100500 захватывающих историй.

Веселая компания стала возвращаться под затухающие один за другим фонари Долины. Когда они вошли в ворота деревню окутала последняя ночь этого года. — Стоит поужинать и ложиться сразу, иначе завтра кто-то будет сонным, — отметил Обезьяна и скрылся внутри Дворца. — Я помогу разгрузить украшения! — вслед за ним попрыгал Богомол, в то время как Журавль и Гадюка отправились на кухню. На крыльце остались лишь двое. Снег аккуратно спускался с неба и в легком лунном свете поблескивал, поднимая и опуская настроение одновременно. Тигрица положила локти на заборчик и уставилась вдаль. На ее лице не было улыбки, как у панды или Богомола с Обезьяной. По это заметил. — Почему ты не рада? — спросил он тихо, подойдя и облокотившись об забор подле нее. — А чему радоваться-то? Прошел еще один год, только и всего… — на ее лапу упала снежинка и тут же растаяла. — А как же праздник? Праздничный дух? Подарки в конце концов… — перебирал преимущества Нового Года панда, на что она лишь презренно усмехнувшись. — Подарки говоришь? Это же лишь формальность, и ничего более. Обменяемся мы как обычно свертками с безделушками через два дня, а смысл? Не вижу я смысла… — Тигрица не повышала голос, как часто любила делать во время проявления эмоций. Сейчас с виду она была погружена в тоску, даже можно сказать подавлена. — Тигрица, мне кажется, ты ошибаешься, — также спокойно ответил панда, — Новый год важен в основном не подарками, а вниманием друзей и дорогих тебе людей, понимаешь? — Увы, По, не понимаю… — Тигрица отряхнула с себя снег и ушла внутрь. По постоял еще пару минут и грустно вздохнув побрел на кухню, готовить всем ужин. Утро следующего дня началось с объявления Шифу в связи с отменой тренировок на сегодня. Завтрак, затем все снова почуяли новогоднее настроение и ринулись украшать кухню, спальни… Кроме Тигрицы, естественно. Заявив, что не желает этим больше заниматься она удалилась к себе в комнату и заперлась в ней. Когда кухня стала выглядеть совсем по-новогоднему, ребята наконец успокоились с бесконечным навешиванием лент на стены. На окне красовалась серебристая мишура, как и на стенах в виде полукругов, свисающих вниз, словно кружева. Под ними же висели разноцветные ленточки, кое-где были прикреплены игрушки. — Здорово все же, — улыбнулся По снисходительно, видимо тоска Тигрицы передалась и ему. Он одел жилет и пошел прогуляться по городу в одиночестве. Когда стало вечереть фонари на этот раз не стали гаснуть, напротив, к ним добавлялись новые. Панда вернулся, когда начало темнеть. Ребята занимались своими делами и ждали торжества лишь через часа четыре. — А об новогоднем столе никто и не подумал, — вдруг вспомнил панда и принялся делать блюда, которых обычно не подавал. Так на столе появились миски с различными салатами и гарнирами, к ним он поставил миску с соусом, разложил приборы. Когда до празднества оставалось полтора часа, он наконец управился. — Думаю не пропадет за это время, — отметил он и пошел отдохнуть. За полчаса до главного торжества его разбудили Обезьяна с Богомолом. — По, ты что? Решил проспать Новый год?! — удивленно вопрошал Обезьяна, расталкивая панду. — Сколько времени? — Осталось двадцать минут, вставать скорее, — поторапливали его. По встал и отправился на кухню, где его уже ждала компания, но… Среди них отсутствовала Тигрица. — А где… — Тигрица? Она сказала что не важно чувствует себя, поэтому попросилась отсутствовать. Жаль, конечно, Новый год ведь… — не унимаясь, все говорил и говорил Обезьяна. По развернулся и побрел к ее комнате, оставив остальных на кухне. — Не опаздывай, второй раз будить не приду! — крикнул ему вслед Обезьяна и взялся за разговор с Богомолом. Панда дошел до ее двери и трижды негромко постучал. — Мне нехорошо, придите попозже… — отозвалась она. — Я знаю, что ты в порядке, Тигрица, — спокойно ответил ей из-за двери По. — По, иди на праздник, оставь меня, — за дверью раздался вздох. — Но я пришел за тобой… Ты же в норме, идем, тебя тоже ждут, — продолжил настаивать По. — Я же