Свободен

— Клэри, ну, правда, я уже понял, что виноват! — Саймон виновато смотрел на подругу, которая сохраняла гробовое молчание.  — Кларисса, — Саймон протянул имя подруги, рукой сжимая ее плечо, — Я идиот, я должен был сам рассказать тебе про Рафаэля. А хочешь, пойдем на вечеринку к Лайтвуду? Девушка фыркнула, отворачиваясь от Саймона. Тот тихонько взвыл и отошёл так, чтобы видеть ее лицо. — Клэри, это нечестно, ты мне тоже ничего не рассказываешь про Джейса! — воспользовался грязным приемом Льюис. Девушка резко подняла на него взгляд и прищурилась. — И Джону я тоже ничего не сказал, — Саймон примирительно поднял руки перед собой, — Клэри, я правда не думал, что все будет так. — Что ты будешь целоваться с Сантьяго на глазах всей школы? Или что я не буду с тобой после этого разговаривать? — ехидно уточнила Моргенштерн, складывая руки на груди. Они стояли на школьной стоянке после первого занятия по танцам, которое вел Магнус. Клэри танцевала с Саймоном, но и слова не проронила за всё это время. Она словно издевалась над лучшим другом, который из кожи лез, лишь бы разговорить Клэри. Саймон улыбнулся, то, что Клэри вообще заговорила, он уже считал победой. Он понимал, она сердится не из-за Рафаэля, она сердится, потому что узнала всё от школьных сплетниц. — Еще вчера между нами ничего не было, — Саймон снова коснулся плеча подруги, — А сегодня, — Льюис замолчал, он до сих пор не мог определить, что реально происходит между ним и Сантьяго. — Ты ему сильно нравишься, — в голосе девушки не было ни зависти, ни злости. Она с нежностью смотрела на Саймона, — Он следит за тобой взглядом. Всё занятие смотрел. — Да? — Саймон почувствовал себя слегка некомфортно, — Я не заметил. Клэри засмеялась и покачала головой. Саймон улыбнулся в ответ, буря миновала, а значит, ему можно было расслабиться. Он вообще не любил ссориться с Клэри, это всё равно заканчивалось одинаково — они оба сдавались и шли мириться. Саймон посмотрел на крыльцо школы, там, рядом с Магнусом и Камиллой, стоял Рафаэль. Все занятие Саймон боролся с чувством ревности. Он специально старался не смотреть на то, как Рафаэль танцует с Бэлкорт. Но его взгляд постоянно замечал, как Рафаэль обнимает девушку за талию, как её рука нежно лежит на его плече, как Ками прижимается к нему, а Рафаэль, следуя танцу, гладит ее по спине или животу. Сам Саймон постоянно сбивался, его слишком многое отвлекало от занятия, это даже пару раз прокомментировал Бейн, и попросил Саймона на следующее занятие захватить с собой слух и чувство ритма. Рафаэль, почувствовав его взгляд, обернулся. Альфа улыбнулся, он явно был в хорошем расположение духа. — Не злись на него, — Клэри, как обычно, читала мысли друга, — Они просто танцевали. — Угу, — пробормотал Саймон, отворачиваясь от Сантьяго, — А не ты ли мне говорила…. — Забудь, — оборвала Саймона Клэри, она схватила его за руку, привлекая к себе большее внимание, — Выбрось вообще всё из головы, Льюис! Ты слишком много думаешь, серьезно. Просто расслабься и получай удовольствие. — Почему все просят меня перестать думать? — усмехнулся Саймон, украдкой поглядывая в сторону Рафаэля. Альфа недовольно хмурился, он что-то говорил брату, при этом успевал затыкать рот и Камилле. На крыльце вдруг появился Алек, он быстро шёл к лестнице. — Ничего