Дракон для принцессы - счастье для всех, особенно для принцессы!

      Я знаю, мы не можем быть вместе. Я это знаю, но и не хочу, чтобы Нацу меня отпускал, пусть это и невозможно. Нужно прекратить весь этот спектакль и проснуться. Проснуться от долгого сна, раскрыть глаза и стать настоящей королевой: холодной, как сталь, и никогда больше не любить. Никогда… — Люси… я заберу тебя туда, где тебя никто не найдёт, — прозвучало возле моего уха.       Как бы я хотела, чтобы так и было, но… — Нацу… — я улыбнулась сквозь слёзы. — Нам не судьба… прости меня, — Я вырвалась из столь манящих меня объятий.       Почему, почему мне так больно? Нет, Господи, за что мне это? Прости, прости, Нацу.       Я не могу остаться с тобой, даже если перечеркну всю свою жизнь, но если я этого не сделаю, я перечеркну всю твою жизнь. А знаешь, если это сон, я его никогда не забуду. Как бы мы не хотели просыпаться, нам всё равно придётся проснуться и встретить день, хоть и с фальшивой, но улыбкой… — Люси, нет!..       Собрав все силы в кулак, я перестала плакать. Я хочу, чтобы он забыл меня. Забыл, как страшный сон. — Нацу, — мой ледяной тон прошелся эхом в моей голове, но я продолжила: — Я не люблю тебя, всё, что произошло, было лишь минутной слабостью, которая не должна была произойти. Все эти семь лет мы жили в одной башне, и ты ни разу не пришёл ко мне. Знаешь, мы с тобой из одного мира, только в этом мире мы по две разные стороны. Нам нельзя быть вместе, мы просто уничтожим всех тех, которые живут с нами. Прощай, — я развернулась и медленно пошагала в неизвестном направлении.       Я не знаю, куда идти, я просто иду, чувствуя спиной его взгляд и руку, которую он вытянул в надежде, что я всё-таки вернусь. Нет, я не могу! Я боюсь, я очень сильно боюсь…       Не знаю, долго ли я шла, но я как-то оказалась возле башни. Я плохо помню, как меня схватили, но помню лицо отца: полное ненависти и брезгливости. Я не помню, как на мне оказалось столько синяков и ссадин, я даже не помню, как меня опять заперли в четырёх стенах башни. Я очнулась лишь после резкого стука в дверь. Что им нужно? Я не хочу никого видеть… — Входите, — я удивилась собственному голосу: он был жёсткий и суровый, свойственным лишь королям и королевам; похоже, я теперь понимаю, как люди высшего общества становятся такими страшными. Они теряют самое дорогое. — Ваше Величество, — я услышала тоненький проточный голосок служанки, доносящийся с двери. — Вам приказано сидеть в башне весь этот месяц,       Тоже мне, удивила. Я здесь уже семь лет сижу. — Только вот Его Величество приказал, чтобы Вы осознали тяжесть своего преступления, не подавать Вам еду две недели, только воду: раз в день. Извините за беспокойство, я могу идти? — пропищала девушка, а я, всё также не подымаясь с кровати, ответила: — Убирайся.       В моём голосе не было ни злобы, ни величия, а наоборот, усталость. Я устала, просто устала…       Когда дверь захлопнулась, и до меня донеслись звуки удаляющихся шагов, я всё-таки поднялась. Всё моё тело ныло от боли, но это были мелочи. Сердце, которое окаменело за все эти годы, и превратилось в высокую башню, в которую никакой принц не мог забраться, забилось. Каменные стены рухнули, и сердце снова влюбилось, полюбив весь мир… только вот разум не дал возможности уйти, убежать, ведь меня всё-равно найдут, даже если я спрячусь в Аду, меня найдут… и убьют не меня, нет, король не может убить свою дочь, он убьёт Нацу. Пусть он и дракон, ему никогда не победить армию моего отца. Я всем сердцем надеюсь, что Нацу улетел, забыл обо мне и нашёл себе девушку получше…       Я стояла напротив кровати и всё не могла понять: почему меня все так ненавидят? Неужели… точно, теперь до меня дошло.