То, что не оставить в прошлом

Декабрь 2017 Дороги, ведущие через маленький городок к загородному домику, были покрыты толстым слоем льда и не посыпаны солью. Последняя часть поездки, которая обычно занимает не более двадцати минут на машине, растянулась на час с лишним. По приезде ребята испытали облегчение, несмотря на то, что реальность давила на них произошедшими событиями. Но они были здесь, и на то были причины. Хорошие причины. Важные. Юнас вышел из машины – своей машины, подарок от родителей за полугодовалую трезвость и окончание сеансов с Дэниелом. Эва и Вильде выбрались с задних сидений, Магнус – с переднего, а затем вылез и Махди, уснувший по дороге. Из машины Эвена вышли Исак, Нура, Сана и Крис. Юнас внимательно следил за реакцией Исака, но не видел в его глазах страха. Во взгляде парня была лишь легкая дымка сонливости после длительной поездки. — Порядок? — тихо спросила Эва. Посмотрев на нее, Юнас решительно кивнул. — Порядок. Приехать сюда было идеей Эвы. Пару месяцев назад Юнас, Эва и Исак остались убраться после вечеринки и разговорились об Эвене. У них с Исаком был «перерыв», и Исак внезапно выпалил причину дрожащим голосом. — Я рассказал ему, как… как относился к сексу с ним. Как иногда отключался от происходящего, потому что мне было страшно. Он был в ужасе. Я ожидал такой реакции, поэтому никогда и не говорил об этом. И потом мы поругались. — Дерьмово, — сказала Эва. — Это… — Дерьмово, да, — согласился Исак. — С чего ты вообще заговорил об этом? — спросил Юнас. — Ну, в смысле… сейчас же уже все по-другому, да? — живот скрутило от ужаса. — Сейчас по-другому, да. Терапия очень помогла. Будь это какой-нибудь другой парень, проблемы, может, и были бы, но с Эвеном гораздо проще, и у нас все было… отлично, — Исак вздохнул. — Это все из-за ночного кошмара. Я проснулся в слезах, и Эвен забеспокоился. Мы говорили, и это вроде как… само собой вышло. — Кошмар? — спросила Эва. — О чем? — О домике. Всегда только об этом. — Аналогично, — кожу Юнаса вдруг закололо. — То есть я не один такой? — Исак взглянул на него с намеком на улыбку. — Мне тоже иногда снится, — призналась Эва. — С тех пор, как Юнас рассказал мне, что там произошло. Блять, мне казалось… — она замолчала, обрывок фразы повис в воздухе. Мне казалось, так только у меня. Видимо, не только. К тому моменту они уже закончили уборку и стояли в разных углах гостиной Эвы, объединенные общим откровением. — К черту это место, — нарушил тишину Исак. — К черту Элиаса за то, что он разрушил такой прекрасный уголок. Эва посмотрела на него, затем на Юнаса, подняв брови. — Так быть не должно, — заявила она. — Мы могли бы вернуть его себе, снова сделать своим. Так они и поступили. Они запланировали поездку на двухдневные предрождественские выходные с группой уюта (плюс Юнас). Когда их решимость слабла, они обсуждали это друг с другом, говорили о ночных кошмарах, пока снова не приходили к выводу о том, что это хорошая идея. Юнас все еще считал это хорошей идеей, но от беспокойства это не избавляло. Он наблюдал за тем, как Исак потянулся, а Эвен тепло обнял его сзади за талию. Юнас опустил взгляд и, увидев сообщение от Ронана, спрашивающего, доехал ли он, улыбнулся.