себе, — присвистнула Клэри, проследив за взглядом Саймона. Лайтвуд с силой плечом толкнул Магнуса, от чего тот сделал несколько шагов вперед, врезаясь в Рафаэля. Алек же, ехидно скривившись, спускался с крыльца, не обращая внимания на окрики Сантьяго. Джейс бежал за Лайтвудом, пытался остановить его, схватил за плечо, но Алек лишь откинул его руку. — Рафа, нет! — Магнус крепко держал Рафаэля за локоть, не позволяя ему догнать обидчика. В глазах Бейна было удивительное спокойствие, словно это не его только что толкнул ученик. — Ты снова начал?! — голос Сантьяго разлетелся по школьному двору. Он выдернул руку из захвата, — Может, это тебе нужно сказать нет? Саймон с удивлением смотрел на альфу, казалось, тот сейчас накинется на брата с кулаками. Камилла аккуратно встала между ними, закрывая спиной Магнуса. Рафаэль зло засмеялся, со своего места Саймон не слышал, что Рафаэль тихо произнес, но его слова, видимо, достигли цели. Магнус дернулся вперед, и уже теперь его пыталась остановить Камилла. — Хватит! Прекратите оба! — она оттолкнула Рафаэля в сторону, — Рафа! Сантьяго снова что-то сказал, заставляя Камиллу скривиться. — Билеты в первом ряду, — пробормотала Клэри, наблюдая за разыгравшейся картиной. Саймон кивнул, он перевел свой взгляд на Алека, который был уже у своей машины. Джейс всё так же следовал за ним. Льюис попытался вспомнить, было ли на занятие хоть что-то, что могло вызвать такую реакцию у обычно спокойного Лайтвуда. — Саймон, — привлекла его внимание Клэри, — Рафаэль, — Льюис резко обернулся, Рафаэль шёл в их сторону. Магнус все так же стоял на крыльце, с сожалением смотря ему в след. — Все хоро… — договорить Саймон не успел, Рафаэль обнял его, крепко прижимая к себе. Он глубоко вздохнул, словно только это могло его сейчас успокоить. Льюис улыбнулся, обнимая Рафаэля в ответ, ему было приятно, и все тревожные мысли разом отошли на задний план. Альфа держал его хоть и крепко, но аккуратно. Клэри кашлянула, привлекая к себе внимание. Рафаэль отпустил Саймона, сделав еще пару глубоких вздохов. — Привет, — он улыбнулся Моргенштерн, — Хорошо танцевали. — Лесть — это к нему, — усмехнулась Клэри, показывая на Саймона, — Ладно, не буду вам мешать, поеду домой. Клэри обняла Саймона под внимательным взглядом Рафаэля, ей казалось, он сканирует ее. — И да, я согласна. — На что? — одновременно спросили альфа и омега. — На вечеринку у Лайтвуда, — хитро улыбнулась Клэри, подмигивая Саймону. Льюис остро почувствовал желание убивать, он отлично понимал, Клэри сделала это специально. — Убью, — одними губами прошептал Льюис, подозревая, что сейчас у него будет серьезный разговор с одним и без того злым альфой. Клэри лишь махнула ему рукой, довольно улыбаясь. — И ты прощен, — смилостивилась она, — Пока, Рафаэль, — девушка не спеша пошла в сторону остановки, оставляя парней наедине. — Вечеринка? — протянул Сантьяго, обнимая Саймона за талию. Альфа смотрел омеге в глаза, на удивление, Саймон не заметил в его взгляде злости или недовольства. — Вечеринка, — согласился Льюис, целуя Рафаэля в уголок губ, — У Лайтвуда. — Она же сделала это специально? — усмехнулся Сантьяго, практически касаясь своими губами губ Саймона. — Я бы даже не сомневался, — засмеялся омега, полностью сокращая такие ненужные между их губами миллиметры.

