Гексада Антероса

      Невероятные ощущения легкости, парения и свободы. Головокружительной скорости. Когда все кажется ненужным и неважным. Когда тревоги и заботы дня меркнут, истлевая. Когда ледяной упругий ветер хлещет в лицо, и хочется лишь одного — выплеснуть эмоции, поддавшись власти стихии.       И Гарри не сдержался. Раскинув руки в стороны, закричал. Как в тот раз, когда они шагнули в пропасть. Полет пьянил его не хуже крепкой настойки. В ушах шумело. Сердце бешено стучало в груди. От холода закоченели пальцы. Текли слезы. Мелкая морось дождя заливала очки.       Еще быстрее! Еще выше!       Там-там-да-там, тум-да-да-там, та-да-там-дам.       Вторили барабаны, невольно заставляя ускориться.       Пригнувшись, Гарри рванул вперед подобно стреле. Резко вскинув древко, поднялся высоко в небо, разрывая низкие хмурые тучи. Замедлился, а после и вовсе остановился, зависнув в невесомости. Спустя секунду, извернувшись, направился вниз, разгоняясь еще быстрее и чувствуя стремительность падения. Вынырнув из толщи облаков, он едва успел выровнять метлу, чтобы не врезаться в свинцово-черную неспокойную поверхность озера.       Испуганно екнуло сердце. Голова закружилась. Гарри счастливо рассмеялся. В последние месяцы ему редко удавалось выкроить свободное время для полетов. И не только для них. У него не было возможности даже встретиться с друзьями. Не говоря уже о чем-то более личном.       Черт! Снейп!       Там-там-да-там, тум-да-да-там, та-да-там-дам.       Круто развернувшись, Поттер направился к школе. За время прогулки он основательно продрог и проголодался. Все утро воскресенья он посвятил квиддичной команде Гриффиндора, помогая разрабатывать стратегию. А после этого решил полетать над Черным озером. И, увлекшись, совсем позабыл о встрече со Снейпом.       Приземлившись во внутреннем дворе замка, Гарри уменьшил метлу и спрятал ее в карман мантии. Срываясь на бег, понесся по коридорам, надеясь застать Снейпа. Но, запнувшись, вдруг остановился, неожиданно понимая, что спешит именно к нему. И не для того, чтобы закончить игру, а желая его увидеть.       И увидел, стоило только появиться на пороге Большого Зала. Обед заканчивался, и большинство обитателей Хогвартса уже покинули помещение. Поэтому никто не обратил внимания, как, столкнувшись в дверях, они, помедлив, отпрянули друг от друга. — Добрый день, сэр.       Снейп бегло оглядел его с головы до ног и нахмурился. Гарри потянулся поправить сбившуюся во время полета мантию, но одернул себя. Старые привычки пора было искоренять. — Поттер, жду вас через час в своем кабинете. Постарайтесь не задерживаться.       Гарри кивнул, но так и не сдвинулся с места, преграждая Снейпу путь. Тот вопросительно изогнул бровь, словно спрашивая, что это значит. Но Поттер лишь молча всматривался в знакомое жесткое лицо, надеясь найти хоть отголосок тех эмоций, которые ему удалось заметить вчера. Снейпу ведь явно хотелось — Гарри видел колебание в его глазах — остаться с ним после возвращения из тюрьмы. Поттер и сам желал этого не меньше, потому и расстроился, когда тот ушел.       Тут же, словно издеваясь, услужливая память подкинула воспоминания о том, как они сидели в камере, тесно прижавшись друг к другу. Как Снейп обнимал его, как Гарри сам обнимал в ответ. Как они неслись по бесконечным тюремным коридорам и лестницам. Как прыгнули вместе в пропасть...       Они вздрогнули одновременно, когда рядом кто-то громко рассмеялся. — Не забудьте, я жду вас через час, — повторил Снейп севшим голосом. — Да, я понял.       Гарри посторонился, пропуская его. — Поттер. — Что? — Приведите себя в порядок. — Хорошо, — улыбнулся он.       И продолжал улыбаться, глядя в спину уходящего Снейпа. — Все воюете? — спросил Флитвик, когда Гарри устроился за обеденным столом. Да, рассчитывать на то, что их разговор никто не заметит, было наивно с его стороны.       