сказала, что не хочу! — она уже повысила голос, но По не утихал. — А как же Новый год? Как же стол и подарки? — на этом моменте Тигрица открыла дверь и сунув ему завернутый кулек и протянув руку сказала: — Давай быстрее и я вернусь в комнату. По взял небольшой мешочек и протянул ей завернутый продолговатый предмет. Следом хлопнула дверь и наступила тишина. Панда не решился сказать что-то еще, как не решился и возвращаться к друзьям в таком настроении. Вместо этого он вышел на улицу. Снег в отличии от вчерашнего поднимался потоками ветра, который порой продувал до дрожи в коленях, но в целом холод был терпим. Тигрица положила его дар на тумбу и повалилась обратно в постель. Она и до этого не спала, не спала и сейчас. Она знала, что скоро начнутся залпы фейерверков и уснуть ей не выйдет. Не при этих-то стенах. Рассчитывая увидеть в свертке какую-нибудь безделушку, она схватила его с тумбы и грубо разорвала бумагу, в которую подарок был завернут. Внутри находилась красивая деревянная флейта, которая всем видом давала понять, что сделана мастером своего дела. На обратной стороне бумаги оказались слова. Тигрица выпрямила клочки бумаги и собрала лист обратно. «Дорогая Тигрица, хочу поздравить тебя с Новым годом и подарить эту флейту в честь праздника. Ее сделал я восемь лет назад и она мне очень дорога, поэтому я решил что флейта достойна стать подарком для тебя на этот Новый год. Надеюсь ты когда-нибудь изменишь свое отношение к праздникам. По.» В этот момент прогремел первый салют. За ним еще и еще. Новый год наступил. Тигрица вспомнила, что в мешке, что она вручила панде находились дешевые конфеты, которая как она и думала являлись лишь формальностью. Но он... Она выскочила из комнаты и помчалась на кухню, однако там стоял лишь рождественский стол, уставленный нетронутыми блюдами. Обойдя комнаты и не обнаружив панду, Тигрица выскочила наружу. Во дворе ребята пускали фейерверки и вовсю отмечали начало Нового года. — Тигрица! С Новым годом! — завопил Обезьяна под шум взрывающейся пиротехники. В этой компании отсутствовал панда. — Где По? — сморщившись от шума, спросила она. — Не знаю! — прокричал тот в ответ так, чтоб она могла услышать. Тигрица побежала вниз по лестнице. Долину заполонили радостные жители, вышедшие из домов запускать фейерверки и поздравлять друг друга. Тигрица сломя голову обежала все места, где мог быть По, но даже в лапшичной мистера Пинга его не появлялось. Отчаявшись, она с флейтой в руках побрела восвояси. Розовых листьев на персиковом дереве не было, но за место них веточки покрылись красивым инеем. Тигрица дошла до дерева и плюхнулась у дерева, облокотившись об него спиной. Ветер притих и снег стал падать медленно и плавно. Тигрица поднесла флейту к губам и заиграла музыка. Пение флейты разносилось подобно теплу от костра, согревая душу и поднимая настроение. Она тяжело вздохнула. — Замечательный подарок... А я ему дала лишь мешок с второсортными конфетами... Если бы знала где он... С Новым годом... Спасибо По... — Тигрица тихо говорила сама с собой. — И тебя с Новым годом, Тигрица, — знакомый голос раздался где-то совсем рядом. Панда все это время сидел с другой стороны дерева, будучи незамеченным. Тигрица подскочила и вмиг обошла дерево. По вопросительно посмотрел на нее, как вдруг она зарядила ему пощечину. — За что? — не успел он договорить, как она кинулась к нему в объятия. — Пойдем к ребятам? Они, наверно, уже кушают... — прошептала она, согревая его ухо своим теплым дыханием. — Пойдем, Тигрица, с праздником тебя, — поднявшись, не прекращая объятия, По почувствовал как она крепко прижалась к нему. — Я все еще не подарила тебе подарок... — произнесла она, не отпуская его. — Нет же, ты забыла... — панду скоротечно перебили. — Нет. Это была формальность. Настоящий подарок... — Тигрица подняла лицо. Ее глаза закрылись и она прикоснулась к его губам своими. Поцелуй продолжался недолго, но для них прошла вечность. — Надеюсь, это можно считать подарком... — прошептала она и поманила панду на праздник, к остальным.