Западня

      Зайдя в номер Тома, я отметила, на что же способна человеческая фантазия. Внутреннее убранство поражало своим великолепием и роскошью. Вот уж действительно, достойный прием дорогого гостя. Здесь было все, что нужно для комфортного (нет, не просто комфортного, а шикарного) проживания. Думаю, что не хватало в номере только выхода к янтарной комнате. Вот уж смех, могли бы и Екатериненский дворец на денечек закрыть для нас.              Жестом Том пригласил присесть на кровать, пока он переодевается. Я была бы очень рада снять с себя платье, в котором было очень жарко (чертово отопление летом), но под платьем было лишь нижнее белье, а к такому стремительному развитию событий жизнь меня не готовила. Из ванной, в которой он, собственно, и переодевался, он вышел в спортивных штанах, которые на нем висели и… о, боги, в футболке с Hello Kitty.              — Это вообще что такое? — я засмеялась в голос.              — Когда-нибудь, если ты пойдешь на фильм, то увидишь эту милую кошку на мне еще раз, — он улыбнулся и присел рядом.              — Эх, не так девушек соблазняют, Томми. Но тебе не нужно особых усилий, чтобы любая девушка упала к твоим ногам, так? — злая ухмылочка. Вот зачем я так? Это все работа моей внутренней злюки, которая любит издеваться.              — Как видишь, ты не упала. Кстати, хочешь чего-нибудь? Чай? Кофе?              — Потанцуем, Том?              — С радостью, — ах, да, он же еще и танцует. Талантливый человек талантлив во всем.              — К сожалению, я не танцую. Это я так, к слову, сказала, — он приобнял меня.              — Давай лучше поговорим, а потом и потанцуем. Не поверишь, из меня вышел бы великолепный учитель танцев, но я предпочел карьеру актера.              — Я и не сомневаюсь, что ты говоришь правду. И все же, Холланд, расскажи, что тебя тревожит? — мы решили, что удобнее всего будет воспринимать информацию в горизонтальном положении, поэтому он расправил кровать и жестом предложил мне прилечь, что я и сделала.              — В тот день, когда я прилетел в Россию, изменилось многое. Не всё, но многое, — улыбка пропала с его лица, — во-первых, я поссорился с девушкой. Её очень напрягал мой гастрольный график, из-за которого мы виделись очень редко. Она решила, что будет гораздо лучше, если мы расстанемся. Но причина расставания не в графике.              — Ого. Измена? — ох, как часто причиной расставания является именно эта гадкая вещь.              — Именно, Кристина. В то время как я путешествую по миру с фильмом, она спит не со мной. Не со мной! — последнюю фразу он выкрикнул и ударил кулаком по кровати.              Я обняла парня и поцеловала в макушку, в то время как на его щеке появилась горячая слеза. Да, каждый может плакать. Такой сильный харизматичный молодой человек с такой ранимой душой. Поверить не могла в это. Я прижала его к себе еще сильнее и прошептала:              — Эй, малыш… все будет хорошо, слышишь? — его глаза были полны слез. Никогда я еще не успокаивала человека в такой ситуации, — а знаешь, Томми, что мы с тобой сделаем?              — Что? — это был взгляд, полный надежды.        — Сначала я скажу одно: она тебя не достойна. Раз уж изменила, значит не может быть верной. Ты же был ей верен?              — Конечно. С кем мне ей изменять? С Харрисоном, что ли? У человека первый отпуск за несколько лет.              — Так, уже себя винить ты не можешь. Слушай, я же говорила, столько девушек мечтают быть с тобой, Томас. Найдется еще та единственная, которая будет ждать тебя.              — Может быть. И правда, что это я так расклеился, — он отпрянул, — я сильный и независимый мужчина.              — Только не стоит заводить сорок собак. Думаю, что тебе и Тессы хватает, Холланд.              — О, моя Тесса. Моя любимая Тесса.              — Вот и смысл жизни нашелся, да? Кстати, наверняка же есть еще хорошие новости?              — О, да, — он опять светился, но покраснения под глазами выдавали недавние слезки актера, — брат собирается снимать короткометражный фильм. Я так рад за него.              — Ох, Том, милый Том, как же я рада за вас обоих. Я просто уверена, что тебе необходимо было поплакать, — я обняла парня, прижав его голову к своей груди. Сейчас я чувствовала себя мамочкой. Довольно неплохой мамочкой.              — Давно мне так хорошо не было. Кстати, я обещал тебе танец. Я не хочу той же истории, как в «Первом мстителе», а уж тем более не хочу заставлять такую прекрасную девушку, как ты, ждать, — Том включил доселе мне неизвестную мелодию, обнял меня и начал качаться из стороны в сторону.              — Это напоминает мне школьную дискотеку. Но каждый раз я сидела на лавочке, дожидаясь, что кто-нибудь пригласит, — я тихонько засмеялась.              — И что, пригласил?              — Нет. Ты первый, кто это сделал. Даже не верится, что сейчас танцую с тобой, Том…              — Ты прекрасна сегодня, — он замялся, — ну, то есть, не только сегодня, но и всегда, но сегодня особенно прекрасна, вот…              — Я поняла, малыш, — он сильнее притянул меня к себе. Томас смотрел на меня с нежностью, а потом, в какой-то неопределенный момент, когда музыка давно закончилась, его губы слегка прикоснулись к моим.              Какой-то ток пробежался прямо под кожей в этот момент. Что ж, каждый что-то понял, что-то не понял, да и нам не до понятий было в тот момент. Он не проявлял силу, не впивался до крови, а лишь слегка дразнил.              — Ты болеешь, малыш. Оставь этот момент на потом и обещай, что не пропадёшь на семьдесят лет, — он улыбнулся.              — Обещаю.              Я дала ему необходимые лекарства и уложила спать, устроившись на кровати рядом с ним.              Но сна не было ни в одном глазу, поэтому я лишь любовалась одним прекрасным человеком, сопящим рядом со мной.