Он неопределенно пожал плечами. Однозначного ответа у него не имелось. Воюют ли они? Может быть. Только с кем? Против кого? И за что? Неизвестно...       Быстро расправившись с едой, Гарри бросился к себе в комнату, чтобы наскоро принять душ и переодеться. Он так торопился, что врезался плечом в дверной косяк. Вскрикнув, удивленно осмотрел то место, в которое вчера во время побега вонзился штырь. Раны, как и синяка, он не обнаружил — кожа на плече оказалась неповрежденной. И тем не менее Гарри все равно испытывал боль. Странно, ведь сама Игра на них следов не оставляла. Возможно, так случилось потому, что был именно ее ход? Взглянув на часы, Гарри понял, что опаздывает. Решив, что подумает об этом позже, подхватил шкатулку и поспешил на выход. Он успел уложиться в отведенный срок и ровно через час уже стучал в дверь кабинета директора.       Когда Гарри вошел, Снейп стоял у окна, заведя руки за спину и сцепив их в замок. Он резко развернулся и произнес: — Вы вовремя. — Мне кажется, или вчера мы перешли на «ты»? — храбро спросил Гарри, наблюдая за тем, как Снейп взмахом палочки трансфигурирует кушетку в удобный диван.       Этот пробный выпад Снейп проигнорировал и, усевшись, жестом указал на место возле себя. Гарри тяжело вздохнул. Собственно, чего он ждал? Что Снейп изменится? Станет мягче? Черта с два! Только не он!       Там-там-да-там, тум-да-да-там, та-да-там-дам.       Поттер устроился рядом и разложил между ними лист, на котором уже три поля явно отличались от оставшихся. Картинки на них заметно потускнели. — Как вы думаете, куда мы попадем на этот раз? — спросил Гарри, крутя кубик в руке. — Куда бы ни попали, нам это не понравится, — мрачно предрек Снейп. — Не нам, а вам.       Снейп прищурился и властно потребовал: — Не тяните время. Кидайте!       Гарри подавил рвущийся наружу нервный смешок — Снейп, как обычно, оставлял последнее слово за собой — и бросил кубик.       Очередная круговерть.       На этот раз Гарри шлепнулся на что-то мягкое, оказавшееся низкой тахтой, обложенной россыпью расшитых пузатых подушек. Комнату, в которую они попали, Поттер осмотрел позже. А сейчас все его внимание было сосредоточено на стоящем перед ним Снейпе, на лице которого одна за другой сменялись эмоции.       Растерянность. Неверие. Злость.       И Гарри отлично понимал природу возникновения этих чувств. Наряд Снейпа выглядел экзотично и очень впечатляюще. Короткая набедренная повязка из тигровой шкуры. Перевязь и гетры из того же материала. Золотые крупные бусы на груди. Тяжелые браслеты на запястьях и щиколотках. Высокий тюрбан, искусно украшенный драгоценными камнями.       Темные, густо подведенные глаза Снейпа гневно сузились, когда он осмотрел свой костюм. — Да какого черта! — рявкнул он, ощупывая головной убор. — Поттер, если это, — Снейп неопределенно взмахнул рукой, указывая на себя, — твое желание, то...       Гарри закусил губу, пытаясь не засмеяться. Глубоко вздохнул, успокаиваясь, и нейтрально заметил: — Эм, я не знаю, чем руководствовалась Игра при выборе твоего... наряда, но, должен признаться, он тебе необычайно идет. — Ты издеваешься?! — прошипел Снейп, грозно наступая на Гарри. — Нет, вовсе нет! — Тот вскинул руки в защитном жесте. — Я говорю чистую правду. Ты действительно прекрасен!       Снейп резко остановился, нависая над Поттером. Прищурившись, вгляделся в его лицо, словно пытаясь уловить насмешку. Но Гарри лишь восхищенно смотрел в ответ.       Раздраженно сорвав с головы тюрбан, Снейп отшвырнул его в сторону. Туда же полетели и пара подушек, сброшенных с тахты. Гарри проследил за их полетом и наконец обратил внимание на помещение, в котором они находились.       Стены задрапированы яркими материями. Пол устилали ковры с необычным орнаментом. Над головой раскинулся переливающийся буйством красок балдахин. Возле тахты — низкий столик, на котором стояли огромный поднос с фруктами и блюдо с восточными сладостями. — М-да, красота, — задумчиво протянул Гарри, оглядывая себя.       