Моё имя Аид, и я и есть греческий бог, — ответил старец, — я последний выживший из них, Музей Магии поддерживает моё бессмертие. Я первый айстин на Земле, рождённый айстином. Все другие боги были мистинами, кроме египетских, которые были агентами. А я перворожденный айстин. Я никогда не питался и не питаюсь нефтью. Я являюсь Хранителем этого Музея с самого того момента, как Афина завещала свой Меч доблестным воинам и оставила его здесь. Они приставили меня к этому мечу Хранителем, основав Музей Магии, и ушли жить в полный мир, начиная создавать первые поселения здесь. Люди молились тысячи лет на нас, а потом забыли. Потом ушли в свои новые религии к новым богам, а мы, языческие боги, мистины и айстины забывались, оставаясь лишь легендами и героями мифов. Они умерли все, а Музей поддерживал моё бессмертие и питает меня до сих пор. И теперь из того, что мне только что пришлось узнать, мой единственный лучший друг за всю мою жизнь находится в тюрьме по старому ложному обвинению, теперь-то верно, Аннегринт? — Теперь верно, — кивнул парень. — Так вот, мой единственный лучший друг отбывает срок по ложному обвинению, а его внук прямо сейчас что-то требует от меня, начиная с обвинений в предательстве и заканчивая пропуском в хранилище. Дааааа, Гринт бы гордился тобой, Рыжик. — Я не Рыжик! — обиженно буркнул Аннегринт. *** Пожалуй, Крис готова была бы заплатить любую цену, лишь бы не слышать этого вопроса отца. Она так тщательно скрывала свои отношения ото всех своих близких, что никто уже даже не верил в возможность их существования, а теперь уже не получится сказать: «Я его не знаю, мы вообще друг другу никто». Да и Фил не позволит ей соврать про то, что они друзья. Кто просил его так эмоционально реагировать вообще? — Ну… это… — протянула девушка, косясь на Филиппа. — …тут такое дело… мы это… — надо же, сдержал слово, что не скажет никому — даже своему отцу не сказал. — …мы с Филом… это… — …мы встречаемся… — Кхм, ну вообще-то не совсем… — протянула девушка, ловя на себе три вопросительных взгляда. — А, да… мы вообще-то ужеее… собирались пожениться, — два удивлённых взгляда. — И надо бы поторопиться с этим, потому что есть одна причина… — вдруг протянула Кристина. Три удивлённых взгляда. — Какая такая?.. — спросил Филипп. — Фил, лучше сядь, — Крис всеми силами пыталась подавить внутренний страх. Когда парень сел, она продолжила: Дело в том, что… я беременна.