Сегодня, мой милый, ты позабудешь войну...

Лоррен же понял, что не стоит тревожить Филиппа сразу после встречи с братом. Он прекрасно знал обо всех сложностях их отношений и потому желал, чтобы его возлюбленный скорее стал королем. Вся ярость любовника, вся жесткость и боль всегда доставались Людовику, но лишь с ним, с Шевалье, Филипп улыбался искреннее и мог ощутить вкус счастья, ибо власть Лоррена над Филиппом была сильнее той, которой обладал над ним Король. Шевалье никогда не пренебрегал тем, чтобы пользоваться этим, хотя это не было смыслом их отношений. Дальнейшее развитие праздника его никак не интересовало, ибо все самые интересные люди уже собрались в пары и разбежались по уголкам в саду, а святоши в данный момент не интересовали Лоррена. Он поспешно отправился во дворец, ибо видел, что Король тоже предпочёл уединиться, а это значило, что теперь никто не посмеет упрекнуть Шевалье в невежестве. Мужчина быстро шагал по тёмным коридорам. Ему надо было подготовить комнату для их с Филиппом примирения. Однако в покоях царила кромешная тьма. -Почему никто не догадался зажечь свечи, черт! - выругался Шевалье и отворил окно. Даже ночное небо Версаля могло дать немного света в этой комнате. -Зажгите свечи! Принесите вина! Скорее! - скомандовал он громко, надеясь лишь на прекрасный слух слуг. К его счастью это сработало, и уже через несколько минут в комнате было достаточно светло для того, чтобы понять, что в темноте было намного лучше. Молчаливая служанка принесла вино и бокалы, а вторая, что пришла с ней в паре, несла с собой поднос с различными фруктами. -Молодцы. А теперь проваливайте. - бегло произнёс Шевалье и подошел к зеркалу. Он обязан был убедиться, что выглядит хорошо. Откинув золотые кудри за спину и застегнув пуговицы на камзоле, Лоррен выскочил из комнаты и пошёл по коридору, собираясь перехватить Филиппа подле его личных покоев. Мужчина нервничал и оттого постоянно касался усов, разглаживая их. Он прекрасно знал, что сейчас внешний вид ничего не решает, но всё же беспокоился об этом. Долго ждать не пришлось, но сердце отчего-то стало быстрее биться, когда в коридоре эхом раздались знакомые шаги. Кукольное лицо Филиппа было мрачнее обычного: уголки губ опущены, зеленые глаза все еще полны тоски, а волосы растрепались. -Доброй ночи, мой дорогой. - обыкновенно хитрым голосом поздоровался с ним Шевалье. Принц поднял голову, стоя перед любовником. -Что тебе нужно? У тебя закончились деньги? - прямо спросил герцог, не веря в искренность слов фаворита. Он собрался уже войти в покои, как вдруг на его локте сомкнулись пальцы Шевалье. Последний притянул к себе любовника и посмотрел в глаза. -Что он наговорил тебе? - с, казалось, неподдельным сочувствием спросил блондин. Хитрые глаза Лоррена вдруг тоже стали полны грусти. -Неужели ты действительно считаешь, что в тебе я вижу лишь мешок с деньгами? Все наши дни и ночи, проведенные вместе, ты находишь ложью? Филиппу стало неловко. Он опустил глаза и попытался вникнуть в слова Шевалье, уловить в них ту привычную ноту лукавства. -Ты не разговариваешь со мной с того самого дня... Ты спал со своей женой, но я об этом узнаю уже после произошедшего! Почему, Филипп? Неужто твой брат смог-таки заставить тебя плясать под его дудку? Теперь ты не будешь заходить ко мне, потом лишишь статуса фаворита, заведешь себе какую-то бабу и будешь таким, чтобы не позорить имя брата? Голос Шевалье звучал тихо для окружающих, но был слишком резок для Филиппа... В конце концов они вместе слишком долго, и Лоррен точно знал, что нужно сказать принцу для достижения собственных целей. И теперь Филипп, подняв глаза, схватил любовника за рукав и прижал к себе крепко. Еще один миг- Лоррен уже был зажат в крепких объятиях, а губы принца касались его собственных. Шевалье, разумеется, тут же обнял Орлеанского в ответ и охотно ответил на поцелуй, сплетаясь с ним языками. Лоррен, сжимая принца за талию, развернулся с ним и прижал к стене. -Я скучал по тебе...