Дневник странных дней

— go na ylicy? — Написала Рура в своей обычной манере.  — net, prosty. ya ne ochen’ horosho sebya chuvstvuyu, — ответила Белла. Ей правда было не очень хорошо, так как ещё не совсем прошедшая болезнь давала о себе знать. Она бы предпочла посидеть дома ещё денёк.  — Пидор, — ответ не заставил себя ждать. Белла была бы совсем не против пойти сейчас погулять, да и единственное, что осталось от её болезни, было лишь неприятно сжимающее ощущение в горле, и она уже было хотела написать, что, всё-таки, пойдёт, но остановилась. Если она сейчас уйдёт, в квартире так и останется грязь и бардак. Конечно, ни брат, ни дядя не станут ничего убирать, а мама должна сегодня вернуться с дежурства. Так что, отложив прогулку на вечер, Белла принялась мыть полы и готовить ужин, чтобы маме не пришлось заниматься этим после бессонной ночи. ***  — Я проводил Киске до автобуса, — гласило сообщение, пришедшее от Томы.  — Погулять не хочешь?  — Я устал сейчас. Может, часиков в шесть.  — Отлично, го. Я как раз всё закончу.  — Я к тебе приеду тогда, — было отправлено в 16:24. И ровно в шесть Тома была у подъезда Беллы, не опоздав ни на минуту. Быстро собравшись, она подошла к Томе:  — Только давай не пойдём на трубы, — попросила она, ей было неловко из-за того, что утром она отказала Руре, и казалось, что объяснения будут выглядеть, как отговорки. Тома закатила глаза и вздохнула:  — Ладно, завези велик. После этой нехитрой процедуры, Белла вернулась к подруге, и они направились в противоположную от труб сторону. Несколько метров они прошли, слушая Тому, которая, как всегда, рассказывала, как они тусили с Киске. Белла была очень рада, что они снова общаются, ведь Киске надолго уезжал, и они не могли видеться. За пару месяцев отношение Беллы к нему значительно поменялось. Её сердце больше не клокотало из-за того, что Тома проводила с ним много времени, так как она полностью осознавала, что Киске — неотъемлемая часть её счастья. А счастье Томы было для неё очень важно.  — Как ты себя чувствуешь? — Вдруг спросила Тома.  — Ну, вообще, плохо, — она говорила сейчас не о физическом здоровье.  — Почему?  — Да забей, я просто себя накручиваю.  — Как ты себя накручиваешь?  — Да никак, ну, это типа моя вина. Вон, смотри, у девушки ключи от квартиры потерялись, ей гораздо хуже, а я тут про свои накрутки.  — Я не ревел, когда потерял. Так что ты себя накручиваешь?  — Ох, Боже, — ей совсем не хотелось говорить об этом, ведь она понимала, к чему это приведёт, но тему перевести не получилось, а Тома была очень настойчива, — потому что я ревную. Да. Как вы догадались, с Киске проблем больше не было. Зато проблемы были в другом. В эти два месяца Тома сильно сдружилась с очень многими людьми, и с Рурой тоже. В то время, как её связи с Беллой значительно слабели, набирали силу связи со многими другими классными людьми, в том числе с Рурой и Котом. Сначала Белле очень нравилось, что они вот так тусят все вместе со всеми классными чуваками с труб, но потом Рура стала проводить слишком много времени с Томой. В первую же их совместную ночь у неё, когда они были только вдвоём, Рура раскрылась ей полностью, рассказав всё, что Белла узнавала в течение целого года. Это было хорошо. Ведь девушка знала, что Тома отличный психолог, и Руре наверняка поможет общение с ней, но их личные встречи стали чаще, а интерес Томы к Белле меньше. Но это далеко не всё, что произошло в эти пару месяцев. Было и хорошее. Но хорошее ли? Тома предложила Белле встречаться с ней. Это ли был сон? Она не знала. Она не хотела знать. Она была так счастлива, что у неё перехватывало дыхание. Даже в мечтах она не могла представить себе такого. И Белла сказала, что действительно любила её почти всё время, что они были знакомы. Но, хах, конечно, Тома говорила это несерьёзно. Конечно, прошло много дней между всеми этими моментами, но как-то раз она сказала: «Всё это просто большая шутка, ты же понимаешь? И мне всё равно, что ты любил меня все эти годы». Да, ей всё равно. А на что ещё Белла могла надеяться? Как будто она не знает Тому, как будто она не могла понять сразу, что это будет отправной точкой. Началом конца.  — Ревность — самое худшее чувство, которое испытывает человек.  — Я знаю, но, блин, я правда ничего не могу сделать.  — Так не ревнуй.  — Я правда не могу, ты должна понять.  — Это ты должна понять, ты ведёшь себя, как придурок. Постоянно ноешь, прям как Дирк. Я уже не говорю, что ты похож на Дирка, ты СТАЛ Дирком. Я поначалу думал, что он крутой чувак, но Джон рассказал мне, какой он на самом деле нытик. Знаешь, мне уже не хочется с тобой общаться.  — Я бы не ныл, если бы ты не начал докапываться.  — Что с тобой случилось? Ты стал, как тп. Я дружил с тобой, потому что мне было весело, хотя в пятом классе я делал это просто потому, что мне больше не с кем было дружить. А сейчас мне есть с кем. И знаешь, я ничего не потеряю, если прекращу с тобой общаться, ты всё равно уезжаешь.  — Ты итак ничего не потерял бы, — да, это действительно было так. Томе было бы всё равно, если бы они прекратили общение. Это совсем не минус, просто такой уж она человек.  — Я пытался тебе помочь, но ты меня всё время отталкиваешь. Белла молчала. Отталкивает? Она хотела бы сказать «нет», но откуда эта неуверенность? А может Тома и прав? Но Белла правда не хотела этого. Оттолкнуть Тому — последнее, чего она бы вообще желала.  — Ну, и чего опять молчим? Зачем ты меня отталкиваешь?  — Я не знаю, я не хочу этого.  — Пхах, это всё равно, что в ответе на тест поставить неправильный вариант, когда ты знаешь правильный.  — Нет, это не одно и то же.  — Одно и то же. Возможно. Белла не знала. Она правда уже, как бы это банально не звучало, ничего не понимала в этой жизни.  — У тебя явно так поднялась самооценка, но она поднялась куда-то туда, ты становишься тп. Мы же гордились, что мы не такие.  — И что я такого делаю, что становлюсь тп?  — Ноешь, ревнуешь, тебе только сопливых цитаток на стеночку не хватало. Понимаешь? — Белла молчала, ведь она точно знала, что Тома права.  — Почему я не срусь с Киске? Я тоже его люблю, но вообще не показываю этого, и у нас всё хорошо. Вот, к чему приводит любовь между лучшими друзьями. Всё, дружбе конец. Как больно было это слышать. Скольких сил стоило сдержать слёзы и не разреветься на улице. Прямо на том месте, где пару месяцев назад её выворачивало от вина, а теперь от горя. Как иронично. Как иронично.  — Я больше ничего не буду делать, чтобы сохранить нашу дружбу, ясно? Всё теперь будет на тебе. Надеюсь, ты сможешь спасти её. Эти слова были неоднозначны. С одной стороны, Тома вроде как дала понять, что не хотела бы прерывать общение с Беллой, но зачем тогда она говорила все те грубые вещи до этого? И, с другой стороны, если ей правда так не нравится поведение Беллы в её сторону, она действительно могла бы просто прервать его, и ни одна струнка в её душе не дрогнула бы. Этим мыслям Белла посвятила себя на следующие несколько минут. Когда молчание стало настолько неловким, что разговор начал казаться менее смущающим, они позволили ему завязаться. Неуютный, на простые темы, но уже менее неловкий, чем молчание. Постепенно он перерос в немного более уверенный.  — Если хочешь, можем сходить на трубы, — предложила Белла, она понимала, что лучше сейчас быть в большой компании, чем наедине с Томой, ведь неловкость всё ещё не покинула её, и ей уже было всё равно, что подумает Рура.  — Мне всё равно, хочешь — пошли.  — Ладно, го.  — Я тогда напишу им.  — Пошли через железную дорогу? Так быстрее будет.  — Не, — Тома немного задумалась, — а хотя, ладно, пошли. Они добрались до железнодорожных путей, теперь осталось лишь идти по ним, и они окажутся в нужном месте. На половине дороги они увидели две фигуры, приближающиеся к ним.  — Это что, Ден и Арс? — Спросила Белла, смотря на приближающиеся силуэты.  — Да ладно, я не говорил им, что мы пойдём по железке. Сблизившись, они поздоровались, и Ден сказал, что они пошли «на разведку». Как забавно было слышать это из уст восемнадцатилетнего парня. Когда они приблизились к трубам, на железную дорогу выбежала Рура и крепко обняла Тому, мило приветствуя его. На Беллу она не бросила ни взгляда. Наверняка обиделась за то, что она не пошла гулять с ней утром. Но зачем объяснять! Зачем слова! Гораздо проще промолчать, так ведь, Белла? На трубах ей удалось сидеть недолго, ведь вернулись Ден и Арс, и пригласили её в гараж. Она не изъявляла горячего желания, но почему-то согласилась. Почему? Ответ такой же, как и всегда — она не знала. Всю дорогу до гаража, которая, кстати, была не такой уж большой, ведь он располагался прямо напротив её дома, она шла и слушала, о чём говорили парни. Когда они добрались до нужного места, Ден, пока открывал гараж, начал недовольно говорить о том, что он всего пару месяцев назад выдирал траву, а она снова разрослась. Зелёное жигули показало из гаража своё треснувшее лобовое стекло. Белле нравились старые машины, в них всё было так уютно, и запах они имели свой, такой приятный характерный запах, с привкусом бензина. Начинался дождик. Ден выгнал машину из гаража и стал менять ей свечи.  — Ден, а слабо за сотку до центра сгонять на ней? — В своей обычной манере сказал Арс.  — У меня прав нет, если поймают, мне такое вставят.  — Да ты заебал, никто тебя не поймает.  — Арс, кончай, если ты даже просто будешь сидеть в заведённой машине, тебе могут предъявить, — он закончил разбираться со свечами и закрыл капот, — садитесь, прокатимся по гаражам. Они сели в машину, и Ден резво поехал между рядами гаражей. Они намотали так кругов пять, пока Арс переодевался на заднем сидении, заодно снимая на камеру эту поездку. Дождь усиливался, и мигающий пустой бак явно говорил, что пора заканчивать с этим. Они включили печку и сидели в ожидании, пока закончиться дождь. Когда небо, всё же, просветлело, ребята вернулись на трубы. Это маленькое приключение немного отвлекло её от скверных мыслей и позволило расслабиться. Всё-таки, эти двое правда классные ребята. Тома сидел рядом с Рурой под деревом, чтобы укрыться от дождя. Ден, Сеня и Белла поднялись и расселись, кто где. Из-за веток выглянул Ферычка, пригласив Беллу сесть поближе. Он сказал ей, что спрашивал, сходила бы она с ним за мягкими игрушками в подарок брату, и все сказали, что да. Это было правдой, конечно. Белла бы с удовольствием провела бы время с Ферычкой, ведь он был действительно классным парнем и прекрасным мем-дилером. Было уже темно, и все решили пойти в Магнит. Как только они отошли от труб, Денису позвонила его мама, и он стал отпрашиваться погулять до десяти. Все посмеялись с шутки типа «когда тебе исполнилось восемнадцать», после чего, всё же, пришлось прощаться, так как вместе с Денисом решили уйти и Кот с Рурой, и все остальные чуваки с труб, кроме Томы и Ферычки, так как им с Беллой нужно было идти в одну сторону. Они дошли до подъезда Беллы, и она зашла в квартиру, чтобы вывезти Томин велосипед. Сразу же её встретил выговор от дяди. Как же он был омерзителен. Девушка вывезла велосипед, и сказала, что не сможет проводить Ферычку. Они попрощались, и Тома сама поехала его провожать. К Ферычке ревности она не испытывала, как и к Киске, и это было странно. Почему? Она не знала.