Его наряд тоже поражал воображение, хотя был менее экстравагантным, чем костюм Снейпа: шаровары из тонкой золотистой ткани и парчовый жилет, украшенный богатой вышивкой. — Согласен, — поддержал Снейп, усевшийся рядом и тоже осматривающий комнату. — Есть идеи? — откидываясь на подушки, спросил Гарри. — Я не чувствую, что Игра как-то ограничивает нас. По крайней мере, в пределах этого места мы можем свободно передвигаться. Я не думаю, что нам надо сбежать отсюда. Как это было в тюрьме. — Тогда... — Что? — Если судить по тому, что на одном из полей был изображен танцовщик, то тебе предстоит... хм, танцевать?       Снейп вновь что-то злобно прошипел в адрес Игры. Похоже, он пришел к такому же выводу. В конце-то концов, это было вполне ожидаемо.       Будто в подтверждение слов Поттера послышалась тихая, ненавязчивая мелодия. Драпировки на одной из стен раздвинулись. В комнату легко вбежали три девушки в ярких восточных нарядах и принялись танцевать. — Я не умею, — глядя на них, сквозь зубы зло выдохнул Снейп, — и не собираюсь выставлять себя на посмешище. — И что ты предлагаешь? Иначе мы никогда отсюда не выберемся. И навсегда застрянем в этом жутком помещении.       Снейп брезгливо поморщился. Видимо, не только Гарри не нравился местный интерьер с его многообразием красок. — Северус, — осторожно тронув его за руку, позвал Поттер, — здесь, кроме нас, никого нет. И я ни с кем не собираюсь делиться своими воспоминаниями об этой Игре. — Достаточно того, что я буду знать — ты помнишь.       Гарри тяжело вздохнул, больше он ничего предложить не мог. Стирать себе память он точно никогда не позволит. Слишком ценными были эти воспоминания. Слишком сильные эмоции они вызывали. Сильные и важные. Необходимые...       Девушки все кружили по залу. Они словно скользили, перетекали подобно ртути из одного положения в другое. Каждое их движение — плавное или резкое — казалось идеальным, наполненным легкостью и чувственностью. Яркими всполохами мелькали разноцветные юбки, расшитые бисером и драгоценными камнями. Слышался мелодичный перезвон браслетов.       Танец буквально завораживал своей красотой. И все же Гарри ловил себя на том, что продолжает искоса рассматривать сидящего рядом Снейпа. Возможно, если тот будет делать то же, что и девушки, Игра примет это за выполнение задания? — Попробуй двигаться, как они? — указывая на танцовщиц, предложил Гарри.       Снейп перевел на него недовольный взгляд. Поттер украдкой выдохнул. То, с каким вниманием Снейп следил за девушками, ему определенно не нравилось. — Хочешь выставить меня идиотом? — Просто попробуй, — настойчивее попросил Гарри, и Снейп, к удивлению их обоих, подчинился.       Встав с кушетки и сделав несколько шагов вперед, он попытался изобразить некоторые фигуры танца. Покрутился — едва не упал. Высоко поднимал ноги — отчего короткая набедренная повязка задралась еще выше, оголяя бледные ягодицы. Резко взмахивал руками — словно хотел взлететь. Неуклюже подвигал бедрами...       Это выглядело так нелепо, что Гарри не выдержал: — Прекрати.       Снейп моментально остановился и медленно обернулся. Встретившись с ним глазами, Гарри инстинктивно подался назад, вжимаясь в подушки. Мрачная сила гневного взгляда, казалось, придавила его своей мощью. Он даже поежился из-за этого неприятного ощущения. — Доволен? — яростно не то прошипел, не то прорычал взбешенный Снейп.       От такого напора Гарри окончательно растерялся. Конечно, Снейп прав — танцор из него, мягко говоря, неважный. Но задание есть задание. — Чем я должен быть доволен? — Причину его возмущения Гарри не понимал. — О, эта Игра не смогла придумать ничего лучше, чем наделить тебя властью надо мной. И теперь я вынужден исполнять твои распоряжения! — Империус? — неверяще выдохнул Гарри. — Бездумного блаженства и радости от выполнения твоих приказов я не испытываю, — немного успокоившись, отозвался Снейп, — но и сопротивляться им не могу.       