То, что не оставить в прошлом

После нескольких часов скитаний Юнас оказался у Эвы. Было почти семь утра, и до рассвета оставалось около двух часов. Мозг наконец осознал, что тело было полностью измотано. Юнас присел у окна и постучал. Он не мог разглядеть, была ли Эва одна, с Вильде (или с Крисом, если они созвонились после похода в клуб) и была ли дома вообще. Юнас решил тихо постучать и посмотреть, проснется ли она. Если нет, он пойдет домой. Эва явно спала не очень крепко. Юнас почти сразу заметил движение за окном. Затем зажегся свет, и Эва подошла, пытаясь разглядеть его в темноте. Она открыла окно и грустно улыбнулась, увидев Юнаса, хотя и нисколько не удивилась. — Можно… Она кивнула и впустила его. Они не разговаривали. Разувшись, Юнас скользнул в знакомое тепло ее кровати. Эва обняла его и притянула к себе. Так они и заснули, как два малыша, обнимающих друг друга, чтобы спрятаться от бури.

ххх

Юнас проснулся от запаха блинчиков. Он был один, а на подушке осталось пятно крови. Эва заботливо подложила платок ему под нос. Было почти два часа дня. В памяти волнами всплывали события прошлой ночи, и Юнас мысленно наказал себя за часы крепкого сна без сновидений: ответственность за многие события ночи была на нем. Обувшись, он тихо прошел на кухню. Эва стояла у плиты, переворачивая блинчики. Посмотрев через плечо, она закатила глаза. — А я хотела принести тебе завтрак в постель. — Больше похоже на… ланч. — Ну, раз ты собираешься все критиковать… — Ланч – это хорошо. — Да, но не так, как завтрак. — Ну, завтрак-тире-ланч, без разницы. Мне пора. Но спасибо за предложение. — Сядь-ка, блять. Иначе, клянусь, скажу доктору Скрулле, что у тебя пищевое расстройство, — Эва предупреждающе на него посмотрела. Юнас смиренно кивнул и сел за стойку. Сейчас он физически не мог препираться. Он наблюдал, как Эва переворачивает блинчики лопаткой – волосы, спадающие на плечи, тонкая талия и округлые бедра, – и почувствовал необъяснимую грусть. Он позволил своей прошлой жизни ускользнуть сквозь пальцы и сейчас думал о том, как все было бы просто, если бы они не расстались. Он бы не испортил жизнь Исаку и Эвену. А ты испортил жизнь и ей, мысленно сказал Юнас. Ты цианид в человеческом обличье. — Так… — тихо сказала Эва, когда тишина стала удушающей. — Хочешь поговорить об этом? — Нет, — она удивленно на него посмотрела, не ожидая такого резкого ответа. — То есть… — Юнас вздохнул, пожав плечами. — Спрашивай – я отвечу. — Ладно, — она кивнула и глубоко вздохнула. — Это Элиас, да? — Да. — Он что-то сделал Исаку, и Эвен вышел из себя? — Юнас вздрогнул, хотя Эва довольно точно описала ситуацию. — Да. — И как Исак? — Не знаю, — куда лучше без меня. — Он спал, когда я ушел. Эскиль и Нура за ним присмотрят, — Юнас встал, пытаясь сменить тему, хотя знал, что это нечестно. Эва была одной из немногих, кто знал, что случилось с