Будь моей секретаршей

— Может, мы слишком торопимся? Поэтому у нас всё так криво идёт? — пыталась донести догадку я, пока мы обнимались. Её гладкая кожа, что была едва прикрыта одеялом, открывалась мне с каждым движением всё больше… Не знаю, какие силы остановили меня, но то, что я хотела её отыметь, — обыкновенная действительность. Во-первых, я хотела сделать это в её стиле «наказания» за грёбаный поцелуй, ну, а во-вторых, я уже успела изрядно соскучиться по своей девушке, которая в тот раз удовлетворила мои потребности за все два месяца разом и завела во мне паровозик похоти… Но нагнуть эту дамочку мне хотелось ещё сильнее, чем получить самой удовольствие. Иногда, когда взгляд останавливался на плечах Насти, мне хотелось откусить целый шматок от этой белоснежной кожи, но затем я сразу вспоминала, что это каннибализм, и вкусные мысли сразу улепётывали на второй план. — Может и так. Честно — не знаю. У меня вообще почти все отношения быстро начинались. Одна ночь — и всё, дама моя. Это с тобой я возилась, как с дитём малым. — Она стала поглаживать меня по голове, и из-за этого скромного движения мне открылся совсем не скромный вид. Вот мне просто интересно, как она нарастила себе такое добро? Вот просто… Как?! Но самое прекрасное в этих мыслях то, что никакой мужик не позарится на эти шарики нечеловеческой похоти, ибо они принадлежат мне! Но накидываться на эти холмы я не рискнула, ведь только что сказала, что мы чего-то торопимся. — А сколько у тебя было девушек? — крепче прижав Настю, спросила я, на что она прекратила свои поглаживания. Эй! Я требую похвалы! Гладь меня, крепостная, царь хочет ласки! — Двадцать пять, — чего это ты так гордо и отрывисто? Я тя чё, не устраиваю? Ловеласка хренова. Вот теперь я тебя точно поимею во всех позах и во всех местах. Хвастается она мне тут. — А у тебя? — она слегка отстранилась от меня, и вдруг лёгкая ткань, что сдерживала мою плотину крови из носа, упала, и мне казалось, что я скоро залью всю кровать только от вида этой дамской красоты. — Два парня, — превозмогая кровяной порыв в носу, я смогла дать ей ответ! Это победа! Я справилась с волной возбуждения! Но ненадолго… — Пф, натуралка, тоже мне, — она грубо откинула одеяло в сторону, а меня притянула к себе за подбородок. — Ну что, дама традиционной ориентации, почему вы так откровенно пялитесь на скромную женскую грудь? — Настя задрала бровь вверх, а я… Да меня будто перед пятью неграми поставили и сказали «раздевайся»! Только вместо мужчин тут была Настенька. Как же иронически я произношу эту «Настеньку» у себя в голове… — Я… Ничего такого… Это… — девушка на мои стеснительные мычания лишь пошло облизнула губы, чем ввела меня в ещё больший нокаут. Голова будто закипела, и я отвернулась от этого молочного завода. Но вскоре меня саму схватили за непорочные (ага, как же) титьки и стали нежно сминать их. Через ткань футболки можно было понять, что либо в комнате слишком холодно, либо это результат «работы» Настеньки… Затем она развернула меня к себе и вновь потянула за плечи. Её губы мгновенно накрыли мои, а руки стали блуждать по моим бёдрам. Вдруг она прервалась и откинула меня на мягкую простынь, а сама нависла сверху. А эта грудь… Боги, эти сиськи прямо кричали «Видишь, какие бидончики? Не хочешь их подоить?», а Настя всё хищней и коварней ухмылялась, замечая мой жадный взгляд. — Ты… Такая… — я стала тихонечко шептать ей, на что она прогнулась в спине, будто кошка, и осторожно пододвинулась к моей шее. — Какая? — брюнетка стала покусывать мою кожу на шее, что взорвало мне крышу. Как же я хочу этого… Её ладонь проникла под мешковатую футболку и стала медленно стаскивать с меня одежду. — Ну же, принцесса, похвали свою королеву как следует. — Да трахни ты меня уже! Харе мучить! Пальцы моей «королевы» едва касались моих бёдер, а зубами она продолжала покусывать мою кожу. Но вот ведь… Пальцы не заходили дальше, чем за километр от моего пылающего места! По крайней мере, мне казалось, что там расстояние в целую милю… — Красивая, нежная, сексуальная… — последнее слово у меня вышло с лёгким стоном, который девушка успешно перехватила в свои губы, а затем провела язычком по мочке моих ушек и томно прошептала: — Как пошло, принцесса, но царица сегодня щедра, — мой историк