Западня

      Оставалось немного времени до съемок, поэтому я решила, что стоит заехать домой, чтобы переодеться в нормальные вещи. А то уже второй день в джинсах и футболке шатаюсь. А ведь, как говорил директор: «Дресс-код компании подразумевает под собой официальный стиль одежды. Только черно-белые тона, никакого самовольства.» Правда, обычно я нарушала эти правила, приходя на работу в кедах и ярких платьях.              Том стоял рядом с дверью, наблюдая, как я ищу нужные вещи. Он внимательно рассматривал интерьер квартиры, которая была выполнена в нежно-голубых тонах. Что-то смутило его в выборе одежды: черная блуза, такого же цвета юбка и лодочки.              — Это что за… — он удивленно изогнул бровь.              — Тебе не нравится то, во что я одета? Ну, уж не осуждайте. Все вопросы к генеральному, потому что это он там всем заправляет.              — Сегодня же разрешу тебе ходить в удобной одежде, ибо по вашим дорогам иногда и на автомобиле-то не проехать. По крайней мере, мне так рассказывали.              — Правильно рассказывали. Хотя, в Москве всё не так уж и плохо обстоит с этим делом, а вот в других городах и в той же области…лучше не стоит об этом говорить, Том.              — Дороги дорогами, но вот…мы никуда не опоздаем? — взглянув на часы, я поняла, что до интервью и фотосессии остались считанные минуты. Да, долго же я выбирала, что стоит надеть.              — Итак, Холланд, сейчас берем курс на редакцию Vogue, потому что, если мы опоздаем, то потом меня явно не погладят по головке.              — Кто? Зачем? Почему?              — Это просто выражение такое. Это значит, что я не смогу избежать ответственности за какой-либо проступок. Так что, нам стоит поторопиться, Том, — мы сели в автомобиль и направились к месту назначения.              Спустя двадцать минут мы были уже около здания. Как и планировалось, поклонников там будет много. Что же, придется нанимать телохранителя. Или шпильки вполне помогут? Честно говоря, не знаю. Но буду надеяться, что сейчас никто не повиснет на шее у нашего звездного гостя. Пока мы шли к входу, толпа фанатов окружила его, а я решила не вмешиваться до поры до времени. Томас улыбался, что-то говорил, расписывался на листочках, футболках, некоторых частях тела юных красавиц.              Проход в помещение был воспрещен лицам без пропусков, поэтому никто, кроме нас с Томом, не смог проникнуть. На ресепшене нас встретила девушка приятной наружности, которую звали Анна.              — Здравствуйте, мистер Холланд, — она широко улыбнулась, — и его… стоп, девушка, а откуда у вас пропуск? Обычно важные персоны, такие как наш гость, имеют собственных англоговорящих ассистентов.              — Я прекрасно говорю по-английски, девушка. К сожалению, а может быть и к счастью, ассистент Тома не смог посетить Россию, по причине отпуска, который тот не имел уже три года. Полагаю, вы выходите в отпуск два раза в год по две недели, а может быть и больше. Думаю, что каждый человек должен отдыхать по мере возможности.              — Но…              — Не беспокойтесь, мой пропуск не может быть поддельным. Я являюсь официальным представителем мистера Холланда в России, — по-моему, я заткнула её за пояс, потому что девушка действительно не находила слов, чтобы мне возразить, но в разговор вмешался Том:              — Не переживайте, Анна. Кристина не может лгать в данной ситуации. Я подтверждаю информацию, которую она сказала.              — Хорошо, мистер Холланд. Прошу пройти за мной к главному редактору.              Девушка проводила нас к кабинету, на двери которого красовалась вывеска: «Виктория Борисовна Давыдова, главный редактор российского журнала Vogue».              — Прошу пройти сюда, — она постоянно хмурилась, когда смотрела на меня. Да, не слишком-то я хорошо умею втираться в доверие к людям.              В огромном кожаном кресле около панорамного окна восседала шикарная блондинка, глава модного царства и просто роковая женщина — Виктория. На её лице сверкала улыбка. Жестом она пригласила Тома присесть на диван.              — Здравствуйте, мистер Холланд, — боже, меня уже тошнит от этого приторно-сладкого выражения «мистер Холланд», — а кто это, Ани? — она показала пальцем на меня, — прислуга? — что??? Разве я похожа на прислугу в этой юбке…и блузке…ну, да, только белого фартучка не хватает.              — Нет, Виктория Борисовна. Она является агентом мистера Холланда, — дайте мне револьвер, и я застрелюсь.              — Я же говорю, что она прислуга, — спасибо вам, дамочка. Поставили на место.              — Думаю, что мне не стоит мешать вашей милой болтовне, поэтому стоит дальше драить полы и люстры в вашем замке, — решив демонстративно удалиться, я покинула кабинет этой фифы.              Спустившись к автомобилю, я наблюдала, как народ ещё ждал выхода Тома. Многие удивились, увидев меня так скоро, но уже без актера, потребовав объяснений.              — У мистера Холланда сейчас интервью и фотосессия в студии, а мне там делать нечего, — как-то народ погрустнел. Да и мне самой было не очень-то весело. Сначала не хотели пускать, а потом и вовсе обозвали прислугой.              Хотя, по сути, это так и есть. Просто прислуга, нянька для молодого актера. Пустой звук. Моя голова опустилась на руль, я еле сдерживала свои эмоции, чтобы не заплакать. В сумочке что-то завибрировало. Наскоро отыскав телефон, я заметила сообщение:               - Почему ты ушла?               - Мне нечего там делать.               - Оставила меня здесь одного? А ведь эта женщина хочет меня…               - И что же она хочет с тобой сделать?               - Нет, она действительно хочет меня.               - Несмешные шутки, «мистер Холланд».               - Черт, ну хоть ты не начинай.               - Я ещё даже не начинала, малыш Томми.               - Не пугай меня так. Хотя, уж лучше ты, чем она.               - А вот это звучало как оскорбление. Вы скоро отправитесь на интервью?               - Не знаю. Но я прошу тебя, поднимись, иначе пострадает моя детская психика. И ТОГДА ТЕБЯ ТОЧНО УВОЛЯТ!               - Ну, не знаю, не знаю.               - Мать твою, Кристина. Не лишай меня нормальной молодости.               - Жди и сопротивляйся, малыш.              Честно говоря, это все было похоже на глупую шутку, но если ему действительно нужна моя помощь, то стоит подняться. Я поспешила выйти из автомобиля. Зайдя в здание, Анна перегородила мой путь:              — Что вам ещё надо, мисс…              — Да какая я вам нахрен мисс. Мне нужно проверить Тома.              — Не Тома, а мистера Холланда.              — Да какая к черту разница!              — Увы, я не пропущу вас, — боже, я сейчас ей врежу с локтя.              — Нет, пропустишь, — решив подтвердить свои слова действиями, я влепила ей пощечину и поспешила к лифту, на который она, увы, не успела.              Цоканье шпилек по кафелю раздавалось на всем этаже. Я ворвалась в кабинет к этой дамочке, в тот момент, когда она уже сняла с Тома футболку. Ой, а тут такое тело, ммм…              — Хвала Одину, ты тут! — парень широко улыбнулся и вырвал у Давыдовой футболку из рук.              — Девушка, что вы себе позволяете! Вы без стука врываетесь в чужой кабинет!              — Да! И застаю тут картину: мой полуголый малолетний подопечный и пятидесятилетняя тётка. И почему-то я сомневаюсь, что приставать он начал первым.              Скандал начался знатный. Около тридцати минут я перечисляла этой дамочке статьи, за которые она может сесть, а она пыталась вымолить прощение, чтобы ничего не вышло за пределы этого кабинета.              Все-таки решив замять это дело, потому что никому не нужны были эти чертовы провокационные статьишки в желтой прессе, мы отправились на фотосессию в огромную студию. Там около часа Том позировал профессиональному фотографу-мужчине. Откровенно говоря, меня это успокаивало в какой-то мере.              — Том, вы не могли бы снять с себя футболку, нам нужен другой элемент одежды на вас, — они решили меня доконать. Опять он снимает футболку, опять это тело, мммм…              — Кристина, ты чего задумалась? — он смотрел прямо в упор.              — Нет, ничего. Все хорошо, Том. Переодевайся скорей, потому что ещё интервью, обед и встреча с директором.              — Плодотворный день сегодня, не так ли?              Я лишь промолчала.              Спустя некоторое время фотограф обратился ко мне, показав некоторые фотографии.              — Просто прекрасно. Великолепно, Андрей Васильевич.              — Ну, что вы…просто Андрюша, — Том странно нахмурился, — а ты не желаешь сфотографироваться вместе с Холландом? Думаю, это будут прекрасные снимки.              Мы сделали несколько фотографий вместе с малышом, а позже отправились на интервью. Мы шли невероятно близко друг к другу, я чувствовала, как парень был напряжен. Он спросил о том, как мне сегодняшний день, а позже признался, что ему было приятно моё спасение.              На интервью было неинтересно. Да, это был первый раз, когда я сопровождала важную персону на интервью в безумно популярном журнале, но вы не представляете, какая там скукота. Просто ужасно. Но тут ко мне обратилась девушка:              — Кристина, вы являетесь агентом Тома в России. Скажите, почему именно вы? Что связывает москвичку в третьем поколении и молодого известного актера? Может быть, романтические отношения? Или старая дружба?              — Или судьба. Или директор. Или любовь к комиксам. Ответить честно? Любовь. Любовь к деньгам. А вы надеялись, что можно подцепить какую-то интрижку? Очень в этом сомневаюсь. Дам вам один совет на будущее: не ищите чувства там, где их нет, — я посмотрела на Тома, который как-то слегка приуныл.              — Том, а что вы думаете по этому поводу? Вы как-то заметно погрустнели…              — Я ничего не думаю по этому поводу. Только то, что Кристина права. Деньги, и ничего больше.              После интервью мы вышли из здания. Фанатов уже не было.              А наши лица выглядели ужасно печальными…