Осознав масштаб возникшей проблемы, Поттер гулко сглотнул. С одной стороны, Снейп — полуобнаженный, привлекательный, пленительный и... доступный — будет обязан делать все, что только желает Гарри. В этом пространстве. С другой — их заметно улучшившиеся отношения. В реальности.       Гарри привычно взъерошил волосы. Имел ли он право принуждать Снейпа? Когда-то он многое бы отдал за подобную возможность. А сейчас? Действительно ли он хотел этого сейчас?       Нет, определенно нет. Только не теперь, когда они сблизились. Только не Снейпу, который безумно нравился Гарри. Да что уж скрывать и обманывать себя? Снейп не просто ему нравился — Гарри желал быть с ним, обладать им, находиться рядом с ним и... любить? — Так, ладно, — вскочив с тахты, преувеличенно бодро начал Поттер, — по крайней мере, нам стало известно, в чем подвох.       Взмахом руки он отпустил танцовщиц. Удовлетворенно проследил за их исчезновением. А затем бесстрашно приблизился к мрачно наблюдающему за ним Снейпу. Надо признать, тот был в отличной физической форме. Однако сейчас он казался скованным, напряженным, застывшим в ожидании худшего. Словно змея, готовящаяся к решительному броску. — Давай попробуем сделать по-другому. На этот раз я буду танцевать вместе с тобой. Не вальс, конечно. Мне так и не удалось ему обучиться. Что-нибудь более современное.       Поттер говорил быстро, будто боясь, что его перебьют. Но Снейп молчал, лишь продолжал сверлить недовольным взглядом.       Повинуясь желанию Гарри, спустя мгновение нежная мелодия изменилась на ритмичную композицию. Получалось, что Поттер мог управлять не только Снейпом, но и самой Игрой — до определенных пределов?       Неловко потоптавшись, Гарри прислушался к звучащей мелодии и задвигался, стараясь попадать в такт. Несколько раз в поисках партнера на ночь Поттер посещал маггловские ночные клубы, где и научился некоторым танцевальным приемам — точнее, просто за компанию дергался под музыку. — Это отвратительно, — несколько минут понаблюдав за ним, резюмировал Снейп.       Гарри остановился. Он раскраснелся и тяжело дышал. Ему казалось, что в помещении стало невыносимо жарко, хотя сам он при этом мелко дрожал. — Черт побери, я хоть что-то предлагаю!       Круто развернувшись, он добрел до тахты и устало рухнул на нее. Откинувшись на мягкие подушки, прикрыл лицо рукой. Почему-то кружилась голова, а перед глазами расплывались черные пятна. Накатила дикая слабость. — Ты ведешь себя как обиженный ребенок, — по-своему истолковав расслабленную позу Гарри, едко бросил Снейп. — Ты ведешь себя не лучше, — отозвался Поттер, убирая ладонь. — Я пытаюсь помочь тебе, не прибегая к приказам, а ты упрямишься. Ты же понимаешь, мы не сможем вернуться, пока задание не будет выполнено. — Какая оригинальная мысль, — съязвил Снейп в ответ.       Он остался стоять посреди комнаты, лишь скрестил руки на груди в явно защитном жесте. Гарри прекрасно понимал, как ему неприятна сложившаяся ситуация, и разделял его негодование, однако они не в силах были что-либо изменить. Хотя... экзотичный и откровенный наряд Снейпа натолкнул Гарри на еще один возможный вариант, который он и поспешил озвучить: — Должен же ты хоть как-то уметь двигаться под музыку? Неужели ты ни разу не танцевал с человеком, который тебе нравится? Или, может быть, для него? Ну, я не знаю, стриптиз или эротический танец? — За кого ты меня принимаешь, Поттер? За хастлера? Я вполне прилично вальсирую, и этого мне достаточно. — Да, я помню. Но наши костюмы предназначены явно не для вальса. Нам изначально отвели определенные роли: ты — танцуешь, я — смотрю. Поэтому остается только одно: ты должен танцевать для меня, словно хочешь привлечь именно мое внимание.       