Исаком, и до сих пор не отошла от этого. — Кофе? — Ага, — она посмотрела на него, улыбнувшись. Они приготовили еду и кофе в тишине, затем сели за стойку. Юнас напал на блинчики, словно не ел ничего существенного несколько дней, – просто чтобы доказать, что с его аппетитом все в порядке, – а Эва потихоньку кромсала свои. Юнас заметил, что нож и вилка в руках дрожат. Эва тоже заметила, но промолчала. — А… что с Эвеном? Как думаешь, где он? Под заключением? — Не знаю, — Юнас покачал головой. — Думаешь… стоит позвонить в полицию? Сказать, что я все видел. Может, если поймут, что он просто защищал Исака… ну, может, все обойдется? За самооборону не сойдет, но как там называется… смягчающие обстоятельства? — Возможно. Но, думаю, они в любом случае спросят про свидетелей. И свяжутся с тобой. Ты проверял телефон? Нет. Юнас и не думал о том, чтобы посмотреть на него. И не особо хотелось. Достав его из кармана, Юнас увидел, что батарея села. — Есть зарядка? Эва исчезла в комнате и через минуту вернулась с зарядным устройством. Подключив телефон к свободной розетке рядом с кухонным столом, Юнас ждал, пока загорится экран. Начали приходить уведомления. В основном, сообщения и пара пропущенных. Один от Эскиля, второй от Эвена. Эвен. Эвен звонил ему? Юнас проверил время звонка: вскоре после того, как он пришел к Эве. Эва с любопытством наблюдала за его растерянным видом. — Эвен. Он пытался дозвониться. Он тут же перезвонил, пока Эва убирала со стола. Гудки сменяли друг друга, а затем его перекинуло на голосовую почту. Сбросив вызов, он покачал головой. — Ничего. — Странно, что он позвонил. Может, его не задержали? Юнас пожал плечами, зная не больше Эвы, и позвонил Эскилю. Он взял трубку через пару гудков. — Все… хорошо? — спросил Юнас. — Исак уже встал? — Нет. Вставал в туалет и сразу же вернулся в комнату. Даже не посмотрел на меня. Я вроде… — Эскиль задумчиво хмыкнул. — У тебя есть номер его отца? Не знаю, захочет ли знать его мама, но не сообщать им как-то… неправильно. — Не надо, — предупредил Юнас. — Серьезно, Эскиль. Этого Исак хочет в последнюю очередь. Я приду позже и попытаюсь с ним поговорить. Просто… присмотри за ним. — Обещаешь? Я за него волнуюсь, Юнас. Я уже жду звонков из полиции, и это все… — Я приду, — отрезал Юнас. — Обещаю. Эва мягко ему улыбнулась, когда он сбросил звонок. — Ты хороший друг, Юнас. Надеюсь, ты в курсе. — Ага, просто замечательный, — Юнас невесело рассмеялся. — Бросил Исака с Элиасом и позволил навредить ему даже не раз, а два. Просто друг года. — Не вини се… — обеспокоенно начала Эва. — Мне пора. Спасибо за завтрак. Она поджала губы и отвернулась. Казалось, Эва готова была спорить до посинения, но потом вдруг абстрагировалась от чужих эмоций. Юнас убеждал себя, что ему плевать, что она там думает. Юнас ушел не попрощавшись, напоследок заметив слезы в ее глазах. Он не оглянулся.