На месте. Потом поговорим х

— Сделаем это, — сказала Эва, закончив вытаскивать вещи из багажников. В домике было холодно. Зайдя внутрь, ребята тут же начали жаловаться. Эва проворчала, чтобы они перестали ныть, и сходила в котельную включить отопление. Часть ребят занялась рождественскими украшениями, которые провисят только пару дней, остальные начали доставать продукты, чтобы приготовить обед. — Эва, — начала Сана стальным голосом. — Где остальные спальни? Эва посмотрела на нее с улыбкой. — Сана. Мы молоды и полны энергии. Мы приехали сюда не спать, — Эва улыбнулась. — Но можешь занять главную спальню, если хочешь. Парней там не будет, обещаю. — А другая? — поинтересовалась Сана. — А в другой слишком холодно, — ровно ответила Эва. Юнас наблюдал за Исаком, взгляд которого тревожно бегал по комнате. Но слова Эвы, кажется, его успокоили. Юнасу было интересно, расскажут ли они друзьям, почему сюда приехали. По каким конкретно причинам. И он был благодарен Эве за то, что щекотливые вопросы она взяла на себя. Сана подозрительно прищурилась, но, взглянув на Исака, кивнула и ушла. — Спасибо, — поблагодарил Исак Эву, которая смотрела на него с беспокойством. — Скажи, если будет слишком, ладно? Исак кивнул: — Тебе помочь, Эва? С обедом. Эвен закончил помогать Махди ставить елку в углу у камина и подошел к Исаку, поцеловав его в щеку. — Все хорошо? — спросил он. — Можем уехать в любое время. — Я в порядке, — Исак кивнул и, развернувшись, поцеловал Эвена в губы. Они вчетвером занялись обедом, остальные начали украшать елку. Юнас краем глаза наблюдал за тем, как Магнус и Махди пытались развесить гирлянду по странной симметрии. Вильде качала головой, все больше и больше распаляясь. — Она заглянула в пинтерест перед поездкой, да? — Эвен радостно рассмеялся. Эва простонала. — Сто сорок восемь блядских вариантов развешивания гирлянды. Я заставила ее посчитать. — Кто знал, что эта экстра-девушка будет такой назойливой, когда дело дойдет до Рождества, — съязвил Юнас. Эва ударила его по руке, и он рассмеялся. — Ай! — Эта экстра-девушка – моя девушка, спасибо большое. — Твоя экстра-девушка? Одной мало? — Не играй с огнем, мудрец, — посоветовала Эва. — И не думай, что я забыла про твоего нового партнера. — Можешь называть его моим парнем, Эва, — сказал ей Юнас. — Теперь это так называется. — Ронан, — Эва улыбнулась, нарезая лук. — Так мило. — Прекрати фетишизировать геев, бисексуалов и пансексуалов, Эва. — Ты перечислил всех, — рассмеялся впечатленный Исак. — Все сексуальности. — Сексуальность – это концепция, — сказал Юнас. — Сексуальность и есть концепция, — кивнул Эвен. — Ты – концепция, — Исак надул губы. Они закончили готовить обед и принесли тарелки в гостиную, где обустроились Магнус и Махди, решившие, что пора передохнуть. Они наблюдали за четырьмя девушками, украшавшими комнату в страхе, что Вильде начнет кричать. Юнас старался не смотреть в сторону дивана, на котором Исак спал в те ночи, но инстинктивно бросил туда взгляд. Любимое место Исака на диване сейчас пустовало. Но затем Исак усадил туда Эвена и сел рядом, прижавшись к парню и поставив тарелку на колени. Юнас думал, что все будет в порядке, но иногда в груди что-то болезненно скручивалось. Поэтому он вернулся на кухню, оставив тарелку на столе, и вышел на холодный воздух, глубоко вздохнув. Все нормально. Исак в порядке. Почувствовав вибрацию в кармане, Юнас вытащил телефон. Звонил Ронан. — Привет, — прохрипел он в трубку. — Привет, — ответил Ронан. — Устал ждать, пока ты позвонишь. — Я помогал готовить обед. Мы все утро провели в машине и ужасно проголодались. — Нормально доехали? — Ага. Вильде развлекала нас играми в пути. — Чего? — Ага. Она даже скачала музыку, чтобы мы угадывали исполнителя и год. — Бля, а она находчивая, — рассмеялся Ронан. Последовала небольшая пауза. — Хотел бы я быть там. — Я говорил тебе ехать с нами. — Знаю, но… — Ронан замолчал. Юнас хмыкнул в подтверждение. Он знал. Юнас рассказал ему об Исаке, о том, что между ними произошло, что пришлось пережить Исаку и почему они приехали сюда. Они решили, что Ронану лучше в это не ввязываться. Выходные обещают быть сложными и без волнения Юнаса по поводу реакции Ронана. Тем не менее от разговора с Ронаном Юнас становился все спокойнее и увереннее. Непринужденный, успокаивающий голос его парня заставил Юнаса расслабиться. Лучше бы он убедил Ронана поехать. Юнас пообещал себе, что все будет хорошо. Что никто не причинит вред Исаку. Он не останется один. Они пройдут через это вместе. — Астрид передает привет, — сказал Ронан. Юнас прислушался к смеху на том конце провода. — Она спрашивает, когда Магнус, цитирую, вернет долг и ответит на обнаженку. — Я его потревожу. — Договорились, — ответил Ронан с улыбкой в голосе, прежде чем его тон стал серьезнее. — Удачи тебе там, ладно? — Спасибо. — И… передай то же самое Исаку. Скажи, что я думаю о вас обоих. — Как же мне с тобой повезло, — сказал Юнас, не забыв обвинить себя в клишированности. Ронан усмехнулся. — Чертовски повезло, Ниссен.