Снейп заметно напрягся и остро глянул на него исподлобья. Гарри даже сказал бы, что он смотрел как-то подозрительно. Неужели ему известно об Игре намного больше, чем он говорил? Хотя вряд ли — Снейп не стал бы утаивать важную информацию. Он не мог так поступить. Или... мог?       Поттер задушил в зародыше сомнения в честности Снейпа. Отогнал от себя эти скверные мысли. Об этом вполне можно было подумать и после возвращения. Сейчас же он с нетерпением уставился на Снейпа в ожидании его действий. — Чтобы тебе было удобнее, я приглушу свет, — предложил Гарри, поторапливая.       Едва он это сказал, в помещении стало заметно темнее и уютнее. Буйство красок больше не раздражало сумасшедшей яркостью. Хорошо освещенным было лишь то место, где находился Снейп. Гарри прекрасно его видел, хотя сам оказался скрыт полумраком. Мелодия тоже сменилась, преобразившись в тягуче-медленную, проникновенную и захватывающую дух.       Несколько минут ничего не происходило. Снейп застыл, а Гарри, затаив дыхание, ждал.       Густо подведенные черные глаза сверкнули каким-то зловещим, темным огнем, словно их обладатель решился на что-то запредельное. Сила эмоций, которая в них плескалась, поражала. Гарри, облизнув вмиг пересохшие губы, невольно подался вперед, боясь что-нибудь пропустить.       Выждав еще мгновение, словно прислушиваясь к звучащей композиции, Снейп начал танцевать. Скованно и медленно. А после, приноровившись, — свободно и легко. Его движения не были выверенными и отточенными, скорее резкими и порывистыми, но у Гарри почему-то вновь закружилась голова.       Он как зачарованный смотрел на Снейпа, и в его груди разгоралось что-то огромное, не дающее спокойно дышать. Да, Снейп танцевал неидеально, но выглядело это очень ярко и искренне. Каждый шаг, каждый взмах руки, каждый поворот были наполнены эмоциями и чувствами. Гарри даже замер, когда понял, что именно приводит его в такое волнение. Снейп — закрытый, сдержанный, отстраненный — оказался весьма страстной натурой. Под той броней, за которой он прятался, скрывался совсем другой человек. Темпераментный, необузданный, дикий и... живой. И это явно отражалось в его танце. В его эффектном наряде, так удачно подобранным Игрой. — Черт возьми, — прошептал Поттер.       Тонко звенели браслеты. Гарри никак не мог отвести взгляд от сильных ладоней с длинными пальцами, которыми Снейп дотрагивался до себя. Гарри и самому хотелось провести руками по его телу, нежа и лаская блестевшую от пота кожу.       Он поерзал на месте, сидеть стало неудобно. Пораженный увиденным, он возбудился.       Пользуясь сгустившейся вокруг него темнотой, Гарри накрыл ладонью пах и начал поглаживать себя. Пару раз казалось, что Снейп заметил, где находится рука Поттера. И от этого испытываемое наслаждение чувствовалось ярче и острее.       Глянув еще раз в его сторону, Снейп сбился с ритма, однако тут же вернулся к танцу, ни на секунду более не отводя от Гарри темных, горящих глаз.       Поттер, улыбнувшись своим шальным мыслям, жестко провел ладонью по ткани, натянувшейся на внушительной выпуклости. Лицо Снейпа исказила гримаса то ли боли, то ли вожделения, и Гарри понял, что тот все прекрасно видит. Но остановиться не мог. Да и не хотел.       Слегка приспустив шаровары, обхватил налившийся желанием член. Гарри смотрел на тяжело дышащего от непривычных движений Снейпа, на его покрытую испариной грудь, на подрагивающий живот, на тигриную шкуру, обтягивающую бедра и не скрывающую ответную реакцию.       Гарри понимал — Снейп не захочет признать, что заинтересовался им. Хотя для него самого такой проблемы не стояло. После их приключения в тюрьме, когда они целые сутки были вынуждены находиться в непосредственной близости и согревать друг друга в объятиях, после откровенного купания в молочной ванне — сложно обманывать себя. Гарри желал Северуса. Желал быть ему другом, партнером, любовником... Или всем сразу.       