ххх

Дойдя до дома, Юнас принял горстку таблеток от тревоги, чтобы унять дрожь во всем теле, и вытащил телефон. Он старательно избегал мыслей об Исаке, но ничего не вышло, поэтому он сел на кровать, пытаясь написать сообщение. И что он скажет? Не писать же про расставание. Лучшие друзья не расстаются. Они… отдаляются друг от друга, потому что лучшие друзья не разбивают сердца. Я должен извиниться. Извиниться за все: в основном, за Элиаса, но еще и за то, что запудрил тебе мозги и пытался поцеловать. И это привело нас туда, где мы сейчас. Отныне я буду держаться от тебя подальше, потому что тебе нужны люди, для которых ты на первом месте. И я не в их числе. Прости за все. Каждое слово звучало эгоистично, и Юнас понял, что это не утешит Исака. Он смутится, расстроится и будет во всем винить себя. Юнас слишком хорошо его знал, и это становилось проблемой, когда он пытался разграничить свои эмоции и эмоции Исака. Удалив черновик, Юнас отложил телефон в сторону. Он принял душ, надеясь, что вода прояснит мысли. Делая воду горячее до тех пор, пока она не начала обжигать, он яростно тер все тело. Нос болел от прикосновений, но на перелом не похоже. А жаль. Это было меньшее, что Эвен мог для него сделать. Вернувшись в комнату, Юнас увидел, что Эвен снова пытался до него дозвониться. Он вздохнул, раздраженный тем, что не ответил уже во второй раз, и перезвонил. — Да? — Привет, — сказал Юнас, нервно вздохнув, и только сейчас, слыша голос Эвена на том конце провода, понял, насколько сильно ему нужно было с ним поговорить. — Где ты? Все в порядке? — Да, нормально, — безэмоционально ответил Эвен, и Юнасу хотелось съязвить. О, правда? Добро пожаловать в клуб. — Нормально? Звучит многообещающе, — деланно радостно ответил Юнас. — Так, тебя задержали?.. — Нет. Не задержали. — О. Круто. Хорошо, — был ли он удивлен? Юнас и сам не знал, чего ожидал. — Значит, расследование не начали? Эвен рвано вздохнул, словно на разговор уходило немало сил. — Если хочешь знать… Я вернулся в клуб и сказал вышибале, что едва не убил человека. Он отвел меня в какую-то маленькую комнату и оставил ждать. Его не было некоторое время, а потом он отвел меня в другую комнату, и мы посмотрели запись с камер видеонаблюдения. С одной из них как раз хорошо видно сад. Мы посмотрели запись полностью. Он сказал, что вполне ясно, что произошло, и мой поступок понятен. Эвен прервался и прокашлялся, после чего продолжил: — Элиас встал вскоре после вашего ухода и умудрился уйти. Это было еще до того, как приехала скорая и медики начали искать пострадавшего. Так что у клуба было еще меньше причин звонить в полицию. В общем-то, вышибала отправил меня домой, сказав, что все кончено. — Но… это же круто, Эвен. Тебе, должно быть, гораздо легче. Эвен холодно рассмеялся после продолжительной паузы: — Думаешь, мне легче? — Ну, то есть… — Юнас провел рукой по лицу. Что за хрень он несет? — Хорошо, что они не выдвигают обвинения. — Ладно, — в голосе Эвена проскальзывало презрение, но в то же время ему будто не хотелось спорить, чтобы Юнас не сбросил звонок. — В общем, я хотел… — он глубоко вздохнул. — Я хотел узнать, как Исак. Вы добрались домой без происшествий? — Да. Он… он спал, когда я ушел, но с ним все хорошо. Где-то час назад звонил Эскиль и сказал, что он еще не проснулся, — в голосе проскальзывала растерянность. Почему Эвен сейчас не с Исаком и не пытается ему помочь? — Уверен, он будет рад тебя увидеть. — Не думаю, что пойду к нему, — тихо сказал Эвен после долгой паузы. — Что? — Будет лучше, если я буду держаться от Исака подальше. Юнасу понадобилось некоторое время на осознание услышанного. — Правда в том, что