***

Музыка била по ушам и разрывала мозг. Алек сжал руками виски, но не сделал тише — думать себе сейчас он просто не мог позволить! Перед глазами так и стоял этот чертов учитель танцев с обворожительной до трясучки в коленях улыбкой. — Александр, поднимите руку чуть выше, вы же компрометируете свою даму. — Александр, голову чуть ниже, словно желаете ее поцеловать, а не испепелить взглядом. — Александр, ваше имя хоть и означает «защитник», но здесь танцы, а не сражение. Тихий, с лёгкой ноткой насмешки, голос Бейна звучал в голове Лайтвуда, даже несмотря на громкую музыку. Алек не понимал, что вообще с ним происходит, почему он не может отвести взгляда от Магнуса. Его фигура, движения, слова, ничего не выдавало в нем альфу, и Алек, словно слепой котёнок, пытался уловить хоть что-то носом. И уловил, лайм с корицей — голова начинала кружиться от одного воспоминания. Альфы так не пахнут, Алек должен его ненавидеть, просто по принципу сильнейшего, но вместо этого Алек всё занятие ловил себя на мысли, что Магнус привлекает его к себе, заинтересовывает. И словно издеваясь, Бейн постоянно касался его, становился так близко, что у Алека внутри начинал выть зверь, требуя подать ему понравившуюся добычу. Машина содрогнулась от басов, но Алек и бровью не повел, думая о Магнусе. Он сильно отличался от всех, кого до этого видел Алек. Бейн не стеснялся ни своей слабости, ни своей странности, и это против воли заставляло Алека уважать Магнуса, видеть в нём совсем другую силу. Лёгкий стук по стеклу остался бы для Алека неуслышанным, если бы он сначала не почувствовал дразнящий знакомый запах. Причина всех его переживаний, Магнус Бейн, появился рядом с машиной Алека, словно по волшебству. — Да чтоб тебя! — просипел Лайтвуд, убирая звук до минимума. Он начал опускать окно, но вдруг, повинуясь секундной прихоти, резко открыл дверь машины, выбрался на дорогу. — Александр, с вами всё в порядке? — насмешливый голос Магнуса в очередной раз прошёлся по самолюбию Лайтвуда, — Ничего не болит? — Я — Алек, — насупился альфа, представляя, как глупо сейчас выглядит. — Да, как угодно, Александр, — усмехнулся Бейн, разглядывая Алека сверху вниз. Алек нахмурился, улыбка Бейна совсем ему не нравилась, казалось, он больше кривится, чем улыбается. — Извинений я, видимо, не дождусь, — закончив осмотр, произнес Магнус, смахивая рукой свою длинную чёлку с лица, — А, Александр? Лайтвуд заскрипел зубами, этот альфа бесил его просто неимоверно, даже, наверно, больше, чем интересовал. Ехидная улыбочка снова украсила лицо танцора, он слегка подался вперед, привстал на носочки. — Это не культурно, толкаться, а потом молчать, Алек, — единственным желанием Лайтвуда в этот момент стало стереть ухмылку с лица Магнуса. Он сжал кулаки, но сходящий с ума разум всё решил за него. Губы Бейна оказались сухими и горькими, словно намазанные помадой. Алек, удерживая Магнуса за плечи, с яростью укусил нижнюю губу Бейна, заставляя того вскрикнуть. Отпрянув, Алек с испугом, словно это не он сам поцеловал Магнуса, уставился на Бейна. В голове кричал голос разума, что так нельзя, что это хуже, чем инцест, но Алек чувствовал совсем другое. И осознание этого, помноженное на стыд, выбило из Алека все остатки самообладания. Он быстро, насколько это было возможно, сел в машину. Магнус звал его, но Алек, сгорая от стыда, нажал на педаль газа, позволяя машине с визгом тронуться с места. Щёки горели, как и губы. Алек вытер их тыльной стороной ладони, но чувство, что они хранят на себе вкус губ Магнуса, никуда не исчезло. Алек зарычал, кулаком ударил по рулю, пытаясь хоть как-то справиться с эмоциями. — Идиот. Идиот! — кричал он, срываясь на несчастном руле, — Придурок! Он поцеловал альфу. АЛЬФУ, да хуже этого он ничего и придумать не мог! Алек снова зарычал, ярость отступала, оставался только стыд и страх. Такие связи в их мире запрещены и опасны. Алек сглотнул, он изо всех сил пытался вспомнить, видел ли их кто-нибудь. Но вместо этого услужливая память подкидывала ему лишь одно воспоминание — широко распахнутые глаза Магнуса напротив и пьяняще близко.