ххх

После обеда они решили бросить вызов холоду и спустились к пляжу, закутавшись в такое количество слоев одежды, что было трудно двигаться. Благодаря Сане и ее навыкам выживания они набрали достаточно веток для костра за двадцать минут. Они расселись вокруг него, дрожа от холода, пока не начали согреваться, глядя на воду. — Сыграешь что-нибудь? — спросил Исак. Он уговорил Юнаса взять гитару, поэтому теперь, конечно же, ждал песню. Юнас простонал в ответ. Рукам было слишком тепло в плотных перчатках, чтобы вытаскивать их на холодный воздух. — У Нуры лучше получается, — перевел стрелки Юнас. Нура закатила глаза. — Давай сюда, — она стянула перчатки зубами и взяла пару аккордов. — Какие пожелания? — Джастин Бибер! — закричал Магнус. Нура улыбнулась ему и спела первый куплет Love Yourself. Некоторые ей подпевали, их голоса пролетали над водой вслед за солнцем. Юнас посмотрел на Исака, прижавшегося к груди Эвена, который игриво шептал слова песни ему на ухо. Посмотрев на воду, Юнас почувствовал знакомое давление в груди от вида этой счастливой картины. Он не особо верил, что это ощущение когда-нибудь пропадет, но, по крайней мере, оно больше не толкало на поступки, за которые Юнас себя ненавидел. Эва села рядом с ним, положив голову ему на плечо. — Мило. — Холодно, — пожаловался он. Эва недоверчиво на него посмотрела, и Юнас закатил глаза. — Ладно, да. Мило и холодно. — Говорил с Ронаном? — Ага. — Все хорошо? — Эва улыбнулась, и Юнас не смог не улыбнуться в ответ. — Он просто красавчик, особенно когда начал мыть голову. Молодец, Юнас. — Ну, что сказать? Он вернул меня к скейту, я вернул его к шампуню и бальзаму, — Юнас вздохнул. — А если серьезно, то мы еще на ранней стадии, Эва. Мы пока просто пытаемся понять, что из себя должны представлять отношения. Потому что отношения с парнем в новинку нам обоим. Крис раздала всем бумажные стаканчики с подозрительным содержимым. Дойдя до Эвы и Юнаса, Крис улыбнулась. — А это тебе, — она передала Юнасу отдельную флягу. — Особый рецепт, — сказала она по-английски. — Никакой дряни. Крис передала Эве стаканчик, наполненный янтарной жидкостью, и вернулась к Сане. Юнас сделал глоток и улыбнулся. Апельсиновый сок. Обычный апельсиновый сок. Юнасу повезло. Друзья поставили себе цель не позволять Юнасу сбросить с себя мантию трезвенника. Ронан был с ним в одни из самых худших ночей в его жизни, обнимая Юнаса, когда тому хотелось закинуться таблетками и запить их водкой, чтобы вернуться в доки и смотреть в черное беззвездное небо. Здесь, без светового загрязнения города, звезды напоминали огромную галактику над головой. Юнас смотрел в небо и пил апельсиновый сок. Эва легко сжала его руку и вернулась к Вильде. Юнас наблюдал за тем, как они обнялись, а Эва убрала волосы с лица Вильде, поцеловав ее в щеку. Пару месяцев назад Эва рассказала Юнасу, что самый темный период в ее жизни, пока шло судебное разбирательство, Вильде провела с ней. Каждый день, когда Эва винила себя в том, что произошло с Исаком, Вильде отгоняла прочь все ее страхи. — Она самый сильный человек из всех, кого я знаю, — сказала Эва. — Тогда какого хрена она встречается с тобой? — спросил Юнас, за что получил тычок от возмущенной Эвы. Он улыбнулся ей, и она ответила такой же улыбкой, заметив взгляд Юнаса. Нуре наконец надоело играть. Исак начал жаловаться, и Юнас, закатив глаза, снял перчатки и взял гитару. — Сыграй I’m Y… — начал Исак, но рассмеялся, когда Магнус бросил на него предупреждающий взгляд. — Сыграй Джастина Бибера! — снова попросил Магнус. Юнас даже не удостоил его ответом. — Я сыграю твою гейскую песню про замок, — сказал Юнас. Исак недоверчиво посмотрел на него, потрясенный тем, что он помнил. После попытки суицида Юнас слушал ее снова и снова. Он сохранил ее в сердце, потому что она напоминала Исаку о Юнасе, о Юнасе и Исаке, и тогда это значило многое. И в каком-то смысле значит до сих пор. — Когда мне было шесть, я сломал ногу, убегая от брата и его друзей, — Юнас начал петь. Затем присоединился Исак, а после и все остальные. Их голоса окутывали их волнами под звуки потрескивающего костра. — Я уже в пути, я все еще помню эти старые деревенские дороги, когда мы еще не знали ответов на многие вопросы, и я скучаю по тем чувствам, что ты вызывал во мне. Мы смотрели на закат за замком на холме. Голос Юнаса стал хриплым и густым. Он сказал, что это от жара огня, который закоптил горло. Магнус и Махди рассмеялись над этим, сказав, что он стал неженкой после перевода в Бакка. Исак посмотрел на него, и Юнас глубоко вздохнул, уделив этим эмоциям должное внимание, после чего заиграл другую песню.