- прошептал Лоррен прямо в губы любовнику, а потом снова кротко поцеловал. Губы Филиппа вдруг дернулись, растягиваясь в тёплой улыбке- это был его фаворит, тот, которому он сам вручил своё сердце, кто умел залечивать любую боль. *** Уже оказавшись в спальне, Шевалье осторожно провел любимого к постели. В обычной ситуации он бы просто толкнул его на кровать властно, но сегодня был особенный день для них обоих. Лоррен уже достаточно наслушался страшных рассказов о том, как солдаты, вернувшись с поля боя, кончали жизнь самоубийством либо же менялись до неузнаваемости... Ни один из вариантов не устраивал Шевалье, ибо, каким бы грубым и резким он не казался, но его чувства к Филиппу были настоящие и искренние. Орлеанский сел на край постели и тут же принял бокал вина, что так любезно протянул ему Шевалье. -Я волновался, мой милый, - подал голос Лоррен, что осторожно сел рядом с ним. Он обхватил принца за спину, заставляя так прижаться к себе плечом. Мужчина старался сейчас вести себя максимально осторожно, чтобы не сделать хуже. Каждый раз после разговора с братом Филипп был решительно зол и рассержен, но отчего-то сегодня его лик всё ещё оставался достаточно печальным. Шевалье очень не хотел резких перемен в своем любимом, потому старался задобрить его лаской, как делал всегда. -Неужели? - попытался ответить ему резкостью Филипп, но ощутил, как любовник осторожно убрал волосы с его плеча и теперь уперся носом в щеку. -А как бы ты воспринял новость о том, что я пошел к кому-то посреди ночи? - с ревностью прошептал Шевалье. Сейчас Филиппу стало еще более стыдно, а пальцы сжали бокал сильнее от такого упрёка. Он повернул голову к любимому и посмотрел прямо в глаза, но ничего говорить не стал. Шевалье же осторожно забрал бокал вина у принца и сделал глоток, но после сразу же поцеловал любовника. -Я бы на твоём месте тоже после такого не пил. - хитро прошептал Лоррен, оторвавшись от мягких губ, и наклонился, чтобы поставить бокал на пол. Он не разрывал зрительного контакта с Филиппом, ибо видел, что Орлеанский не совсем расслабился, потому прямо с такого положения стал аккуратно снимать с него туфли. -Ты сегодня выглядишь просто замечательно. - попытался завязать беседу Шевалье. -Этот наряд ты помогал мне выбирать. - ответил ему Филипп. Поднявшись вновь к принцу, Лоррен коснулся его щек пальцами и притянул к себе так близко, как только мог. -Вот видишь. Всё самое лучшее в твоей жизни связано со мной. - прошептал он тихо, и зеленые глаза заблестели хитро. Шевалье вдруг легко толкнул Филиппа и сам стал наваливаться на него, заставляя лечь полностью. Они вновь слились в жарком поцелуе, стараясь не отрываться друг от друга. Филипп обнимал фаворита и вжимал пальцы в спину. Между поцелуями Шевалье улыбался довольно, ибо уже ощущал, как его ненаглядный принц расслабляется и возбуждается. Однако так же резко Орлеанский опустил руки и оттолкнул Лоррена от себя. Последний смотрел на любовника настороженно, боясь следующих событий, ибо они могли быть совершенно разными! -Что случилось, мой милый? - прошептал он, но не успел даже погладить принца по щеке, как оказался опрокинутым на спину. Филипп же, скидывая камзол, смотрел внимательно на любовника, а потом навис над ним и развёл ноги фаворита коленом. Шевалье вдруг стало не по себе... Разумеется, он бывал и в пассивной роли, но это случалось так редко, что сейчас казалось чем-то странным. Уж кто-кто, но фаворит, обретая власть над кем-то, старался держать её везде и постели это касалось тоже. -Ты же не думал, что тебе сойдет всё с рук? - довольно твёрдо спросил Филипп. И теперь-то Шевалье понял, что его возлюбленный и правда очень изменился. Однако отчего-то эта холодная и жесткая решительность, столь несвойственная принцу, нравилась Лоррену. Принц бегло расстегнул пуговицы на штанах любовника и наклонился над ним. Освободив плоть от одежды, он осторожно обхватил набухающую головку губами. Шевалье несмело положил руки на плечи и легко сжал. Стон сорвался с губ почти сразу, как принц приступил к делу, ибо его ласки языком были очень умелы. Еще через несколько секунд Шевалье сжал длинные волосы своего возлюбленного на затылке, ибо знал, что они мешают ему сейчас. -О да...