Западня

      Спустя некоторое время, мы были уже в аэропорту Санкт-Петербурга. Полет прошел достаточно неплохо. За все время мы перекинулись с Томом лишь несколькими фразами, комментариями по поводу встречи. Пару раз я замечала, как он недоумевающе смотрел на меня.              Да, плохо я поступила. Соврала, нагрубила в придачу. А парень просто пытался показать свои чувства. Но были ли они взаимны? Сложно сказать это на третьи сутки с момента знакомства. Да, пожалуй, стоит разобраться в себе.              Честно говоря, в некоторых моментах я не понимала Холланда. Вот он — парень, который танцует, заботится о собаке, вечный весельчак. Я знала его только лишь из интернета. Неужели, все не так на самом деле? Мне почему-то было больно видеть его в таком виде. События первого дня мне тщетно удается забыть, но, гораздо проще списать это на естественные инстинкты человека. Надо было поговорить. Очень срочно.              А вдруг, что-то случилось? Хотя, еще вчера он разговаривал с папой по телефону, амбициозно рассказывая о Москве, к каждой фразе прибавляя восторженное: «Как круто». Но, тем не менее, люди хорошо умеют скрывать свои проблемы. Особенно те, кому часто удается быть под прицелами камер. Действительно, надо поговорить. Но, не сегодня. Не сейчас.              В момент моих раздумий к нам подошла стюардесса, которая объявила скорое приземление в аэропорту «Пулково-2».              — Вот и Санкт-Петербург, — сказал Том, выходя из самолета.              Погода Питера встретила нас приветливым солнышком, которое здесь, по слухам, бывает не слишком часто. В аэропорту нас встретило петербургское руководство и повело под белы рученьки в отель, чтобы «гости могли спокойно отдохнуть».              Мое расположение меня в полной мере устроило. Скромный одноместный номер был как раз кстати. Я буквально упала на мягкую кровать и обняла подушку. Мысли вновь окутали мою светлую головушку.              Жаль, что нельзя залезть к человеку в голову. Так было бы проще понимать каждого из нас. Но Том…это какой-то отдельный, абсолютно невероятный человек. И зачем же судьба-злодейка столкнула меня с этим чудесным чудом? Который раз я задаюсь этим вопросом, а ответа так и не нахожу.              Раздался стук в дверь. Ну, кто там ещё? Да, нетрудно было догадаться. Мистер Холланд собственной персоной, облокачиваясь на дверной косяк и широко улыбаясь, произнес:              — Леди, я вам не помешал? — он все так же загадочно улыбался.              — Нет. Я просто валялась на кровати. Кстати, как самочувствие?              — Неплохо. До вечера доживу точно. Обещаю, — он зашел в номер, — а у тебя тут неплохо. Но мой все равно лучше, — Том рассмеялся и плюхнулся на мою кровать. Я, в свою очередь, мило улыбнулась и подошла к нему.              — Леди, не согласитесь ли вы выпить со мной чашечку кофе? У нас еще есть несколько часов до эфира, чтобы позволить себе отдохнуть.              — Да, верно, — он поднялся и сел на край кровати, — несколько часов.              — А потом эфир… — он тяжко вздохнул, но тут я вдумалась в его слова, — но, сначала кофе.              — Это свидание? — ох, что-то потянуло меня на романтику.              — «Деловое» свидание, — он показал кавычки в воздухе и скорчил смешную рожицу.              — А, ну, раз деловое…              — Но я предпочту, чтобы ты сегодня была в платье. И с сияющей улыбкой. Прекрати хмуриться, пожалуйста, — и вот…это опять тот Том, который не матерится, не пьет и предпочитает видеть улыбки других людей.              — Я, пожалуй, соглашусь. Во сколько?              — Сейчас, — его глаза сияли сотнями звездочек на ночном небе. Похоже, он тоже все обдумывал во время полета.              — Ну, ты посмотри на меня. Я в грязной одежде. Дай мне хотя бы пол часа, чтобы привести себя в порядок.              — Ровно через пол часа я буду ждать тебя здесь же, — он удалился, оставив меня наедине с собой.              Душ, я уже бегу к тебе.              К счастью, на плескания в ванной комнате у меня ушло не больше пятнадцати минут. Настал момент выбирать платье. В такую поездку я не стала брать множество вещей, ограничившись футболкой, джинсами, пижамкой, нижним бельем и одним платьем, которое я и планировала надеть при сопровождении Холланда на «Вечерний Ургант». Оно было моим фаворитом, моим «счастливым платьем». Сшито оно было из бархата винного цвета, который так мне к лицу. Эх, подлецу все к лицу.              Но, не в кедах же идти? Зная мою любовь к лаковым черным туфлям на шпильке, я захватила одну пару и в Санкт-Петербург. Буду очень надеяться, что в этот раз каблуки не отлетят.              Еще десять минут на легкий макияж — и я готова. Вспомнив про больного актера, я взяла сумочку, в которую и положила все необходимые лекарства.              Признаться честно, меня впервые пригласили на кофе. Нет, кофе-то я пила, только вот…не в публичной обстановке и без Томаса Холланда.              Через пару минут раздался стук в дверь. А за ней был парень, одетый в серую футболку-поло, черные джинсы и кеды.              — А я смотрю, ты не изменяешь своему стилю, Том, — он мило улыбнулся и взял меня за руку.              — Нет, ты чего? Нужно же поддерживать свой авторитет.              — Ну, знаешь ли, а в костюме ты тоже смотришься ничего. Очень даже ничего.              — А ты в этом платье прекрасна, — а он не скуп на комплименты.              — Конечно прекрасна. Оно же счастливое.              — Обычно счастливыми бывают трусы и люди. Ну, в крайнем случае, носки. А у тебя платье.              — Что поделать. У каждого свои тараканы в черепной коробке. У меня они захотели иметь счастливое платье. Твои захотели меня обнять, — его рука опустилась на мою талию.              — Знаешь, мне кажется, что нам стоит поговорить, — парень насторожился, — я просто много всего копил в себе. Давай…              — Да, я тоже хотела предложить поговорить. На чистоту. Давай лучше вечером. Обычно, в это время суток люди честнее сами с собой и с другими.              — Ты права, — мы пришли в небольшой ресторан, расположенный в отеле, и сели за столик.              По-моему, все не так уж и плохо.