Рыжая

Привычно забыв, какое сегодня число и день недели, школьники, словно лунатики, бродили по коридорам. Пока на этаже не было учителей, старшеклассники захватили власть над светом: парочка парней из десятого охраняла выключатель, окружив его. Они сидели на полу, подложив рюкзаки под спины, и тихонько дремали, однако, стоило кому-нибудь приблизиться с ясным намерением включить свет, они поднимали глаза на пришедшего и отпинывали того длинными ногами. Рыжая не желала озарения коридора болезненным желтым светом, а потому была благодарна смельчакам за их работу. Рядом с ней списывал алгебру Артём, трепалась по телефону Леночка, курсируя от одной стены к другой. Даша скучала и ждала хоть кого-нибудь из друзей. Пришла Юля, Света, за ними Ксюша, Рита, Саша, Настя. Девчонки шли одна за другой, а вот парней не было. — Опять в туалете списывают, — предположила Юля. — Тёма, они брали у тебя что-нибудь? — Даже на этаж не приходили, — ответил очкарик, — из Б класса сегодня тоже никого не было. — Может парней в армию забирают? — Лен, ты дура? Им нет восемнадцати, какая армия?! — От дуры слышу! Юля сложила руки на груди и отвернулась от одноклассницы. — Перестаньте! — прикрикнула Рита. — Вон они, идут. На этаж поднялись парни. Шли толпой, но довольно тихо. Не было привычного хохота, криков, громких разговоров. Лица такие, будто часа три на контрольной по геометрии просидели. — Вы откуда таки загадочные? — спросила Саша. — Нормальные мы, — Витька говорил и хмуростью своей пропитывал каждый звук, — внизу сидели, разговаривали. Рыжая не придала бы особого значения поведению одноклассников, если бы все они не смотрели на неё. И разгильдяй Саня, и Витька, и Антон с Трифоновым, и даже Ярик — все по очереди бросали взгляды на девушку. Первая мысль, которая пришла в голову, была о том, что с её одеждой или причёской что-то случилось. Глянув на себя в зеркальце, Александрова убедилась: с внешним видом всё в порядке, и причина внимания парней крылась в другом. Она собиралась спросить напрямую, но увидела Славу, шедшего к ней. Коротко поздоровавшись и обнявшись, она пошла по коридору с ним. — Не выспался нифига, — в очередной раз зевнув, посетовал Ярцев. — Такое аниме вчера крутое смотрел, блеск! Главная тян чем-то на тебя похожа даже. В вк название скину, обязательно посмотри. — Посмотрю… Слава, ты в школу давно пришёл? — Девять лет назад. — Я серьёзно! Ты парней моих внизу видел? — Какого именно: Пашу, Юру, а может быть Ярослава вашего замечательного? Слава веселился, видя, как злится рыжая девушка, как её маленькие кулачки сжимаются, а лицо наливается краской. — Ты достал! С тобой невозможно нормально разговаривать! — Мне очень нравится, когда ты так возбуждаешься на меня, льстит. А парней твоих я не видел. Даша вздохнула и посмотрела, который час. До звонка оставалось пару минут, пришлось вернуться к кабинету и дожидаться учительницу по физике. Одноклассники шуршали разговорами, суть которых рыжей уже не суждено было узнать. В кабинете было прохладно. Девочки в тоненьких платьях своих сразу нахохлились, как воробьи, и прижались друг к другу, парни в пиджаках перемен не заметили. Учительница дала решать задачки. Мысли в голове танцевали ритуальные танцы и горланили песни, все формулы в страхе спрятались по углам. Глянув в тетрадь Юли, Даша поняла, что помощи ей ждать бессмысленно. Физиков в классе можно было по пальцам пересчитать, но попробовать списать у них всё-же стоило. Смирнов без зазрений совести списывал с телефона, Артём делал другой вариант, а Трифонов сидел так далеко, что его ответы дошли бы до рыжей к концу урока. Оставалась последняя надежда на Сашу и Риту. У Ивлевой просить не хотелось, поэтому девушка обратилась к её соседке. — Я и сама ещё не решила ничего, — шепнула Черкасова и перелистнула тетрадь. Даша успела зацепить взглядом то, что у Риты сделаны почти все задания. — Ладно, ничего, — Александрова повернулась к себе и посмотрела на задания снова. «Нет, сама ты их вряд-ли решишь правильно, — подумала она про себя, — но и списать никто не даёт. Что за бред происходит? Почему все как-то странно себя ведут?». Протяжно вздохнув, Рыжая перечитала условие задачи и начала записывать в тетрадь данные. К концу занятия у неё было решено три задачи из пяти. — Лучше, чем совсем ничего, — подбодрила Юля. — Надеюсь, сегодня у нас никаких потрясений больше не будет? — Сейчас литература, вроде, там всё тихо и мирно должно быть. Рыжая воспряла духом и вышла в коридор. Литература проходила в соседнем кабинете, и идти пришлось не очень далеко, но опять повторилось утреннее внимание со стороны проходящих школьников к Даше. Девочки чуть постарше собирались поодаль в стайки и перешёптывались, кивая головой на неё; парни, проходя мимо, то улыбались, то наоборот смотрели с неодобрением. Теряясь в