ей бы все уши прожужжал, что королев и царей смешивать нельзя, но… Здесь есть лишь я и моя императрица, которая уже успешно стащила с меня футболку и приступила… Хах, к сеансу «невиданной щедрости». *** Такое чувство, что я сейчас сдохну… У меня так колотилось сердце пять минут назад, что казалось, я задохнусь. Чёрт… Я так жадно дышала… Это наверняка было похоже на приступ астмы! А-а-а! Я не хочу так жить! А что это за вопли тюленя, а не стоны?! Как мне теперь существовать с этим?! Так… Возьми себя в руки! Всё шикарно! Ты — богиня! Вы почпокались, жизнь прекрасна… Я немного расслабилась, ведь Настя ушла в душ, но всё же было какое-то странное ощущение. Будто меня нежно изнасиловали! Не, всё было по согласию, я знаю, но… Она меня отымела! И даже не дала мне отодрать её! Где справедливость?! Я же хотела её нагнуть! Вот же ж… Ладно, фиг с ней, отыграюсь в следующий раз… Но, тем не менее, я была счастлива. Примирительный секс поставил все точки над «ё», и теперь можно было с преспокойной душой продолжать жить. — Насть, в следующий раз я тебя нагну, и это не обсуждается! — прокричала я ей, когда услышала, что в ванной выключили воду. — Ага! Как же! Попытай удачу, милая! — Щучка… Звучит, как вызов! — Вот увидишь! — Хах, ну, ладно, — ответила мне брюнетка, заходя в комнату. У меня какое-то ощущение дежавю, ведь она вновь была укутана в полотенце, которое будто кричало «сними меня!», но сил вообще не было. Любит же меня эта демонесса помучить. — В трусах прохладно… — гнусавым голосом ответила я и закатила глаза. Она меня за доминанта вообще рядом с собой не ставит! Что за наглёж?! — У кого-то может и прохладно, но только не у тебя, — пошловато-низким голосом ответила мне Анастасия и уселась на край кровати. Её руки были заняты маленьким полотенцем, которым она продолжала вытирать мокрые волосы. А мне открылся вид на её спину, которая блестела от воды. Губы сами невольно поцеловали её в шею и стали медленно опускаться ниже. — Может, сейчас самое время для следующего раза? — Руки стали стаскивать с неё полотенце, но она перехватила мои ладони. — Если справишься за пять минут — не против. — Что? Пять минут? Она меня час мариновала! — Чего так быстро? — высказывая своё недовольство, я положила голову на её плечо, а она лишь ухмыльнулась. — Потому что через десять минут ты должна быть на работе. — Чё? Работа? Чёрт! Я совсем забыла, что четверг! Я слетела с кровати и помчалась одеваться! Так… Нужно принять душ… А пофиг! Нафиг душ! Найдя свой рабочий комплект, я стала одеваться со скоростью истребителя. Вообще, это смотрелось очень даже смешно, ведь когда я надевала колготки, то пару раз чуть не упала лицом об пол. А потом меня сразу осенило… А чего это Настя не торопится? — Ты голая пойдёшь? — я улыбнулась и принялась застёгивать пуговицы. Несколько лёгких движений — и можно выходить. — Начальнице можно и опоздать, но если ты не придёшь вовремя — накажу, — от этого «накажу» по телу пробежали мурашки. Может, от возбуждения, а может и от страха. Хотя… Наверняка это была комбинация похоти и страха. С ней я точно стану мазохисткой… — Я возьму машину? — уже надевая верхнюю одежду, спросила я у своей доброй и любящей девушки… — Конечно! — Шикарно… — Нет! — Что?! — Я же так точно опоздаю! — я побежала в спальню с ярым испугом и детским недовольством в глазах. Тут пешком минут пятнадцать, если не больше! — Вот именно, значит вероятность наказания равна… — Я не стала дослушивать её, коротко крикнула «сучка» и выбежала из квартиры. Не хватало мне на свой зад ещё приключений! Нет и вновь нет! Я не позволю ей меня снова отыметь! Это через край! Мне, конечно, нравится её нежность, но такой пытки с обламыванием оргазмов… Я её не выдержу! Она ведь пальцы вытаскивает в заветный момент! Потому со скоростью бешеной лани я удерживала равновесие на лёгкой гололедице, которая образовалась от мороза… Мелкий снег падал на волосы. Эх, в какую сказку я попала. Но не время для мечтаний! Время для спасания тыла! *** — Фух… Ух… Успела… Фуф… — с тяжёлой одышкой и с десятью ушибами в месте, которое я хотела защитить, но гололедица оказалась хуже Настеньки, вползла в офис, где меня с ехидной ухмылкой и при параде ждала Анастасия Александровна… — Нет, ты опоздала. На тридцать секунд, — она