Дом Воспитания.

Деймос поднялся наверх, в кабинете его уже ждал Фенрир. Встретившись взглядами, оба мужчины молча сели друг напротив друга, словно понимая без слов нужность этого действия. - Фенрир, я узнаю когда-нибудь, что ты за черт? - Прости, Дей… Не сегодня, ладно? Дальше, попрошу тебя не покидать дом, никого не выпускать и никуда не влезать. Приеду завтра, и знай, всё более ли менее под контролем. Кошмар потер руки, сцепил пальцы в замок и потупил взгляд, он просто не знал, куда себя деть, куда провалиться, и все же осмелился задать главный вопрос: - Ты не оставил службу, ты же говорил, что ушел, или врал? Вопрос был задан точно и по сути, на него может не быть ответа. Но раньше Фенрир не скрывал своих дел настолько круто. Конечно, нельзя было угадать, когда он на своей основной работе, даже если мужчины проводили время в кафешке, поедая ни к чему не обязывающее мороженное. Но, обычно мужчина давал понять хоть намеком, что он даже в беседе занят работой и надо как можно активнее изображать сильную дружбу и непринужденность. Деймос был посвящен в эти вопросы минимально, так его дом нередко использовался в качестве места для выискивания каких-нибудь особых персон, которым, впоследствии, грозил срок за хранение и сбыт. Но это было давно и, вроде как, его друг решительно порвал с этой частью. Фенрир молчал, лишь бросая быстрый взгляд на телефон, лежащий на столе, это и было ответом на волнующий вопрос. Деймос, привыкший к подобным сигналам, быстро понял к чему молчанка. Черно-белый, скучный, непробиваемый телефончик, для внутренней связи с мощным шифрованием. Зачем Фенриру телефон, который он использовал, будучи лишь на службе? - Я тебя искренне ненавижу. - Лой узнать не должен, а твой дом вырван из лап синдиката, у меня не было выбора. Башня тоже была в вопросе. Увы, но договора между вами не будет, Алес уже прогрыз её до основания. Накрыть его дела и не дать моей выгодной точке боя погрязнуть, согласись, это не мало. Мне жаль, что отношения твоего мальчика и Алисы были так крепко скрыты даже от нас. Мужчина не на шутку многословен. Впрочем, у него своё понимание, когда, кому и что можно рассказать. Сейчас Фенрир профессионально всматривался в лицо своего друга, ему было важно понять всё и сейчас же. Где-то там, на задворках крыш хозяина Пантеры, лежал человек, неподвижно, ждал сигнала, наблюдая через оптику винтовки. Доверие вещь очень неоднозначная. Даже Деймос не входил в категорию тех, кому можно, или нужно доверять. - Лоя, ради молчания, тоже заставишь застрелиться? Слова заставили службиста с невыясненной для всех профессией, поморщиться от таких варварских предположений. И он позволил себе неуместную улыбку. - Предпочту лоботомию, в случае чего. Деймос, я ни когда не был скромен в выборе решения задач. Какой прозрачный намек поступил, но хозяин Пантеры не оценил этого, его беспокоило только то, чтобы вообще из этого выйти, теперь учитывая открывшиеся обстоятельства, как минимум чистым. Фенрир повернулся лицом к окну, поднялся из кресла, одновременно подав сигнал отбоя. - Твоё заключение? – хозяин Пантеры прикрыл глаза, словно по наитию и с опозданием почуяв угрозу откуда-то издалека, хотя её уже не было и в помине. - Думаю такие люди как ты, пригодятся, выбора тебе уже не оставлено. Я рад, что моё доверие не разбилось о меркантильность и слабость духа, – Фенрир протянул руку для пожатия, и Деймосу ничего не оставалось, как принять этот жест и ответить взаимностью. Телефон, что молча лежал на столе, вдруг один раз взбрыкнул, как для маленьких телефонов, довольно резко и даже повернувшись по оси. Фенрир нажал прием и вслушался в то, что ему сообщили, кивал и молчал, в конце лишь бросил: «принято, берем». - Мне пора, и ты помнишь…никто, никуда, и всё, чему я тебя учил незримо. - Три контракта, - Деймос полез под стол, выуживая бутылку с алкоголем, - Надеюсь, ты меня услышал? - Хорошо, услышал. Лоя надо будет отрапортовать, как положено, подготовь документы. Скучаю по своему псу, да, Дей, я чувствую себя свиньёй, не смотри так. Стоило Фенриру скрыться, Деймос уже без всякого стеснения стал пить из горла. На него свалились события, катастрофически выедающие нервы. Кто бы мог подумать. Раньше его любезный друг выкуривал любую шавку из его дома в считанные часы. Это было очень удобно, тихо и мирно, людей цапали с аукционов, выводили на светские беседы, вязали и потом один бог знает, что