Потерян и не найден

*** Могут ли убить человеческие губы? Целующие, крадущие дыхание, вымывающие остатки разума одним лишь своим видом? И как долго можно терпеть такую пытку? Чего будет стоить просто отступить? Каждый раз, целуя Антона, Арсений гнал от себя мысль, набатом стучавшую в висках: «Ты его разрушаешь». Вступая в полемику с самим собой, мужчина ни разу не принял верное решение. Он задыхался от нежности, до боли распиравшей грудную клетку, когда Антон был рядом. Он царапал и грыз стены своего подсознания, когда тот уезжал. В этом бесконечном круговороте боли Арсений чувствовал себя крохотным перышком, гонимым ураганом.  Прохожие шокированно смотрели вслед человеку, чье лицо побледнело и осунулось за считанные дни. А Попов не замечал никого и ничего, кроме своей Вселенной. *** Нужно было быть слепцом, чтобы не увидеть изменений в Антоне. Дело тут даже не во внешности. Все мы становимся старше, но едва ли это может оправдать меланхолию, опускавшуюся на парня тяжелой пеленой. Она забирала Шастуна в свой душный плен, не давала дышать, прятала в закромах до тех пор, пока тот не переставал кричать. Тогда, оставив Антона, смотрящего в стену пустыми глазами, на холодном полу, она уходила. Уходила до следующего раза, когда парень вдруг почувствует себя счастливым. Что случилось с ним, не знал никто, только он сам. Ира даже хотела намекнуть парню на психолога, но, получив в ответ угрюмый, полный негодования взгляд, отступила. Ее назойливая забота, трепет, ласка вгоняли Шастуна в злобу. Но лишь потому, что он не мог себе позволить принять их. Не заслужил. Как и Арсения. Были ли на свете вещи, которых Антон Шастун достоин? Безусловно. Девяти грамм в висок или петли на шею. Останавливало лишь то, что, погубив себя, он заберет еще одну жизнь. Невозможно желать счастья своей любви, мечтая о смерти. Жаль, эта аксиома не находила понимания в сознании Антона. *** Так что же мы имеем в итоге? Двух людей, запутавшихся в себе. Двух людей, заблудившихся друг в друге. Могу ли они быть счастливы? Безусловно. Но вместе ли? Об этом еще рано судить.