считала?! Сколько же в ней садизма?! Я тут бежала, падала и снова бежала так, что меня можно было на марафон выставлять! Первой бы пришла точно! Павел на входе лишь ошарашенно смотрел на нашу парочку, а Ира с Марго (спелись они что-то слишком быстро…) лишь робко хихикали за спиной начальницы, которая лыбилась и хрустела костяшками пальцев. Я валялась на полу, распластавшись в форме звезды, — а чего мне стоять? Меня уже накажут! Плевать! Доламывай уже! — И что же меня ждёт, Анастасия Александровна, за такое великое опоздание? — бурча себе под нос, я наслала на себя демона, что присел на корточки и перехватил мой подбородок, заставив заглянуть в глаза. — Живо в мой кабинет, — прошептала она мне в губы грубо и дерзко, а затем ухмыльнулась. Ничего не боится… И как же это заводит… Чёрт! Когда я успела стать такой извращенкой?! Точно… Когда в моей жизни появилась эта шикарная задница, которую обтягивали чёрные брюки со стрелкой, а на плечах сидел элегантный приталенный пиджак… А эти каблуки… Хм, я всё ещё валялась на полу, а с такого ракурса разглядывать мою «королеву» было ещё интересней. Но я взяла волю в кулак, решительно поднялась на свои ножки и гордо потопала следом за начальницей! Ей богу… Выглядело, как собачонка, что идёт следом за своей хозяйкой, хотя да… Она моя хозяйка. *** — Что? Даже за зад не ущипнёшь? — брюнетка преспокойно села за своё кресло и стала печать что-то в своём ноутбуке. — Нет. А ты хочешь? — она облокотилась о стол и пошло ухмыльнулась, чем ввела меня в смущение… Вот умеет заставить краснеть! — Ну… — я отвела взгляд в сторону, но вскоре вновь услышала звук печатания. Как же она прекрасна, когда работает… Но… Ноль внимания на меня! Эй! Я тут! — Ты меня вообще слушаешь?! — Вновь она отвлеклась от ноутбука и уже серьёзно посмотрела на меня. — Так, Лена, мы сейчас на работе. Пожалуйста, называй меня по имени и отчеству, я себя не комфортно ощущаю. Но ты здесь по другому поводу, — её рука потянулась в ящик стола, и вскоре передо мной лежала стопка бумаг, которые я оформляла, когда устраивалась на работу. — Я хочу, чтобы ты уехала со мной в Москву, а потому нужно тебя сперва уволить. Разумеется, зарплата будет выплачена. Но я всё ещё не уверена, что ты захочешь со мной работать, — с нотами грусти серьёзно проговорила она, а я подошла к её столу до упора и заглянула в глаза. — Это не шутка? — Девушка неуверенно кивнула головой. — Знаете, Ваши сомнения во мне немного обижают, — и вновь надутые губки, обожаю так делать. А в глазах Насти блеснула надежда. — Это значит, что ты… — Да, я поеду. Куда я денусь без своей начальницы? — мило улыбнувшись, я пошла в сторону выхода. Всё же доработать этот день нужно. — Чай или кофе? — Настя встала с места и подошла ко мне. Её ладонь медленно провела по моей щеке, а она сама засияла в счастливой улыбке. — Пожалуй, я выберу тебя, — этого не было в списке… Но… Вкус этих губ намного лучше всего, что я пробовала. Девушка лёгким движением проникла в мой рот своим язычком, а руками прижала меня ближе к стене. В дверь постучались. — Эх, не удастся мне попробовать выбранное блюдо… — с нотками огорчения прошептала Настя и стала уходить на своё место. Но я перехватила её руку и заставила девушку остановить свой мерный шаг. — У нас ещё целая ночь впереди, — пальцами я погладила её гладкую белоснежную кожу на ладони, а затем вновь перевела на неё взгляд. — Но всё же… Чай или кофе? — в её манере моя бровь поднялась вверх, а она, как обычно, ухмыльнулась. — Чай, но… Хах, сделай его с любовью, — она потянула меня на себя и поцеловала в лоб, а я осознала, что хочу провести лучшие мгновения своей жизни с этим человеком. — Значит, две ложки сахара. — Именно, — вот так и выражается наша любовь. В двух скромных ложечках сахара, о которых знает лишь начальница и её секретарша. — Давай всё же впустим этого дятла, — время будто ушло, и я не заметила, как нашу дверь чуть ли не выбивали с другой стороны. Другой рукой, что не была занята Настей, я повернула ручку, и в кабинет влетел парень лет тридцати с гипсом на руке и с кучей царапин на лице. Настя улыбнулась, и по её лицу было понятно, что она вот-вот засмеётся. И всё же… Вы что-то мне не рассказываете, Анастасия Александровна, но… Пусть это остаётся вашим маленьким секретом.