Снейп замедлился. Теперь зрелище стало еще пикантнее. Гарри жадно смотрел, скользя взглядом по полуобнаженному телу. Натяжение мышц под светлой кожей, тонкие ключицы, красивые запястья, растрепанные волосы, легкий румянец на щеках — хотелось прикоснуться к нему. Или прижаться губами.       Дернувшись, Снейп сделал непроизвольный шаг по направлению к Гарри. Как было бы замечательно, если бы он сел перед ним на колени и заменил его руку своей. А еще лучше — склонившись, взял бы его член в рот. Гарри, закусив губу, глухо застонал, представляя это. Скорее всего, если попросить Снейпа подойти, то он подчинится. Но, несмотря на острое желание поступить именно так, Гарри промолчал. Северус никогда не простит ему принуждения.       Поттер водил рукой по члену, размазывая по головке выступившую каплю смазки, и плавился от жарких взглядов Северуса. Ещё неделю назад он не мог предположить, что будет мастурбировать перед ним. Но делал это сейчас!       Напряжение стремительно нарастало, нестерпимо хотелось выплеснуться, но не себе в кулак, а на Снейпа. Хотелось забрызгать его красивый наряд спермой так, чтобы белесые капли падали, стекая по гладкой тигриной шкуре. От представленной картины у Гарри потемнело в глазах. Он едва не кончил, видя, что Снейп продолжает, не отрываясь, смотреть на него и непроизвольно облизывает губы.       Гарри трясло как в лихорадке. Жар съедал его изнутри. И казалось, что единственный, кто мог бы помочь — это Северус. Близкий, находящийся на расстоянии вытянутой руки, и в то же время такой недосягаемый.       Снейп, сделав еще один — последний, решающий — шаг вперед, наклонился, словно собираясь исполнить все желания Поттера. И, протянув руку, обхватил ладонь Гарри своей, помогая ему и подгоняя. Глаза Гарри закатились, и он, громко застонав, кончил.       Они не заметили, когда их перенесло обратно. Гарри потянулся, еще находясь во власти чувственной истомы, и прижался к губам Северуса. Тот ответил на поцелуй, но тут же отпрянул: — Ты весь горишь!       Гарри удивился, не понимая, почему тот отстранился. На черной преподавательской мантии отчетливо виднелись следы спермы. — Да, горю... — Поттер блаженно улыбнулся, все получилось даже лучше, чем он ожидал. — Идиот, у тебя жар!       С Поттером и правда творилось что-то непонятное. Его сильно знобило. Глаза слезились. Снейп нахмурился и приложил руку ко лбу Гарри, после чего тут же ее отдернул. — Вряд ли это реакция на оргазм. Слишком странно даже для тебя. Ты простудился вчера? Когда мы были в камере? — Нет, — облизав пересохшие потрескавшиеся губы, ответил Поттер и закашлялся. — Я сегодня замерз, когда немного полетал. — Немного — это сколько? — Несколько часов. — Идиот, — зло повторил Снейп.       После чего резко поднялся и быстро скрылся в соседней комнате, где, скорее всего, находилась его лаборатория. Вернулся он спустя пару минут с двумя фиалами. — Пей! — властно приказал он, вручая Гарри одну бутылочку. — Жаропонижающее.       Поттер молча подчинился — приподнялся и выпил предложенное. И тут же получил второй фиал. — Бодроперцовое.       Стоило принять его, как из ушей и носа Гарри пошел легкий дым. Он обессиленно откинулся на спинку дивана, пережидая неприятные ощущения и следя за тем, как Снейп взмахом палочки очищает свою мантию. Жаль.       Гарри устало прикрыл глаза — казалось, всего на мгновение. Но когда открыл их вновь, за окном наступил поздний вечер. Сам Поттер лежал на диване, укрытый пледом. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Снейп, сидящий за своим рабочим столом. — Намного лучше, — откинув плед, Поттер поднялся. — Спасибо. — Замечательно. Теперь тебе ничего не мешает вернуться к себе в комнату. — А... — После поговорим, — нетерпеливо отрезал Снейп, взмахом руки указывая на дверь. — Поздно. Я хочу остаться в одиночестве. — Хорошо.       По дороге в свою комнату Гарри горько размышлял о том, что, скорее всего, Снейп его к себе никогда не подпустит. И даже не сразу понял, что не слышит более настойчивый стук барабанов. Продолжение следует...