ххх

В домик они зашли поздним вечером, прижимаясь друг к другу, чтобы согреться. Все девочки, кроме Эвы, направились прямиком в спальню. Она быстро поцеловала Вильде, сказав, что еще посидит. Вильде обняла их всех, поцеловала Исака в щеку и шепотом пожелала удачи. Магнус и Махди приткнулись в углу, где места хватило бы только маленькому щенку. Но этот угол был самым теплым в доме, поэтому они настояли. Эва и Юнас сели на диван, а Эвен и Исак пошли в душ. Когда они вернулись, свежие и излучающие тепло, Исак посмотрел на Эву. Эвен стоял рядом с ним, обнимая за плечи. — Мне не нравится, что эта дверь закрыта, — сказал Исак. Юнас и Эва последовали за ними к двери, ведущей в маленькую комнату. Комнату, где спал Исак больше двух лет назад. Где Юнас поселил Элиаса вместе с ним. Юнас сжал руку Эвы, и она заверила его, что все хорошо. Эвен спросил Исака, точно ли он уверен. Блондин кивнул и взялся за ручку двери. Исак оглянулся. Юнас кивнул, и Исак открыл дверь. Все было так же, как помнил Юнас, хотя здесь он провел не так много времени. Две односпальные кровати, пустой стол и стул в углу, старинный шкаф. Тот же потертый разноцветный коврик на полу. Исак вошел в комнату. Он молчал, смотря на одну из кроватей. — Знаешь, мама думает о ремонте, — сказала Эва. — Да? — хрипло спросил Исак. — Думаю, она не будет возражать, если вдруг что-то сломается. Они стащили матрас с кровати, на которой спал Исак, и уставились на старый скрипучий каркас. Исак запрыгнул сверху, к нему присоединился Эвен, а затем и Эва с Юнасом. Они синхронно прыгали, пока кровать не сдалась под их напором. После этого Юнас и Эва ушли, чтобы дать Исаку и Эвену немного времени. Эвен и Исак начали плакать. Оглянувшись, Юнас увидел, как они обнимают друг друга, шепча, что все будет хорошо.