прошлой ночью я потерял себя, — объяснил Эвен. — У меня есть некоторые… психологические проблемы, на которые я раньше не обращал внимание. Я больше не доверяю себе, когда я с Исаком. И было глупо думать, что я смогу… — он глубоко вздохнул. — Понимаешь, к чему я веду? Юнас покачал головой, забыв, что Эвен его не видит. Он думал, что на это ответить. Мы не можем оба разбить ему сердце, подумал он. Нельзя бросать его справляться с этим в одиночку. — Эвен, ты не можешь… при всем уважении, это звучит как альтруистичная хрень. Это Исак должен решить, хочет ли он остаться с тобой или… — Хватит. С меня хватит, — голос Эвена был жестче, чем обычно, и Юнас вздрогнул. — Ты… ты хоть сказал ему об этом? А собираешься вообще? На другом конце провода повисла немая тишина. Юнас посмотрел на экран. Звонок окончен. Эвен ясно дал все понять одним действием. Скажи ему сам. Юнас не хотел брать на себя такую ответственность. Не хотел ничего из этого. Все, чего он хотел, – вернуться во вчерашний день… нет, не вчера. Вернуться на несколько недель назад. Еще раньше дня, когда Элиас в пьяном угаре все ему рассказал. Отмотать назад несколько месяцев и вернуться в те времена, когда Юнас видел в Исаке только друга, Эвена еще не было и все было так просто. Он все еще сидел на кровати в одном полотенце. Тело снова дрожало, ему нужно было покурить, но родители всегда безошибочно определяли, когда он курил в комнате. Стряхнув с себя осадок, оставшийся после разговора, Юнас оделся и свернул косяк непослушными пальцами. Сунув его за ухо, он взял куртку. Мама пыталась окликнуть его, когда он проходил мимо кухни, но он не обратил внимание. Юнас уже забыл, когда в последний раз говорил с семьей, но сегодня явно был неподходящий день. Выйдя из дома, Юнас подкурил косяк и направился по знакомой дороге к дому Исака. Он не знал, что скажет. Ранний черновик сообщения уже неактуален. Они с Эвеном одновременно решили, что делают Исаку только хуже и лучше оставить его. Но Эвен ударил первым, и Юнас инстинктивно хотел ударить в ответ. Он не понимал, как Эвен просто взял и отключил свои чувства к Исаку без видимых усилий. Ты же этого хотел, напомнил он себе. Этого и добивался. Чтобы Эвен разбил сердце Исаку. И чтобы ты снова был единственным, кто ему нужен. Даже сейчас, несмотря на произошедшее и на твердое решение держаться от Исака подальше, Юнас ощутил вспыхнувшую внутри надежду. И не знал, что с этим делать. Он понимал, что ничего хорошего из этого не выйдет, но тянулся на лживый свет обещаний. Хватит, сказал он себе. Ты его друг. И ты будешь ему другом. Уже у дома Исака Юнас понял, что травка оказала противоположный желаемому эффект. Внутри все было потрепано и переломано, и Юнас сомневался, что ему стоит говорить с Исаком в таком состоянии. Он уже развернулся, но мысль об Исаке, оставшемся в одиночестве, вызвала стыд за желание бросить его, когда ему больше всего требовалась поддержка. Дверь Юнасу открыл Эскиль. В квартире было ужасно тихо. Нуры и Линн не было видно, а Исак наверняка был у себя. Коридор и кухня сияли чистотой. — Мы пытались выманить его и очень громко убирались, но едва ли он заметил, — объяснил Эскиль. — Я пытался зайти к нему… — он беспомощно пожал плечами. — Ему нужен Эвен, но… Юнас поджал губы и покачал головой. — Нет? Его выпустили? — Полиция даже не в курсе. Администрация клуба никуда не сообщила. Так что никто его не задерживал. — Что? — раздался голос Исака из-за их спин. Они виновато повернулись. Исак неловко прислонился к кухонному косяку. На нем были домашние штаны и безразмерная толстовка, которая, кажется, принадлежала Эвену. Губа разбита, и Юнас прикусил свою, когда