Свободен

— Мне жаль, — Саймон кивает, растерянно теребит край собственной футболки, уставившись куда-то вдаль, — Саймон, это не смертельно. — Для кого как, — выдыхает омега, — Ты не знаешь, что это такое. — Альфы тоже иногда теряют голову, — пытается достучаться до Саймона Джонатан, — Саймон, понятно, что это будет тяжело, но ты справишься. — Думаешь? — горько усмехается Льюис, — Я ни разу не переносил течку без таблеток, так теперь еще она и наступит через пару недель. — Это не конец света, у тебя теперь ведь есть Рафаэль, — в голосе Джона скользит что-то странное, но он не даёт Саймону сфокусировать свое внимание на этом, отвлекает, — В крайнем случае, запрем тебя в подвале, привяжем к батарее, всё, что угодно! Моргенштерн толкнул Саймона в плечо, заставляя обратить на себя внимание. — Вызовем проститутку? — подмигнул альфа, понимая, что наконец-то смог достучаться до друга, — Проститута? — Рафаэль меня убьет, — Саймон улыбается, просто представляя себе эту картину. Джон картинно пугается и заливается смехом, снова толкая Саймона. Льюис смеется в ответ, лед страха и безнадежности, сковывающий его последние пол часа, дал трещину, позволил сделать вздох. Мистер Фелл «обрадовал» его сообщением о том, что из-за сбоя его иммунной системы и прочих факторов, течка начнётся у него намного раньше обычного. А точнее примерно недели через две, когда он начнет пропускать таблетки. Растерянный и испуганный, Саймон первым делом позвонил Джонатану, и тот приехал к больнице, даже не спрашивая, что именно случилось. — Тебя отвезти домой? Или у тебя тренировка? — Саймон покачал в ответ головой и полез в рюкзак, где должен был лежать его телефон. — Мне запретили тренироваться, — Телефон оказался на самом дне, да еще и в режиме «без звука» — Вот черт! Экран, словно мог передавать и злость, светился практически красным: пропущенные звонки, смс, голосовые — Рафаэль очень хотел достучаться до своего парня. — Мексика? Турция? Китай? — Предложил Джон возможные варианты побега. Саймон покачал головой, смело набирая номер Сантьяго. Ответили ему после первого же гудка. — Саймон, где ты? — Казалось, Рафаэль сдерживается из всех сил, чтобы не закричать, — Ты в порядке? — Я с Джоном, все хорошо, — начал Саймон, и понял, что совершил большую ошибку. Моргенштерн покрутил пальцем у виска, подтверждая его мысли. Звенящая тишина в трубке телефона оборвалась слишком резко — Рафаэль сбросил звонок. — О-о-о, что за день? — простонал Саймон, упираясь лбом в приборную панель автомобиля Джонатана. Он уже мысленно расчленял себя, лишь бы все это скорее закончить. — Видимо плохой, — фыркнул альфа, — Вылезай из машины, там Рафа. Саймон резко поднял голову, Рафаэль шел по больничной парковке, уверенным, спокойным шагом. — Рафа! — Льюис закричал, широко открывая дверь. Сантьяго остановился, безразличным взглядом скользнул по Саймону и отвернулся, — Ну уж нет! Саймон и без того чувствовал себя плохо, чтобы еще позволить и Рафаэлю переживать из-за него. Догнать Рафаэля он смог только у машины последнего. — Рафаэль! — Саймон схватил его за руку, — Рафа, постой!  — Зачем? — слишком спокойно спросил Сантьяго, смерив Саймона взглядом сверху вниз, — Мне нужно ехать. — Рафа, я виноват, прости, — Саймон, сделал шаг к Рафаэлю, коснулся его второй руки, — Я должен был позвонить тебе, сразу должен был, но я растерялся. Прости, я даже не подумал, что ты будешь так волноваться и злиться. — А что ты ожидал? — все же вспылил Рафаэль, зло сверкая глазами, — Я звонил тебе, ты не брал трубку. Отец сказал, что ты давно ушёл от него, рассказал мне, как обстоят дела. Что я должен был думать? — Сантьяго скривился, заставляя Саймона еще больше чувствовать вину, — Где ты, что с тобой, как ты перенёс известие? Да я уже думал маме твоей звонить! Вся его злость и тревога все же накрыла его с головой. Рафаэль и сам не понимал, что его злит больше, во всей