ххх

Позже тем же вечером они сидели на диванах, завернувшись в одеяла, и играли в викторину, из-за которой Юнас и Исак когда-то подшучивали над Эвой. Теперь она могла ответить на большее количество вопросов, чем Исак, и почти на столько же, сколько и Юнас. Но явным лидером был Эвен. Он улыбнулся, откинув голову на спинку дивана, и Исак устроился у него на коленях. — Мой парень – гений, — заявил Исак, притворяясь, что шутит, но на самом деле он никогда не мог скрыть гордость, когда дело доходило до Эвена. Исак наклонился и поцеловал его, а Эвен положил руки ему на бедра, умудрившись прижать еще ближе к себе. — Снимите номер, — сказала им Эва. Эвен приподнял бровь. — Мы только что сломали кровать, — он поцеловал тихо рассмеявшегося Исака в щеку. — Значит, все хорошо? — спросила их Эва. — Все кончено с этим… — Последний приступ мании был тяжелым, — честно ответил Эвен. Юнас слышал об этом от Эвы. Эвен зациклился на Элиасе настолько, что съездил к нему в тюрьму, не сказав об этом Исаку. А потом заявил, что сдаст себя полиции за нападение на Элиаса. Исаку пришлось закрыться с Эвеном в комнате, плакать и умолять до тех пор, пока Эвен не передумал. — Но мы стараемся, — решительно продолжил Эвен. — Он от меня так просто не избавится, — он посмотрел на Исака, прижавшись к нему лбом. — Это была хорошая идея. Спасибо, что предложили. — Ты в порядке, Исак? — спросил Юнас. Исак кивнул. — Ну… странно здесь находиться. Но посмотри, — он указал на рождественские украшения и мерцающие гирлянды, — теперь все по-другому. В хорошем смысле. Элиаса здесь нет. И я не чувствую его присутствия, — Исак посмотрел на Эвена, на его красивом лице расцвела улыбка. — Я чувствую себя… в безопасности, — подумав над этим, он покраснел. — Да, слащавенько вышло. — Нет, нормально, — быстро сказал Юнас. — Хорошо, что ты себя так чувствуешь, — он моргнул. — Черт, что-то в глаз попало. Они тихо посмеялись, помолчав пару секунд, прежде чем Эвен посмотрел на них, подняв бровь. — Еще один раунд викторины? — Я слишком устала, — простонала Эва, свернувшись калачиком и укрывшись одеялом. — Вы, ребята, играйте. Они сыграли, но в основном Исак просто наблюдал за тем, как Юнас и Эвен пытаются обыграть друг друга. Эвен начал клевать носом, и Юнас провозгласил себя победителем, когда парень уснул. Исак посмотрел на него, нежно улыбнувшись, когда Эвен начал посапывать. — Новые таблетки. Сейчас он бодрствует, а в следующую секунду уже спит, — Исак щелкнул пальцами, чтобы показать, насколько быстро это происходило. — Еще и храпит после них. — Ну, что, — Юнас слегка повозился, устраиваясь поудобнее. — Я все равно не собираюсь спать. — Нет? — Нет. Буду смотреть за тобой. Даже когда ты уснешь. Никакого сна сегодня. Исак посмотрел на него с пониманием на лице: — Думаешь, это поможет? — спросил он. Юнас кивнул. — Хотел бы я остаться с тобой той ночью, — ответил он. — Иногда я слишком сильно на этом зацикливаюсь. — А я бы хотел просто рассказать тебе, что чувствовал тогда. — Но тогда все вышло бы по-другому. То есть, возможно, лучше, но могло быть и гораздо хуже. — Как бы далеко ни зашли твои философские размышления, Юнас, это больше походит на твои привычные рассказы, — озорно улыбнулся Исак. — Эй! — тихо рассмеялся Юнас. — Я просто пытаюсь… найти мораль этой истории. — Нет здесь никакой морали. Это просто дерьмовая история. Хорошее сменяется плохим, а плохое – еще более хорошим. Сейчас мы здесь, в безопасности… и тепле… и мы все еще лучшие друзья, — Исак облегченно выдохнул. — Все в воле божьей. — Только в ней одной, — на автомате ответил Юнас, вспомнив уроки литературы. Исак наигранно посмотрел на него. — Не говори Эвену, что цитируешь «Ромео и Джульетту», иначе он вызовет тебя на дуэль. — Ладно, а как насчет этого? — спросил Юнас. — Все, что прошло, ему прологом было. — То есть… хочешь сказать, что все, что произошло, стало частью истории, но только ее началом? Юнас кивнул. — Это мне нравится больше, — Исак довольно улыбнулся. — Откуда это? — «Буря». — Все, что прошло, ему прологом было, — повторил Исак. — Мне нравится. Очень. — Эвен не единственный задрот, знающий хипстерские цитаты из Шекспира. Они затихли, и Исак начал засыпать. Когда он уронил голову на грудь Эвена, Юнас осторожно подошел к дивану, чтобы убедиться, что друг накрыт самым теплым одеялом. Он аккуратно подоткнул края, укрывая полностью. Юнас посмотрел на светлый ореол волос Исака и, вздохнув, почувствовал себя спокойно. Он больше не чувствовал желание брать больше, чем Исак мог дать. Юнас не перестал его любить, но эта любовь была чище. Она не была ядовитой, навязчивой, разрушительной или сексуальной. Это была просто любовь. Он прижался губами ко лбу Исака и вернулся на диван, который они делили с Эвой. Юнас пообещал себе не спать обе ночи, потому что однажды, целую вечность назад, он поступил иначе. А теперь, решил он, настало время все исправить.