понял, откуда это. — Что ты сказал про Эвена? Где он? Эскиль посмотрел на Юнаса, а затем снова на Исака. — Почему бы вам двоим… — он осторожно подошел к двери и нежно улыбнулся Исаку, — не поесть? Разрешаю растормошить запасы Линн, — Эскиль деланно прижал руку ко рту, словно говоря «кто, я?», и ушел из кухни. Юнас облокотился на стойку и провел ногой по полу, чувствуя пристальный взгляд Исака. — Ты сказал, что он не захотел прийти? Юнас покачал головой. Формулировка была другая, но было понятно, как Исак пришел к такому выводу. — Я говорил, что вышибала в клубе… — он подбирал нужные слова, не желая вызывать у Исака тревогу, — в общем, его отпустили, никуда не сообщив. Вот. Я уверен, что он дома. — Ты с ним говорил? — Недолго. — Я пытался до него дозвониться. Но он, наверное… спит. Может? — Исак, видимо, пытался рассортировать всю информацию. — Я долго спал. И, думаю, он устал не меньше. Он сказал, что он дома? — Я… нет, я не спрашивал. Просто быстрый телефонный разговор. Исак, ты в порядке? Ты… — В порядке, — быстро ответил он. — В порядке. Но будет лучше, когда я поговорю с Эвеном и удостоверюсь, что он в безопасности, — Исак выдавил улыбку и подошел к раковине, чтобы налить воды. — Надо будет к нему сходить. Если он не пошел к родителям. Он точно не сказал, где он? — Точно. — Не понимаю, почему он не перезвонил, — Исак вытащил телефон и проверил. — Попробую еще раз. Унявшаяся было раздражительность снова вернулась. Юнас выхватил у Исака телефон. — Слушай. Он позвонит, когда будет готов. А сейчас ты должен позаботиться о себе. И начни с еды. Исак бесстрастно уставился на него – это беспокоило Юнаса больше всего, потому что Исак никогда не позволял собой помыкать, – и сел за стол без единого протеста. — Я что-нибудь тебе приготовлю, — сказал Юнас. Он делал им сэндвичи, каждую минуту поворачиваясь к Исаку. Блондин тупо смотрел перед собой. Поставив тарелку на стол, Юнас положил руку Исаку на плечо в утешительном жесте, но, заметив, как тот вздрогнул, убрал ладонь, разозлившись на самого себя. — Прости. — Нет, не… просто немного болит. — Он… причинил тебе боль? В смысле, — Юнас сел, подвинув тарелку и думая, как лучше выразить мысль, — я знаю… ну, он очевидно причинил тебе боль, но я имею в виду… физически. Исак не ответил. — Исак?.. — Спасибо, — Исак взял половинку сэндвича. — Я проголодался. Но голодным он не выглядел: отломил только пару кусочков под пристальным взглядом Юнаса. Исак смотрел в сторону, явно не собираясь разряжать атмосферу. — Думаешь, Эвен… может, он злится на меня? За то, что я ушел с Элиасом. — Ушел?.. — Он хотел поговорить. Я по глупости думал, что смогу что-нибудь прояснить из разговора с ним. Ну, знаешь, осознать… разложить все по полочкам. Юнас пытался не перебивать, хотя гнев давил изнутри. — Я не собирался ничего с ним делать, — продолжил Исак. — Не знаю, с чего он решил, что я хотел… этого. Я сказал, что у меня есть парень. Просто хотел внести ясность. Но если я расстроил Эвена, я… — он помолчал, быстро моргая. — Я такой глупый. Юнас понял, что больше не может. Не может слушать, как Исак винит себя в случившемся. Он отказывался слушать. Это… даже не обсуждается. Юнас покачал головой. На красивом лице Исака появилось беспокойство. — Ты мне веришь? Это была просто ошибка. Я был пьян и не ожидал его встретить, и… Юнас не до конца понял, что произошло дальше. Он отодвинул тарелку и взял Исака за руку. Он должен показать ему. Юнас потащил Исака в комнату, и тот молча шел за ним, широко распахнув глаза, но не возмущаясь. — Я так не могу, Исак, — голос Юнаса дрогнул. — Не могу слушать, как ты говоришь о себе так. Прошу. Исак отшатнулся, но Юнас