Летний сезон

В квартире творится полный хаос: рука Славы сломана и находится под толстым слоем бинта, а Хелд не отходит от того ни на шаг. По дому летает Жень-вампир и с горящими, как пламя, глазами разрушает весь дом, а Алмат и Никита бегают за ним с толстой книгой странных иероглифов. Лёша, чьи глаза стали белыми, не знает, что делает, изредка по случайности атакуя молнией или огненными сферами. — А теперь по порядку с самого начала… Или же, так называемый Flashback Первые динозавры, Архозавры, появились двести тридцать миллионов лет назад… — Так, стоп… Не с этого начала! В 1918 году Москва снова стала столицей России… — Издеваешься? — А что ты от меня хочешь?! — Того, что все ждут уже неделю или две! Новой главы по «Летнему сезону»! — Ну, я… — Занята? Интересно чем? Просмотром покемонов или чтением фанфиков…? — Возможно… — Так… Живо пошла и написала проду, ленивый Пикачу! — Хэй! Если ты помнишь, то мы один и тот же человек! — Иди писать продолжение! — Окей…

Flashback

Утром Хелд проснулся от криков с кухни. «Эх… И что на этот раз ребята не поделили?» — произнёс Саша вслух, думая, что это услышит Слава, но, взглянув на его кровать, он убедился, что того и вовсе в комнате не было! На часах всего 10:29, а дом уже на ушах стоит! Как ни крути, заснуть вновь не выходило, а значит, придётся подняться с кровати и начать новый день. Заправив кровать и надев привычную одежду, Саша спустился вниз к остальным, где крики не унимались ни на секунду. — Хватит! — выкрикнул Киселёв, после чего настала гробовая тишина. Все замерли в своих позах и молчали, глядя в сторону Хелда. Все, кроме Славы, которого не было. Тишина продлилась около двух минут, после чего Женя не выдержал и по какой-то причине вновь начал кричать на Алмата, а потом уж и все остальные продолжили спорить по своим личным вопросам. Саша старался возобновить тишину, но, надрывая голос раза три, понял, что в этом нет смысла, потому проблемы друзей придётся решать поочерёдно. В первую очередь Хелд подошёл к Алмату с Женей и Никитой, что явно создавали большую часть шума. — Что случилось? — ворвался Киселёв в полемику. Ребята посмотрели на друга, после чего каждый начал высказывать свои причины, но, так как говорили они в унисон, то разобрать, кто и что говорил, было очень трудно. — Так… А теперь давайте по порядку! Алмат, начнём с тебя, — скрестил руки Саша. — Ну… Всё началось с того, что утром мы с Никитой проснулись раньше всех и, сделав себе кофе, начали ждать, когда проснётесь и вы, как вдруг в комнату резко влетел Ким, чуть не разбив люстру, а после показался и Женя… Он был очень нервный, в не самом лучшем расположении духа и без причины начал на нас кричать, мол «Почему ты меня не разбудил?», «Неужели тебе теперь приятнее в компании Никиты, а не в моей?», «Ты обещал, что никогда меня не кинешь!», хотя мы просто и чисто дружески сидели за столом… Мы даже не общались друг с другом! — высказался Салимов. — Хорошо… Никита? — начал я опрос второго товарища. — Как и сказал Алмат, мы проснулись и сидели за столом, попивая кофе. Повторяться, думаю, не стоит. После того, как Женя начал наступать на Алмата, я заметил в его глазах лёгкое алое свечение и, вспомнив, что я где-то о таком слышал, начал вновь рыться в моей пыльной книге. Как оказалось, у Жени начинает прибывать избыточная энергия, из-за чего он становится агрессивен. Помните, когда мы по случайности вызвали Сатану? Возможно, его энергия была нестабильна, потому Ким её и передал в надежде, что Женя как его хозяин сможет с ней совладать, но Эл стал вампиром значительно недавно и не может полностью контролировать свои способности… Я пока точно не знаю, чем мы можем ему помочь, но лекарство от вспышек агрессии сделать могу, однако оно будет действовать лишь временно… Примерно в течение пяти часов… — вновь открыл книгу Кейн. — Ага… Женя? — воспринял Саша информацию Никиты и начал опрашивать последнего «виновника». — Утром я и вправду проснулся сам не свой… Меня резко начало всё раздражать, выводить из себя и… Простите… Алмат, прошу прости… Я, честно, не хотел… Я отдал бы всё, дабы избавиться от этого вампиризма и продолжить