было дальше. В этот раз была развернута масштабная игра, между тремя домами веселья, все были вывернуты как карманы, наизнанку. Вскрылся какой-то страшный нарыв. Это не точка, и даже не притон с наркобароном, это что-то больше, сетевое и страшно зубастое. Оно даже пустило свои щупальца в его дом, и он будучи его хранителем, основателем, даже не подозревал, что это будет хрупкая девушка, пешка по сути. Но какая важная фигура, имеющая доступ к слабостям сразу двух сильных хищников, Лою и Сани, потрясающая девица, жаль ей этого не сообщить. Как Фенрир только смог изловить «крысиного короля», в голову не влезало, но ведь умудрился взять за основание яиц. Деймос не мог всё соединить, или хоть как-то впихнуть, в уже явно плавающее от алкоголя, сознание. Для него это, ни много ни мало, какая-то событийная дичь, хаос. Но кое - что еще он недопонимал. Как там его бывший секретарь? Охрана не ломится, сообщений не поступает. Самое время узнать судьбу его бывшего мальчика. Как взрослый и сознательный мужчина, Деймос осознавал, что на месте Сани, быть может, поступил бы так же. Любовь это слабость, порой роковая и губительная. И этот мальчик, так еще молод, так глуп. На этой невеселой мысли Деймос решил проведать подвал и отправился в путь, прихватив с собой початую бутылку. Ему вдруг захотелось, чтобы этот паршивец был жив. Перед самой дверью мужчина замешкался, качнулся и решился войти только после очередного глотка. Кто знает, что он там увидит. Провернув ключ в двери и толкнув её, Кошмар, решительно вступил в подвальное помещение, готовый узреть любой исход. Осмотревшись и остановив взгляд на искомом, сокрушенно выдохнул, то ли от облегчения, то ли от разочарования. Бывший, милый сердцу секретарь лежал на боку, половина лица была залита кровью, плечо, стена, где он сидел. Глаза были открыты, но они блестели, лицо выражало ярость, отчаяние. Неприятное зрелище. Деймос сделал шаг, но его остановил очень уж знакомый, хоть и охрипший голос: - Стой там, где стоишь! Выстрелю. Немного опешив, мужчина присмотрелся. Ба! Парень не застрелился, хотя, судя по всему, пытался. - Духом слабоват… - нетрезвый Кошмар не ощущал угрозы от отчаявшегося парня, его не смущало даже то, что на него смотрит дуло оружия, которое было оставлено для сведения счетов с жизнью. - Выстрелю, клянусь! Ни шагу! – за спиной у Сани стена, отползать некуда, а мужчина нетрезвой походкой продолжает наступать на него, накрывая своей тенью. Сани не выдержал, на пике злости не дрогнула рука, спусковой крючок был втоплен с характерным щелчком. - БАФ! – крикнул уже отчего-то веселый хозяин дома Пантеры, заставив Сани дернуться и выронить пистолет. Чтобы в мальчике не очнулись страсти по шутеру в реальности, повторно, Деймос просто пнул оружие к двери, закончив неудавшуюся угрозу, своей победой и поразительной живучестью. Присев на корточки, стал искать глаза Сани, но тот упрямо отворачивал голову и прятал взгляд. - Знаешь, что я с тобой сделаю? А ничего. Смотри, какой расклад, - Деймос еще раз отпил и с каким-то особым удовольствием процедил прямо в окровавленные остатки уха парня, которые он себе сам оставил, пытаясь неудачно застрелиться, - красный аукцион, лучшая ночь в твоей жизни, скидка Господину Тору в девяносто процентов, контракт, бессрочный, и прощай, мой ласковый лучик. Сани его не слушал, ему было всё равно, он никогда не любил этот дом, не любил никого, кроме Алисы, всё ради неё. Но он не мог себя подозревать в неспособности уйти, чтобы не ждать участи быть проданным какому-то редкому садисту, с каким-то диким даром вырывать душу и запихивать её обратно в жертву. После своего жаркого обещания, Деймос покинул подвал, оставив дверь открытой, по пути вызвонив охрану, отдав приказ подлатать горе - суицидника и закрыть в изоляторе. Еще много вопросов он решал в кабинете, пил и решал, а что еще оставалось. Ричи был отправлен домой, договор потом оформится. Вызвал самого, на его взгляд, сговорчивого контрактника, который иногда подменял Сани и тут же назначил секретарём, прямо с порога, предупредив, что любое "НО" будет встречено пулей в лоб. Ох и напугал он новоприбывшего, зато остался доволен эффектом. Взвалив на плечи новоиспеченного много забот до всем вопросам, передав бумаги, отослав вон, Деймос наконец позволил себе просто отключиться в кресле, из которого пытался править уже давно неуправляемым кораблем, как истинный капитан.