схватил его, расстегнул толстовку и снял ее с Исака в считанные секунды. — Просто посмотри, — взмолился он. Исак безмолвно раскрыл рот, его тело обмякло, когда Юнас поднял его футболку. — Посмотри, что он с тобой сделал! — приказал он. — Сними, блять, футболку и посмотри. Исак беззвучно плакал, пытаясь унять гнев Юнаса, послушно сжимая футболку и тихо всхлипывая. Этот звук выбил из Юнаса… гнев. Он отшатнулся, и Исак прикрыл рот рукой. Его лицо побледнело, он весь дрожал. Он был в ужасе. Юнас видел, что даже на столь маленьком участке бледной кожи не было живого места. Плоский живот и грудная клетка Исака были покрыты ужасными синяками от того, как Элиас прижимал его к скамейке. Элиас держал его и за шею – на ключицах остались яркие отпечатки пальцев. Плечи были прикрыты футболкой, но на запястьях тоже остались следы. Везде, где Элиас трогал Исака, были отметины. Юнасу даже не надо было видеть его бедра, чтобы понять, что там было хуже всего. Исак посмотрел вниз и натянул футболку на живот. Он стыдился себя, и Юнас спрятал лицо в ладонях, пытаясь успокоиться. — Просто… посмотри, что Элиас с тобой сделал, — попросил он, пытаясь объяснить Исаку, почему он вдруг начал его раздевать. — Он… причинил тебе боль, Исак. Ты не просил об этом. Ты даже… не знал, что он был там. А пойти с ним… ты неосознанно дал негласное разрешение делать с собой что угодно. Я не понимаю, почему ты думаешь, что заслужил это. Не понимаю, как он мог внушить тебе, что это твоя вина. Даже сейчас. Даже после того, как ты отчетливо сказал ему нет. Даже после всех этих синяков. Исак словно прирос к полу, прижав руки к животу. — Когда я уйду и ты останешься один, сделай одолжение, посмотри в зеркало, — попросил Юнас. — Просто посмотри. Посмотри, что он с тобой сделал. Посмотри на лицо, на губу, в которую он ударил тебя. Посмотри на шею, за которую он тебя держал. И спроси себя, действительно ли ты веришь, что это твоя вина. Сделаешь? Исак посмотрел на него и сглотнул, еле заметно кивнув. Маленький, но прогресс, хотя это было ничтожной каплей в море проблем самопознания Исака. — Однажды тебе придется понять, что он причинил тебе боль. И не потому, что ты его спровоцировал, а потому что он ебучий… отморозок… которого Эвену стоило прикончить, когда был шанс. Исак шокировано на него посмотрел, и Юнас не понял, осознал ли он его слова. Но даже если Исак уловил, что дальше? С чего он взял, что он в силах помочь своему другу понять, что его едва не изнасиловали прошлой ночью? Юнас опустил глаза и перевел дыхание, вспоминая, с кем и где находился. Он должен постараться. Должен быть другом, который так нужен Исаку. Исак посмотрел на брошенную на пол толстовку, затем поднял и надел ее, застегнувшись. — Прости, что напугал тебя, — сказал Юнас. — Прости за все. Исак преодолел расстояние между ними и прижался к Юнасу, обняв его за талию. Юнас почувствовал, как он всхлипывает, и запустил руку ему в волосы. — Это когда-нибудь кончится? — приглушенно спросил Исак. Казалось, он чувствовал себя в безопасности, шепча так тихо, что Юнас едва его слышал. — Я хочу, чтобы все прошло и голова прояснилась. Меня уже тошнит от ощущения неправильности происходящего. — Мы поможем, — тихо сказал Юнас, гладя кудри Исака. — Мы поможем тебе во всем разобраться. — Не думаю, что я достаточно сильный. Наверное, поэтому… часть мозга просто отказала. Потому что я не справляюсь. — Ничего не отказало, Исак. Твой мозг в порядке. Это самозащита сознания. Так будет, пока ты не поймешь, что готов разобраться и идти дальше. Сейчас или, не знаю, лет через десять… неважно. — Ты обдолбан? — спросил Исак. Юнас виновато отстранился, но Исак