- вновь вырвалось у него. Филипп же теперь впустил член любовника глубже, стараясь доставить ему больше удовольствия, ибо также хорошо знал его. Лоррен возбуждался достаточно быстро и всегда очень громко стонал, проявляя все оттенки эмоций во время их страсти, в то время, как Филипп мог позволить себе лишь несколько стонов за все время. Они были очень разными, но оттого не становились врагами, а любовь их, казалось, крепла с каждым днём. Ощущая, как член Шевалье становился тверже, Филипп возбуждался. Он отстранился и поднялся… Лоррен посмотрел на принца внимательно и тоже подскочил, упираясь коленями в мягкую кровать. Он привлёк к себе Филиппа и, слившись с ним в страстном поцелуе, стал развязывать платок на шее, помог расправится с рубашкой и даже хотел расстегнуть ему штаны, как вдруг его вновь остановили, отстранив. -Что-то не так, мой милый? - прошептал Шевалье, открыв всё же глаза, что затуманились желанием. Филипп вновь не ответил ему, но улыбнулся. Теперь принц помогал раздеться своему фавориту, однако он раздел его полностью, ни оставив на прекрасном теле ничего, помимо тех перстней, что он же и подарил Лоррену. И тут последний вдруг оказался поставленным раком. -У нас не найдется масла? - спросил Филипп тихо, наклоняясь к уху Шевалье. -Навряд ли...- честно ответил тот, но вдруг прогнулся в пояснице, ощущая ягодицами бугорок в штанах герцога. Лоррен улыбнулся и слегка повернул голову, стараясь захватить губы принца. Последний же вновь отстранился, но явно не для того, чтобы пойти за маслом. Лоррен слышал, как зашуршали одежды. Он упал на кровать и повернулся вновь на спину, чтобы видеть своего Принца. Орлеанский сейчас уже тоже был совсем нагим, а его штаны и чулки валялись на полу рядом с остальными одеждами. Филипп казался таким серьезным и сильным, что не хотелось его злить или отвлекать, но вот оторвать взгляда от холодных глаз и пухлых губ, что сейчас были не нежны, но грубы и чётки, было невозможно. Лоррен не терпел, когда его подчиняют или заставляют делать то, чего он не хочет, но сейчас появилось то желание слушаться своего принца и выполнять его прихоти. В одно мгновение Орлеанский оказался рядом. Шевалье обнял его за плечи, притягивая к себе и сам вновь впился в губы, настойчиво раскрывая пухлые губы своим языком. Филипп опустил одну руку на член Лоррена, осторожно теперь лаская головку пальцами. Шевалье сам забросил ноги на поясницу любовника. Отпустив губы фаворита, принц тихо спросил: -Ты думаешь, этого достаточно? -А я похож на гибкого? - ответил ему вопросом Лоррен. -Это не сложно, - почти улыбнулся Филипп и немного опустился вниз, но он не стал бы сворачивать Шевалье клубочком. Вдруг в бледно зеленых глазах на мгновение появилась та искра хитрости, что была свойственна Шевалье. Они смотрели друг на друга и каждый ожидал удобного момента для того, чтобы начать свою «атаку». Первым сдался Шевалье, когда попытался подняться и завалить на спину Филиппа, ибо тот отразил такое нападение и вновь вжал любовника в кровать. -Не так быстро! – улыбнулся герцог, прижимаясь к ягодицам фаворита своим возбужденным членом. В прошлый раз на этом моменте Шевалье вскочил и убежал от Орлеанского, но сейчас он понял, что это неизбежно. - Ты решил воспитывать меня? - попытался возмутиться Лоррен, но тут вдруг ощутил, что его интимного места коснулись холодные пальцы Принца. Они ласкали колечко мышц, равномерно растирая естественную смазку по нему. Шевалье сначала сжался и хотел сопротивляться, но тут Филипп стал тыкаться носом в его шею. Лоррен откинул волосы с той стороны, чтобы они не мешали ласкам принца, а потом едва сдержал стон, когда вместе с поцелуем ощутил толчок пальца в себя. «Забыл уже?»