этой ситуации. Разумом Сантьяго понимал, они еще с Саймоном толком и не узнали друг друга, но сердце, охваченное чувствами, трещало по швам от одной только мысли, что Саймон предпочел ему Джона. — Я понял, понял! — Льюис примирительно и доверчиво прижался к Рафаэлю, — Я сглупил, только не злись, прошу. Он нежно, стараясь передать все свои чувства, поцеловал Рафаэля в шею, носом потёрся о кожу. Рафаэль все так же не двигался, и Саймон сам обнял его, руками стал гладить спину. — Это нечестно, — уже спокойнее выдохнул Сантьяго, от чего Саймон довольно заулыбался, — И не радуйся. — Как скажешь, — состроил серьезную мину Саймон, снова целуя шею альфы, — Главное прости. — Хорошо, — Рафаэль обнял Саймона, качая головой, — Но в следующий раз я уйду. — Я тебя остановлю, — уверенно произнес Саймон, вдыхая запах Рафаэля. Он только сейчас понял, чего ему так не хватало для того, чтобы успокоиться полностью. Он по привычке позвонил Джону, даже не задумываясь, что теперь у него есть тот, кто может подарить ему спокойствие просто одним присутствием. Его слова вызвали улыбку на лице Рафаэля, Саймон, как и он, нуждался в их отношениях. — Как ты? — альфа гладил Саймона по спине, губами слегка касался уха, дразня и играясь. — Нормально, правда, напуган, я не думал, что течка будет так скоро, — признался Саймон, — Да и без таблеток. — Мы справимся, — не раздумывая ответил Рафаэль, целуя омегу. Саймон замер, воспоминания прошлой слабости в течку больно кольнули самолюбие. А ведь тогда он был под таблетками. Тогда он еще даже не знал, какого это — целовать, обнимать Рафаэля. А сейчас его тело реагирует на Сантьяго слишком остро, иногда даже неконтролируемо, так что же будет в течку? Саймон и не задумывался пока ложиться под Рафаэля, секс с ним Саймон пока не планировал от слова «совсем». Почувствовав, что Саймон напрягся, Рафаэль отстранился, внимательно стал разглядывать своего парня. — Пообещай мне, — Саймон хрипел, волнение и страх сдавливали горло, — Пообещай, что не позволишь мне сделать это в течку. Рафаэль нахмурился, пытаясь понять, что именно Саймон имеет в виду. — Я не хочу так, когда я не буду даже соображать, кто со мной, — голос срывался, Саймон, наверное, только сейчас осознал весь ужас предстоящей течки, — Не хочу, как животное, лишь бы с кем-то переспать, без разницы с кем. — Хорошо, — Рафаэль кивнул, прижимая испуганного Льюиса к себе, — Обещаю.

***

— Алек?! — голос Изабель разлетелся по дому. Девушка прислушалась, и, не получив ответа, скривилась, — Алек, твоя машина у дома, где ты?! Она тихо прошла по холлу к лестнице, и снова прислушалась. Садовник сказал ей, что молодой хозяин приехал каким-то встревоженным и нервным, но это Изабель поняла и сама, как только увидела брошенную как попало машину Александра. Бета сжала кулаки, с ее братом что-то происходит, и она выяснит что, чего бы это не стоило. Медленно, стараясь не шуметь, Иззи начала спускаться по лестнице вниз, в подвал, в котором располагался её так называемый личный класс для танцев, комнаты отдыха для прислуги, и прачечная. В подвале было темно, не горел свет даже в комнате для прислуги, хотя время было близко к вечеру. Изабель нахмурилась и уверенно пошла вглубь подвала, туда, где она и сама привыкла прятаться от всех. Большое зеркало от пола до потолка, балетный станок, колонки и магнитофон — Алек помогал обустраивать ей здесь всё. Даже пара матов, которые лежали в углу, принадлежали именно ему. Изабель улыбнулась, вспоминая, как раньше они часами проводили здесь время, прячась от родителей и их криков. Изабель обычно танцевала, включая музыку так, что сотрясался потолок, а Алек читал, развалившись на матах. — Алек? — позвала Иззи, обнимая себя за плечи. В тишине она отчетливо услышала полу-вздох полу-стон из-за большой колонки, — Ох, братец. Изабель, не говоря и слова, опустилась на пол рядом с братом, прижалась щекой к