рассмеялся, продолжая обнимать его за талию, пока Юнас снова его не обнял. — Я не об этом. От тебя приятно пахнет травкой. Ты просто говоришь больше обычного. — Это хорошо или плохо? — Это просто есть. Они стояли так некоторое время. Исак обнимал Юнаса за талию, положив голову ему на плечо, а Юнас просто позволял ему брать то, что нужно. И не то чтобы ему самому не хотелось всего этого. Затем Исак слегка смущенно отстранился. — Я все еще хочу есть, ты в курсе? Они взяли на кухне сэндвичи и большой пакет чипсов из шкафчика Линн и вернулись в комнату. Исак включил первую серию «ОА», и они легли на кровать, кроша чипсами на простыни и молча глядя в маленький экран ноутбука. Юнас вспомнил, что телефон Исака все еще был у него, и вытащил его из кармана. Но потом он увидел, что Исак уснул, неловко уронив голову набок. Юнас проверил телефон. Ни звонков, ни сообщений от Эвена. Ничего. Затем посмотрел на Исака и разбудил его, прежде чем мог передумать. — Я что-то упустил? — спросил Исак, смаргивая сон. — Как-то мне не особо понравился этот… — Нет, ты… — Юнас вздохнул. — Я кое-что тебе не рассказал. И… думаю, пора. — Об Эвене? — догадался Исак. Юнас кивнул. — Он порвал с тобой, Исак. Он сказал, что не хочет быть с тобой. Потому что его пугает… то, что он сделал прошлой ночью, — из его уст это звучало почти как ложь. И еще пару дней назад он был не против солгать об этом без задней мысли. Исак пожал плечами: — Я знал, что он так сделает. — И ты… не особо переживаешь? — Он всегда отталкивает меня, когда беспокоится обо мне. Он уже делал так, когда я сморозил ту глупость про психически нездоровых людей. И когда у него была депрессия. Это пройдет. Он знает, что нужен мне, — Исак посмотрел на Юнаса и улыбнулся. — Поэтому ты так странно себя вел? Боялся мне сказать? — Исак… он был серьезен. Исак кивнул: — У него депрессия. Но все пройдет. Я поговорю с ним и объясню, что в случившемся нет его вины. Я не волнуюсь, и тебе не стоит. — Но не исключай возможность, что… — Все хорошо, — чуть более холодно сказал Исак и улыбнулся. — Юнас, он мой парень, и я знаю его. Как только депрессия пройдет, он передумает, и мы во всем разберемся. Мы живем минута за минутой. Депрессия не навсегда. Юнасу нечего было ответить на это. Он слышал решительность Эвена, но ничего не знал о его поведении. Особенно когда это касалось Исака. Краем глаза он наблюдал, как Исак посмотрел на телефон и разочарованно поджал губы, после чего немного встряхнулся. — Все наладится, — Исак слегка толкнул Юнаса в плечо. — Эвен всегда все налаживает. Юнас натянуто улыбнулся. — Ну, тебе лучше знать. Исак кивнул и подвинул к себе ноутбук, включая серию сначала. — Постараюсь не уснуть в этот раз, — виновато сказал он. Исак смотрел на экран, а Юнас на Исака. Оба молчали. Когда Исак предсказуемо уснул во второй раз на середине серии, Юнас проверил свой телефон. От Эвена ничего не было, но он и не ждал. Он написал ему сообщение, стараясь ничего не забыть. Получалось плохо, но он не сдавался.

Поверить не могу, что пишу это. Ты наверняка тоже. Мы оба знаем, что я чувствую к Исаку. Но также я знаю, что он чувствует к тебе. И я прошу, не делай этого. Ты нужен ему больше, чем я. Не я, а ты должен быть с ним. Подумай хорошенько и не разбивай ему сердце. Он заслуживает счастья, но вряд ли сможет быть счастлив без тебя. Он любит тебя, и я поверить не могу, что ты просто забьешь на это. Это просто идиотский поступок.

Он отправил сообщение и закрыл ноутбук, убрав его на пол. Вытащив одеяло, Юнас накрыл себя и Исака и обнял его, как Эва обнимала его ночью. Потому что иногда нам всем нужны объятия, даже если нас обнимает не тот человек.