жить, как нормальный человек… — у Эла начали наворачиваться слёзы. Вспышка агрессии начала угасать, но надолго ли? — Ничего, мой вампир, — обнял зеленоглазого Смейл. — ОКейн, с вами разобрались. А теперь Лёша и Саша… — вздохнул Хелд и мягко улыбнулся. Лёша стоял и не показывал лица, он умудрился даже надеть капюшон! Вокруг него во всю бегал и волновался Рав, пытаясь заставить того рассказать причину ребятам, но он был упрям и непоколебим. Ял так и продолжил стоять с надетым капюшоном и закрытыми руками глазами. — А у вас тут что? — спросил Киселёв. — Я бы сказал, но Лёша просил молчать… — вздохнул Рав. — Лёш, что случилось? Расскажи, мы ведь друзья, мы поймём! — обратился Хелд к Ялу. — Я… Я боюсь… Вдруг вы начнёте меня боятся… Или вовсе выгоните? — мямлил Ященко себе под нос. — Шутишь что ли? У нас тут Женька вампиром стал, но мы ведь смогли ему помочь! Он с нами, никто его не выгонял, и тебя тоже никто не выгонит! — рассмеялся Рав. — Ну хорошо… — вздохнул Лёша и убрал руки, после чего снял капюшон. Все замерли от удивления. Глаза Лёши светились белым светом, а зрачков и вовсе не было… Словно миф… Миф! Точно! Древние рассказы о мёртвом шахтёре, о призраке, что имеет огромную власть и силу, о правителе Хаоса, что готов убить любого, кто попадётся ему… На глаза? Такая реакция лишь сильнее испугала Яла. Все стояли и продолжали рассматривать его. Сердце Ященко сжалось от страха, а по телу пробежала лёгкая дрожь. — Хм… Я где-то про это читал… Не волнуйся, Лёш, это вполне излечимо! По крайней мере, я на это надеюсь… — последние слова Кейн произнёс тихо, что никто их не услышал. — Лёша, ты только не волнуйся, всё будет хорошо! — обнял друга Женя своими тёмными крыльями. И вновь тишина. Никита роется в книге. Алмат и Женя шутят, рассказывают смешные истории, веселя Лёшу, что время от времени смеётся, забывая о проблеме своих пустых глаз. Рав и Хелд не могут вспомнить, кто именно из них должен сегодня убираться, ведь, в написанном расписании, что весит на холодильнике написано лишь «Саша», а уж какой именно — сами думайте! Всю эту идиллию нарушил Слава, что вернулся домой. Хелд с радостью побежал встречать любимого, но, заметив, что его правая рука забинтована, остановился и начал в панике расспрашивать его об этом, после чего вновь настал хаос. Крики, ссоры, новая вспышка гнева Жени, после чего Лёша вспомнил и о своей проблеме, Саша ругает Славу за то, что тот такой неаккуратный. — Саш, всё нормально… Подумаешь, паренёк в спешке не заметил и случайно толкнул меня, после чего я чуть в аварию не попал… Это ещё всё вполне удачно обошлось… Главное ведь, что я жив? — улыбнулся Аид. Ну вот и как Саше на него долго злиться? Успокоившись, всю оставшуюся часть дня ребята провели в своих комнатах, так как планов практически не было. Лето скоро кончится… Печально… Даже очень… Но не для нашей команды, ибо, как выяснилось позже, Алмат, Женя и Сашка-Хелд могут остаться у друзей ещё приблизительно на год! Это известие довёл до остальных Алмат, что первый поднял трубку и узнал об этом. — Хей, Хелдик, не поможешь снять куртку? — попросил о помощи Слава. — Конечно! — откликнулся Хелд, но позже в голову ему пришли совершенно другие мысли. «А что, если воспользоваться его беспомощным положением в данной ситуации?» — усмехнулся Саша, и помог другу переодеться, но… отказался надевать на «друга» футболку. В доме было вполне тепло, чтобы быть без верха, но всё же… Зато теперь, пока у Славы рука болит и находится под слоем бинта, у Саши есть шанс смотреть на его голый торс. Однако не без краски на лице, конечно. — И долго ты собираешься протянуть так, не надевая на меня футболку? — спросил Слава, не отрываясь от книги. — Конечно, при друзьях наших ты так не выйдешь, потому мне придётся время от времени надевать её на тебя, но лично в нашей комнате это будет длится до конца твоей болезни… Считай, что-то вроде маленького наказания, — еле сдерживал смех Киселёв. — Не сказал бы, что это наказание… Если тебе нравится мой голый торс, мне даже приятно от такой вести, — перенял Слава инициативу, оставив Сашу сидеть красным раком, а сам продолжил читать роман.