- подумал принц, но не смел нарушать ту прекрасную тишину. Он слышал, в каком бешеном ритме сейчас бьются их сердца и, казалось, даже пламя свечей подрагивало в этом же ритме, придавая их кожи такой теплый оттенок. Волосы Шевалье вообще теперь были такими теплыми, словно мёд, что хотелось зарыться в них и утопать в этой нежной, обволакивающей всё тело сладости. Принц медленно добавил второй палец, чтобы подготовить любовника получше к тому, что ему придется ощутить через несколько минут… Единственное, что не учёл Филипп, так это то, что последнее время Лоррен воздерживался от любой ласки, ибо готовился встречать своего любимого бурно и со всей своей страстью. Растяжка же пальцами в любом случае задевала простату, лаская её движениями. Член Шевалье уже едва не лопался, а тело покрылось первыми каплями пота. И тут вдруг он так резко дергается, что еще чуть-чуть и ударил бы принца своей головой прямо по носу. Выгнувшись в пояснице и стеная от наслаждения уже слишком громко, Лоррен обильно кончает на одеяло, а потом бессильно падает на него же. Филипп же улыбнулся этому и осторожно поцеловал Шевалье между лопаток. Отстранившись, он упал рядом с фаворитом и привлек к себе. Шевалье, всё ещё тяжело дыша, не собирался оставлять принца неудовлетворенным. Блондин уже резко и властно впился в сладкие губы любовника, сплетаясь с ним языком. Опустив руку на его пах, Лоррен стал активно ласкать влажную головку, а потом скользить рукой по всей плоти, сжимая в некоторых местах немного сильнее. При всём этом он все ещё старался не отпускать сладких уст. Их горячие тела были так близко, прилипали друг к другу от пота, и в этот момент мужчины были единым целым. Филипп обнимал своего фаворита за плечи, содрагаясь от умелой, хоть и немного грубой ласки. Стон слетел с пухлых губ. Шевалье это лишь приободрило, и теперь он был настроен на более решительные действия. Мужчина резко навалился на Филиппа, заставляя того теперь лежать точно под ним. Возбуждение вновь поднималось в Лоррене. Движения его кисти становились все более и более быстрыми, а Филипп уже выгибался в пояснице, веки его дрожали, а губы раскрывались в немом стоне. Для Шевалье не было ничего более ценного, чем видеть это тихое удовольствие на лице любимого. Вновь взгляд его стал твердым и лукавым… Быть может, с такого взгляда рисовали бы лик самых развязных бесов! А какая улыбка появилась на лице блондина, когда он ощутил влагу на своей ладони. -Ммм. – довольно протянул мужчина и навалился на принца. Они не разговаривали во время секса, ибо в том не было никакой нужды. Их любовь не требовал пустых сотрясаний воздуха, но требовала тепла и страсти. -С возвращением домой, мой дорогой. – прошептал Шевалье прямо на ухо Филиппу и вытер руку об одеяло. Разгорячённый Филипп, немного нахмурился, ибо не понимал слов любовника. Он ощутил, как тот упал прямо рядом с ним и коснулся острых выступающих скул. -Как много ты выпил сегодня? – спросил принц, открывая глаза. – Я возвратился в Версаль два дня назад. Филипп смотрел на Лоррена и понимал, что тот вкладывает в свои слова свой смысл, ибо выглядел он таким хитрым и довольным, словно лис, который сумел избежать всех ловушек и скрыться от погони… Филипп помнил лишь один такой случай. Он тогда охотился без брата, но морду наглого хищника запомнил навсегда, а прямо сейчас рядом с ним был точно такой же лис, но только теплый и свой. В любом случае герцог предпочитал верить, что Лоррен именно свой лис и всегда будет на его стороне, не предаст, в отличии от всего мира. -Быть может, ты и прибыл два дня назад, но возвратился ты лишь сейчас. - снова хитро прошептал Шевалье и погладил любовника по щеке. Он потянулся к нему, желая поцеловать, но вторую руку вытянул вперед, чтобы достать бокал вина. Филлип осторожно коснулся губ любимого, но сейчас это был поцелуй нежности, а не той грубой страсти. Они осушили тот один бокал вместе, отпивая по очереди, как делали всегда. -Так что он наговорил тебе? -Он сказал, что именно я проживаю за него те моменты, которые он бы хотел прожить. - сразу же ответил на вопрос принц. Взгляд его в тот момент стал пустым и слегка отстраненным, но теплая ладонь вновь приласкала бледную щеку. -Так давай же не будем тратить эти бесценные мгновения столь прекрасной ночи. – предложил Лоррен и тут же навис над принцем. -Отчего же она стала прекрасной? – остановил его Филипп, чтобы успеть скинуть хрустальный бокал с кровати - они постоянно мешали. -Оттого, что ты украшаешь ее. - не раздумывая ответил ему Лоррен. Они вновь слились в горячем поцелуе, ибо ночь и правда только лишь началась для них…