догадках, восьмиклассница готова была уже на весь коридор крикнуть: «Что со мной не так?!», но трусила и вжималась в стену, отворачиваясь от прохожих. Каким-то северным ветром на этаж занесло Гегеля, к тому же одного, а не с новой девушкой. Он не шёл бесцельно, прогуливаясь от кабинета к кабинету. Глазами он искал свою рыжеволосую знакомую, а когда нашёл — остановился и заговорил: — Рыжая, пойдем, надо поговорить. Сперва она хотела притвориться, что не услышала, потом, что не знает этого человека, а после, что умерла. Разговаривать с Пашей не было ни малейшего желания, одно лишь его присутствие бесило. — Почему тебе постоянно нужно по два раза повторять одно и то же?! — парень явно был взвинчен и держал себя в рука из последних сил. — А почему ты на меня голос повышаешь?! Я тебе не девка, на которую ты кричать можешь просто так! Паша достал телефон, включил какое-то видео и сунул экран почти в лицо Даше. Хватило несколько секунд, чтобы она замолчала и начала смотреть. В тусклоосвещённой комнате на диване сидела рыжая девушка. Качество видео было плохим, руки снимавшего тряслись, и картинка была не чёткой, но всё это не помешало Даше узнать себя и испугаться. Она не помнила вечер, когда её сняли, поэтому с тревогой следила за тем, что будет дальше. Александрова пила с горла водку, смеялась, запрокидывая голову назад. К ней подсел парень. Они вместе качались в ритм музыки, играющей на фоне, дурачились, шутливо толкали друг друга. В какой-то момент рыжая уселась сверху на парня и поцеловала. Комната наполнилась шорохом одежды, скрипом мебели и влажными звуками от соприкосновения тел. Паша остановил видеозапись и убрал телефон. От увиденного перехватывало дыхание, Даша смотрела в одну точку и часто-часто моргала длинными бесцветными ресницами. — Ты не помнила об этом? — с сочувствием спросил он. — Я не знаю, — Даша выговаривала слова медленно, вытягивая каждый звук, будто заново училась говорить. — Что это? Откуда? Это не я… — Уже полшколы это видео посмотрело. Это снял кто-то с вечеринки у Мороза. Ты знаешь, кто это может быть? — Я? Это не я! Я не могла! — Александрова зарыдала в голос, осев вниз. Её подхватил Паша и потащил по коридору к лестнице наверх. Девушка шла с трудом, волоча ногами по полу. Гегель остановился у музыкальной студии, открыл дверь и завёл Дашу внутрь. Прозвенел звонок, но ни никто из них не пошёл на занятия. Усадив плачущую восьмиклассницу на стул, парень сел напротив неё. — Я не понимаю, как так вышло, — заговорила она, глядя в пол, — я не помню ничего: не помню этого парня, не помню даже, в какой день это было! — Этот парень — брат вашего Ярика, Даня Пеков. Он в параллельном одиннадцатом учится. — Пеков?! Вот же урод! — рыжую аж подкинуло вверх от злости и обиды. — Это всё Ярик подстроил: подослал ко мне своего братца, снял это видео и показал всей школе! Пошли, нужно всем рассказать! На призыв Даши парень не откликнулся. Постукивая пальцами по столешнице, он сидел, молча перемещая взгляд по стене и размышляя. — Никто ничего не подстраивал, — наконец заговорил он. — Ты сама всё устроила. — Что?! — Тебя никто не насиловал, ты первая залезла на него. О чём ты хочешь рассказать всем? О том, что ты хорошая и просто была пьяна? В лучшем случае тебе просто не поверят, а в худшем… даже говорить не хочу. — То-есть по-твоему я во всём виновата?! — Ни во всём, но во многом. Я давно стал слышать, что ты чуть ли не живёшь у Миши, а что уж у него дома происходит — это всем известно. Кто тебя заставлял там так напиваться? Зачем ты ходила в этот гадюшник?! Взрослой себя почувствовать хотела? Повзрослела, дура!.. Обвинения Паши были сравнимы со стальными пулями, что дырявят и колечат тело. Когда же он закричал, девушке показалось, что у неё выбили почву из-под ног и она падает в пустоту. Тот, кого любила всё это время, называл шлюхой, презирал и ненавидел. В рыжеволосой голове крутился один лишь вопрос: «За что?». Даша кинулась к двери, толкнула вперёд, но та не поддалась. — Я специально закрыл, — объяснил Гегель, покрутив ключами в руках. — Выучил уже, что ты любительница драм. Хочешь или нет, я всё равно буду говорить. На том видео снято, как вы просто раздеваетесь. Пеков говорит, что есть вторая часть, и он собирается её продавать. Тебе надо попробовать договориться с ним. — О чём я могу с ним договориться?! Он и так меня уже опозорил на всю школу! Пусть делает, что хочет, я его знать не хочу! Выпусти меня! — Я тебе помочь хочу! — Хочешь помочь? Придумай, как у Ярика запись достать. Александрова выхватила ключи из рук Паши и открыла дверь. Он не сопротивлялся, не держал её и даже не смотрел, куда она уходит. По тихому коридору рыжая двинулась к лестнице, но, дойдя до ступеней, вниз не пошла. Она наклонилась, свесилась через ограждение и изо всех сил пронзительно закричала.