его плечу. Алек пододвинулся, чтобы ей было удобнее, и переплел их пальцы, слегка сжал. — Что случилось? — Изабель привычным движением убрала челку брата с его красивого лица. Алек покачал головой, от чего челка снова упала на его глаза. Изабель вздохнула, разговаривать сейчас с ним не имело смысла. Особенно о том, что его тревожит. — Родители уже улетели, ты их видел? — Когда я приехал, их уже не было, — ответил Алек, поворачиваясь к сестре, — Тебе нравится Джонатан? — Он нравится всем, — фыркнула Изабель, избегая прямого взгляда брата, — Это же Моргенштерн. — Он — альфа, зачем тебе это? — Алек аккуратно повернул лицо сестры в свою сторону, удерживая за подбородок, — Думаешь, получится? — Не все родители такие как наши! — выпалила Иззи, упрямо сжимая губы, — То, что я бета, не ставит на мне крест. Это наши родители считают, что я теперь хуже проститутки и Иуды вместе взятых, — она усмехнулась, гордо вскинула голову, — Я просто имею возможность жить, как хочу, и это их злит. Изабель, как маленькая девочка, убеждала в первую очередь себя, кричала, что ей не больно, хотя рана кровоточила, не переставая. — Идеальная семья Лайтвудов вдруг оказалась не идеальной, в их числах появилась бета, первая с начала истории, — в голосе девушки звучала горечь и обида, — Помнишь, мама начала называть меня строго Изабель, словно это могло что-то исправить. Алек кивнул, он отлично всё помнил, как отец орал на мать, что это она виновата. Как приказал Изабель бросить танцы и собирать вещи — её хотели отправить в специальную школу для бет, попросту в интернат. Как мать, вместо того, чтобы защищать дочь, начала избегать ее, говорить об Изабель в третьем лице, даже в её присутствии. Тогда только Алек остался на стороне сестры. Только он противостоял родителям, защищая Иззи, как истинный альфа. — Знаешь, мне кажется, они просто с ума сойдут, если узнают, что я нашла себе альфу, — Изабель засмеялась, — Или если я забеременею. — Ты с ним спишь? — тут же отреагировал Алек. Иззи смерила его разочарованным взглядом, словно он спросил полную чушь. — Лучше не отвечай, — скривился Алек, притворно задыхаясь. — Эй, — Изабель засмеялась, — Что с тобой, Алек? — Как думаешь, что будет, если я не найду себе омегу? — тихо спросил Лайтвуд, собираясь с силами. Изабель удивленно приподняла бровь, — А выберу, например, бету? — Ну, тебя тоже вычеркнут из завещания, — попыталась отшутиться Изабель, но Алек продолжал серьезно смотреть на нее, ожидая ответа, — А тебе не всё ли равно? Мы никогда не будем соответствовать их завышенным требованиям. Найдешь омегу — она будет недостаточно богатой. Будет богатой — недостаточно красивой и воспитанной, и так по кругу. Найдешь бету — опозоришь семью, останешься без наследника. Найдешь альфу, — Алек на этих словах сестры замер, позабыв о дыхании, но Изабель, не замечая этого, продолжила, — Заставят сменить фамилию, отчество и вообще сотрут тебя в порошок. Зато, глядишь, обо мне вспомнят, — Иззи засмеялась, слишком горько и показушно, для человека, которому плевать. — Так зачем выпрыгивать из штанов, если мы все равно для них уже разочарование? — девушка поднялась на ноги и протянула руку брату, — Вставай, Алек, хватит тут переживать. Ты влюбился в бету? Так останься с ней, сделай ее счастливой и держи как можно дальше от нашей семейки! Изабель улыбалась, пытаясь обмануть даже и себя. Алек встал, нависая над хрупкой сестрой горой. Он аккуратно обнял ее, провел рукой по голове. — Надеюсь, Джон сделает это для тебя, — Алек удержал дернувшуюся было сестру, — Защитит тебя от нашей семьи, так, как я не смог. А я помогу ему, не разочарую родителей, и они позволят тебе жить спокойно. — А как же твоя бета? — приглушенно спросила Иззи, обнимая Алека руками за талию. — Да нет никакой беты, успокойся, — скривился Алек. «Есть альфа» — ехидно напомнила ему совесть, снова заставляя подумать его о Магнусе.